Том 1
"Жюльетта" - самый скандальный роман Маркиза де Сада. Сцены,описанные
в романе, достойны кисти И. Босха иС.Дали.Нарусскомязыкеиздается
впервые.
Да, я распутник и признаюсь в этом, я постигвсе,чтоможнобыло
постичь в этой области, но я, конечно, не сделал всего того, что постиг,и,
конечно, не сделаю никогда. Я распутник, но я не преступник инеубийца...
Ты хочешь, чтобы вся вселенная была добродетельной, и не чувствуешь, что все
бы моментально погибло, если бы на земле существовала одна добродетель.
Маркиз де Сад
Маркиз де Сад, самый свободный из живших когда-либо умов.
Гийом Аполлинер
Представляете, еслибылюдимогливывернутьсвоидушиитела
наизнанку - грациозно, словно переворачивая лепесток розы, -подставитьих
сиянию солнца и дыханию майского ветерка.
Юкио Мисима
КНИГА ПЕРВАЯ
Мы с Жюстиной выросли и получили воспитание в Пантемоне. Названиеэтой
славной обители должно быть вамзнакомо,инетнуждыдобавлять,чтов
течение многих лет из этого монастыря регулярно выходили самые прелестныеи
самые распутные женщины, во все времена украшавшие Париж. Вместе сомнойв
Пантемоне оказалась Эвфрозина, юная дама, постопамкоторойявозмечтала
пойти и которая когда-то жила по соседству с моими родителями.Онасбежала
из отцовского дома, чтобы с головойокунутьсявлибертинаж,{Распутство,
вольный образ жизни (фр.). (Здесь и далее примечания переводчика.)} и от нее
и от другой монахини, ее старшейподруги,яполучилапервыеиосновные
понятия о морали, той самой морали, которая, если судитьпорассказумоей
сестры о ее собственной жизни, покажется вам довольно страннойдлядевушки
моих лет, поэтому,преждечемпродолжитьсвоеповествование,ядолжна
сказать несколько слов об этих замечательных женщинахидатьвамкраткий
отчет о том раннем периоде своей жизни, когдавплодородныеглубинымоей
неопытной души,соблазненнойиразвращеннойэтойпарочкойсирен,было
брошено семя, коемувпоследствиисужденобудетрасцвестипышнымцветом
порока.
Монахиню, о которой я хочу рассказать, звали Дельбена. Когдаясней
познакомилась, она уже пять лет была аббатисой монастыряиприближаласьк
своему тридцатилетию. Яневстречалаженщиныболееочаровательной,чем
Дельбена. Онабылабыидеальноймодельюдлялюбогохудожника:нежное
ангельское лицо, светлые локоны, большие голубые глаза, в которыхсветилась
призывная нега, фигура, будто скопированнаясоднойизГраций.{Картина
Ботичелли "Три фации".} Совсем юную, ввозрастедвенадцатилет,Дельбену
заточили в монастырь только ради того, чтобы ее старший брат,которогоона
лютоненавидела,получилпредназначавшеесяейприданое.Оказавшисьв
заточении в том нежном возрасте, когда начинают бродить страсти,смутныеи
еще неопределенные, когдапросыпаетсяинтерескокружающемумируи,в
частности, к миру мужчин, только благодаря своей стойкости, котораяпомогла
ей успешно выдержать самые суровые испытания, она, в конце концов, научилась
отважно смотреть судьбе в глаза. Будучи не погодамразвитой,изучиввсе
философии, исаманаучившисьмыслитьпо-философски,Дельбенастоически
приняла свое заточение, но при этом сохранила двух илитрехсамыхблизких
подруг. Они навещали ее, утешали и, поскольку она оставалась оченьбогатой,
продолжали снабжать книгами и довольно невинными удовольствиями, которые еще
сильнее распаляли ее воображение и без того богатое от природы иничутьне
стесненное затворничеством.
Что же касается Эвфрозины, ей было пятнадцать лет в то время,когдая
ее узнала, и уже полгода она была ученицей мадамДельбены,когдаониобе
предложили мне присоединиться к их обществу. Случилось это в тот самый день,
когда мне пошел тринадцатый год. Эвфрозинаимеластройныйстан,красивые
глаза, живой ум,хотя,пожалуй,былачересчурвысокой,икожаеене
отличалась белизной и упругостью - одним словом, ейбылодалекодонашей
наставницы.
Нет нужды говорить, чтосредиживущихвзапертиженщинединственным
поводом для дружбы и привязанностиможетбытьтолькосладострастие:они
привязываются друг к другу невсилудобронравия,аблагодарявзаимным
удовольствиям плоти, и если с первого взгляда, с первого прикосновения между
нимивспыхиваетискрастрасти,онистановятсянеразлучными.Обладая
исключительно сильным темпераментом, уже в девять лет я приучила свои пальцы
чутко откликаться на любые желания, возникающие у меня в мозгу,ипомере
возможности утолять их, и с тех пор я ничего так не жаждала, как случаябез
раздумий броситься вполнуюнаслажденийжизнь,дверивкоторуюшироко
раскрыла для меня моя врожденная предрасположенность.Вскореслучайтакой
представился; ЭвфрозинаиДельбенадалимнето,чегоятакдолгои
бессознательноискала.Страстновозжелавзанятьсямоимвоспитанием,
наставница однажды пригласила меня на обед.