– Эй, серьёзно, забей! Вообще пофиг! – окликнула я, пытаясь затормозить, но спасатель платья непоколебимо двигался к своей цели, не обращая внимания на протесты.
Лишь когда мы отделились от основной массы людей, оказавшись в нужном коридоре, он остановился и, развернувшись ко мне, бегло зашептал:
– На самом деле, мне нужно в туалет и ты очень меня выручишь, если покажешь дорогу. Я здесь впервые, а дом такой большой…
– Так вот в чём фишка! – я резко отступила назад, отнимая руку. – Ты не собирался ничего разруливать, тебе просто приспичило отлить!
– Нет, что ты, – драматично хватаясь за сердце, улыбнулся блондин, широко распахнув свои и без того огромные глазища. – Я очень хочу спасти твоё платье, но не смогу этого сделать пока не… Эм, женщина, на мне зауженные джинсы, очень тесные, смилуйся!
Парень сложил вместе ладони, склонив к ним голову и, коснувшись губами подушечек пальцев, посмотрел так жалостливо, что от его взгляда на меня обрушилось чувство трепещущего умиления.
Выдержав небольшую паузу, позволяя себе насладиться воистину трогательной картиной, я снисходительно выдохнула и кивнула.
– Хорошо, идём.
– Я твой должник! – воскликнул господин «тесные джинсы», бодро зашагав за мной, насвистывая что-то себе под нос.
Когда мы оказались в уборной, я сразу подошла к одной из раковин, попутно указав на дверь за которой был писсуар, оторвала бумажное полотенце, попыталась замылить пятно. Мой случайный спутник благодарно поклонился и отправился «по делам». Стало немного некомфортно и чтобы разрядить обстановку я заговорила как бы между делом, параллельно елозя салфеткой по липкой ткани.
– Ты тоже пришёл посмотреть на этих англичан?
– Типа того, – отозвался блондин.
– Интерес или национальная солидарность? – ответа не последовало.
Через некоторое время раздался звук слива, после чего «скандинавский вампир» вышел из кабинки, подходя к соседней раковине.
– Кстати, меня зовут Джеймс.
Я выключила воду, швырнув на столешницу то, что когда-то было полотенцем, глядя на блондина вскользь.
Фух, вроде отпустило… И что на меня нашло в гостиной? Обычный парень. Да, симпатичный, с необычной внешностью, но не более того!
– Лора, – прозвучало сухо, ну и ладно.
– Красивое имя, – улыбнулся британец, закрывая свой кран.
– Спасибо, – ответила я выжидающе. Вот только чего я ждала?
– Ну, так ты их слышала? – спустя несколько секунд неловкого молчания, спросил Джеймс.
– Кого?
– The Crash.
Мои глаза надменно закатились. Рот многозначительно скосило набок.
– Нет. И не горю желанием.
– Почему? – как-то слишком заинтересованно уточнил парень.
– Наверняка, это очередной мейнстрим. Кучка раздолбаев с какого-то перепуга решивших, что они круче остальных. Но, увы, всё, что могла дать музыке старушка Англия, она уже из себя изрыгнула…
Блондин неоднозначно хмыкнул, словно мои слова его задели. Развернувшись спиной к раковине, он облокотился на неё задницей, скрестив руки на груди. Я невольно бросила взгляд на его узкие бёдра.
Чёрт, а ведь он не шутил… эти джинсы действительно очень тесные! Его «британское достоинство» так и выпирало, натягивая ширинку. Настоящий Биг-Бэн, мать его!
– Например? – прервал мои непотребные размышления Джеймс. – Только не говори The Beatles!
Я вздрогнула, отнимая взгляд от его причиндалов, и с лёгкой растерянностью посмотрела в глаза. Это же надо уродиться таким… даже слово подобрать не могу – особенным.
Лирическое отступление. Джеймс не выглядел как типичный англичанин – никакого медного блеска в волосах, крупного носа, солнечных веснушек и затейливых кудрей. Бледная кожа, слегка впалые щёки, высокие костистые скулы, бездонные глаза, настолько кристально чистые, что, казалось, если вглядеться как следует, можно познать саму суть небес. Этот парень определённо мог построить успешную карьеру в модельном бизнесе или кино. Его внешность была настолько нетипичной, что приковывала к себе внимание даже против воли.
– Битлы несомненно круты, но не в моём топе, – ответила я немного погодя.
– Да ладно? – отняв от раковины обтянутый джинсой зад, блондин шагнул ближе. – И кто же возглавляет твой персональный чарт?
Его голос неожиданно понизился почти до шёпота. Он и без того был чертовски сексуальным – низкий, сочный баритон «на грани», с неповторимой хрипотцой, но не сиплой, а напротив, дребезжащей, – а теперь и вовсе покорил.
– Записать тебе сборник? – на выдохе ответила я, теряясь из-за настойчивого сближения.
Джеймс подошёл почти вплотную. Ещё чуть-чуть и упрётся в меня своей «часовой башней»! В нос ударил пряно-свежий аромат его парфюма и легкий запах табачного дыма. Внизу живота что-то болезненно кольнуло. Давно мне не приходилось испытывать волнение от присутствия рядом другого человека. Мужчины.
– Как твоё платье? – чуть вскинув бровь, блондин бесстыдно прошелся взглядом по моему телу, ненадолго задержавшись в районе груди.
Чёртовы соски встали колом, проступая через тонкий атлас! Не хватало лишь бегущей строки на лбу с надписью: у меня почти год не было секса!
– Всё ещё на мне… – тихо ответила я, цепляясь взглядом за чувственные губы, возникшие на уровне моих глаз.
Твою дивизию! Что за хрень? По спине иглами гуляла будоражащая дрожь. Мышцы от копчика до шеи натянулись так, что, казалось, я слышала их резонирующее гудение.
Блондин довольно улыбнулся, слегка наклоняя голову, нависая надо мной белым Альбионом. Кончики его волос коснулись ключицы. От них пахло ментолом и чем-то цитрусовым. Внизу живота затянуло, кожа покрылась мурашками. Захотелось как можно сильнее сжать ноги. Или наоборот?..
– Хм, – прозвучало колко и отрывисто, – что это?..
– Где? – непонимающе спросила я, в то время как британец подцепил бретельку моего платья и настойчиво стащил её с плеча, оголяя татуировку чуть выше груди.
– Стрекоза… – потрясённо прошептал он, касаясь цветного рисунка пальцами.
От этого прикосновения меня вывернуло наизнанку, ввернуло обратно и затянуло в тугой узел… В горле пересохло. Я тяжело сглотнула.
– Хочешь, что-то покажу? – загадочно улыбнулся Джеймс.
– Угу… – всё, что удалось выдавить.
Парень отступил на шаг назад и задрал футболку, обнажая плоский рельефный живот.
Да он издевается?.. Стоп! Это ещё что такое?
Справа, возле тазобедренной кости, я заметила пару изумрудно-голубых крыльев, торчащих из-под ремня брюк.
Да ладно? У нас одинаковые татуировки?!
– Можешь потрогать, – вкрадчиво произнёс блондин с ехидной усмешкой, тут же начиная расстёгивать ремень.
И нет бы остановить его, но чёртова стрекоза, глазеющая на меня одним глазом, почти у самого паха британца, точно загипнотизировала! Даже металлическое бренчание пряжки не смогло привести сознание в чувство. А уже через секунду я скользнула пальцами по вытатуированному изображению, запуская руку под резинку мужских трусов…
Эпизод четвёртый
Джеймс прикрыл глаза, упираясь руками о столешницу по обе стороны от моих бёдер. Его ресницы так соблазнительно дрожали, что я не могла ничего с собой поделать, уверенно погружая руку в нижнее бельё. Ещё секунда и под пальцами оказался тот самый «Биг-Бен». Британец вздрогнул, шумно выдохнув.
Реакция блондина на прикосновение напрочь снесла мне крышу, сводя каждую клеточку тела сладким желанием. В сексе я всегда ставила во главу стола взаимное удовольствие. Брать не отдавая и отдавать не получая – не моя фишка.
В последние годы с Аланом у нас не клеилось. А те редкие перепихоны, что случались (в основном под действием алкоголя), напоминали стометровку, где финиш всегда оставался исключительно за ним. От того сейчас, глядя в лицо совершенно незнакомого мужчины, чувствуя себя хозяйкой положения, меня переклинило. Я просто не смогла остановиться…
Ладонь невесомо скользнула по гладкой разгорячённой поверхности. Такой твёрдый, ровный и обрезанный – просто совершенство среди членов… Увереннее обвив его пальцами, я опустила руку. Над ухом раздалось протяжное рычание, а затем блондин схватил меня за волосы и, запрокинув голову, впился в губы глубоким поцелуем.
Чёрт меня дери! Этот парень ещё и целуется как Бог – развязно, пошло, то, что нужно!
От соприкосновения наших языков я полностью потеряла праведную себя и начала более активно двигать рукой. Джеймс со всей отдачей поглощал своими губами мои, размазывая по нашим лицам алую помаду. Мышцы внизу живота сплелись в морские узлы. Сердце стучало так громко, что затмевало собой музыку, доносящуюся из гостиной.
– Стой, Стрекоза! Я сейчас кончу… – британец резко дёрнулся и поймал меня за запястье, заставляя прекратить.
– А разве не в этом смысл? – сбивчиво прошептала я.
Он загадочно улыбнулся и отрицательно качнул головой, доставая мою руку из своих трусов. Два синих океана манили «на дно», разливая по венам похоть. Возбуждение неустанно росло.
– Это всё очень лестно, но я не люблю получать удовольствие в одиночку.
Медленно наклонившись, Джеймс провёл кончиком языка по моей ключице, плотоядно прошептав:
– Я тоже хочу тебя трогать … Можно?
Ну и поворот! Блондинчику требовалось разрешение залезть ко мне под юбку, несмотря на то, что я уже десять минут ему интенсивно надрачивала? Вот оно – благородное английское воспитание!
– У тебя есть резинка? – без лишней скромности спросила я.
Ну а чего теперь теряться?
– Нет, я не планировал, знаешь ли… – нервно засмеявшись, ответил британец, – но у меня есть другая идея.
Положив ладонь на моё бедро, он начал опускать её, пока не дошёл до колена. Затем, зацепив край платья, медленно выпрямился обратно, скользнув рукой промеж ног.
– Да ты совсем мокрая… – возбуждённо пробасил парень, доводя меня до исступления блуждающими вокруг да около пальцами.
Джеймс будто нарочно издевался! Водил рукой вдоль кромки трусиков, поглаживал поверх ткани, но не забирался внутрь. Меня уже начало трясти от нетерпения. Разум окончательно отключился. Мораль? Да какая, к чёрту, мораль? Всё чего я хотела – чтобы этот голубоглазый Леголас разложил меня прямо на полу гостевой ванной комнаты! И какого чёрта он припёрся на тусовку без презерватива?
– Можешь вернуться ко мне… – кусая за плечо, просипел блондин.
– А тебя подружка не потеряет? – ехидно передёрнула я, не без личного интереса.
– Нет у меня никакой подружки, – усмехнулся он. – Так мы продолжим или ты струсила?
– Серьезно? Будем дрочить друг другу? – скривив губы в насмешливой улыбке, спросила я, но до нужного места добралась за считанные секунды.
– Нет, мы будем любить друг друга руками, – ответил Джеймс и, отодвинув кружево в сторону, резко вошёл в меня пальцами.
От неожиданности я вскрикнула и выгнулась дугой. Сладостное тепло разлилось по низу живота, клокочущей дрожью.
Мы начали движение примерно в одном темпе. Пальцы Джеймса вытворяли нечто неописуемое и совершенно непотребное, но я была готова продать душу дьяволу, лишь бы он не прекращал, лишь бы оставался внутри. А эти сводящие с ума поцелуи… Блондин целовался так жадно и неистово, словно мои губы – единственное, что удерживало его в сознании.
Чувственные стоны заполнили небольшое пространство уборной. В воздухе отчётливо слышался запах алкоголя и секса. За дверью постоянно кто-то тёрся, даже пару раз дёргали ручку. Это добавляло происходящему остроты, запуская по телу электрические разряды, покалывающие то тут, то там опасным остриём адреналина. Перед глазами всё поплыло. Страсть скрутила мышцы, подгоняя к кульминации. Мне уже очень давно не было так хорошо… Боже, мне никогда не было так хорошо!!!
Спустя несколько минут, волны оргазма начали сбивать с ног. Колени просели. Блондин понял, что я близко. Ускорился. Его плечи стали более жилистыми, а может мне показалось. На шее проступили вены, бицепс окаменел, скулы играли лёгкой судорогой.
– Я сейчас… – выстонал он, уткнувшись лбом в мою шею.
– Я тоже…
– Хорошо.
Джеймс снова скользнул в мой рот языком, но на поцелуй сил уже не осталось, я просто вцепилась в его нижнюю губу зубами, жарко дыша, отравляя воздух бесстыдным возбуждением. Хлюпающий звук стал настолько отчётливым, что чудом удалось сдержать смех. Но тут меня накрыл мощный оргазм, а затем я почувствовала, как по руке, что была у британца в трусах, потекла тёплая вязкая жидкость.
Парень несколько раз дёрнулся от удовольствия, но ни на секунду не остановился, добивая меня в прямом смысле изнутри. Ноги заходили ходуном, стоять стало тяжело. Почувствовав, что я проседаю, Джеймс подхватил меня свободной рукой под талию, усаживая между раковин. Наступила блаженная тишина.
Я уронила голову на мужское плечо, всё ещё звучно всхлипывая и дрожа трелью в исступлении. Британец очень осторожно вышел из «святая святых» и крепко обнял меня обеими руками. Было так приятно слышать, как постепенно его сердце замедляется, перекликаясь с моим, что я совершенно забыла кто мы, где мы и чем чревато это маленькое приключение…
Но, к сожалению, рай на земле невозможен. Нам срочно нужно было возвращаться в реальность…
Эпизод пятый
Спустя некоторое время я нехотя выбралась из объятий блондина, отклоняясь назад.
– Пора идти, пока нас не потеряли.
Джеймс согласно кивнул, отступая в сторону. Я спрыгнула на пол и развернулась к раковине, чтобы вымыть руки. Парень молча подошёл к соседнему умывальнику за тем же.
Я боялась поднять глаза и посмотреть на себя в зеркало. Странное ощущение: мне было ужасно стыдно, но, вместе с тем, я не жалела о случившемся. Наверное, просто шок…
– Как-то некрасиво получилось перед Аланом, – неожиданно произнёс британец, и меня будто молнией пронзило, аж ноги подкосились!
Я резко повернула голову, глядя на парня вопросительно.
Какого хрена он заговорил о моём муже? Неужели знает, кто я? Блядь, ну конечно знает! Лора, ты круглая идиотка!
– Знаком с Харди? – спросила я, заходя издалека, надеясь, что мы просто не поняли друг друга.
– Да, – спокойно ответил Джеймс, стирая с подбородка следы губной помады, – и очень уважаю его, как профессионала.
Я оценивающе оглядела блондинчика с ног до головы. Он был совершенно расслаблен, никакого напряжения в мимике или во взгляде. Спокойно потянулся к бумажным полотенцам, оторвал несколько кусочков, передал часть из них мне – как ни в чём не бывало. Кажется, паника тут излишня.
– Спасибо, – перестав дёргаться, я взяла предложенные салфетки, вытерла руки. – Да, Алан хороший продюсер. Всё, к чему он прикасается, превращается в золото.
– Надеюсь, – задумчиво улыбнулся британец и шагнул ближе, протягивая руку, вскользь проведя пальцами по моему плечу. – Хочешь выпить?
Его голос вновь стал тише и ниже.
– Я не пью с малознакомыми мужчинами, – с дерзкой усмешкой ответила я.
Джеймс, прищурившись, обижено надул губы.
У этого парня был такой чувственный рот. При одном взгляде на него все приличные мысли в момент исчезали. Правда, цвет губ был немного бледноват, но сейчас, из-за остатков губной помады, это не так бросалось в глаза. Я смотрела на него и, по классике жанра, в голове циклично крутилась мысль – почему я не встретила тебя раньше? А раньше это, собственно, когда? Десять грёбаных лет назад?..
Неожиданно Джеймс начал наклоняться. Я, почти с ужасом, отшатнулась, ведь наверняка знала – если снова почувствую вкус его поцелуя, никакое отсутствие резинки меня не остановит!
– Что не так? – хмуро спросил блондин, замерев.
– Ничего, – виновато выдохнула я. – Просто… Мне действительно нужно возвращаться.
– Ладно, как скажешь, – пожав плечами, парень отступил, а затем несколько раз хлопнул себя по карманам. – Чёрт, кажется, сигареты в куртке забыл.