Татарская деревня. Сборник рассказов  17 - А. Гасанов 3 стр.


 Как вы себя чувствуете, Сергей Витальевич?

Губер заёрзал и близоруко прищурился:

 В каком смысле, виноват?..

 Почему вы уже дважды отказались от обеда?

 Гм..,  краснеет и ёрзает.

 Вам не нравится рисовая каша?

 Ну нет, ну Почему же

За окном слышен голос Васи:

 Заходим! Заходим! Ко мне подходим! Карманы к досмотру.

 Вам не нравится рисовая каша?

 Доктор,  очень осторожно вздыхает Сергей Витальевич,  я взрослый человек. Объявлять голодовку я не собираюсь. Тем более, что это глупо. Просто сегодня я совершенно не голоден. И я не думаю, что один приём пищи, пропущенный мною, может как-то повлиять э-э

 Сергей Витальевич, вы ведь знаете наши правила?..

КОНЕЦ ОЗНАКОМИТЕЛЬНОГО ОТРЫВКА

 Да, да. Знаю,  больной виновато помолчал, но всё же тихо заметил:

 Но я же не нарушаю режима? Больничного

Игорь Палыч сухо хрустнул сильными пальцами и посмотрел на полированные ногти:

 Отказ от приёма пищи является злостным нарушением больничного режима. И может повлечь за собой вынужденные меры. Вы понимаете?..

Спустя десять минут, привязанный простынёй за ноги к ножкам стула, а за руки за спинкой, Губер красный от гнева и крика наблюдал за приготовлениями санитаров:

 Это бесчеловечно! Развяжите немедленно!.. Варварство какое-то!.. Что вы собираетесь делать!?

Вася вкатил тележку и снял крышку огромной кастрюли. Смазав глицерином шланг, он на глаз отмерял шлангом расстояние от носа больного до его пупка.

 Что вы собираетесь делать, я вас спрашиваю, товарищ?!!

Второй санитар, подойдя к Сергею Витальевичу сзади, крепко прижал голову больного в запрокинутом положении к высокой спинке и зафиксировав лоб ремнями.

Сергей Витальевич взвизгнул ещё громче:

 Что вы собираетесь делать, я вас спрашиваю?!!

Не обращая на него внимания, Вася бронзовой ладонью сильно надавил на челюсть Сергея Витальевича и, до предела раскрыв тому рот, прочно закрепил в зубах овальную чёрную резиновую пробку с отверстием посредине, вытащить которую изо рта без помощи рук не представлялось возможным.

 У-ху-ху-хи-хие-хе-хе!!!?,  закричал Сергей Витальевич через дырку, брызгая слюной на Васю. Санитар обошёл Губера и, ухватив его за подбородок, ввёл жёсткий мундштук шланга в отверстие пробки, быстрыми толчками засовывая резину глубже и глубже. Сергей Витальевич взвыл, выбрасывая слюни носом, и заплакал, с ужасом глядя на красного Васю.

Пройдя через горло и больно ткнув в трахею, шланг миновал пищевод и, не обращая внимания на рвотные судороги, упёрся во что-то в районе желудка. Набрав в ковшик жидкой остывшей каши, Вася поднял конец шланга над головой больного, приладил к шлангу воронку и стал потихоньку лить. Когда шланг набрался полный, Вася снял воронку и, брезгливо оттерев отверстие, дунул в него, проталкивая кашу.

Слёзы брызгали из глаз Сергея Витальевича. Не в силах сопротивляться, задушенный своим бессилием и ужасом унижения, он лишь тонко выл и мелко тряс головой.

Сбитая с толку гортань, безуспешно пытаясь вытолкнуть инородное тело, ходила ходуном вверх-вниз, выстреливая при вдохе из носа липкую молочную струю вперемежку с Васиным воздухом и редкими зёрнами риса.

На втором ковшике раздавленный и смирившийся, Сергей Витальевич лишь тихо подвывал, глядя в потолок и обливаясь слезами, стараясь не давиться так мучительно.

Быстро и легко вынутый шланг оставил после себя неприятную сосущую боль. Потный Вася облегчённо вздохнул и улыбнулся примирительно:

 Ну вот и всё!.. А ты говоришь  «купаться». Чё, будем ещё доктору стучать?

****


Беспонотовый


Памяти Волошина Владимира.


Кликуха* «Беспонтовый» прилипла к нему давно. Карикатурная внешность его настолько колоритна, что другого прозвища у него, пожалуй, быть и не могло. Костлявый. Огромные оттопыренные уши. Глаза мудрого бассета. Толстые, разбитые, все в шрамах, губы. Похож на больного гоблина, которого всё время бьют ни за что, ни про что.

Тем не менее, Беспонтовый лучше всех делал модели кораблей, нарды, резал иконы по дереву. Поэтому его кликуха воспринималась хоть и с иронией, но уважительно среди нас. Он был единственный, кто делал корабли на заказ для больших ментов, поэтому трезвого его не били, корабли забирать при обысках боялись. Не матерных слов в его лексиконе было меньше иных, повествовать будет трудно. Но не написать о нём не могу. Как-то за чифирем он расчувствовался:

 Два и восемь в Джамбуле отмотал*, приехал на 23-ю. Ещё три осталось. Нормально мужиковал*. Кустарки валом*. Мануфта* без проблем. Шмали-стекла-колёс* хватает, чиф с глюкозой*, все дела Я ещё молодой был. Мечтал: выйду  первым делом бабу сниму и сникерс попробую. Рекламу по телеку крутят каждую минуту  марсы, сникерсы. Не пробовал, где ж взять? Тут ДПНК* подтягивает на свиданку*. Я не понял: ко мне вроде бы не кому ездить. Оказывается, сестра из Москвы прикатила, матушкину хату продать не может без моей подписи. Я там прописан до сих пор. Короче, то да сё, я её и не помню толком, трандец  корова ушлая стала! Подписал я ей всё, взял передачку и до хаты бегу. А перед этим три-четыре кубика жвачки заныкал* в носки. Не хотел, чтобы контролёры на шмоне отмели*. Сто лет жвачку не жевал. В слесарку один зашёл. Жвачку жую-жую-жую Чё за хрень? Солёная, не лепится. Для пива, что ли? Чуть не обрыгался Потом оказалось  кубики Магги

КОНЕЦ ОЗНАКОМИТЕЛЬНОГО ОТРЫВКА

Беспонтовый смеётся сам над собой так, что не возможно не смеяться.

 Потом, прикинь, по отряду* ходит один Гусь. Понтуется, сотка в руке*. Я кричу*: дай позвонить кенту на волю, ни разу, говорю, в жизни по сотке не разговаривал. Он кричит: полдороги герыча* давай  пять минут побазаришь. Я кустарку толкнул, полдороги у барыги* взял. Он мне сотку даёт, время по секундам засекает, шакал. Я в душевой заныкался. Номер набираю, вроде цифры правильно высвечиваются Слушаю  ни гудков, ни звонка. Пять минут мудохался-мудохался Ни фига не позвонил. Отдал.

Беспонтовый выдерживает горькую паузу, закуривает «Полёт» без фильтра:

 Калькулятор это был, оказывается Прикинь?..

Беспонтовый освободился прямо перед Новым годом. С него, вусмерть пьяного, спящего на лавочке, ночью кто-то снял куртку и ботинки. Замёрз к утру насмерть. «Сникерс» початый под лавочкой лежал в снегу. А в кармане брюк штук десять презервативов было.


Кликуха  прозвище.

Отмотал  отсидел.

Мужиковал  (мужик)  осужденный, не отказывающийся от работы.

Кустарки валом  можно кустарить, сбывать кустарную продукцию, значит лафа, есть курево, чай и остальное

Мануфта  строй материалы, обычно старая мебель

Шмали-стекла-колёс  анаши, наркосодержащих медикоментов в ампулах, в таблетках

Глюкоза  сахар, конфеты

ДПНК  дежурный помощник начальника колонии, офицерская должность.

Подтягивает на свиданку  зовёт на краткосрочное свидание с родственниками. Установленное Законом право (в зоне строгого режима, например, 1 раз в полгода, при отсутствии нарушений режима)

Заныкал  спрятал.

На шмоне отмели  забрали во время обыска

Отряд  жилое помещение

Сотка  сотовый телефон, в МЛС входит в перечень запрещённых предметов

Барыга  продавец

Кричу  говорю

Полдороги герыча  половина «дорожки» героина (примерно 0,2  0,4 грамма, средняя доза для одного)

****

Счастливый билетик

В своём привычном мрачном расположении духа Виталий Иваныч Козлов влез в троллейбус -46. Мерзкий летний дождь успел наплевать за шиворот, пока старый зонт, неминуемо порезав палец, складывался как всегда только с пятого раза. Естессственно, Виталий Иваныч  единственный пассажир, который теперь будет ехать стоя! Гремя вёдрами и клюшками противные старушенции стремглав заняли все сидячие места и раскудахтались на весь троллейбус. Не сидится им дома!

Водитель лихо рванул с места и Виталий Иваныч чуть не разбил очки о поручень. Гадко. Боже мой, до чего же всё гадко

Отработав верой и правдой тридцать лет, нормировщик Козлов заработал подагру и язву желудка. Старшая дочь Зина вернулась из замужества с двухлетней дочкой и в Козловском доме началась вакханалия.

Мадам Козлова круглосуточно стонала о своей мигрени, Зинаида сетовала на козла-мужа, внучка Лерочка скакала козой на диване. Всё это доводило Виталия Иваныча до исступления.

Вот и теперь он абсолютно бесцельно едет куда-то в другой конец города, чтобы там посидеть в парке, скушать булочку с кефиром и поплестись обратно

Толстая кондукторша в засаленном свитере с отвращением оторвала билет и сунула полкило сдачи на липкой ладони.

А ведь когда-то всё было по другому. Он любил свою беременную Людочку. И обожал малышку Зиночку. И по выходным они срывались к родителям на дачу, или в лес. В палатке даже как-то было хорошо А сейчас?

Виталий Иваныч нахмурился и машинально уставился на цифры билета.

Девятьсот один, пятьсот двадцать три. Хм Виталий Иваныч ещё раз пересчитал и убедился: всё правильно. Счастливый! Эта мысль почему-то взволновала и даже напугала. Надо что-то сделать. Как же там? А!.. Надо съесть билет и загадать желание, вроди? Только успеть надо это всё до следующей остановки, иначе Виталий Иваныч глянул сквозь водительское окно и ахнул: подъезжаем!

Скомкав бумажку шариком, он торопливо разжевал её и неприятно проглотил. «Хочу, чтобы! Чтобы Чтобы очень повезло хочу!.. Что бы»

В это время троллейбус остановился и зашипев, открыл грязные двери. «Следующая остановка Кунеевский рынок". Козлов усмехнулся и убедившись, что на него никто не смотрит, задремал.

КОНЕЦ ОЗНАКОМИТЕЛЬНОГО ОТРЫВКА

Скомкав бумажку шариком, он торопливо разжевал её и неприятно проглотил. «Хочу, чтобы! Чтобы Чтобы очень повезло хочу!.. Что бы»

В это время троллейбус остановился и зашипев, открыл грязные двери. «Следующая остановка Кунеевский рынок". Козлов усмехнулся и убедившись, что на него никто не смотрит, задремал.

Смешно всё. Смешно и глупо.


  Билеты предъявляем, я говорю!

Виталий Иваныч вздрогнул и с трудом разогнул шею.

 Билеты, я говорю, предъявляем, гражданин!,  кондукторша смотрит так, как-будто собирается плюнуть.

 Да-да,  засуетился по карманам Виталий Иваныч.

И тут-же всё вспомнил, ужаснувшись.

 Вы что, не оплачивали?

 Девушка Я его Того

 Я вам не девушка. Вы что, я говорю, не оплачивали!?

Козлов поднял брови, опять заёрзал по карманам и, глупо улыбаясь, зашептал:

 Билет, говорю, попался счастливый Я его того Съел, говорю

Кондукторша уставилась на Козлова ледяным взглядом и грозно отчеканила:

 Штраф плОтим и выходим.

В троллейбусе больше ни кого нет. Остановка конечная. Следующая  депо. Последний рейс. Темно.

Назад Дальше