— Э-э-э, в смысле… — тролль пнул эльфенка в бок и прошипел: — Эй, ты, а женщине можешь?
Эльфенок покачал головой, не отрывая лба от туфелек.
В палатку всунулась голова Дрока.
— Госпожа, — предельно ласково сказал он, — мы все осознали и больше не будем.
Зуматар, более простодушный и открытый, мириться с Ингой всегда засылал Дрока, способного изобразить на лице любую эмоцию.
— Будете, — не поверила Инга. — И вообще, зачем мне два строптивых раба, когда я могу за десять монет купить двух послушных а вас продать?
Дрок мгновенно оценил обстановку и понял, что хозяйка действительно слишком зла и способна натворить глупостей.
— Госпожа, — вкрадчиво начал он, — но ведь эти два дохляка не смогут поднять даже половину ваших покупок! А кто вас будет доставать из ванной? Кто будет делать массаж? Кто будет целовать каждый ваш пальчик?
— Да что ты заливаешь? Когда это Зуматар целовал мои пальцы?
— Он хотел! — уверенно заявил Дрок. Полог палатки приоткрылся, внутрь заглянул Зуматар и сказал: — Да, хотел!
— Что именно? — ласково поинтересовалась Инга.
— Все! — не растерялся орк.
— Госпожа, — раздалось от пола. Эльфенок поднял голову и, сверкая голубыми глазищами, прошептал: — Я умею целовать пальчики. И делать пять видов массажа!
— Слышали? — спросила Инга.
Орки заскрипели зубами. Их положение явно пошатнулось.
— А кто вам будет мыть пробирки? — выложил на стол свой козырь Зуматар. — Он, что ли?
Фей медленно окинул орка холодным взглядом.
— Да, — сказал он, словно плюнул.
Торговец потер руки.
— Меняю двух своих на одного вашего.
Инга вздрогнула. Как она не была зла на орков, но уже к ним привязалась. Страшно подумать, что они, привыкшие к чистоте и регулярной еде, ко сну на своих личных кроватях, будут сидеть в этом пыльном шатре и ждать покупателя. А если это будет воин? И орков убьют в стычке за чужие интересы?
— Меняю свои десять монет на двух твоих, — заявила Инга.
Торговец принялся отрицательно качать головой, но рядом с ним возник Дрок, сложил руки на груди и многоообещающе улыбнулся.
— Разорить хотите? — взвыл торговец.
— Слушай ты, — буркнул Дрок. — Хозяйка и так злая. Не зли ее еще больше, а то я тоже злой.
Тролль оскалился и кинулся на орка. Сцепившиеся мужчины покатились по полу. эльфенок прижался к ногам Инги, а фей делал вид, что происходящее его совершенно не касается. Остальные рабы активно поддерживали Дрока.
— Зуматар, — хладнокровно окликнула Инга. — А за вещами кто следит?
— Эммм… Соклановец… — почти прошептал орк. Кажется, он бы хотел уменьшиться в размерах и превратиться в котенка, к которым Инга испытывала слабость и любила тискать.
— Соклановец? — переспросила она. — Что значит — соклановец?
Зуматар метнул отчаянный взгляд в сторону Дрока, который сейчас встряхивал тролля за шиворот, втолковывая ему, что ни в какую службу охраны прав торговцев идти не стоит, а стоит продать двух задохликов за десять стандартных золотых. Судя по всему, Дрок твердо решил доказать Инге свою полезность. Зуматар это тоже понял. В его будущем замаячил шатер работорговца, тем более, что Инга злилась с каждой минутой все больше.
Зуматар умел хорошо делать массаж, мыть полы и пробирки, но на эти роли претендовали эльфенок, который явно не собирался упускать свой шанс, и фей с равнодушным взглядом. Орк дураком не был и знал, что девушкам очень нравятся такие хладнокровные ублюдки. Перед глазами Зуматара промелькнули все месяцы привольной рабской жизни, и он понял, что готов обнимать Ингу за колени хоть вечно, оттолкнув эльфенка.
— Госпожа, — тихо сказал Дрок. — У торговца сегодня акция — два по цене одного. Только для самых прекрасных девушек на этой ярмарке.
Тролль, лиловея глазом, хмуро кивнул. Очень осторожно, словно боялся, что голова оторвется от шеи.
К этому моменту Инга уже раскаялась в своем спонтанном решении купить фейка и придумывала, как выйти из этой ситуации с минимальными потерями. Случайно она взглянула вниз и потерялась в трогательных голубых глазах эльфенка, в которых, словно капли росы, блестели слезы. Какая же жизнь была у этого малыша, что он отлично делает минет! Разве могла Инга бросить его в этом гадюшнике?
— Вызывай мага-делопроизводителя, — буркнула хозяйка уже четырех рабов, опуская деньги в ладонь тролля и деликатно «не замечая» сбитых костяшек.
Маг-делопроизводитель объявился в портале, стоило только торговцу позвонить в специальный колокольчик. Вытер пот, уронил на землю чемоданчик с необходимыми инструментами, забурчал стандартную формулу, которая предваряла магическое скрепление сделки, и окинул группу в палатке торговца усталым взглядом. А потом удивленно поднял брови.
— О, феёк! Тебя наконец-то купили?
— Что значит — наконец-то? — уточнила Инга.
— Так он болтается по разным торговцам еще с прошлой всемирной ярмарки, — ответил маг. — Кому он нужен?
Инга покосилась на фея. Лицо у него было непроницаемым.
— Мне нужен, — вздохнула фармацевт.
Знать бы еще — зачем. Но об этом она подумает завтра. Сама. И не при рабах. Чтобы авторитета не ронять.
Нанесение болезненных татуировок принадлежности и эльфенок, и фей перенесли с достоинством.
— Ошейники и поводки — в подарок! — провозгласил торговец.
— Забирай эту гадость, — Инга брезгливо поморщилась и вышла из палатки.
Телегу с товарами и гору свертков действительно охранял однорукий орк с такими же серьгами в ухе, как и у Ингиных рабов.
— Госпожа, — он низко поклонился. — Госпожа, купите меня!
Девушка икнула от изумления, а потом истерически расхохоталась.
— Куплю, да, всех куплю! — она повернулась к оркам и зашипела:
— Вы что, издеваетесь надо мной?
— Нет, — умудрился пискнуть Зуматар.
— Это Фенрок, госпожа, — сказал Дрок. — Вы же хотел свой сад и огород. Он будет садовником.
— Я десять лет учился у шамана, госпожа! — гордо сказал Фенрок.
— Это он тебе руку отрубил? — поинтересовалась Инга.
— Нет, это в бою, — погрустнел однорукий. — Я теперь никому не нужен…
— На мне что, написано: «приют для сирых и убогих»? — завопила Инга, наступая на своих орков. — Что это еще за самодеятельность? Вы кем себя возомнили? Я вас до смерти запорю, мерзавцы!
Вдруг мизинец левой руки кто-то лизнул, а потом обхватил губами и легонько пососал. Инга запнулась на полуслове, потому что по телу прокатилась волна мурашек.
Новоприобретенный эльфенок стоял возле Инги на коленях и самозабвенно целовал ей пальчики.
— За что же это такое! Мне еще домогательств от малолетки не хватало! — она резко развернулась и потопала на постоялый двор, уговаривая себя, что сейчас поест, залезет в ванну и придумает, что делать дальше.
Рабы, переглянувшись, поспешили за хозяйкой.
Влетев к себе в комнату, Инга приказала:
— Зуматар, готовь ванну! Дрок, вели подать ужин для меня и Зуматара сюда. Сними еще одну комнату, похуже, вымой этих доходяг и накорми какой-нибудь кашкой. И сам поешь.
Оставив новых рабов стоять у стенки (Фенрок каким-то чудом оказался здесь же), орки разбежались выполнять приказы. Инга в уме подсчитала, во что ей обойдется сегодняшний каприз и вздрогнула. Завтра придется отправляться домой. И сдавать в аренду орков.
Дрок вернулся, да не один, а со служанками, которые несли подносы.
— Свободных комнат нет, — доложил он.
— Так, — сказала Инга, прикрыв глаза. Спать в одной комнате с двумя (или даже тремя!) незнакомыми мужиками (пусть один из них и мальчик) она не хотела. — Сейчас мы все едим, а потом — думаем.
— О чем? — рискнул спросить Зуматар.
— О том, кому я сдам вас в аренду, — сообщила Инга. Орки переглянулись и решили больше вопросов не задавать.
После еды Инга подобрела и отправилась в ванную. Но насладиться теплой водой и ароматной пеной ей не дали — в комнате раздался шум, подозрительно напоминающий звуки драки. Проклиная сквозь зубы свою несчастную долю рабовладелицы, Инга закуталась в большое полотенце и потащилась к своим мужикам, не сомневаясь, что они сейчас заняты определением мест в иерархии.
Однако она ошибалась. Их комнату почтил визитом боевой маг, довольно привлекательный мужчина с умным, волевым лицом. Орки с мечами преграждали ему путь в ванную, Фенрок стоял на коленях, уткнув лицо в пол, фей был погружен в собственные размышления, а эльфенок жевал, поблескивая любопытными глазенками.
— Что происходит? — спросила Инга, закрыв за собой дверь и прислонившись к ней спиной. Сил на вежливые политесы у нее не было.
— Мне сказали, что вы украли моего раба, — маг без всякого стыда взглядом исследовал фигурку Инги. — Артур Хич, к вашим услугам.
— Инга Боде. Которого из здесь присутствующих я похитила?
— Вот этого, — маг указал на Фенрока.
И тут Ингу посетила умная мысль.
— Приношу свои извинения! Прошу, примите от меня в дар этого прекрасного эльфа или уникального фея!
— А где вы раздобыли фея? — спросил маг, с любопытством рассматривая Ингиных рабов.
— Купила. Сегодня. Дарю.
— Нет, зачем мне фей или эльф? Я бы взял одного из этих орков. Дрок, если не ошибаюсь? Знаменитый разведчик. Ты бы мне пригодился.
Орки подобрались. Инга заметила, как у Дрока заходили желваки на лице.
— Я не воровала вашего раба, он мне совершенно не нужен. Своих хватает. Орков я не отдам. И вообще, есть какие-то претензии — идите в суд, а не врывайтесь посреди ночи в чужой номер!
— До ночи еще далеко, — сказал маг. — Инга, зачем вам боевые орки? Продайте их мне!
— Убирайтесь, — коротко ответила девушка. Ее раздраженный взгляд встретился со спокойным взглядом серых глаз мага. Он первым отвел глаза и легко кивнул.
— Как скажете.
Подошел к Фенроку и со всей силы пнул его в бок.
— Поднимайся.
— Подождите, — вдруг сказала Инга, понимая, что проклянет себя через минуту, — сколько вы хотите за этого инвалида?
— У него не только руки нет, но и левый глаз почти ничего не видит, и спина ноет на погоду, — с улыбочкой хищника сказал маг. — Пятьдесят стандартных золотых.
— Вы с ума сошли! — искренне сказала Инга. — Столько стоит совершенно здоровый орк.
— Но он же вам нужен, значит, его цена повышается.
— Убирайтесь.
Маг пожал плечами и еще раз пнул Фенрока.
Когда за ними закрылась дверь. Оба орка повалились на колени и взмолились:
— Купите его, госпожа!
— У меня нет таких денег.
— Умоляем!
— Зачем мне инвалид?
— Он мой брат, — сказал Зуматар.
— А мне спас жизнь, — добавил Дрок.
Перед Ингиными глазами затрепетала вывеска «Богадельня», которую стоит прикрутить к ее дому.
— Зовите мага, — скрипя зубами, велела она.
И совсем не удивилась, когда узнала, что стоимость орка выросла еще на пять стандартных золотых.
Закутавшись в полотенце, Инга совершила самую идиотскую и дорогую покупку в своей жизни — купила инвалида за стоимость собственного дома, инструментария в лаборатории и лесной хижины. Под залог всего этого она написала магу долговую записку, потребовала дешевого вина, напилась и отключилась.
Наутро выяснилось, что все, приключившееся вчера, вовсе не было ночным кошмаром. Более того, он продолжался и даже вышел на новый уровень.
Во-первых, у Фенрока заклинило где-то в спине, и выровнять его пока не удалось.
Во-вторых, у фея по всему телу обнаружились гнойные раны, которые торговец щедро натирал пылью, чтобы они не так бросались в глаза. Инга понимала, что фей держится на одной гордости, но скоро она закончится, и в их богадельне будет уже два неходячих.
В-третьих, эльфенок оказался вовсе не эльфенком, а вполне себе взрослым эльфом. Просто его предыдущий хозяин очень уж любил мальчиков, и практически не кормил своего раба. А эльфы — как растения. Не кормишь — не растут. Когда стало понятно, что рост и развитие эльфа сдержать больше не удастся, хозяин продал его первому попавшемуся работорговцу. В общем, эльф сейчас был очень болен, нуждался в усиленном питании и постоянном наблюдении.
В-четвертых, орки вчера забегались и не успели все спрятать на склад. Поэтому часть покупок за ночь растворилась в пространстве.
Инга выслушала новости с каменным выражением лица. Молча выпила антипохмельную таблетку. Молча забинтовала раны отмытого фея. Молча позавтракала.
С каждой минутой ее молчания орки все больше грустнели. Дрок и Зуматар знали, что последствия у молчания Инги могут быть катастрофическими. Никакие слова не отвлекают хозяйку от печальных размышлений. Последний раз, после суток в молчании, она разорвала все отношения с новой семьей ее отца. Фенрок вообще пытался слиться со стеной. Фею, как обычно, было все равно. А эльф ластился, подставлял под ладонь голову с пышными, густыми волосами цвета спелой пшеницы.
— Дрок, закажи портал до дома. Зуматар, бери остальных и займитесь грузом.
— Но Фенрок же… — заикнулся было орк, но Инга посмотрела на Зуматара ясным и спокойным взглядом, и Фенрок пошел составлять опись вещей. В этом ему заклинившая спина не мешала.
Инга сохраняла спокойствие до самого дома и даже немножко после. Поселила фея и эльфенка в кабинете, предупредив, что единственную софу они будут делить сами. Фенрок отправлялся жить к оркам. Потом Инга зашла в спальню, подошла к кровати, взяла подушку и принялась лупить ею по полу с такой силой, что вскоре вся комната покрылась перьями.
Потом села на пол и уронила лицо в ладони.
— Госпожа, — прошелестел рядом Дрок.
— Принеси лист с моей личной печатью, — глухо сказала Инга. — И ручку.
Через пару минут все было готово.
— Вот, — Инга сунула в руку Дроку листок, — официальное разрешение на работу. Делайте, что хотите, в рамках закона, конечно, но чтобы вернули мне деньги за Фенрока. И сходите на рынок, купите еды, что там надо этому эльфу, чтобы повзрослеть.
Вопрос с финансами стоял очень остро. Инга походила по комнате, сдувая перья с мебели и размышляя. Потом пошла в кабинет.
Эльф дремал на софе, свернувшись в трогательный клубочек, а вот фей листал справочник фармацевта — толстенную книгу, которой Инга очень гордилась. Она копила на этот справочник три года.
— Фей, — позвала она, — как тебя зовут?
— О, неужели госпожа обратила внимание на своего недостойного, никому не нужного раба? — делано изумился фей.
Голос у него оказался густой, бархатистый, обволакивающий каждую клеточку Ингиного тела и отдающийся сладким эхом где-то внутри живота. Инга тряхнула головой и приказала себе не расслабляться.
— Давай пропустим ту часть, в которой ты доказываешь мне всякую ерунду про гордость и прочее, и перейдем к имени.
— Аррон, — после паузы сказал фей.
— Инга. Что ты умеешь делать, Аррон?
— Госпожа, — на чувственных губах фея появилась слабая улыбка, — я был наследным принцем. Я многое умею.
Он сказал это таким тоном, что девушка поняла — не обманывает.
— Кошмар какой, — Инга схватилась за голову. — У меня в рабстве наследный принц. Давай я тебя отпущу?
— Куда? — спросил он с горечью. — Моего народа уже нет. Меня держали до последнего, думали кто-то заплатит за ценного заложника… полгода назад первый раз продали. Да, я умею многое… И не только то, чему меня учили при дворце.
Инга вылетела из кабинета, постояла в коридоре, пытаясь изгнать из своей головы обволакивающий голос фея. Успокоившись, вернулась обратно.
— Не стоит давить на жалость, — предупредила она. — Надо мной висит огромный долг, и мне жальче всех меня. Поэтому вот тебе учебник для подмастерьев, изучай. Будешь мне помогать в работе. И что мы будем решать на счет твоей одежды? Вижу, Дрок тебе отдал свою рубашку и штаны, но выглядишь ты в них… и крыльям, наверное, неудобно…
— Как только у меня будет достаточно сил, я их уберу, — мягко сказал Аррон.
— Куда уберешь?
— В подпространство.
Инга подождала немного, но фей, видимо, решил не посвящать ее в тонкости управления крыльями. Поэтому она переключилась на эльфа. Несколько раз толкнув его в бок, Инга добилась только того, что он открыл глаза и посмотрел на хозяйку мутным взглядом. А потом опять заснул.