Лики российской имперской государственности
Власть в человеческом измерении
П. И. Савельев
© П. И. Савельев, 2023
ISBN 978-5-0060-8760-6
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
ЛИКИ РОССИЙСКОЙ ИМПЕРСКОЙ ГОСУДАРСТВЕННОСТИ
ПРЕДИСЛОВИЕ
Имперский период тысячелетней русской государственности, несомненно, имеет самостоятельное историческое значение и обладает своими особенностями, которые сложились во многом под влиянием личностных качеств занимавших российский трон монархов.
Империя в России была провозглашена Петром Великим, который заложил ее организационные и идейные основы регулярность и полицейский характер государства, камералистская система государственной службы, европейский облик, быт и нравы элиты, первенствующая роль дворянства (шляхетства), державный характер внешней политики. Поэтому Петровская эпоха оставалась актуальным событием для всей двухвековой истории Российской империи. Этой Петровской парадигмы придерживались все его преемники на троне, как бы ни различались они по своему характеру, мировоззрению и умонастроению.
Все монархи, о которых идет речь в книге, считали себя представителями Дома Романовых православной династии самодержавных русских царей, берущей свое начало от воцарения в 1613 г. Михаила Федоровича Романова. Строго говоря, чисто русскими людьми на троне были Петр Великий и Анна Иоанновна. Все остальные произошли от смешанных браков главным образом с германскими принцессами. Исключение составляли неясного происхождения супруга Петра Великого Марта Скавронская и супруга Александра III, датская принцесса Дагмара. Дважды российский трон занимали персоны, не имевшие никакого отношения к роду Романовых Екатерина I и Екатерина II, но и они в полной мере выражали интересы династии, православной веры, государства и народа российского. Более того, при них иностранцы играли намного более скромную роль в государственном управлении, нежели, к примеру, при чисто русской императрице Анне Иоанновне.
Благодаря своим матримониальным связям, Романовы имели широкие и разветвленные родственные отношения с большинством европейских монархических домов, самым близким из которых был королевский дом Англии. Европейская культура, европейское платье, европейские языки прочно вошли в повседневную жизнь императорской фамилии. По европейским канонам строились воспитание и образование наследников престола. Безусловной необходимостью было знание трех иностранных языков английского, немецкого и французского. Иногда к ним добавлялись еще польский и датский. Императорская семья и Двор задавали тон всему светскому обществу, где царила такая же тотальная европеизация и преимущественно французский язык, на котором изъяснялось благородное сословие, стремясь отличаться этим от массы народа, от средних и низших сословий.
Парадоксальным образом династия должна была в то же время демонстрировать и свою национальность, русскость. Это настроение в обществе резко усилилось после Отечественной войны 1812 года с ее Народным ополчением и широким партизанским народным движением. При Николае Павловиче была сформулирована знаменитая идейная триада, на которой держится Россия самодержавие, православие, народность. По определению Н.М.Карамзина, самодержавие есть палладиум (оплот, защита, опора) России. С упразднением патриаршества, то есть с Петра Великого, самодержец стал еще и главой церкви. Правда сакральность абсолютной монархии от этого не только не усилилась, напротив, она резко понизилась и приближалась к нулю. Последовавшие за смертью Петра дворцовые перевороты, многочисленные «припадочные люди» временщики резко уронили престиж династии. С Екатериной Второй она вообще, строго говоря, прервалась. Ее восстановил Павел Петрович, не случайно считавший себя чуть ли не основателем новой династии, что было недалеко от истины, потому что дальше вплоть до Николая Второго царствовало потомство Павла.
Монархическая государственность России по своей изначальной природе была народной, но у династии Романовых отношения с народом не сложились. Как известно, она утвердилась на троне, благодаря Народному ополчению Минина и Пожарского. Народ ее создал, но народ ее и уничтожил в 1917 году. Далеко не все государи понимали смысл петровского «государства общего блага». Как видно из представленных в книге характеристик, эта идея даже при Елизавете Петровне была искажена до неузнаваемости, не говоря уже о ее предшественницах (не успевший себя проявить Петр II не в счет). И хотя Елизавете удалось внести некоторое смягчение прежних жестоких порядков, а Екатерине Второй придать им некоторый европейский лоск и даже законность и благочиние, напряженность в отношениях власти и общества нарастала.
Прекраснодушный Александр Первый пользовался поначалу популярностью, особенно в связи с Отечественной войной 1812 года, вызвавшей воодушевление и патриотический подъем в народе и в обществе, но затем променял ее на европейскую популярность, а военные поселения и «аракчеевщина» окончательно оттолкнули от него и общество, и народ. Николай Первый обладал иным характером. Он был сторонником порядка и жесткого централизованного администрирования. Будучи человеком долга, он, по сути дела, был последним популярным в народе царем. Он, не колеблясь, выходил к возбужденной толпе и усмирял ее своим бесстрашием. Спокойствие и выдержку проявил он и в критический момент восстания дворян-революционеров на Сенатской площади 14 декабря 1825 года. При нем власть сделала последнюю попытку завоевать интеллектуальное господство в обществе и первую попытку бороться с европейской русофобией на официальном государственном уровне. Следование «урокам» Карамзина и декабристов, выдвижение умных и деятельных сподвижников М.М.Сперанского, В.П.Кочубея, П.Д.Киселева, Е.Ф.Канкрина, С.С.Уварова, признание и уважение со стороны гениальных современников А.С.Пушкина, Ф.И.Тютчева, все это свидетельства незаурядности фигуры Николая Первого. Однако, к концу его царствования Николаевская Россия превратилась в гигантский симулякр, в котором, по словам П.А.Валуева, «сверху был блеск, а внизу гниль». В результате поход Европы против России, поражение в Крымской войне и скоропостижная смерть императора.
Александр Второй взошел на трон в обстановке революционной ситуации в стране. Он попытался выправить положение путем широких и довольно радикальных реформ, настоящей буржуазной революции сверху и многого достиг на этом пути. Освободил крестьян, ввел самоуправление в деревне и в городе, либерализовал и даже демократизировал армию, судебную систему, финансы и образование, развернул строительство железных дорог, акционирование банковского и промышленного капитала. Эпоха «великих реформ» Александра II выдвинула немало талантливых и честных чиновников-реформаторов братьев Н.А. и Д.А.Милютиных, С.И.Зарудного, А.В.Головнина, В.А.Татаринова и др. Сам Александр играл активную роль в реализации реформ, особенно самой сложной и фундаментальной крестьянской. Душевное равновесие императора было нарушено выстрелом Дмитрия Каракозова 4 апреля 1866 г. Царь был шокирован тем, что на него, царя-освободителя, совершено покушение и стал склоняться к репрессивным методам борьбы с революционной молодежью. Отношения власти и общества зашли в кровавый тупик, выходом из которого стала гибель государя и террористов-народовольцев.
Александр III не сочувствовал либеральным шараханьям своего отца. Осуждал он и то, что свое увлечение фавориткой, княжной Екатериной Долгорукой, вещь довольно привычную в придворных кругах, Александр II превратил не только в скандальную жизнь на две семьи, но и в морганатический брак, что было совершенно неприемлемо для всей императорской фамилии. Александр III удалил пассию отца от двора, убрал из власти его любимцев, прежде всего М.Т.Лорис-Меликова, а также ряд либеральных министров. Он не отменил ни одной реформы отца, но подверг их такой коррекции, которую считал необходимой для упорядочения государственной и общественной жизни. Так, было остановлено безудержное грюндерство частных железнодорожных и акционерных компаний, и строительство железных дорог стало делом государственным. Существенно поубавилась коррупция, принявшая при Александре II невиданные даже по российским меркам масштабы. Революционное народничество вступило в полосу кризиса, что обеспечило монархии несколько относительно спокойных десятилетий. Своей спокойной и миролюбивой политикой Александр III существенно повысил международный авторитет России.
Спокойная и размеренная жизнь в России стала быстро меняться при последнем русском императоре Николае II. Как и его отец, Николай не был семи пядей во лбу, но он оказался не способен поддержать даже тот порядок дел, который сложился при отце, не говоря уже о формировании нового, более соответствующего современной эпохе. Масштаб его личности не соответствовал этой задаче. Слабину молодого императора сразу же почувствовали те, кто вынужден был поутихнуть под могучей дланью Александра III. Возобновились старые коррупционные схемы, в которых активно участвовали члены императорской фамилии, активизировался иностранный капитал. Опрометчивое решение о введении золотого стандарта российской валюты резко усилило зависимость государственного кредита от иностранных золотых займов и, как следствие, сделало управляемой внешнюю политику царского правительства. Россию, управляемую столь недалеким и податливым монархом, провели сначала через горнило неудачной войны с Японией, а затем без труда втащили в агрессивный блок Антанта, в котором ей предстояло таскать каштаны из огня для своих «союзников».
Резко возросла конфликтность и взрывоопасность внутриполитической обстановки в стране, и монархия Николая II не выдержала. Сначала возникла властная химера в виде монархического парламентаризма, т. н. Третьеиюньской монархии, а затем мировая война обрушила и самодержавие. Управленческие решения и шаги Николая II оказались по большей части своей неэффективными, он упустил те немногие шансы на спасение власти и самой собственной жизни (Столыпинские реформы, модернизация экономики и огосударствление банковской системы). Самым главным изъяном его правления было отсутствие собственного проекта развития страны, образа ее будущего.
ГОСУДАРЬ-ТРУЖЕНИК ИМПЕРАТОР ПЕТР ВЕЛИКИЙ
Петр Великий относится к числу правителей с ярко выраженными чертами характера, сформировавшими его неповторимую и цельную личность. Вся история жизни Петра пронизана ими и соткана из их проявлений в конкретных ситуациях. Они оказывали определяющее влияние на его поведение и принятие им порой очень важных и даже судьбоносных для всей страны и народа решений.
Петр Великий рос активным и подвижным мальчиком. Однако очень рано любознательность его приобрела далеко недетский характер. Она имела ярко выраженный практический характер. Видимо в ответ на многочисленные расспросы ребенка князь Долгорукий привез ему в подарок из-за границы астролябию. Прибор довольно сложный. Из русских никто не мог объяснить Петру его применение. Нашелся голландец Тиммерман. Его пояснения повлекли за собой любопытство к точным наукам. С тех пор Петр всегда стремился докопаться до самых корней любого практического дела, которое его занимало. Таковы кораблестроение, кузнечное дело, токарное дело, металлургия, градостроительство, мореплавание, строительство каналов, государственное строительство и многое другое.
Петр I. С картины В. Серова
«На троне вечный был работник», написал А.С.Пушкин о царе. Петр Великий гордился своими мозолями и демонстрировал их своим молодым сподвижникам в качестве аргумента к тому, что нельзя оставаться праздным наблюдателем жизни. Сам же не мог удержаться от личного вмешательства в любое дело, свидетелем которого становился даже случайно. Он упорно осваивал плотницкое дело на голландских и английских верфях и достиг высочайшего мастерства. Он возил с собой повсюду токарный станок и мог выточить сложнейшие изделия, вплоть до портрета. В многочисленных местах его пребывания, даже весьма краткосрочного, остались многочисленные вещицы и поделки, сделанные его руками.
Сторонник создания регулярного государства, он без устали трудился над созданием многочисленных инструкций-регламентов для государственных учреждений, включая фундаментальный Генеральный регламент, которого не было в иностранных государствах, с которых брался пример. Он «впрягался» лично в любое дело, распоряжался всем до мелочей и стремился проконтролировать, как исполняются его распоряжения.
Петра Великий был прост в общении, не любил пышных церемоний. Даже прием иностранных послов в Грановитой палате чаще всего проводил в простой повседневной одежде. Стоптанные башмаки, заштопанные женой и дочерьми чулки, старенький халат из китайской нанки, заношенный кафтан из грубой русской шерсти, который менялся с большой неохотой вот повседневный наряд человека, считавшегося самым богатым и могущественным из государей того времени.
Не имевший богатого выезда царь, когда приглашали его на какое-либо торжество вроде свадьбы, одалживал экипаж у известного столичного щеголя П.И.Ягужинского, генерал-прокурора Сената. Приезжая в гости к вельможам или простым купцам и ремесленникам, Петр садился на любое место, ел вместе со всеми простую пищу, любил посидеть с иностранцами-моряками за кружкой пива и вести с ними разговоры о морских делах. Мог между делом или на пиру вести серьезные переговоры с иностранными дипломатами и решать серьезнейшие внешнеполитические вопросы, чем шокировал чопорных послов.
Простота его по отношению к людям невысокого звания, честно служившим Отечеству, была поистине отеческой. Но горе было тому, в ком царь заподозрил обман и неискренность. Здесь простота его обращалась в средневековую властность и даже жестокость. Чрезвычайная бережливость царя породила слухи о скупости Петра, однако это было не так. Меншиков имел великолепные дворцы, как и многие вельможи. Двор Екатерины Алексеевны блистал роскошью, и Петр поощрял это. Но сам он был скромен и говорил, что вельможи за свои траты отвечают перед государем, а он должен будет за каждый рубль дать отчет Богу.
Чувство юмора, несомненно присущего Петру, было, по-преимуществу, грубым и оборачивалось многими тягостями для участников его диких забав. Самым знаменитым из таких примеров был «Всешутейший и всепьянейший собор» с шутовским князем-папой Никитой Моисеевичем Зотовым, первым учителем царя, во главе. Эта диковинная демонстрация, особенно на святки, потешала всю столицу. Это было высмеивание церковной иерархии в худших традициях народного скоморошества. Процессия из нескольких десятков саней, запряженных медведями, козлами, свиньями и другими животными, с участием самого царя и его сподвижников в изрядном подпитии, отправлялась на святки «славить» по дворам вельмож и богатых купцов. Нашествие свиты царя человек в двести были истинным бедствием для хозяина дома. При этом совершались неописуемые кощунства и святотатства.