Фаина Георгиевна Раневская
© Бекичева Юлия, 2015
© ООО «Издательство АСТ», 2015
© ООО «Издательство «Наше слово», макет, 2015
~ ~ ~
В 1915 году в кабинет директора одного из подмосковных театров вошла худющая, востроносая девица и, промямлив: «Рекомендация», протянула письмо.
«Дорогой Ванюша, – писал приятель директора, антрепренер Соколовский. – Посылаю тебе эту дамочку, чтобы отвязаться от нее. Ты уж сам как-нибудь деликатно, намеком, объясни ей, что делать ей на сцене нечего, что никаких перспектив у неё нет. Отговори её как-нибудь от актерской карьеры – так будет лучше и для неё и для театра. Это совершенная бездарь. Фамилия её Раневская».
Таких «Соколовских», отказывающих ей в таланте, будущая легенда советского театра и кино Фаина Георгиевна Раневская встречала немало. Были они и среди коллег («Режиссеры меня не любили за активность»). Случались и среди зрителей.
Удивительно, но ранимую, интеллигентную, с глазами преисполненными мудрой печали, Фаину Раневскую часто ассоциировали с невежественными, крикливыми и предприимчивыми тетками, которых она представляла на сцене и в кино. И только самые близкие друзья Фаины Георгиевны знали, какова она на самом деле. Блестяще образованная, влюбленная в профессию, беспомощная в быту, волею судьбы не познавшая ни материнства, ни супружеской любви. Пользуясь доверчивостью, добротой и одиночеством актрисы, окружающие частенько обманывали и обижали Раневскую. Она прятала обиды за остротами, за прямолинейностью. Иного способа защититься от «этой гадости» Фаина Раневская не знала.
Спустя шестьдесят лет своей артистической деятельности, в последнем интервью, зафиксированном в серии «Старые мастера» режиссера – документалиста Марианны Таврог, «королева эпизода», «исполнительница ролей второго плана» призналась, что сожалеет только об одном:
«– У меня фактически ничего не сыграно. Все, что я хотела бы сказать, осталось при мне».
«– Почему же вы не напишете книгу о своей жизни?» – спросили актрису.
«– Книги должны писать писатели и мыслители, – ответила Раневская. – А потом… Моя книга называлась бы «Книга жалоб», а я не люблю жаловаться».
И что же? Дальше тишина? Ведь Раневская покинула бренный мир, не оставив нам своей автобиографии. Но живы ее письма, передаются из уст в уста воспоминания о ней, а зрители по-прежнему повторяют когда-то произнесенные Фуфочкой и записанные её коллегами фразы. В них – смех, слезы и большая житейская мудрость.
Фаина Раневская о здоровье и нездоровье
Коллеги Фаины Георгиевны вспоминали, что у актрисы было слабое здоровье, она нередко посещала врачей и то и дело оказывалась на больничной койке. Чтобы не упасть духом и не позволить болезням взять над собой верх, Раневская шутила и над своими болезнями и над медперсоналом, с которым ей приходилось иметь дело.
Как-то, в очередной раз Фаина Георгиевна Раневская отправилась отдыхать в санаторий:
«Назначили мне лечащую докторшу, – вспоминала актриса. – Пришла она, поздоровалась и сказала:
– Как я рада, что вы у нас лежите! Так приятно увидеть вас не на экране, а в жизни!
– Спасибо, – поблагодарила я. – Надеюсь, что в жизни меня смогут увидеть и после вашей больницы.
Врачиха захохотала и стала делать мне кардиограмму.
– Как у вас с сердцем? – поинтересовалась она. – Не болит?
– Нет, с сердцем, по-моему, все в порядке.
– Странно.
– Что странно?
– У вас должно болеть сердце. Я это вижу по кардиограмме.
– Ноу меня оно не болит, – попыталась защищаться я.
– Этого не может быть, – утверждала докторша. – У вас оно должно болеть.
Наш спор закончился вничью, но, как только докторша ушла, я взялась рукой за сердце и почувствовала: кажется, и в самом деле оно начинает болеть».
~ ~ ~
«Вернулась из Кремлевской больницы, где мне было очень грустно, очень тяжело потому, что чувствую себя неловко среди «избранных» и считаю величайшей подлостью эти больницы», – писала в одном из писем Раневская.
~ ~ ~
Лучшее средство от кашля – касторка. Врачи об этом догадываются, но выписывать не рискуют.
~ ~ ~
Фаина Раневская очень тяжело переживала смерть режиссера Таирова. Вконец измучившись, Фаина Георгиевна обратилась к психиатру.
– На что жалуешься? – спросила врач.
– Не сплю ночью, плачу.
– Так значит, плачешь?
– Да.
– Сношений был?
– Что вы, что вы!
– Так. Не спишь. Плачешь. Любил друга. Сношений не был. Диагноз: психопатка! – заключила врач.
~ ~ ~
Молодой коллега обратился к актрисе с вопросом:
– Фаина Георгиевна, я видел вас в больнице. Заболели?
Раневская не любила жаловаться на болячки, тем более малознакомым людям. Вот и на этот раз она решила отшутиться:
– Организм свой пугала.
– Что делали?
– Пугала организм. Водила его в больницу, чтобы посмотрел, что с ним будет, если вздумает заболеть.
– Наркоз помогает врачам.
– Вы хотели сказать больным, Фаина Георгиевна?
– Нет, именно врачам, милочка. Наркоз – единственный способ избежать советов больного во время операции.
~ ~ ~
Знакомый Фаины Георгиевны постоянно жаловался на бессонницу:
– Всю ночь кручусь с боку на бок, не могу заснуть.
Раневская фыркнула:
– Если бы я крутилась, тоже не могла бы заснуть. Вы лежите спокойно.
(Самой Фаине Георгиевне этот совет не помогал. Актриса тоже страдала бессонницей.)
~ ~ ~
– Знаете, каких больных не любят врачи? – допытывалась Раневская у коллег.
– Нытиков? – предположил кто-то.
– Нет, тех, кто умудряется выжить, несмотря на все их прогнозы.
~ ~ ~
– Хроническое что-нибудь есть? – поинтересовался врач у Фаины Раневской, заполняя бланк осмотра в санатории.
Раневская кивнула:
– Есть.
– Что?
– Нехватка денег и ожидание светлого будущего.
~ ~ ~
– Фаина Георгиевна, вы были у врача? – осведомилась у Раневской коллега. – Что он вам сказал?
– Ничего не сказал. Не успел. Я так напугала его своими жалобами, что несчастного хватил удар.
~ ~ ~
Склероз – это тяжело, но еще хуже, когда при этом возникает понос: ищешь кабинку, а зачем – забыла.
~ ~ ~
– Я не пойду на сеанс к этому гипнотизеру.
– Почему, Фаина Георгиевна?
– А вдруг он и правда мысли читать умеет? А я столько всего надумала…
~ ~ ~
Коллеги Фаины Георгиевны вспоминали, с каким удовольствием показывала им актриса огромный транспарант, вывешенный на фронтоне больницы. Он состоял из нескольких частей. В результате получилось: «Само лечение опасно для здоровья!»
~ ~ ~
– Склероз гораздо лучше геморроя, – как-то заявила Фаина Раневская.
– Чем же? – уточнил коллега актрисы по съемочной площадке.
– Геморрой и самой не видно, и жаловаться неудобно. А при склерозе ничего не болит и, то и дело новости.
~ ~ ~
– Медицина достигла таких успехов, что здоровых людей уже практически не осталось, – жаловалась Фаина Георгиевна соседке, возвращаясь домой с очередного медицинского осмотра.
~ ~ ~
Это очень известный доктор, в его диагнозах только самые модные болезни, а в рецептах только самые дорогие лекарства.
~ ~ ~
Мы с организмом договорились: я прекращаю мучить его диетами, а он разрешает мне курить.
~ ~ ~
После очередного пребывания в больнице, Фаина Георгиевна изрекла:
– Неизлечимых болезней нет. Просто, не все больные доживают до своего излечения.
~ ~ ~
На вопрос о состоянии здоровья Раневская со вздохом ответила:
– Ни состояния, ни здоровья. Одна симуляция.
~ ~ ~
– Фаина Георгиевна, вам нужно бросить курить. Ну, соберите вы свою волю в кулак, – просил актрису режиссер Юрий Завадский.[1]
Раневская вздохнула:
– Кулак слишком большой получится, могут не понять…
~ ~ ~
После продолжительного лечения Фаина Раневская вышла из больницы.
– Фаина Георгиевна, ну как? – спросили актрису знакомые.
– Плохо!
– Что такое?
– То процедуры, то уколы, то осмотры… Совершенно некогда было поболеть!
~ ~ ~
Об одном я помню точно: у меня склероз!
~ ~ ~
Парадокс медицины: чтобы поставить человеку точный диагноз, нужно произвести вскрытие. Но так как вскрытию никто подвергаться не хочет, лечат по приблизительным диагнозам.
~ ~ ~
– Фаина Георгиевна, какой диагноз вам поставили? – спросили актрису коллеги.
– ЧЕЗ.
Полдня думали, что это может быть такое. Спросить стеснялись, но любопытство оказалось сильнее стеснительности.
– Так что же это все-таки за таинственная болезнь такая? Как расшифровывается ЧЕЗ?
– ЧЕЗ? Черт Его Знает.
~ ~ ~
– Что вам сказал врач по поводу предстоящей операции? – спросили Фаину Георгиевну.
– Успокаивал. Это у него двадцатая такая. Должно же, в конце концов, получиться.
~ ~ ~
Врач, осматривая Раневскую:
– Ну что, голубушка, спите хорошо? Не беспокоят ли вас ночные кошмары?
– Мне вполне хватает дневных кошмаров, доктор.
~ ~ ~
N терпеть не могут врачи, он безнадежно здоров.
~ ~ ~
– Фаина Георгиевна, какое средство для похудения лучше остальных, не подскажете?
– Зависть.
~ ~ ~
N халявный уксус не пьет, потому что диабетик.
~ ~ ~
– Почему вы не сделаете пластическую операцию? – спросила Фаину Георгиевну одна знаменитая актриса.
– А толку? Фасад обновишь, а канализация все равно старая.
~ ~ ~
Моя любимая болезнь – чесотка: почесался и ещё хочется. А самая ненавистная – геморрой: ни себе посмотреть, ни людям показать.
~ ~ ~
«В больнице, помимо борьбы с моим инфарктом, врачи боролись с моей бессонницей. Начали со снотворных: различные комбинации, интервалы, количества – в 19.30 – таблетка димедрола, в 20.00 – таблетка намбутала и полтаблетки ноксирона, в 21.00 – ноксирон и мелинал и т. д. Никакого эффекта. Однажды утром заходит докторша с просветленным лицом, полным надежды.
– Ну, сегодня вы хорошо выспались?
– Отвратительно! Заснула часов в пять-шесть.
– Но, Фаина Георгиевна, я же вчера вам дала успокоительное для буйнопомешанных!
– Правда?
– Ну конечно.
– Как жаль, что вы мне раньше этого не сказали: может быть, тогда бы я заснула…»
~ ~ ~
Однажды Раневскую спросили, что она думает об облысении.
– Облысение – это медленное, но верное превращение головы в жопу, – не задумываясь ответила актриса. – Сначала по форме, а потом и по содержанию.
~ ~ ~
Когда я просыпаюсь утром и чувствую, что у меня ничего не болит, я думаю, что уже померла.
~ ~ ~
…Все приятное в этом мире либо вредно, либо аморально, либо ведет к ожирению.
~ ~ ~
– Вот ваши снотворные таблетки, Фаина Георгиевна, этого вам хватит на шесть недель.
– Но, доктор, я не хотела бы спать так долго!
~ ~ ~
«Кремлевская больница – кошмар со всеми удобствами», – писала в письме актриса.
~ ~ ~
– Этот доктор творит чудеса! – делилась с приятельницей Фаина Раневская. – Он буквально за считанные минуты вылечил все мои болезни.
– Но каким образом? – изумилась приятельница.
– Доктор сказал, что все мои болезни – это всего лишь симптомы приближающейся старости.
~ ~ ~
Оказавшись в больнице, Фаина Раневская никак не могла заснуть. Пригласили психиатра.
«Пришел пожилой мужчина с седым венчиком на голове и добрыми глазами.
– Расслабьте мышцы, – попросил он, – закройте глаза, и будем спать.
Он удобно раскинулся в кресле и начал умиротворенно:
– Вы в поле. Зеленая травка, тихо щебечут птицы. Над вами бездонное голубое небо, легкие облака, как бесчисленные стада баранов.
Психиатр старался, он говорил медленно и задушевно, используя хорошо знакомый стиль газетных очерков, чем очень смешил меня, но я старалась не показывать этого. Доктор шел по полям и лугам, заходил в широколистные дубравы. Голос его уже шелестел:
– А там за дубравой одинокий ручей, тихо журча, несет свои воды… Хрр-р.
Я вздрогнула: что это? Психиатр спал. Минут через пятнадцать он открыл глаза, посмотрел на меня и улыбнулся:
– Ну вот и поспали, ну вот и молодчина!»
~ ~ ~
Одиночество, как состояние, не поддается лечению.
~ ~ ~
Фаина Раневская разговорилась с подругой о медицине. Подруга поинтересовалась у актрисы:
– Фаина, как ты считаешь, делает ли медицина успехи?
– А как же, – ответила Фаина Георгиевна. – В молодости мне каждый раз приходилось раздеваться у врача, а теперь достаточно показать язык.
~ ~ ~
Я себя чувствую, но плохо.
~ ~ ~
Чем я занимаюсь? Симулирую здоровье.
~ ~ ~
Ночью болит все, а больше всего – совесть.
~ ~ ~
Склероз нельзя вылечить, но о нем можно забыть.
~ ~ ~
После инфаркта:
– Если больной очень хочет жить, врачи бессильны.
~ ~ ~
Фаина Георгиевна Раневская была заядлой курильщицей. Как-то раз, осматривая ее, врач спросил:
– Чем же вы, милейшая, дышите?
– Пушкиным, – отвечала она.
~ ~ ~
– Вы заболели, Фаина Георгиевна?
– Нет, я просто так выгляжу.
~ ~ ~
Доктор, который лечил Раневскую, вспоминал, как его пациентка принесла мочу на анализ в термосе.
– Но почему же в термосе, а не в баночке? – выпучил глаза доктор.
– Ох, ни хрена себе, – недовольно заворчала актриса. – А кто говорил: «теплую неси»?
~ ~ ~
Кто-то из актеров позвонил Раневской справиться о здоровье.
– Дорогой мой, – пожаловалась она, – такой кошмар! Голова болит, зубы ни к черту, сердце жмет, кашляю ужасно, печень, почки, желудок – все ноет! Суставы ломит. Еле хожу… Слава богу, что я не мужчина, а то была бы еще и предстательная железа.
~ ~ ~
Актриса, служившая в Московском театре имени Моссовета пожаловалась на то, что ее муж невыносимо храпит.
– Это просто невозможно! Все перепробовали, ничего не помогает. Неужели нет надежного средства от храпа?
– Есть, – обнадежила коллегу Раневская. – Бессонница.
~ ~ ~
Приятельница Фаины Георгиевны посетовала, что ей нужно попасть на прием к окулисту, но там такие очереди – не пробиться.
– Зачем тебе окулист? – воскликнула актриса.
– Ну как же, зрение проверить.