Владимир Козлов
Чудак из Чумаков
***
Под трибунами стадиона «Труд» стоял оглушительный шум и громкая цыганская речь. Витя Стрелец, работающий пожарником, проиграл в настольный теннис всю имеющуюся при нём наличность. Помимо этого, он лишился дорогих кроссовок фирмы «Пума» и той же фирмы нового спортивного костюма. Самое обидное, для него было, что обладателем его спортивной формы стал некий Мазур, парень цыганской национальности, которому Витя никогда не проигрывал. В Пуме Витя появился на стадионе, а назад ему предстояло пересекать город босиком и в трусах.
Витя, кричала поддержка цыгана, ставь плавки на кон, может, отыграешься, если повезёт.
Я не против реванша! отвечал убитый спортивным невезением Витя, но играть буду в том случае, если он мне до завтра одолжит трико.
Витя хватит, отрезал цыган. Я играть больше с тобой сегодня не буду, снимай мои кроссы и костюм? Меня сегодняшний барыш устраивает.
Ну как же я домой буду добираться голый? пожимая плечами, доказывал он цыгану, дай мне шанс отыграться или давай я тебе всё верну завтра?
А если ты до завтра порвёшь мои штаны или кроссы? не соглашался цыган. Нет, Витя так дело не пойдёт. Ты сейчас пойдёшь мимо своей пожарной части и попросишь у своих пожарников галифе и сапоги. А я своей одеждой дорожу.
Он подошёл ближе к Вите, и быстрым движением руки расстегнул молнию на куртке и приказным тоном, сказал:
Раздевайся?
Витя пометался по залу, но сменной одежды ему никто не дал. Штаны и кроссовки он снимал под цыганский свист и улюлюканье. Он негодовал. Такого публичного позора ему ещё не приходилось переживать. И самое нелепое в этой истории, что он проиграл Мазуру, которого никто серьёзным игроком в городе не считал. Он надел на себя осеннюю куртку, которая полностью закрывала его плавки и минуя центральный вход устремился к торцовой части трибуны. Он не хотел, чтобы персонал стадиона видели его позорное падение за теннисным столом, поэтому вышел из помещения, через боковую дверь. Этот выход вел к дыре в заборе. Он приоткрыл наполовину дверь, быстро осмотрелся. Убедившись, что его никто не видит, быстро юркнул в спасательный лаз. Босиком в осенней куртке, с ракеткой за пазухой ему предстояло преодолеть пять километров до дома. Путь лежал мимо пожарной части, где он работал пожарником и носил звание ефрейтора. Заходить туда за штанами и обувью, значит обречь себя на долговечный позор и насмешки своих сослуживцев. И если об этом узнает его начальник расчета и партнёр по настольному теннису, капитан Валера Афганец, то об этом на следующий день будет знать весь город. С Валерой они были друзьями. Вместе учились в техникуме. После Валеру призовут воевать в Афганистан. Оттуда он придёт с ранением и маленькой звёздочкой на погонах, которая даст ему возможность заочно окончить политехнический институт. С дипломом о высшем образовании его регулярно будут повышать на службе. Семейная жизнь у него не сложится. Он оставит жену вместе с квартирой и перейдёт жить к матери и отчиму.
Дружба Стрельца и Афганца носила странный характер. Они мирно ладили между собой, вне настольного тенниса. А стоило им подойти с ракетками к столу, они тут же становились лютыми врагами.
Хаотичный Валера жутко завидовал дисциплинированному тихоне Стрельцу и по своей наивности думал, что его взбалмошный характер должен обязательно когда-то поломать немногословного Витю в теннисной схватке. Но в большинстве случаев он проигрывал своему подчинённому и другу Вите.
Афганец выигрывал у Стрельца часто, но суммы были незначительные. А Вите везло не так часто, как Афганцу, но выигрыши исчислялись крупными суммами. И нередко Витя прощал долги своему другу и командиру.
Как бы мне сейчас, кстати, были те деньги, которые я прощал Афганцу, приговаривал он, стуча зубами от холода, пробегая мимо родной пожарной части. Я только добрый, а меня никто не жалеет.
Приближаясь к своему условному позору, он, покрутил вокруг головой, и пробежал этот отрезок как хороший спринтер. Важное препятствие было преодолено.
Ещё предстоит дома объясняться со строгой женой, стуча зубами, говорил он на ходу. Та рассусоливать не будет. Отвесит оплеух хороших, от которых голова не перестаёт звенеть несколько дней.
Опасался Витя своей жены, не меньше, чем позора. До замужества она занималась гиревым спортом и чугунными пудовыми грушами жонглировала, как теннисными мячами.
Ничего не поделаешь. Сам виноват. Только бы до соревнований в Раките дожить. Вы все узнаете, на что способен Витя, сказал он себе и лёгкой трусцой побежал по вечернему городу дальше. Срезая освещённые улицы и оживлённые проспекты, он старался бежать по немноголюдным городским местам. Но сверкающий огнями путепровод, соединяющий центральную часть с южным районом, он миновать никак не мог. Там его увидят горожане во всей красе. Он бежал этот отрезок пути словно североамериканский бизон, опустив голову к земле. Пробежав путепровод, он свернул к микрорайону Звёздный, но поскользнувшись, скатился вниз, проехав на попе, как с трамплина по жирной и скользкой словно мыло чернозёмной почве. Затем по Набережной улице, ступая по влажной и жухлой листве, добрался до дома.
Когда он вошёл в подъезд сразу почувствовал, что ноги его онемели от холода. Дверь ему открыла жена. В комнате в это время заплакала полуторамесячная дочка. Увидав мужа в непотребном виде, она округлила свои глаза, схватила его за куртку и резко втащила в квартиру. Ничего не спрашивая, она, молча, как заправский боксёр, стала его колотить по всем частям тела.
Марина, Маруся, пытался он уклониться от её увесистых ударов, ты что делаешь? Не видишь, я окоченел? шептал он с обидой. При этом он неумело отмахивался от неё своими тонкими, словно верёвка руками.
Мне срочно ванна нужна и малиновее варенье, а не твои как репа кулаки.
Я тебе покажу и Марусю, и малиновое варенье кричала жена.
На глаза ей попалась выбивалка для ковров, являвшейся персональным инвентарём мужа. Схватив её в руку, Маруся яростно принялась охаживать ею мужа:
Я с большим трудом достала тебе спортивную форму, приговаривала она. А ты её проиграл. Получай, дрянь неблагодарная, занесла она руку над его головой.
В это время ракетка выпала у него из-за пазухи. Жена потянулась к ней. Уловив её секундное отвлечение, Витя быстро забежал в ванную и закрыл дверь на щеколду.
Поганец, дома детской смеси нет, а он опять шарики принялся на деньги катать, кричала она. Попробуй, выйди у меня, удавлю, как Дездемону, угрожала она.
Витя в это время заполнил ванную, погрузив туда вначале заледеневшие ноги, а потом медленно опустил и тело. Сколько в ней просидел он определить не мог. Но когда вода совсем холодной стала, Витя насухо обтёрся и тихо приоткрыл дверь. Посмотрев, что опасность ему не угрожает, он на цыпочках прошёл на кухню. Не включая света, он распахнул перед собой холодильник. Вынув оттуда банку с малиновым вареньем, десертной ложкой начал его есть, запивая тёплой водой.
Свет в кухне она включила неожиданно, от чего Витя вздрогнул и испуганно посмотрел на жену.
Что одежду и обувь начал с себя проигрывать? уже не так грозно, как встретила, спросила она его. Всё с меня хватит. Больше ты никогда не будешь играть в теннис. На свою лопатку. Она бросила под ноги мужа щепки от японской ракетки. За этот инвентарь он выложил Сергею Сергеевичу Винту приличную сумму. Увидав, что ракетка превратилась в груду лучинок, он схватился за голову:
Маруся, ты знаешь, что это валяется на полу? показал он на поломанную ракетку.
Да знаю, ответила она, это спасение нашего семейного бюджета. Мне надоело выплачивать за тебя долги. Твой нездоровый азарт пустит всю семью по миру.
Нет, ты не представляешь, что ты натворила, причитал он, это лежит моё гарантированное трёхмесячное жалованье. Эх, Маруся, профессиональную ракетку, стоимостью, он умолчал о её истинной цене, ты превратила в лесную мини делянку, которой теперь и самовар на нашей даче не растопишь.
А, ты ещё зарплату от меня утаивал, возмутилась жена. Ну, погоди у меня, пригрозила она ему пальцем. С завтрашнего дня будешь питаться одной кукурузной кашей.
Она выключила свет и ушла спать, оставив сидеть Витю одного в тёмной кухне.
***
Он долго сидел в темноте, смотря на вылезших из всех щелей тараканов, смело бегавших около него по столу и плите. Если бы у него было хорошее настроение, то эти твари познакомились бы с его тапками, но ему в этот момент было не до тараканов.
Витя был озабочен одной думой, где найти деньги на новую ракетку? Так как через неделю будет проходить первенство города, а играть обычной магазинной ракеткой, значит подвергнуть себя вторичному позору. Его внезапно осенила мысль. Он встал, подошёл к тумбочке жены, которая находилась в прихожей под зеркалом. Достал оттуда шкатулку с ювелирными изделиями. Выбрал в ней увесистые серьги с рубином. Сжал их в кулаке, а шкатулку вернул на место. На следующий день Витя в приподнятом настроении шёл к директору Управления спортивных сооружений Винту Сергею Сергеевичу, в структуру которого входила школа настольного тенниса. Витя знал, что только у него можно было приобрести стоящий инвентарь. Он ездил много по соревнованиям, и у него была команда мастеров, участвовавшая в Чемпионате страны. Сам Винт уже далеко был не молодым человеком, но спортивную форму держал и считался одним из самых сильнейших игроков города и области. Это был человек жизнерадостный и обладал добрым нравом. Но главной чертой его характера был его своеобразный юмор. Он, даже играя у стола, мог с юмором отнестись не только к сопернику, но и к себе. Подобно себе Винт сколотил около себя целую армию ветеранов, теннисистов весельчаков. Все знали, у кого Витя обновлял свой инвентарь. И так же они знали, что каждая приобретённая Витей ракетка обязательно вернётся к первому хозяину. Только вернётся она в модернизированном виде, над которой Витя поработает ночью и с напильником и клеем, бегая, каждые пять минут прочищать нос. У него была сильная аллергия на пыль и клей. И он, хорошо зная о своём недуге, всё равно не мог устоять перед искушением, чтобы не проверить ракетку на напильник. В надежде придать ей волшебную силу, которая сумеет любого противника поставить перед собой на колени. Он не верил, что результат игры зависит от игрока, а не от ракетки. На этот раз он твёрдо решил, никаких экспериментов над ракеткой не производить, а только прятать её подальше и надёжней от глаз злой жены.