– Но мы же не знаем, как было дело! – попыталась защитить мужа Юля. – Словам этой особы из четвертой квартиры насчет длинноволосой и длинноногой блондинки я не особенно верю. Даже если за рулем и сидела женщина, то это вовсе не обязательно была любовница Антона.
– Ну да! – воскликнула Мариша. – Конечно! Просто знакомая, которая в седьмом часу вечера совершенно случайно проезжала по нашей улице.
– А если это была его любовница, то как ты объяснишь наличие в той же машине негритянок? – спросила у Мариши Юля. – Тебе не кажется это странным?
– Не знаю, – ответила Мариша. – Пока я ровным счетом ничего не понимаю в этом деле. Кроме того, что твой муж чего-то опасался. Но не настолько, чтобы сильно портить себе этим беспокойством жизнь. А вот, поговорив с Вольфом, он заволновался всерьез. И заказал билеты, чтобы смыться из Берлина. Хотя раньше такого скорого отъезда вы не намечали.
– Да, билеты он и в самом деле забронировал, – кивнула Юлька. – Это правда. Я звонила в аэропорт. Билеты были забронированы, но Антон их не выкупил. Так что…
– А куда были билеты?
– В Рим.
– Так вот, он заказал билеты в Рим, велел тебе собираться, тут ты ему показываешь дохлого попугая, который пугает Антона настолько, что он сбегает из дома, даже не взяв смену белья. Да еще за углом его поджидает блондинка то ли в сером «Мерседесе», то ли в черном «Опеле» с замазанными номерами и с царапиной на боку. Очень хорошо!
– Машину Антон мог поймать случайно, – ответила Юля. – И за рулем случайно могла оказаться женщина.
– А на заднем сиденье три негритянки, – напомнила ей Мариша.
– Говорю же тебе, нельзя верить всем словам этой ненормальной! – взорвалась Юлька. – Мало ли что она там наплела!
К этому времени такси подруг подъехало к дому, в котором жил самый давний друг Антона – Карл. Он был женат, но, насколько Юлька помнила, с женой был не в ладах. Жена Карла всерьез подозревала, что муж ей изменяет с какой-то девицей. Эти подозрения, разумеется, не могли внести нужной гармонии в их семейные отношения. Но никакой любовницы у Карла не было. Карл просто любил выпить. Дома ему это категорически запрещалось, поэтому после работы он застревал в каком-нибудь баре по пути с работы до дома. И единственной соперницей для его жены была бутылка шнапса, к которой Карл регулярно прикладывался. Выдав подруге всю эту информацию, Юля заключила:
– Надеюсь, что Карл дома и что он достаточно трезв, чтобы поговорить с нами. Но если он уже спит, то от его жены нам толку будет мало. Я с ней уже говорила, когда пропал Антон. Она ничего толкового сказать не смогла. Остается надеяться, что Карл дома и сможет адекватно реагировать на нас.
– Я тоже на это надеюсь, – кивнула Мариша. – Пошли?
Подруги расплатились с шофером и пошли к высокому белому дому. Дверь была закрыта, поэтому пришлось звонить на домофон в 19-ю квартиру. Открыл дверь подругам сам Карл, немного удивившись, услышав Юлин голос. Он же встретил подруг наверху, прямо у дверей лифта. Карл был уже слегка пьян, но все же не в том состоянии, чтобы завалиться спать. Это Юлю несколько удивило. Потому что дома Карл бывал либо трезв, либо в дым пьян.
– Жена уехала в гости к своей матери, – развеял Карл не высказанное вслух Юлькино недоумение. – Так что я сейчас веду холостяцкую жизнь.
И он, радостно вздохнув, почесал голый живот. Подруги вошли в квартиру. Судя по всему, жена Карла уехала недавно, потому что в квартире еще сохранилось подобие порядка. Если не считать разбросанных по полу в холле грязных носков и рубашек, в ней было даже чисто.
– Хорошо, что ты пришла, – сказал Карл, обращаясь к Юле. – Я тебе сегодня звонил целый день.
– Зачем? – поинтересовалась Юля.
– Как зачем? – удивился Карл. – Беспокоился. Хотел узнать, не вернулся ли Антон. А когда тебя не оказалось дома, я забеспокоился еще больше. Даже подумал, не пропала ли и ты следом за Антоном.
– А откуда ты узнал, что Антон пропал? – удивилась Юля. – Я тебе прямо об этом не сказала.
– Полиция наведалась, – несколько смутившись, как показалось подругам, ответил Карл.
– А у них откуда твой адрес? – попыталась допытаться Юля.
– Не спросил, – пожал плечами Карл. – Знаешь, я был слишком потрясен тем, что Антон куда-то пропал, а я ничего не знаю. После ухода полиции я сразу же начал звонить тебе. Вот сейчас сидел и набирал ваш номер. А у вас дома никого.
– Удивительно, с чего бы это у нас дома никого не было? – ядовито заметила Юля.
Мариша пихнула ее в бок локтем, таким образом деликатно намекая, чтобы Юлька спрятала свое жало до иных времен.
– Ты помнишь, о чем мы с тобой договорились? – прошептала она Юльке на ухо. – Вот и давай! Плачь крокодиловыми слезами!
Юля послушно попыталась выдавить из себя душераздирающие рыдания, которые должны были заставить Карла расчувствоваться и выложить всю подноготную про своего приятеля. Но по заказу рыдания не выдавливались. Тогда Юлька просто уткнулась лицом в ладони и начала довольно ловко имитировать всхлипывания.
– Эй! – обеспокоился Карл. – Не плачь! Антон не такой парень, чтобы дать себя в обиду. Ничего с ним не случится.
– Я вчера уже была в полиции, – старательно прорыдала Юля. – Они его ищут. Но пока никаких следов.
– Если бы ты знала, в каких передрягах твой муж побывал в своей жизни, то не помчалась бы в полицию, – заявил Карл. – Подумаешь, нету дома четвертый день. Бывало и похуже. И как видишь, ничего. Антон жив и здоров.
– Был, – пробурчала Мариша себе под нос, но ее никто не услышал.
– В каких еще передрягах? – спросила Юля, от удивления совершенно забыв, что нужно рыдать.
Антон ей ни про какие передряги не рассказывал. А напротив, уверял, что вся его жизнь прошла в трудах праведных на благо любимой Германии.
– Разве тебе Антон не рассказывал, как он заблудился в дебрях Амазонки, когда был в Южной Америке, и как едва не погиб, вывихнув ногу вдали от всякой цивилизации? – тоже очень удивился Карл.
– Нет, – покачала головой Юля, – не рассказывал.
– Должно быть, не хотел, чтобы ты волновалась, – предположил Карл, чтобы оправдать странную скромность друга. – Но я не Антон, я тебе, Юля, все расскажу. Просто для того, чтобы ты знала, какой молодец твой муж.
Он усадил подруг на диван, сам расположился напротив в кресле. Между подругами и Карлом стоял низкий столик, на который Карл водрузил вскрытую бутылку красного вина и три бокала. Разлив вино по бокалам и передав их сгорающим от нетерпения подругам, он наконец начал говорить:
– Так вот, когда лодка Антона пошла ко дну вместе со всем его снаряжением, а сам он отстал от своих спутников да еще вдобавок свалился с обрыва и вывихнул себе ногу, он не сдался. И не стал лежать и ждать смерти или того момента, когда его найдет спасательная экспедиция. Он полз, он двигался, и на исходе третьих суток он наткнулся на какое-то племя аборигенов, которые доставили его в поселок, где была больница и телефон.
И Карл обвел подруг победным взглядом, чтобы проверить, оценили ли они героизм Антона.
– Неужели Антон тебе не рассказывал про это? – спросил у Юли Карл. – А про то, как его засыпало в шахте в Канаде? Тоже нет! Так ты, можно сказать, ничего не знаешь о своем муже.
– Боюсь, что дело обстоит именно так, – пробормотала Юля.
После этого Карл в подробностях поведал героическую сагу о мужестве Антона, который прокопал себе путь к свободе и не задохнулся под обвалом. В довершение всего он показал подругам фотографии, на которых был запечатлен Антон среди дружелюбно улыбающихся ему индейцев и среди густой зеленой растительности. А также Антон, но уже на фоне сурового зимнего леса.
– Это Антон в Канаде, – подтвердил Карл. – За день до того, как его засыпало в шахте.
– Карл, а ты знаешь, чем конкретно занимался Антон в Южной Америке и в Канаде? – спросила Юлька.
Карл кивнул. К сожалению, к этому времени он как раз достиг той стадии опьянения, когда человек уже болтает такую чушь, за которую ему самому наутро может быть стыдно. Если ему, конечно, кто-нибудь позаботится ее пересказать. В общем Карл пустился в такие туманные объяснения деятельности Антона, что выходило, будто бы фирма Антона со своим ноу-хау по части электростанций могла добывать электроэнергию буквально из ничего и при минимальных затратах. Причем в таких количествах, что хватило бы на иллюминацию всего земного шара и еще бы осталось.
– Про атомную энергию можно было бы смело забыть! – вещал Карл. – Про бензин, нефть и уголь тоже. Энергетическая революция, понимаете?!
Подруги ошарашенно молчали, не зная, как относиться к словам Карла. Как к полному бреду или тоже как к бреду, но только частичному. Пора было переводить тему разговора ближе к Антону.
– Карл, миленький, я прямо не знаю, что мне делать! Если бы я знала, что Антон у любовницы, но жив и в безопасности, мне было бы легче, чем сейчас, – произнесла Юля, вспомнив про всхлипывания. – Чем сейчас, когда я нахожусь в полной неизвестности о его судьбе.
И она начала рыдать в полный голос, причитая, завывая и делая попытки рвать на себе волосы. Карл молчал. Видя, что впечатлений явно недостаточно, Юля упала на пол и начала с глухим стуком биться головой о паркет, продолжая рыдать. Тут Карла наконец проняло.
– Юля, если тебе и в самом деле будет легче, то да… Была у Антона до тебя одна девица. Но честное слово, он порвал с ней еще до того, как познакомился с тобой. Юля, ты для Антона значила очень много. Он сам мне об этом говорил.
– Так почему ты сейчас вспомнил о той девице? – проницательно спросила у Карла помалкивающая до сих пор Мариша.
Юля, не выходя из роли, продолжала рыдать, так что разговор пришлось вести Марише.
– Потому что неделю назад я видел Антона с ней, – смущенно ответил Карл. – Не знаю, имею ли я право об этом говорить… Антон взял с меня честное слово, что я никому не проболтаюсь о том, что он был с Кэт. Он мне поклялся, что встретил ее случайно и что ничего такого между ними нет.
– Что за имя дурацкое? – недовольно спросила Мариша.
– Нормальное имя, – пожал плечами Карл. – Кэт и в самом деле похожа на кошечку. Этакую белую голубоглазую кошечку с острыми, очень острыми и ярко накрашенными коготками.
– Другими словами, Кэт – блондинка? – уточнила Мариша. – А какая у нее машина?
– Понятия не имею, – покачал головой Карл.
– А адрес этой девицы у тебя есть? – спросила Мариша.
Карл явно мялся.
– Не бойся, мы никому не скажем, что это ты дал нам ее адрес, – сказала Мариша. – Клянусь.
– И я клянусь! – пробормотала Юля, продолжая театрально рыдать, прикрывая лицо ладонями.
– Ну ладно! – решился Карл. – Раз такое дело. Антон пропал. И полиция, как я понял, уже Антона вовсю ищет. Тогда ладно. Все равно ведь полицейские разнюхают про Кэт. Так что днем раньше или днем позже, значения не имеет.
– Да-да, – подтвердила Мариша. – Ровно никакого значения. Нам бы только убедиться, что с Антоном все в порядке.
– Напрасно вы так, девчонки, – пробурчал Карл. – Антон – порядочный человек. Не станет он так подло изменять любимой жене. И не станет заставлять ее слезы лить и в полицию бегать. И потом, я уже звонил Кэт, она поклялась мне, что Антона у нее нет. И она не представляет, где он может быть.
– Ты нам дай ее адрес, – вкрадчиво произнесла Мариша. – А мы уж с ней сами поговорим.
Карл еще немного побурчал о том, какого редкого ума человек его друг Антон. И что он никогда не стал бы беспокоить жену, своих коллег, а тем более полицию и засиживаться у любовницы. Но Мариша настаивала. А противиться ласковому, но неотвратимому напору Мариши долго не мог ни один мужчина. А тем более мужчина, который уже некоторое время находился без присмотра жены и слегка забыл о том, что жена у него вообще имеется. Так что Карл довольно быстро сдался и продиктовал подругам телефон этой самой Кэт.
– А ее адрес? – спросила Мариша. – Нам нужен адрес!
Карл еще немного подумал и назвал адрес.
– Впрочем, насчет номера дома я не вполне уверен, – предупредил он подруг. – Я был у Кэт всего несколько раз. И обычно уже слегка выпив. Но вы легко найдете ее дом и без номера. Он там на улице только один желтый. А живет Кэт на втором этаже. У нее окна выходят на улицу. И есть балкончик. Она там своих попугаев держит. Улица совсем тихая и…
– Попугаев? – хором перебили его подруги. – Каких?
– Серенькие такие у нее живут попугаи, с красными щечками и желтыми хохолками, – охотно ответил Карл.
Мариша вопросительно посмотрела на Юлю, но та отрицательно покачала головой. Дохлый попугай в их квартире был совсем другого окраса.
– Эти попугаи – подарок Антона, – немного смущенно произнес Карл и тут же поспешно добавил: – Но это было уже очень давно. Года три назад. Во всяком случае, еще до того, как Антон уехал в Россию и познакомился там с Юлей.
И он кинул в сторону Юльки виноватый взгляд, как будто бы это он был мужем Юли и подарил Кэт этих дурацких птиц.
Переставшая рыдать от услышанных новостей Юля в ответ только рукой махнула. Почему-то наличие у Антона постоянной любовницы, с которой он встречался в течение многих лет, выбило почву у нее из-под ног. Сам Антон рассказывал Юле, что до встречи с ней в его жизни было полно мелких романов, но ни одного серьезного чувства, которое бы стоило того, чтобы о нем рассказать своей супруге. И сейчас Юлька сосредоточенно думала о том, что же еще скрыл от нее дорогой муженек, если многолетняя связь с женщиной не показалась ему достойной темой для откровенного разговора с супругой.
– Ну поехали, – поторопила подругу Мариша. – Нечего раскисать!
– Нужно сначала позвонить этой Кэт, – пробормотала Юля. – Вдруг ее нет дома. Чего зря мотаться?
– С улицы позвоним, – сказала Мариша. – У меня карточка есть.
Девушки попрощались с Карлом и покинули его в самом взволнованном состоянии духа. Юльку тревожила предстоящая встреча с любовницей своего мужа. А Маришу смущал тот факт, что Антон, по словам его друга, оказывается, был вовсе не таким мягкотелым тюфяком, каким она себе его вообразила.
– Надо же, – бормотала Мариша себе под нос, – дебри Амазонки. Скажите на милость! А на вид сущий валенок. Надо же так обмануться в человеке!
Выйдя на улицу, подруги первым делом нашли телефон-автомат и позвонили по выуженному у Карла номеру. Трубку там сняли. Вступать в переговоры с Кэт по телефону подруги не собирались. Они удостоверились, что она дома, и на этом успокоились.
Добравшись на очередном такси до улицы, на которой жила Кэт, подруги остановили машину возле первого же желтого дома, который им попался на глаза. К сожалению, Карл забыл уточнить, какую степень желтизны он имел в виду. К тому же уже стемнело, и перед подругами встала новая задача, потому что на улице было целых три желтых дома. Два из них были с легким оттенком желтизны, поэтому они посчитали их второстепенными и направились к откровенно желтому фасаду неподалеку.
– Карл сказал, что Кэт живет на втором этаже, – сказала Юля, остановившись перед домофоном. – Количество рядов кнопочек на этой штуке соответствует количеству этажей в доме. Нам с тобой нужны кнопочки второго этажа.
– И что с ними?
– Тут только одно женское имя, – сказала Юля. – Госпожа Марта Эрфольг. Может быть, это не она? И посмотри, тут на втором этаже есть три балкончика, но ни на одном из них нет клетки с попугаями.
– Уже темно, она могла их забрать в дом, – сказала Мариша.
– Зачем такая морока? – удивилась Юля. – Сейчас на свежем воздухе по ночам жарче, чем в домах. Попугаям ведь должна нравиться жара.
– Все равно звони, – пожала плечами Мариша. – Вон ее машина стоит.
– Где? – заинтересовалась Юля, медля нажать на кнопочку селекторной связи.
– Вон, видишь черный «Опель», – сказала Мариша. – И царапина на правой передней дверце. Думаю, что это именно та машина, которую видела твоя ненормальная соседка. И еще я думаю, что это именно та машина, в которую сел Антон, и она явно принадлежит особе, которая живет в этом доме. Поэтому – звони!
– Почему я? – удивилась Юля. – Нет, я не могу. Мариша, пойми наконец, это же неэтично.
– Что неэтичного? – удивилась Мариша. – Прийти сюда тебе не казалось неэтичным, а звонить бывшей любовнице своего мужа ты уже отказываешься. Знаешь что, не валяй дурочку! И не нужно задирать голову и снова говорить ерунду про этих проклятых попугаев, которых нет на балконе! Если сама отказываешься, я позвоню. Мне-то все равно.