Посвящается сумасброду Антону К. К.
Глава 1
Нортклифф Холл, 15 августа 1815 года
Стоя у широкого окна, Тайсон Шербрук задумчиво озирал восточный газон Нортклиффа.
– Собственно говоря, Дуглас, – сказал он, – я знал, что могу претендовать на титул, но, поскольку стоял едва ли не в конце списка
законных наследников, никак не предполагал оказаться первым. Да что там, я уже лет десять об этом не вспоминал. А что, последний
внук, Йен.., он действительно погиб?
– Да, всего за полгода до кончины старика. Кажется, свалился с обрыва в Северное море. Поверенный, похоже, считает, что именно смерть
Йена свела старого Тайронна в могилу. Правда, ему было уже восемьдесят семь – много ли нужно, чтобы прикончить беднягу? Это означает,
что отныне ты барон Бартуик. Очень древний титул, восходящий к началу пятнадцатого века, когда всех знатных людей именовали баронами.
Графы появились куда позже – все в основном безродные выскочки.
– Я, разумеется, помню Килдрамми, – кивнул Тайсон. – Расположен прямо на побережье, чуть ниже Стонхейвена, развернут фасадом к
Северному морю. Места там прекрасные, Дуглас, а замок – сказочный. Настоящее средневековье – невероятно высокий, без окон, одни
амбразуры, хотя выстроен, кажется, только в конце семнадцатого века. Мне рассказывали, что первый замок был уничтожен в результате
бесконечных клановых распрей. В теперешнем, правда, имеются фронтоны и не меньше дюжины дымовых труб, а по углам красуются четыре
круглые башенки. Огромный внутренний двор, окруженный каменной стеной.
Тайсон немного помолчал, словно воскрешая в памяти давние юношеские воспоминания. Глаза его затуманились. Кажется, это было только
вчера…
– А какие там пейзажи! Дикая, неукрощенная природа! Словно сам Господь глянул вниз, решил, что наши современные постройки и широкие
дороги там ни к чему, и оставил все в первозданном виде. Сплошные скалы, седые утесы, едва протоптанные, заросшие травой тропинки и
единственная узкая, извилистая дорога, которая ведет в замок. Чтобы попасть на берег, приходится спускаться по крутому, усеянному
камнями холму. А цветы! Буйная россыпь полевых цветов!
Что за небывалый поток красноречия? Столь поэтические описания из уст степенного, уравновешенного, вечно серьезного братца? Должно
быть, замок и в самом деле произвел на него неизгладимое впечатление. Дуглас в душе порадовался тому, что Тайсон не только помнит
поместье, но и безгранично им восхищен – Да, ведь вы с отцом туда ездили, – сказал он. – Сколько тогда тебе было.., лет десять?
– Верно. Один из самых счастливых периодов в моей жизни.
Дуглас ничуть не удивился такому заявлению. Им всем редко доводилось бывать наедине с отцом. И если самому Дугласу удавалось хоть
ненадолго завладеть его вниманием, мальчик был на седьмом небе. Ему по прежнему недоставало отца, благородного, великодушного
человека, любившего детей и умудрявшегося терпеть сумасродные выходки взбалмошной жены. Обычно граф, не вступая в перебранку,
отделывался улыбкой и безразличным пожатием плеч. Поистине ангельское терпение. Дуглас вздохнул. Как много перемен!
– Поскольку ты отныне обладатель древнего титула, пожалуй, разрешу тебе за обедом сидеть во главе стола, – пошутил он.
Но Тайсон не рассмеялся, хотя, кажется, уголки его рта чуть приподнялись. Он вообще редко смеялся с тех пор, как в семнадцать лет
решил стать служителем Господа. Их брат Райдер часто говорил Тайсону, что из всех людей, существующих на этой благословенной земле,
именно викарий должен обладать наибольшим чувством юмора, поскольку у Бога оно наверняка имеется: стоит лишь припомнить все
нелепости, которые нас окружают.
Неужели Тайсон никогда не видел брачного ритуала павлинов, например? А фат, именуемый принцем
регентом, такой жирный, что требуется помощь лакеев, – чтобы, впихнуть его, в ванну, а потом вытащить оттуда!
Но на Тайсона эти тирады не действовали. Он продолжал читать суровые проповеди, угрожая грешникам карами небесными и предупреждая,
что Спаситель вовсе не склонен прощать людские промахи.
Совсем недавно ему исполнился тридцать один год. Как и все Шербруки, он был высок, хорошо сложен, с глазами цвета летнего неба. В
каштановых волосах мелькали белокурые пряди. Только Дуглас, с его темными глазами и смоляными волосами, не походил на родственников.
Но в отличие от братьев и сестер в Тайсоне не было жизнелюбия, врожденного безграничного оптимизма, веры в, то" что этот мир поистине
прекрасен.
– Сидеть во главе стола… Вот уж не думал, что когда нибудь это будет относиться ко мне, – пробормотал он. – Пожалуй, мне следует
отправиться в Шотландию и посмотреть, что к чему. Правда, здесь всегда дел невпроворот, но старый Тайронн – все же наш двоюродный дед
и заслуживает достойного наследника, хотя бы затем, чтобы присмотреть за хозяйством. Но, по чести говоря, управляющий из меня
никудышный, да и опыта никакого нет.
– Можешь рассчитывать на мою помощь, братец. Я мигом откликнусь, только позови. Хочешь, поедем вместе?
– Нет, Дуглас, – покачал головой Тайсон. – Но все равно спасибо. Это моя обязанность и мой долг. Я оставлю за себя помощника, вполне
способного на время меня заменить. Надеюсь, ты помнишь Сэмюела Притчерта?
Еще бы! Разве можно забыть этого надутого ханжу?
Дуглас молча кивнул.
– Так что я отправлюсь один, – продолжал Тайсон. – Подумай, Дуглас, все наследники мертвы! Сколько же их было?.. Бедные мальчики!
Неужели это правда?
– Да, какое несчастье! Болезни, несчастный случай, дуэли.., уж очень они были вспыльчивы, эти Бартуики! А последний, Иен, как я уже
сказал, утонул, упав с обрыва. Поверенный не объяснил, как именно все это случилось.
– А ведь до меня было еще шестеро наследников… Именно поэтому старик Тайронн и внес меня в список. Очевидно, он решил подшутить,
сделав англичанина последним в очереди на старый шотландский титул. Никак не предполагал, к чему это приведет.
– Как видишь, привело. Теперь ты барон. Шуточка оказалась обоюдоострой! Не рой другому яму… А теперь замок, богатые пастбища,
бесчисленные отары овец – все перешло к англичанину. Кроме того, многие фермеры и арендаторы еще и рыбачат, а это означает, что даже
в тяжелые времена там никто не голодает. Поместье небогатое, но приносит хороший доход. Кажется, наш двоюродный дед никогда не
применял огораживание.
– И правильно, – одобрил Тайсон. – Мерзкий обычай! Выгонять людей с земли, которую они обрабатывали сотни лет! – Помолчав немного, он
добавил:
– Думаю назначить наследником моего сына, Макса. Интересно, что он на это скажет.
Вероятно, процитирует очередное латинское изречение, подумал Дуглас. Племянник рос умным, начитанным и очень серьезным. Он был куда
серьезнее, чем отец в его возрасте. Его назвали в честь деда, единственного ученого мужа во всем роду Шербруков.
– Перед отъездом, Тайсон, привези детей сюда, и мы с Алекс приглядим за ними. Твоя Мегги может держать в узде не только своих
братьев, но и кузенов. Эти двое настоящие дикари, и никто, кроме нее, с ними не совладает.
Только сейчас Тайсон улыбнулся. Лучезарная улыбка осветила его лицо.
– Поразительное создание, не правда ли, Дуглас?
– Да, совсем как Синджен в ее годы.