Глава первая
Откинув вуаль, Блэйр Томасон открыла записную книжку и пробежала глазами оконча-тельный свадебный список. Цветы. Так. Музыканты. Она открыла дверь главной каюты «Соле-ной сеньориты», прислушалась к мелодии фламенко и поморщилась. Одна гитара явно фальши-вит. Сделав пометку рядом с музыкантами, она продолжала черкать в блокноте, пока не добралась до последнего пункта в списке: жених. С широкой удовлетворенной улыбкой Блэйр поставила галочку рядом с именем Арманда.
Ровно в семнадцать минут девятого, когда садящееся солнце окутает золотыми лучами Мексиканский залив, Блэйр станет миссис Арманд Луис Хорхе де Мура ло Сантро-и-Чиапис-Чикас-и-Баррантес. Или Чикас-Чиапис? Блэйр поставила галочку – надо уточнить. Арманд редко употреблял свое полное имя, а когда Блэйр спросила, почему оно такое длинное, сослался на какие-то королевские корни в истории их рода.
Королевская кровь. Блэйр вздохнула. Родословная Арманда уходила в глубь веков. У Ар-манда были древние корни, а теперь и имя Блэйр будет вписано в его семейное древо.
В каюту постучали.
– Блэйр, дорогая!
– Арманд! – Блэйр кинулась к двери. – Ты же знаешь, что видеть невесту перед свадьбой – плохая примета.
Из коридора послышалось хихиканье, и голос с сильным акцентом произнес:
– Я видел тебя днем, когда мы садились на корабль. Я смотрел и восхищался, как ты мас-терски управляешься с экипажем.
Блэйр улыбнулась. Хорошо, что он это заметил, потому что отныне организация изыскан-ных развлечений будет одной из ее обязанностей.
– Но на мне тогда не было подвенечного платья.
– Моя дорогая, не думай о платье. Это всего лишь гражданская церемония. В Аргентине нас обвенчает в фамильной церкви де Мура священник, который меня крестил. На тебе будет кружевная мантилья – та, что носили до тебя поколения невест рода де Мура.
Блэйр прижала к груди записную книжку и вздрогнула. Поколения. Род. Она вздохнула, вспомнив, что никто из многочисленной семьи Арманда так и не явился на свадьбу. Но и из ее семьи никто не приехал…
– Я не позволю, чтобы моей невесты коснулся вонючий смрад скандала, – заявил Ар-манд. – Поскольку не нашлось подруги, чтобы тебя сопровождать, мы поедем в Аргентину под защитой светской респектабельности.
Интересно, каким будет ее медовый месяц? Они с Армандом еще не… Да, Арманд очень трепетно относился к ее чести. Она может предстать перед его семьей с легким сердцем.
– Моя дорогая, – сказал он, – у меня сломалась запонка, и я хотел бы взять другую пару из сейфа.
– Все гости в салоне?
– Думаю, да.
– Хорошо. Тогда я смогу выскользнуть и еще разок все проверить. Отвернись, – скомандо-вала Блэйр.
Когда она открыла дверь, Арманд, как и полагается человеку чести, стоял к ней спиной.
Господи, какая же я счастливая! – думала Блэйр, перекидывая через руку шлейф своего платья и забираясь на верхнюю палубу. Правда, ее родители не соизволили явиться на свадьбу дочери, но Арманд и бровью не повел в знак неодобрения. Он просто предложил гражданскую церемонию, чтобы избежать кривотолков.
Первый раз в жизни Блэйр чувствовала себя защищенной. Кто-то заботится о ней, кто-то о ней думает.
Нежданно-непрошено в памяти всплыл неуместный совет матери: «Сперва выходи замуж ради денег, а уж потом можешь позволить себе обрести счастье с любимым. Я все перепутала, и смотри, что со мной произошло». Действительно, мать Блэйр выходила замуж столько раз, что Блэйр уже не помнила, был ли ее теперешний муж деньгами или любовью.
Она достигла верхней палубы и осмотрела ее. Пусть предстоит только гражданская цере-мония, но свадьба есть свадьба, и Блэйр требовались обычные свадебные финтифлюшки, чтобы почувствовать реальность происходящего.
Реальность. Блэйр усмехнулась. Шесть недель назад она была высококвалифицированным консультантом при фирме «Уотсон энд Уотсон менеджмент консалтс» в Хьюстоне. А сейчас вот-вот станет женой Арманда де Мура ло Сан-тро-и… и так далее. Черт! И правда надо запом-нить порядок имен. Стоит написать это двумя способами.
Подобная небрежность была не в ее стиле, но в течение целых двух недель она занималась подготовкой к свадьбе, и времени хватало лишь на то, чтобы поразмыслить, как она будет жить в чужой стране.
Блэйр поправила ряд складных кресел: Арманд и его друзья непременно заметят такую де-таль, как неровные ряды. Дернула белую атласную дорожку и натянула ее. Два букета бело-снежных роз стояли по бокам створчатой решетки.
Она нахмурилась. Решетка, украшенная огромным белым бантом, не очень уместно смот-релась на корабле и к тому же портила панораму заката. Ленты банта развевались на ветру, кото-рый явно набирал силу.
Итак, от решетки надо избавиться. Но куда же она ее денет? Рядом нет никого, чтобы по-мочь. Гости, друзья Арманда, сейчас наслаждаются изысканными закусками в салоне. Команда из двух человек задействована в качестве официантов. Музыканты все еще внизу. Великолепно.
Поняв, что ей не справиться одновременно со шлейфом, вуалью и тяжелой решеткой, Блэйр просто опрокинула последнюю через перила и позволила волнам довершить остальное. Потом глянула за борт. «Соленая сеньорита» уже ушла так далеко в море, что стали видны неф-тедобывающие платформы, уродующие прекрасный пейзаж.
Она посмотрела на решетку, ослепительно белую на фоне маслянистых волн, и стала ждать, пока она утонет. Вуаль трепетала вокруг ее лица, застилая глаза. Этот ветер действитель-но невыносим. Нужно взглянуть еще раз на макияж и найти способ закрепить вуаль, чтобы та не улетела во время церемонии.
Только Блэйр собралась идти назад, как на горизонте, между джунглями нефтевышек и ли-нией берега, появилась тень. Катер. Маленький уродливый катерок. Церемония должна начаться через двадцать две минуты. Если он опередит их, не отклоняясь от курса, уныло подумала Блэйр, то будет выделяться унылой кляксой на горизонте, пятном на безукоризненно под-готовленной ею церемонии.
Этого она не могла позволить.
Миновав салон, она вернулась в главную каюту, надеясь найти там Арманда.
Каюта была пуста.
Блэйр поправила макияж и крепко заколола вуаль, использовав столько шпилек, что теперь вуаль могла слететь только вместе с ее скальпом.
Удовлетворенная, она взяла записную книжку и направилась к рубке, намереваясь попро-сить капитана изменить курс или окликнуть этот идиотский катер и приказать ему убраться с дороги.
Темноволосая голова Арманда виднелась в дверном проеме. Может быть, он тоже заметил катер и совещался об этом с капитаном. Что ж, это в его характере. Так же как и она, Арманд придает значение мелочам. Именно поэтому им так хорошо вместе.
Стараясь уберечь платье от соприкосновения со сваленным на палубе оборудованием, Блэйр двинулась вперед, стараясь расслышать разговор, но в то же время остаться вне поля зре-ния Арманда.
–…Долго еще до мексиканских вод? – спрашивал он.
– Больше сорока минут, – отвечал капитан.
– Вы можете двигаться быстрее?
– Тогда на верхней палубе будет слишком ветрено.
– Плевать. Мне необходимо оказаться в мексиканских водах до того, как мировой судья объявит нас мужем и женой.
– Я посмотрю, что можно сделать, сэр.
Шум моторов усилился.
Мексика… Они запланировали остановиться на ночь в курортном городке Сонома-Вилья, где намеревались попрощаться с гостями и начать медовый месяц. Блэйр улыбнулась. Арманд, должно быть, взволнован. Подобная ошибка совсем не в его духе. Он собирался сказать капита-ну, что они не должны оказаться в мексиканских водах до того, как мировой судья из Техаса со-вершит церемонию.