– Приезжай почаще, – снова улыбнулся эксперт и продолжил, – раз такое дело, я сейчас быстренько высушу фотографии с восстановленной надписью на кольце, напишу заключение и тебе не придется ждать до завтра, уедешь сегодня в свою деревню.
Прошло не более двух часов и Павел уже шагал на вокзал, обдумывая дальнейшие действия для раскрытия этих краж. В полночь Павел был дома.
Утром Павел еще до пятиминутки рассказал шефу о поездке к экспертам.
– Теперь надо браться за этого Мартиньша, – шеф с удовольствием потер руки, – надо его брать и колоть. Пока тебя тут не было, ребята установили Мартиньша и место его проживания. Кстати, его точно зовут Мартиньш, а фамилия его не Галумс, а Бокумс. Ранее не судим. Работал слесарем-инструментальщиком на заводе. Не женат. А вот его связи мы пока не знаем.
Айгар Екабович хотя и стал начальником милиции, но оперативная работа по прежнему была ему по душе. Он обязательно сам лично выезжал на серьезные преступления, принимал активное участие в разработке версий, был в курсе происходящего, зачастую принимал участие в разговоре с задержанными подозреваемыми, что называется – колол. И раскалывал.
– Шеф, а не рановато? У нас, кроме кольца, ничего нет. А кольцо можно найти, купить, выиграть, наконец. Вовсе не обязательно воровать, – засомневался Павел.
– Вот еще, адвокат нашелся! Нам банк дал все номера похищенных купюр. Надо искать деньги. Паша, берем Мартиньша, колем его и делаем шмон в его квартире. Все. Давай, давай, Паша, у нас нет времени.
Павлу тоже не терпелось заняться активными действиями – задержать Мартиньша, допросить его, провести обыски, а их уже намечается не менее двух, учитывая, что квартиру Ирмы тоже придется обыскивать, и двигаться дальше. Еще надо легализовать улику. Ведь о ней, о кольце, в материалах уголовного дела еще ничего нет. Вся информация оперативная, то есть негласная. Так что теперь еще предстоит продумать операцию по официальному изъятию кольца, тогда оно станет вещественным доказательством. Очень скользкий момент. Та же Ирма упрется, скажет, что сама нашла кольцо в том же ресторане или в парке, что тогда? А если вообще перестанет носить его, а если спрячет или просто потеряет? Да, шеф прав, тянуть нельзя. Надо планировать операцию.
На следующий день, по окончании пятиминутки, в кабинете начальника собрались все оперативники. Павел представил на обсуждение свой план:
– Итак. Первое, что нам нужно сделать – это легально изъять кольцо. Это реальная улика и нельзя допустить его потери. Я сегодня возвращаю кольцо агенту. Завтра к обеду агент вернет кольцо Ирме в ресторане, где работает Ирма. Очень надеюсь, что, получив кольцо, она оденет его на свой палец. Часа через три в ресторане подвыпивший посетитель устроит скандал с официанткой по имени Ирма. Участковый, прибывший по вызову на место скандала, будет принимать письменное объяснение от официантки и заметит на её пальце кольцо, которое находится в розыске и немедленно сообщит в дежурную часть. Тут приезжаем мы, забираем Ирму в отдел и работаем с ней. Далее проводим обыск у неё в квартире. Ищем деньги с известными номерами купюр. Ну а дальше по ситуации, уж как получится.
– А что так сложно? Взять Ирму на выходе из ресторана и все, – предложил один из оперов.
– Мне нужно отвести подозрения от агента. А то получается, что только вернула кольцо и тут же его хозяйку повязали. А так, со скандалом и участковым, вроде как случайно залетела, – объяснил Павел
– Все, план принят. Завтра все в отделе, никто никуда не отлучается, работаем, – подвел черту начальник.
Вечером Павел встретил Мальвину, передал ей кольцо и объяснил, что нужно сделать.
На следующий день все пошло по плану. Кольцо вернулось его владелице, пьяный посетитель устроил скандал, в конце концов, Ирма сидела в кабинете Павла и, что называется, давала показания. Все шло достаточно гладко. Ирма рассказала, что кольцо ей подарил её друг, сказала имя и фамилию друга, сказала, что адрес не знает, но может показать, где живет её друг. Даже рассказала, что Мартиньш дал ей деньги, чтобы она себе купила подарок по своему усмотрению. Подарок еще не купила, а деньги лежат дома. После этого Ирму отвели к следователю для допроса и изъятия кольца.
После допроса следователь позвала Павла к себе. Следователь была женщина в возрасте и с большим милицейским опытом работы. Она часто давала оперу дельные советы, а то и советовала целые оперативные мероприятия, исходя из материалов дела и своего опыта. И Павел ценил это.
– Знаешь, Паша, не нравится мне эта Ирма, – и, не дожидаясь вопросов Павла, продолжила:
– Вот она не знает, где работает её друг, не знает, сколько денег он ей дал, ни сумму, ни какими купюрами. Я постановление об обыске подписала, бери его и вперед на её квартиру. Но Ирму привези обратно, если что, то я её задержу на три дня, сможешь с ней по камере поработать.
– Ясно, – кивнул Павел и вышел из кабинета.
Собрав группу и захватив Ирму, поехали к ней на квартиру. Понятыми Павел взял двух своих внештатных сотрудников. Это были хорошие, надежные знакомые Павла, которые помогали ему не за положенную им прибавку нескольких дней к отпуску, а по дружбе и из интереса к милицейской работе. Хотя, что греха таить, удостоверение внештатного сотрудника уголовного розыска спасало и от составления протоколов за нарушение правил дорожного движения, и от других подобных «мелочей».
Во время обыска Ирма вела себя спокойно, показала, где лежат деньги и сидела в комнате за столом. Квартира была небольшая, однокомнатная, с довольно большой кухней в старом, но крепком доме из красного кирпича довоенной постройки. Павел помнил, что в первом разговоре Ирма сказала, что Мартиньш подарил ей триста рублей, но в сумочке из шкафа было двести рублей, а следователю Ирма сказала, что вообще не помнит, сколько денег ей дал её друг. По всему видно, что Ирма догадалась, что её друга подозревают в каких-то делах, и решила не выдавать его. Павел не допускал, что Ирма в курсе краж из сейфов, иначе уж точно она кольцо не показывала бы никому. Обыск закончили быстро, так и не обнаружив денег с известными номерами.
По прибытии в отдел Павел зашел к следователю, положил на стол протокол обыска и изъятые деньги, сообщив, что это все.
– Приведи ко мне Ирму. Надо еще с ней поговорить. Я её точно задержу на три дня, так что ищи кого посадить рядом. Но Мартиньша пока трогать не будем. Придумай что-нибудь, чтобы Мартиньш не догадался, что Ирма задержана.
– Да что тут придумаешь? Ирму взяли из ресторана и повезли в ментовку. И хотя её увезли вроде как в связи со скандалом, но, если Мартиньш это узнает, то мы долго будем его искать, –расстроился Павел.
– Далеко не уходи, я побеседую с Ирмой без протокола, а потом будем решать, что делать дальше, – закончила следователь.
Прошел еще час. Время близилось к полуночи. Павел сидел в своем кабинете за столом. Хотел встать и вскипятить чай в электрическом чайнике, но в дверь заглянул дежурный и сказал, чтобы Павел зашел к следователю.
Павел открыл дверь в кабинет к следователю и заметил, то та наливает два стакана чаю, причем с довольной улыбкой на лице. Павел знал эту улыбку. Она означала, что следователь сделал то, что не смогли сделать другие. Так уже было не один раз.
– Расколола я её, – начала следователь, – она мне сказала, где спрятаны деньги, так что надо поехать и забрать их. Потом в протокол обыска впишешь. Я Ирме объяснила, что она пойдет соучастником серьезного преступления, намотает срок, а Мартиньшу все равно не поможет, даже сделает хуже, так как будет преступная группа. А за группу срок больше. Еще я сказала, что мы знаем много, может даже все. Я ей сказала, что мы знаем, что деньги спрятаны в её квартире. Знаем точно, поэтому завтра начнем ломать стены, полы, устроим настоящий обыск, как в кино про революционеров. Ирма задумалась и спросила у меня что делать? Вот я и предложила ей остаться простым свидетелем, да и Мартиньшу срок будет меньше, так как не будет преступной группы. Она согласилась и сказала, где спрятаны деньги, но больше ей рассказать нечего.