Внешность - это не главное! - Гусейнова Ольга Вадимовна 5 стр.


  Одним из таких крюков зацепили мой рюкзак, и я, в панике заорав, начала использовать свой плазмер скорее как дубину, чем оружие.

  - Да успокойся ты, а то ненароком и меня заденешь! - голос Хореса, раздавшийся у меня над головой привел в чувство, словно холодной водой окатил.

  Он оттаскивал от меня странное серое чудовище, отрезая эти "крюки", заливая свой костюм серой жидкостью. Меня вырвало, а потом пошла вторая волна, не давая собраться, сосредоточиться, прийти в себя или хотя бы немного отдохнуть.

  Не успев подняться на ноги, я отчаянно уползала на четвереньках, уже карабкаясь вверх по довольно твердому каменистому склону. Странная планета, на которой болота слишком быстро переходят в холмы или скалы, а потом снова болота. Хотела приподняться, но на меня рухнул Трил, прижимая к земле, а над нами пролетело нечто не поддающееся описанию. Этакая огромная жидкая, но плотоядная субстанция. Потом пинком под зад меня заставили подняться и ускориться.

  - Спасибо, Трил!

  - Это все ради Лиси! И моя работа! - презрительно фыркнул он на мою благодарность.

  На обиду времени не было. Судорожно оглянулась в попытке определить, сколько еще нам осталось отбиваться и, вообще, как обстоят дела. Но лишь одеревенела. Нас осталось шестеро, включая меня. Рука потянулась к плазмеру, я уже не могла остановиться. Я стреляла и стреляла, но планета будто сошла с ума от ненависти к нам. Казалось, все на свете желали нас убить. Хорес первый заскочил на очередной выступ и уже активно махал нам руками, когда "жидкая торпеда" достала его в полете, разливаясь по его телу и заваливая на спину. Меня снова вырвало, и я заставила себя отвернуться от жуткого зрелища.

  Одного за другим нас доставали, вылавливали или просто цепляли и набрасывались всей толпой. Пока мне везло, бесчисленное количество раз спасала дополнительная защита - надири, еще больше - телохранители, пиная дальше, но нападающих было так много, что теперь каждый боролся только за себя, увертываясь и отбиваясь.

  Ужас заставлял вертеться юлой, скользить змеей и стрелять так, как никогда в жизни. Хоть меня как любую аристократку с малолетства обучали владению оружием, но у меня все валилось из рук и лишь холодное оружие прижилось в них в качестве кухонных ножей.

  А теперь я палила в никуда, но все время попадала в цель, так много было нападающих. Я отупела от ужаса, боли и стольких потерь, а главное, в голове все время вертелась мысль, что все кончено, нам не спастись - сожрут как и остальных. Именно эта мысль давала сил на дальнейшее сопротивление, а страх того, что когда мою плоть начнут рвать и калечить -надири задушит, несанкционированный доступ, чтоб его... Я умру так или иначе, но умру!

  Дикий непередаваемый ужас толкал, гнал взашей, заставляя через силу переставлять уставшие деревянные ноги. Нас осталось всего четверо и мы, тяжело дыша, выбирались на плато, но на мгновение замерли от удивления: впереди, накренившись, черной завораживающей махиной лежит огромный боевой звездолет. Целехонький! Тот самый, который падал вместе с нами. Наверное, ему повезло больше.

  Мы буквально выбрались под ноги его экипажу. Подняв лицо, я уставилась на смутно различимые из-за слез, пота и захлестывающего страха лица. Кажется, это доргары. В темно-синих плотных костюмах для выхода на поверхность планеты, но тоже без шлемов, с массой оружия, направленного на нас. Все, это конец. Но уже в следующее мгновение, когда ко мне вернулась способность воспринимать действительность, я поняла, что они нам помогают. Кто-то, схватив за рюкзак, толкает меня вперед к кораблю, другие бойцы прикрывают. Все защитники ощетинились оружием, работая слаженно, четко и без лишних эмоций. Настоящие профессионалы-военные.

  Пока меня тащили двое доргаров, обернулась в поисках своих. Асиандр следовал за нами, все время отстреливаясь, но его запасы плазмы уже на нуле. Трил бежал сбоку, в последний момент достав из плазмера обнаглевшую тварь, пытавшуюся накрыть нас сверху. А еще... А больше никого нет! Осознание трагического факта выбило последний воздух из моих легких, заставив задыхаться от подступивших рыданий, но мне пока не в силах кто-то помочь, слишком сильна ненависть планеты к незваным пришельцам.

  Последний боец под прикрытием своих товарищей заскочил внутрь шлюзовой камеры, и ворота медленно, ужасающе медленно поползли, отсекая от нас чужую злобу и жажду убийства. Как только створки ворот сомкнулись и выстрелы резко прекратились, в камере повисла тишина, нарушаемая судорожными вздохами и моими всхлипами, в попытке протолкнуть немного воздуха в горящие легкие. Я опустилась на пол возле переборки, обняв колени и дрожа всем телом от пережитого, еще толком не веря, что смогла выжить.

  Меня сотрясала дрожь, сильно стучали зубы, и я более чем уверена, что многие стоящие рядом мужчины-доргары слышали этот звук. И наверняка презирали. Вон Асиандр облокотился рукой о стену, с трудом переводя дыхание, весь покрытый зеленой, мерзко воняющей болотной жижей-слизью, но держится как положено истинному карияцу. Трил стоит рядом с ним, вытирая лицо от крови, бегущей из разбитой брови, размазывая ее по лицу, и настороженно осматривает окружающее пространство.

  Я рассмотрела фиолетовый трилистник на фоне красной звезды (знак доргаров!) и убедилась в своих выводах о принадлежности наших невольных спасителей.

  Напряжение нарастало, и его уже можно было резать. Только пару минут назад мы бились плечом к плечу, а сейчас снова настороженность и подозрение повисли вонючим, осязаемым всеми фибрами души облаком. Только от облегчения начали расслабляться скрученные в узлы от страха мышцы, как снова он обволакивает сердце, беря его в жесткие тиски, неся с собой неуверенность в будущем.

  Я заплакала, под надири не видно, оно все стерпит, да и никому не интересно, что чувствует маленькая презренная принцесса-кариярка. Доргары не афишировали свое внутреннее жизнеустройство. Но все знали, что мужчины-доргары чрезвычайно смелы и крайне жестоки с врагами. А женщин-доргарок еще никто из кариярцев не видел, а другие описывали лишь их нежную утонченную красоту.

  Огромные черные ботинки переступили рядом, привлекая мое внимание к тому, кто с таким упорством тащил меня, отбивая у жутких тварей. Задрав голову, я столкнулась с темно-синим взглядом довольно крупного мужчины. Прямой нос слегка морщился, наверное, от тошнотворно-омерзительного запаха, которым мы пропитались, продираясь через болота и обливаясь чьей-то кровью. Большой рот, напряженно поджатые губы. Не сложно догадаться, что все происходящее ему не нравится, но в данный момент он ничего не может поделать. Заметив мой взгляд из надири, перестал морщиться, и смоляные брови поползли вверх, демонстрируя удивление моим внешним видом. Еще бы, надири он явно видит впервые.

  Кариярки-девицы крайне редко покидали пределы наших границ, в основном различными торговыми, политическими или иными делами вне наших территорий занимались мужчины, замужние женщины или вдовы. А таких как я, в надири, чужаки встречали на территории Карияра. Доргары же совсем недавно расширили свои границы и торговые интересы в сторону нашего сектора, пока сталкиваясь лишь с имперцами, которые выступали категорически против столь сильных конкурентов.

  Мир доргаров, устроенный по принципу своеобразной военной демократии, считается небольшим по численности или количеству входящих в него колонизированных планет, но довольно крепко стоит на ногах и жестко дает сдачи по любому поводу. Поэтому обстоятельство, что Империя Фартан, в которую на данный момент входят уже несколько различных, но не вполне суверенных миров, превышает Доргар как по численности, так и по размерам, их нисколько не останавливало. И даже не побоюсь этого слова - не пугало в плане военных действий за свою независимость и расширение территорий.

  По виду доргара, нашивкам и молчаливому признанию его авторитета остальными, пришла к выводу, что главный здесь он. Склонил набок голову с коротким черным ежиком волос, озадаченно рассматривая меня. Оливковая кожа, бритый, но все равно темный подбородок, несколько мимических морщинок и яркие синие глаза. Мужчине не больше сорока, ну в крайнем случае, пятидесяти лет. А из того, что я знаю о доргарах, живут они столько же, сколько и мы. Слишком молод для такой должности на столь большом и значимом корабле, но суровый взгляд, мрачное выражение лица и непоколебимая уверенность в себе, своей силе и главенстве всегда и везде не позволили ошибиться на его счет. Молодые хищники гораздо злее и упорнее более зрелых, проживших долгую жизнь.

  Передернув плечами, с трудом скинула рюкзак, чувствуя, как онемели от усталости плечи и руки. Медленно, под изумленными взглядами доргаров и напряженными Асиандра и Трила встала на ноги. Аси тут же сделал шаг ко мне, но к сожалению, встал не впереди, а рядом. Хоть и телохранитель, но теперь за все отвечаю я. Ответственность за три жизни давила неподъемной плитой, а страх, активно заглушавший разум, сжимал внутренности в тугой узел.

  Мамочка, как же страшно-то! Но я стояла не шелохнувшись, и пялилась на этого большого, мрачного, опасного мужчину. Вокруг нас еще восемь доргаров с оружием в боевой готовности; все указывает на то, что в любой момент мы можем стать трупами и отсрочка, возможно, временная. Надо было срочно действовать. Бросив неуверенный взгляд на замершего и сверлящего меня презрительным взглядом за нерешительность Трила, а потом на молчаливо ожидающего моего решения Асиандра, решилась. Прочистив горло, выдавила из себя писк, который изначально должен был раздаться твердым уверенным голосом, но почил от страха еще на выходе:

  - Я Лельвил... хм-м-м... баронесса Раус Княжества Рандованс с планеты Карияр. Хочу поблагодарить вас за спасение моей жизни и телохранителей. Мы тут, хм-м-м, пролетали мимо и неожиданно оказались в зоне боевых действий, в нас попали. Хотя целились они в вас....

  Теперь уже у всех поползли брови вверх, а Трил потемнел от злости. Лишь у главного доргара неожиданно дернулись уголки губ. Уверена - знать кто я такая, им не следует. Поэтому назвалась своим младшим титулом.

  - Двадцать один член экипажа погиб, теперь мы на вашем корабле и просим вас о приюте. И если возможно, как-нибудь связаться с нашими кораблями или княжеством, чтобы вас освободили от нашего присутствия. Мы, наверное, причиняем вам массу неудобств.

  Сама понимала, что несу чушь, но что сказать в подобной ситуации не знала, а они все молчали. Внезапно раздался твердый уверенный голос Асиандра, в очередной раз пришедшего мне на помощь:

  - Мы благодарны за спасение от страшной участи. И хотели бы знать, чем можем отплатить за вашу помощь? И возможную доставку баронессы как можно ближе к Карияру.

  Главный еще сильнее приподнял брови, с удивлением разглядывая мою, ясное дело, непрезентабельную персону и сказал:

  - Благодарность принимаем. А что делать с вами дальше, решим чуть позже. В данный момент у нас не работают двигатели, нет связи, слишком сильные повреждения корабля. Так что доставить вас куда-либо не представляется возможным, и вам, так же как и нам, придется ждать, пока нас найдут поисковые группы.

  Я застонала от ужаса и опять всей неподъемной массой навалившихся проблем. Но доргар тут же пояснил:

  - Не волнуйтесь, баронесса, просто так затеряться на просторах вселенной нам не дадут. Как только все успокоится наверху, наши начнут поиски тех, кого не увидели погибшими, а такой корабль как наш точно без внимания не оставят.

  Я была удивлена его спокойным вежливым тоном и особенно тем, что он счел нужным все пояснить. Удивленно вскинула на него глаза, а он продолжил, посмотрев уже жестким взглядом на Аса и Трила:

  - А уж потом будем определяться с вашей дальнейшей участью. Естественно, раз уж вы здесь, наружу мы вас не выкинем, но на борту вы не гости. Пока находитесь на нашей территории, вам придется выполнять мои приказы.

  Я вцепилась в рукав Аси, чувствуя, как от страха подгибаются коленки. Конечно после заверения в том, что 'наружу мы вас не выкинем', стало чуть легче, но после 'на борту вы не гости' (кто же тогда?) страх усилился. Асиандр, все сильнее напрягаясь, осторожно ответил:

  - Мы личная охрана баронессы и подчиняемся только ее приказам...

  - Вы находитесь на военном корабле космического флота Доргара. Здесь вы будете подчиняться только моим приказам и ничьим больше. Если вы не согласны с этим, можем решить этот вопрос прямо здесь и сейчас.

  Я похолодела, а Асиандр настойчиво пытался достучаться до благоразумия опасного мужчины, который стоял напротив, чуть расставив ноги, словно готовился к нападению, сверля моих телохранителей пронизывающим синим взглядом из-под черных бровей.

  - Поймите, баронесса... Хм-м-м... слабая женщина, а на этом корабле, я так понимаю, слишком много мужчин. Мы отвечаем за жизнь сиеры и ее честь, ее безопасность входит в нашу первостепенную задачу.

  Доргар насмешливо посмотрел на Аса с Трилом, а потом твердо и непререкаемым тоном ответил:

  - Теперь безопасность баронессы или сиеры, как вы ее назвали, входит в мою компетенцию. Я за нее отвечаю и могу гарантировать - на моем корабле вы можете быть спокойны как за ее жизнь, так и за честь. А ваши руки и способности лишними не будут. У нас есть раненые и погибшие... тоже. Требуются основательный ремонт и охрана периметра, так что для вас найдется более достойная работа, чем таскаться за женской юбкой целыми сутками.

  Мне показалось, что Асиандр захлебнулся от гнева, Трил побледнел и вытянулся, словно натянутая тетива, а я задрожала еще сильнее от полной безнадежности своего положения. Что же делать-то? На мне лично такой груз, а если узнают? Заберут? В себя привел твердый голос доргара:

  - Меня зовут Эриас Танг, я командор корабля.

  Мы трое, несмотря на предыдущий всплеск гнева, вежливо кивнули, продолжая сверлить его взглядом. Он снова прошелся по мне взглядом, оценивая грязный облегченный скафандр и затянутую в надири голову, и выдал фразу, от которой кровь в жилах уже окончательно заледенела:

  - Вы скрываете физическое уродство, баронесса, или следы опасной болезни?

  - Нет, командор Танг! Это обязательный традиционный вид одежды незамужней женщины-кариярки. Его носят до замужества или до официального обручения.

  Трил не удержался, и его презрительный смешок прозвучал завершающим аккордом к моим словам.

  - Вы нашли что-то смешное в словах баронессы? Или неверное? - тут же обратил на него внимание Танг.

  Асиандр окаменел, и я почувствовала это даже сквозь его скафандр. А сама внутренне попыталась подготовиться к ответу Трила, но так и не смогла, было больно.

  - Нет, командор, ничего смешного или неверного. Это... нервы... сдают. - Отметив как потемнело лицо Танга, Трил закончил: - Баронесса не обладает достойными кариярца качествами и скорее всего, будет носить надири всю оставшуюся жизнь. - Гад, я бы с удовольствием покончила с ним после этого.

  - Странный обычай! Но хотелось бы уточнить какими именно качествами должна обладать кариярка, чтобы выйти замуж, и коими не обладает ваша подопечная?

  Трил уже и сам не рад своей выходке и последовавшей просьбе пояснить, но пришлось отвечать на поставленный резким, жестким голосом вопрос Танга.

  - Смелость и сила характера, командор. В нашей, хм-м-м, баронессе они полностью отсутствуют.

  Меня удивил разговор, который мы вели в шлюзовой камере военного корабля, сложилось ощущение, что кроме как выяснять кто мы такие и что из себя представляем - самое интересное дело на данный момент, а ведь мы все еле стоим на ногах. Столько народу погибло, сестра... наш корабль утонул, а их в таком состоянии, что неизвестно - сможет ли он когда-нибудь взлететь, связи тоже нет, а мы тут выясняем, почему я не замужем и ношу надири. Мягко выражаясь - дурной сон!

  Ноги мелко дрожали, но я держалась из последних сил. Хотя я скорее висела на Асиандре, нежели стояла.

  - Да? Странно, а вот нам сверху показалось, что госпожа баронесса была на удивлении смела, даже необычайно. Женщина-доргарка, окажись в подобных условиях, умерла бы на месте от разрыва сердца. А баронесса все еще стоит и любезно беседует с нами. Зато мужчина, который обязан по долгу службы охранять ее тело и честь, позволяет себе презрительно усмехаться, скорее позоря себя, чем ее.

   Трил сначала побледнел, потом покраснел, но молча сверлил пол взглядом, больше не вступая в разговор с командором. А я впервые за последние длинные и утомительные минуты, с интересом взглянула на этого мужчину. Но его дальнейшее требование отбило интерес к нему уже через мгновение:

Назад Дальше