Мои щеки полыхали, как никогда прежде, а мысли нежеланным хороводом неслись в голове. Акрес прав, мне остро не хватало того, что мог дать лишь один человек. Но не Акрес. Я закусила губу и повернулась. Мы медленно пошли в направлении бара по слегка влажной после дождей земле.
Я не тороплю тебя донеслось в тишине. Но я решила ответить.
Акрес Мне бы сейчас не хотелось задумываться об отношениях с мужчинами, слукавила я. Да и заботы в скором времени будут совсем другими.
В том-то и дело, Альтарея. Ребенку нужна семья.
Тебя это совсем не смущает? я улыбнулась. В таком случае, ты добрый человек и заслуживаешь уважения. Ты удивил меня, Акрес. Но
Не говори ничего. Давай помолчим, он взял мою ладонь в свою и, несмотря на мою легкую попытку освободиться, так и не отпустил. У тебя будет время подумать. Ты сможешь взвесить все аргументы и принять правильное решение.
Он сделал акцент на последние слова, а я вздохнула. Мы так и вошли в бар, держась за руки, и со стороны выглядели вполне довольной парой. Яркая старомодная музыка рассекала пространство, увлекая в танцевальный ритм, а вокруг, в полутемном помещении, проносились тени. Точнее, люди, облаченные в темные маски и я не сразу догадалась, что праздник похож на карнавал.
Сбоку от входа стояла корзина и Акрес, отпустив меня, выудил из нее две тонкие черные маски, выполненные из твердой оболочки корня лацерса. Какой-то умелец весьма ловко вырезал в жестких сферических скорлупках отверстия, превращающих сухую кожуру в устрашающие физиономии. Я взяла одну, ощущая, как внутри нарастает тревожное предчувствие.
Недоверчиво вгляделась в изогнутые хищные прорези для глаз и ухмыляющийся рот. Поколебавшись, приложила маску к лицу. Акрес уже успел облачиться, явив на свет устрашающую физиономию. На миг она напомнила еще одну маску, которая являлась мне во снах, да так остро, что я невольно качнулась к мужчине. Восприняв это как доброжелательный знак, Акрес схватил меня за руку и быстро втянул в основной зал, где происходило быстрое движение фигур и пляска света от настоящих огней, дополняющих слабое электрическое освещение.
Сначала мне показалось, что люди в масках, делающих их похожими на монстров с планеты Сати, перемещаются хаотично, совершая беспорядочные действия в полутемном пространстве бара. Но потом заметила, что жители держатся за руки и их скольжение подчинено какой-то цели. Огромная змея из людей извивалась, ходила волнами и закручивалась в спирали. Столы и стулья куда-то исчезли. Акрес подтолкнул меня и, разорвав чье-то рукопожатие, мы вклинились в общий поток, ощущая себя частью большего целого. Я прислушалась к эмоциям вокруг, настроение праздника затягивало в свои сети, будоража и создавая атмосферу древнего шабаша.
Я практически не использовала свои способности по Имитационике на Апхокетоле. Удивительно, что мне ни разу не приходило это в голову, а открывать ключи в этом забытом всеми месте и вовсе не требовалось. Однако сейчас, напротив, мои способности резко обострились, я ощутила возбужденное настроение толпы, хаотичную радость и жгучую надежду на неявные перемены и плодородный год. Наверное, в такие моменты люди, будь то первобытное племя или высокотехнологичная раса, на мгновения становятся едины и превращаются в одно большое существо, как гидра, собранная из простейших самостоятельных клеток и подчиняющаяся пусть примитивному, но целенаправленному движению. Так и мое сознание раскрылось приятным опьянением от всеобщей эйфории, заставляя двигаться вперед и кивая головой в такт танцевального ритма.
Вместе с тем, меня заполняли и собственные чувства, среди которых были и недоумение от происходящего, и удивление внезапной раскрепощенностью жителей, и интерес к необычному празднику, а следом за ними гнались ожидание большего, тревога и странное дребезжащее предчувствие. Словно светлое будущее коснулось одним крылом и тут же упорхнуло прочь, оставляя внутри придавливающие к земле страхи. В воздухе витали перемены, я это чувствовала, но разгадать загадку не могла. Быть может именно сейчас, играя в переодевание, у меня получится отбросить прошлое? Акрес прав и меня ждет новая, совсем другая жизнь, в которой я смогу открыть свое сердце.
Я украдкой огляделась по сторонам, не останавливая движение, и заметила, что по углам бара концентрируются группы людей, весело смеющихся над заданиями, бывшими, по видимости, традиционными для Апхокетоля. Справа на скорость пили выдержанный напиток из лацерса, утирая щеки от плескавшейся во все стороны жидкости, в другом месте собралась группа мужчин, меряющихся силами и пытающихся расколоть корень одним ударом мощного кулака. Акрес разорвал наши руки и, ухмыляясь, направился в ту сторону, я же мотнула головой и осталась среди движущейся "змеи".
Маски все дело в них. Казалось бы это игра, но теперь я явственно ощутила, что, одев ухмыляющуюся физиономию, я словно подписала негласный договор. И вроде оставаясь собой, я стала незаметно перенимать те эмоции, которые несло мое второе лицо. Маски гипнотизировали и подчиняли участников себе, затирая привычную рутину и подсказывая, что можно видеть мир иначе, по-другому. Мне стало комфортно и пьяняще весело. Никто не видел моих истинных эмоций, все слезы, тревоги и сомнения остались скрыты за толстой кожурой, явив на свет нечто смелое, дерзкое и разрушительное.
Толпа утягивала меня вглубь, закручивая наше движение в спираль, я не сопротивлялась, крепко держа за руки тех, кого даже не знала. Слабый желтый свет, играющий бликами от живых огней по краям комнаты погружал сознание в нечто древнее, бурное. Вседозволенность. Я позволила себе засмеяться. Никто не видел меня, и смех вырывался клоками, тряся лицо под маской, проникая сквозь грусть и все преграды, до того сдерживающие его. Какая же я все-таки глупая и полностью лишенная интуиции девица! Это ж надо так угодить! Из преуспевающего научного сотрудника с перспективами исследовательских путешествий по всему миру, я оказалась на отсталой планете вражеской цивилизации, занимаясь примитивной работой, неся растущий живот и не имея никаких шансов изменить свое положение к лучшему. Просто отлично, стоит сказать себе спасибо!
Теперь я понимаю, почему Он всегда носит маску. Так проще. Этот щит ограждает от лишней ответственности, прячет истинные эмоции, скрывает слабость. Не ты наносишь ущерб, совершаешь убийство Она маска. Она сделает тебя неуязвимым, спокойным и безразличным. Его маска не выражала ничего, кроме сосредоточенности и решимости подчинять все своим действиям, насаждать свои правила везде, куда попадал острый взгляд желтых глаз. Они и сейчас словно смотрели на меня, вспарывая тонкую кожу, выворачивая мои мысли наизнанку, но при этом скрывая свои.
Я просто попалась Мои фантазии зашли слишком далеко, воображая в глубине желтого взгляда притяжение не только физического плана. Мне хотелось бы верить, что за его маской прячется не безликое равнодушие, а бурные чувства, которые он хочет скрыть от самого себя. Но нет Его обездвиженное лицо говорит, скорее, об обратном. Такие люди не склонны к эмпатии, они могут выводить стройные умозаключения, но не чувствуют трепет чужой души. Не придет он. Никогда. Если бы мог, хотел бы, уже был здесь. Я зажмурила глаза, понимая, что погрязла в бесплотных надеждах, уводящих меня от реальных решений.
Держи, держи!.. кто-то тормошил меня слева. Я вяло повернулась и мне в руки тут же угодило что-то круглое и скользкое.
Сердце! задорно выкрикнул сосед по игре, начало которой я так и не заметила, увлекшись мыслями. Сердце лацерса полупрозрачная сердцевина корня, скрывающая желеобразную субстанцию под тонкой оболочкой. Я не успела сообразить, что суть игры быстро передавать сердце друг другу, не повреждая, и мои пальцы, охваченные напряжением от предшествующих грустных дум, резко сжали лацерс, выдавливая из него липкую субстанцию. Оболочка с хрустом лопнула, и мириады брызг разлетелись во все стороны, оседая на участниках.
Сердце разбилось! В круг ее! радостно завопила и заулюлюкала толпа, подталкивая меня к центру зала. Жертва определена!
Что? только и выдохнула я, когда людская волна буквально вынесла меня в пустой круг, посередине которого тянулась дорожка из камней нет, я сообразила, что это были не камни, а полупустые оболочки все тех же лацерсов.
Люди отступили и я осталась в круге одна, не понимая, что же ждет от меня толпа, которая, как казалось, веселилась и наслаждалась происходящим. В круг выступил грузный мужчина, неся на своей голове не просто скорлупу, а целое изваяние из переплетающихся рогов и иссушенных отростков растения, и ожесточенное выражение вырезов маски.
Тихо!!! Каким будет следующий год? Успешным и плодородным, либо засушливым и бедным? вопрошал он, призвав толпу к молчанию. Справимся ли мы с эхолором или проклятые камни вконец поглотят нас и наш урожай? Пройдет ли эта смелая женщина испытание или станет новой жертвой эхолора? он загадочно понизил голос, а я вздрогнула. И тут же себя успокоила опасаться реального эхолора не стоит.
Люди затихли и терпеливо ждали ответ. Я переступила с ноги на ногу. Скорее всего меня не опознали, широкое платье скрывало еле заметный живот, маска лицо. Если бы я его открыла, уверена, мне вряд ли бы доверили какие-то испытания. В поселении ко мне относились с искренней симпатией. Однако внезапно мне стало интересно, что уготовано человеку, оказавшемуся в круге. Мечты разбиты, надежды порваны, почему бы не рискнуть, отдавшись веянию попутного ветра? Я глубоко вздохнула, собираясь с мыслями.
Пройдет ли наша героиня по пути древних, осваивающих земли и пробираясь сквозь сложные скалы или оступится и упадет, отдавшись во власть эхолора? продолжал фантазировать мужчина, а я с любопытством взглянула на дорожку. По виду скорлупки были крепкими и не представляло большого труда их преодолеть.
Иди-иди! начала скандировать толпа, а мне в руки снова прилетело сердце лацерса и я, на сей раз бережно удержала его.
Если смелая путешественница сможет преодолеть путь, удержав сердце, нас ждет плодородный год! Если падет под камнями эхолора боги гневаются и забирают себе новую жертву, да успокоится эхолор с ней, да сократятся дни камнепада! провозгласил мужчина, а я поняла хорошо будет по-любому: и не упасть, и упасть. Здорово придумали, усмехнулась я, только где ж они возьмут эхолор?! Хорошо, что сейчас не древние времена и жертву не отправляют под настоящие камни.
Я смело ступила на первый выступ, запоздало обнаружив, что он шатается. Идти, оказалось, не так легко, но я старательно держала равновесие, осторожно переступая по скорлупкам.
Иди! Вперед! кричали люди, словно стараясь помочь мне лишними напоминаниями.
Почти к середине пути я освоилась и расхрабрилась, но тут раздался шуршащий дребезжащий шум и на сцену вылетели веревки, сплошь обсыпанные осколками скорлупок лацерса. Они мотались из стороны в сторону, больно ударяя по моим рукам, благо, что лицо было защищено. "Вот и эхолор!" молниеносно поняла я, усмехаясь и пытаясь уклониться от неприятных прикосновений.
Мне показалось, что у меня неплохо получается, однако через пару шагов веревки с острыми краями вновь мотнулись в мою сторону и я инстинктивно выставила руки, защищая живот. Это моментально нарушило мое равновесие на неустойчивой скорлупе, нога подвернулась и я безудержно полетела вниз.
Что вы творите?! рявкнул гневный голос, а две сильные руки удивительным образом успели подхватить меня так, что я не смогла постыдно приземлиться пятой точкой на пол.
Что вы вообще тут удумали, совсем заигрались! продолжал возмущаться баритон, ладони потянули меня вверх и я внезапно оказалась на руках Акреса, которого распознала в крепком мужчине. Сердце лацерса между нами снова лопнуло, оставляя липкие подтеки в районе груди, где мы теперь соприкасались. Вы что, не видите ее положения?..
Толпа смущенно попятилась, и вправду не мысля о чем-то подобном ранее. Акреса здесь уважали и даже побаивались, поэтому гнев лидера движения за свободу Апхокетоля воспринимали всерьез. Мужчина, украшенный рогами и завитками, изложивший ранее речь, попятился, стараясь стать менее заметным.
Нет-нет, я виновата сама, я постаралась замять неловкую ситуацию. И правда, стоило отказаться и не рисковать здоровьем лишний раз. Я согласилась.
Выберите новую игрушку! в последний раз возмутился мужчина, не слушая мои пояснения. С этими словами он решительными шагами направился в сторону, все еще не отпуская меня. Я завертелась, стремясь принять вертикальное положение, но Акрес не отпустил. Вместо этого он толкнул малоприметную дверь в конце зала и мы оказались в темном коридоре, в котором я раньше никогда не бывала. В отдалении вновь зазвучали голоса, музыка и смех, жители не стали долго грустить и, судя по звукам, вновь замыслили состязания. Мужчина опустил меня на землю и я сделала быстрый шаг назад, прижимаясь к неровной стене.
Мы оставались облачены в маски и даже при слабом освещении я обозревала маску человека напротив и чувствовала странное повторение событий. Да и все было непривычно вокруг и внутри, я окончательно перестала понимать себя. Эйфория и тревога соседствовали вместе, подгоняемые довлеющим разумом, пытающимся взять ситуацию под контроль. К счастью, мужчина резко снял маску и отбросил ее прочь, а потом бережно приподнял мою.
Ты очень красивая, Альтарея, прошептал он неожиданно, приближаясь.
Именно поэтому ты мне говорил все те слова? я не знала, как реагировать на действия мужчины, стремясь оттянуть очередные объяснения. Он усмехнулся.
Нет, в тебе масса других достоинств. Кроме одного. Последнее он выговорил резко. Но я молчала, не в силах открыть рот, поэтому Акрес продолжил. Ты не можешь забыть.
Забыть что? произнесла я чуть слышно.
Кто он? мужчина приблизился так близко, что его губы оказались на уровне моего уха. Скажи мне, Альтарея, кто он?
Он повторила я запнувшись. Внезапно захотелось признаться и сбросить с себя, наконец, весь этот груз изнуряющих отношений. И плакать, плакать Но какое-то чутье внутри подсказывало не стоит, не сейчас. Он солдат. Дальтериец.
Солдат? переспросил Акрес
Я не знаю, честно призналась я. Он не хотел не планировал всего этого. Мне сложно говорить
Я услышала вздох, за которым последовало несколько секунд тишины. В пространстве разливалось тепло, ритмичные звуки за дверью заставляли сердце колотиться быстрей, я вновь ощутила желание довериться, не думая больше ни о чем. Как долго человек готов терпеть напряжение без возможности выговориться? Как быстро начинает довлеть одиночество сложного выбора? Я не знала, где найти истину в переплетении путей.
Акрес, я начала говорить, но не успела. Мой рот накрыла волна безудержного поцелуя.
Глава 5
Я и сама не поняла, что случилось. В жизни каждого бывает, что обида накатывает внезапно, заставляя действовать назло всем прежним желаниям. Чувство одиночества и недопонимания ищут выход рядом с тем человеком, кто сам приблизился к нам. Иногда этим пользуются нечистоплотные люди, но Акрес был не таким. Он целовал меня порывисто и нежно, заставляя вновь почувствовать себя желанной, дорогой и настоящей. Те мысли, от которых я давно отвыкла. Те чувства, которые делали меня собой до встречи с Зэлдаром. Утешение сознания, что я вновь не одна.