Значит, Вячеславу повезло с напарником. Я хмыкнул: спасатель я или где? Отпускать этого интеллигента одного в подземелья никак нельзя. Сгинет по глупости или от восторга, ищи потом его. Решено, иду с ним. Все равно не отвяжется, сам попрется, к бабке не ходи! Упертый! Да еще и возьмет кого-нибудь не того в помощники. Главное, чтоб его первым не отыскали те, кто с этой бумагой связан
Мысли завертелись в рабочем направлении, но были безжалостно оборваны громогласным окриком Кузьмича.
Лесаков! Хватит ср в засаде сидеть! Мы отчаливаем!
На поляне раздался громкий ржач, парни поддержали шутку мичмана. Я спрятал документ за пазуху и зашагал в сторону палаточного лагеря, старательно кривя лицо, чтобы не выпасть из образа больного.
Как самочувствие? Лопухов хватило? подначивали меня парни.
На вашу долю хватит, страдальческим голосом отбрехивался я, выискивая глазами Стеблева.
Вячеслав с рюкзаком стоял возле автобуса, в который рассаживались задержанные нудисты. Судя по всему, забирали не всех. Часть любителей ровного загара оставалась в брезентовом городке, охранять вещи избранных рукой правосудия и соблюдать общественный порядок, ожидая товарищей, которым не повезло оказаться в числе нарушителей.
Журналист успел переодеться и теперь выглядел уверенней, чем недавно в кустах в одном полотенце. Стеблев увидел меня и вопросительно выгнул бровь. Я сделал вид, что не заметил, чтобы не привлекать внимания Сидора Кузьмича.
Мы скоро отчаливаем? поинтересовался у кого-то из дружинников.
Эти вот отчалят, мы следом.
Понял, я размышлял, как дать понять Вячеславу, что все в порядке, схема у меня и наш договор в силе.
Потом подумал, чего я менжуюсь? Парень мне помог, что называется. Могу я подойти и сказать товарищу спасибо? Могу. И я пошел, по-прежнему держась за живот на всякий случай.
Вячеслав, спасибо за помощь! Таблеточка твоя прям волшебна. Помогла! Полегчало мне. Ты, если что, обращайся. Чем могу, помогу. Я в общаге живу, в педагогической. Меня там все знают. Алексей Лесаков, я протянул журналисту руку. Заходи в гости, буду рад.
Алексей, искренность в человеческих отношениях это основное. Я верю тебе, негромко произнес Стеблев, пожал мне руку и забрался в автобус.
А я остался стоять на поляне, как громом пораженный. Жить ему оставалось без малого семнадцать лет. В марте девяносто пятого его убьют на пороге собственного дома. Убийство так и не раскроют. Целые сутки российские каналы будут транслировать траурную заставку с портретом Вячеслава и надписью: «Вячеслав Стеблев убит».
Сказать или не сказать? Вот в чем вопрос
Глава 2
Иди, болезный, занимай место, раздался за спиной ехидный голос Кузьмича. Да не туда, вон ваш автобус стоит.
Я обернулся, увидел консервную банку на колесах, кивнул и потопал в сторону раздолбанного тарантаса. По дороге домой, подпрыгивая на ухабах и колдобинах, я все думал: на фига была нужна эта облава? Нудисты разместились далеко за пределами цивилизации, так сказать. Встали лагерем, отгородили его пошитыми тряпочными «стенами» от внешнего мира. Жили тихо-мирно, никому не мешали, не буянили, в поселок на дискотеки не ходили, в пьяных драках замечены не были. И вдруг на тебе облава!
Предположим, парочка местных любителей шелковицы набрела на палаточный лагерь, обнаружила толпу голых людей и оскорбилась в лучших чувствах. Вернулись в поселок, нажаловались участковому. Не удивлюсь, если это были какие-то хитрожопые мужички, решившие срубить легких денег на курортниках. Ну а что, собрали ягоды, продали, вот тебе чистая прибыль, и никаких затрат! Только за билет на автобус. Да и то, если на велике двадцать минут до города, тридцать до Центрального рынка. Все копейки в карман!
Участковый, как водится, от заявления отбрыкивался, но потом то ли сдался и принял, то ли решил проявить инициативу, сходил и отработал жалобу. Провел профилактическую беседу, поставил галочку и с чувством выполненного долга на том угомонился. И вдруг рейд.
К чему было устраивать сегодняшние маски-шоу? Чтобы выполнить и перевыполнить план по поимке особо опасных преступников, растлевающих высокоморальных советских селян своей обнаженностью? Да ну, бред!
И опять мои мысли свернули к теории заговора. Корявой, сырой, притянутой за уши, но тем не менее единственной правдоподобной, с моей точки зрения, в этом нагромождении случайностей и странных совпадений.
Если предположить, что за схемой, которую скоммуниздил журналист, приехали откуда-то в наш город специально Предположим, что привез ее один из нудистов. Где он ее раздобыл другой вопрос. Ни разу в жизни за свои пятьдесят лет я не видел такой карты. Да что там карты! В моем времени все новые ходы заливают бетоном, историкам запрещено спускаться в катакомбы под предлогом того, что стены могут обрушиться. Ни у кого из моих современников не было возможности нарисовать карту подземных ходов.
Но тот, кто создал эти переходы, однозначно нарисовал бы и схему всех ответвлений, тайных комнат, хранилищ. Для чего вообще их отстроили? На этот вопрос тоже нет ответа. Так, что-то я пошел по второму кругу. Вернемся к началу.
Что произошло перед тем, как я попал в семьдесят восьмой? Хз все как обычно, никаких происшествий и странностей. Ну, посидели знатно, перебрал, бывает. На работу вызвали. Что еще? Неловкая сцена с Манюней. Черт, до сих пор чувствую себя виноватым за эту ситуевину. Вроде все. Пацанов спасли, и я скопытился прямо на берегу перед крыльцом базы.
Я перебирал в голове день за днем прошлую жизнь, но не находил ни одной зацепки и предпосылки для случившегося со мной кордебалета. Ошиблись? Не того перенесли? Надеялись на то, что кинусь спасать мир, Советский Союз, добывать карту? А я повел себя Как я себя повел? По традиции вляпался в кучу мелких историй и одну неприятность. Причем, если бы не Кузьмич со своим разговором «по душам», я бы даже не стал подозревать, что все эти странные случайности звенья одной цепи.
Почему мне так кажется? Интуиция криком кричит и волком воет. Глупо, но это внутреннее чувство, когда в момент опасности в ушах начинает гудеть кровь и чесаться между лопаток, не раз спасало мне жизнь.
Однажды увернулся от балки, рухнувшей сверху на пожаре, когда разгребали завал, просто потому что зачесалась спина. Я дернулся, шагнул вперед в дверной проем, чтобы снять зуд об косяк, зацепился взглядом за кусок ткани, мне показалось, лежит человек (ребенок), и я резко нырнул в комнату. В этот момент перекладина и рухнула, проломив пол. А тряпка оказалась обгоревшим кукольным платьем на расплавленной игрушке, придавленной перевернутым стулом.
Черт, опять меня куда-то не туда повело. Вернемся к нашим баранам. Точнее, к странностям, с которыми я сталкиваюсь на каждом шагу. Раз странное семейство начинающих воришек, с больной матерью.
Два драка в первый день моего попадания в тело студента. Три неожиданная встреча с тем же самым драчуном в доме семейства Рыжовых. Четыре этот самый товарищ оказывается не просто тем, кому я набил морду, но еще и массажистом тяжело больной матушки незадачливых воришек, да еще и помощником (наводчиком? сообщником?) доктора-мошенника.
Пять разговор с Сидором Кузьмичом. Причем дважды. Один раз по моей инициативе, когда меня колбасило из стороны в сторону и я вообразил себя спасителем, а не спасателем, каковым являюсь. Другой перед рейдом, по мичманской инициативе. Последний разговор оставил много вопросов вместо ответов, которые я должен был получить, с точки зрения Сидора Кузьмича.
А если предположить, что в центре всего непонятного и странного, что произошло со мной в первые дни попаданства, стоит именно Прутков? Естественно, не как мистическая сущность, которая перенесла меня сюда за каким-то лешим. А просто как ну, не знаю паук, дергающий за ниточки? Центральная фигура, которая все знает? Тайный агент советской милиции?
Над этой идеей я немного поразмыслил. Если Сидор Кузьмич внедренный мент, предупредить меня о необходимости не вмешиваться он мог либо по своей инициативе, либо по приказу начальства, которое одобрило план этого самого внедрения. Куда? В курортную мафию? Но тогда при чем тут доктор?
Вот и цифра пять вырисовывается. Точнее, шесть. Почему после моего невинного разговора с Евдокией о чудо-враче продавщица не вышла на работу? Совпадение, или у нее действительно случился выходной? Или ей приказали не выходить, потому что Почему?
Семь облава на нудистов. Перед ней второй разговор с Сидором Кузьмичем и его недвусмысленное предупреждение не лезть, куда меня не просят, чтобы не поломать план. Какой план? Поимки нудистов? Доктор-мошенник в числе поклонников ровного загара? С трудом верится. Тогда от чего меня так настойчиво отговаривал мичман?
А если все-таки начальник оэсвэоэдовцев и есть какой-нибудь главарь преступной пляжной группировки? А что, очень может быть! Тогда и Евдокия легко вписывается в картину: Кузьмич просто-напросто взял, да и запретил ей появляться на работе, чтобы не сболтнула чего лишнего дотошному студенту, который почти снял с крючка несчастное семейство Рыжовых.
Получается, Кузьмич преступник? М-да, Леха, логика у тебя, прямо скажем, железная Почему тогда не мент под прикрытием? Потому что поперся в рейд на нудистов. Что он, баб голых не видел, что ли? Ну, отрядил бы нас, пацанов, в помощь родной милиции. Самому-то на фига переться по такой жаре за город, растаскивать по углам голых и дружинников? При этом вполне открыто помогать преступным, так сказать, элементам с одеждой и прочим. Получается, милиция тоже в доле?
Мля, Леха! Угомони свои таланты! Тебе бы книжки писать, там бы твоя фантазия пригодилась!
Так, стоп! От неожиданности я даже глаза открыл. Дребезжание автобуса и гарцевание по кочкам ко сну не располагали, но с закрытыми глазами легче было переносить южное солнце. Занавесочек на окнах в милицейском транспорте не имелось.
Ну-ка, ну-ка! Кажется, я поймал интересную мысль! Стебелев утверждал, что ночью разговаривали двое мужиков. Если предположить, что один из них нудист, который где-то раздобыл карту наших подземелий и привез ее сюда, то второй вполне может быть мичманом!
И сегодня он приперся сюда под предлогом помощи, чтобы забрать схему и передать деньги! Бинго! Я так обрадовался своим умозаключениям, что чуть не заорал вслух! Так, Алексей Степаныч, что-то слишком часто в последнее время ты теряешь над собой контроль!
Пять минут я ехал в автобусе, изображая довольного слона. Ну как же, все пазлы сошлись, картинка нарисовалась. А потом я вспомнил, что Сидор Кузьмич на берег не спускался это раз. В кусты на поиски почтового дерева не отлучался это два.
«К морю спускался Игорек!» услужливо подсказала мне память! Да, но я сам его туда спровадил, чтобы спокойно договорить с Вячеславом. Черт! Что еще говорил журналист? Вспоминай, Леха, вспоминай!
Карту неизвестный товарищ должен был засунуть медведю под хвост. Кузьмич вполне мог специально отрядить Василькова со мной и отправить нас на берег. Там Игорек, улучив минутку, обыскал бы глыбу, изъял схему, и все были бы счастливы.
Но случилось то, что случилось. Вмешался молодой, амбициозный, жадный до тайн и сенсаций Вячеслав Стеблев. Помнится, именно из-за каких-то разоблачений его в свое время убрали с должности президента телекомпании «ВИД»
Парень случайно подслушал разговор двоих мужчин, решил одним глазком взглянуть на документы, которые стоят денег, а их передача из рук в руки целая шпионская игра.
И вот я снова вернулся к пункту семь. Что, если Сидор Кузьмич играет во всем этом не последнюю роль? Именно он должен был положить деньги в дупло или куда-то там. Именно для него оставили схему в медведе. Тогда, получается, Игорек не просто так поднялся за мной под предлогом дополнительной помощи. Он шел доложить Пруткову о том, что под медвежьим хвостом пусто. Зачем только ко мне прицепился? Намеки, разговоры. Решил, что Кузьмич назначил меня любимой женой? Тьфу ты! Выбрал доверенным лицом?
Черт, я опять запутался! Набурогозил всего до кучи, притянул за уши, нафантазировал Истина, как всегда, где-то рядом. Только вот где ее искать? В каком из намеченных направлений?
И самое интересное, так сказать, вишенка на торте кто такая Нина? Добрая самаритянка? Нимфоманка в отпуске? Дама бальзаковского возраста, запавшая на красивое накачанное тело? Случайная интрижка? Внезапно вспыхнувшая страсть к вьюноше двадцати лет? С трудом верится.
Угу, в тот день я думал другой головой. Привычная схема: лето, отпуск, пляж, обычный курортный съем. Да только я не в своем столетии, и советские женщины так откровенно себя не ведут. Нина, безусловно, уникальна. Но, если припомнить все моменты нашей встречи, сразу возникает много вопросов.
Во-первых, Игорек, сливший мое местоположение компании Бороды. Во-вторых, откровенный наезд в общественном месте. Внаглую, на пляже, где в любой момент кто-то из бдительных и добропорядочных товарищей взял бы, да и позвал родную милицию, чтобы она сберегла курортникам нервы и хорошее настроение.
Драка на берегу явно не входила в планы парней. А вот Нина Что, если Нина часть плана? Я едва не подпрыгнул, вспомнив вдруг одну историю, рассказанную другом в погонах.
«И ведь ты понимаешь, Леха! До сих пор жалею! Такая женщина! Как красиво меня разводили! На какого живца брали! Эх!» сокрушался Петров, рассказывая мне за бутылкой одну почти романтическую историю с криминальной подоплекой.
Классическая схема: наехали на него в кафе на открытой террасе мордовороты. В ситуацию вмешалась красивая девушка. Сначала она вроде как ушла, испугавшись громких разговоров и выяснения отношений возле соседнего столика. Но ушла с косметичкой, оставив на стуле дорогую сумочку.
Уходя, барышня привлекла к себе внимание, чем насторожила шпану, но не вызвала в ней никакого опасения. Зря. Девушка вернулась, объявила, что вызвала полицию. Наезжавшая на пустом месте шелупонь смоталась, пригрозив встретить «мента в другом месте в другой раз», а между Валеркой Петровым подполковником полиции из отдела по борьбе с наркотиками и спасительницей вспыхнула неземная страсть.
«Боженька отвел, не иначе!» наливая очередную рюмку, в который раз вздыхал Валерка. Когда заигрывания и флирт практически дошли до финальной точки и Петров уже согласился проводить девушку и заглянуть на кофе, он вдруг вспомнил, на кого похожа его внезапная спасительница.
Оказалось, не ошибся. Поверил интуиции, вызвал подмогу, организовали случайное задержание, благодаря чему волею провидения взяли саму Лапушку знаменитую на всю страну брачную аферистку!
«Медовая ловушка», сколько народа было завербовано служить Советскому Союзу с ее помощью! Сколько шпионов, политиков, дипломатов попались в сладкие сети шантажа. Насколько помню, в семьдесят восьмом одного из таких горе-любовников военная коллегия Верховного Суда СССР приговорила к смертной казни. Правда, потом расстрел заменили тюрьмой, пойманный шпион сотрудник ГРУ подал прошение о помиловании, его просьбу удовлетворили, заменив смертную казнь пятнадцатью годами тюрьмы.
А начиналось все так красиво. Познакомился гэрэушник с девушкой в Алжире, соблазнился на ее прелести, получил фоточки, поддался на шантаж, попал в рабство к америкосам. И начал таскать информацию уже не из страха разоблачения, а за деньги. За красивые зелененькие баксы сливал гаденыш данные обо всех операциях, которые наши гэрэушники проводили в Алжире. Сдавал наших ребят, работающих в странах третьего мира.