Дмитрий Леонтьев Петербуржская баллада - Дмитрий Леонтьев 14 стр.


Я тебе даже больше скажу, Мартынов... Я знаю даже людей, которых они ограбили. Но ни один из них не подаст нам заявление. Они грабят тех, кто сам так или иначе не в ладах с законом... Может быть, я и смог бы уговорить кого-то из них... особыми методами... Но для этого мне нужно было, чтобы на руках у Зотова были краденые вещи. А у него, по моим данным, была только валюта... Но деньги, как известно, не пахнут, а номера купюр мне были неизвестны. Я уже подготовил им изумительную ловушку. Ловушку, из которой не выбраться... и тут появляешься ты, такой весь из себя красивый и умный... Ты даже не пригласил на операцию спеца по тайникам... Я был на месте твоего "триумфа". Там тайник был. Теперь он пуст. Что там было - одному черту известно. Или Зотову, что одно и то же...

Оружие? Наркота? Шмотки с неизвестного мне грабежа? А теперь давай подумаем, что будет дальше. Тут несложно фантазировать. Зотов уже нанял лучшего адвоката, которого только смог найти, благо денег у них теперь хватает. Его бригаду через пару-тройку дней выпустят, да еще и извинятся за причиненные неудобства. Если они не дураки, - а они не дураки - то сразу уедут в свой Мухосранск, забыв эти приключения, как страшный сон. Север найдет себе других исполнителей и продолжит укрепление своих позиций. Ты получишь по шапке, а я... останусь с носом.

Он выдохся и замолчал. Молчал и я - да и что было сказать? В целом полковник был прав... Сегодня все вокруг меня были правы, один я танцевал меж ними в шутовском колпаке. Только вот виноватым я себя почему-то не чувствовал. Недаром говорится: не ошибается тот, кто ничего не делает. Я делал хотя бы что-то. Да, я надеялся, что этой кассетой меня хотят отвлечь, а стало быть, брать их надо сразу, с поличным. Почему не получилось - не знаю... Может быть, я и впрямь не лучший сыщик города, но зато я искренне хочу видеть этих парней за решеткой.

- И все же я буду пытаться найти привязки, - упрямо сказал я, - ребята из Василеостровского РУВД обещали помочь с "подсадной" агентурой, будем допрашивать их, крутить... По крайней мере, делать хоть что-то...

- Делайте, - отмахнулся Косталевский, - только большая просьба: после того как в очередной раз облажаетесь, не путайтесь больше у меня под ногами... По крайней мере, предупреждайте...

Он тяжело поднялся и, не прощаясь, вышел.

- Я надеялся на успех, - тихо сказал я Григорьеву.

- Я знаю, - ободряюще улыбнулся он, - ничего страшного. Я тут как-то занялся своей личной статистикой. Выходит, что на один успех у меня три-четыре провала. Но я же не переживаю? Беру это как опыт и продолжаю жить и работать. Завтра будет новый день, а значит, новый шанс.

- И я его использую, - пообещал я, - это еще не конец! Пусть я проиграл эту битву, но уж войну-то я выиграю... Я в этом уверен!

21 июня 2003 г. С.-Петербург

На улице моросил дождь, окончательно портя и без того неважное настроение. Руслан сидел у окна полупустого кафе и нервно курил сигарету за сигаретой. Он сильно сдал за эти дни. Лицо осунулось, глаза горели лихорадочным блеском, в характере появилась несвойственная ему ранее нервозность. Он с отвращением затушил в пепельнице едва начатую сигарету и тяжелым взглядом посмотрел на вошедшего в кафе Заозерного.

- Извини, - сказал капитан, присаживаясь напротив, - признаться, едва выбрался. Они опять что-то затевают, а что - никак узнать не удается.

- Я тебе за что плачу? - нарочито растягивая слова, спросил Руслан. - За то, что тебе все время "не удается"? Или ты в моем лице нашел одновременно кормушку и доброго лоха? По твоей милости парни три дня в КПЗ парились, я перед Севером как обгадившийся выгляжу... Ты сколько у меня бабок за эти годы сожрал? А много ли за них работал? Единственный раз требовалось подсуетиться, и то жопу свою от стула оторвать не можешь!

- Делаю, что могу, - мрачно отозвался Заозерный, - и так работаю на грани фола... С другой стороны тоже не дураки сидят: одна ошибка - и амба! Не так уж сложно меня вычислить...

- Что, очко заиграло? - презрительно скривился Руслан. - Я куда больше твоего рискую и не ною. Ты за это деньги получаешь - не забывай. Которые, кстати, не отрабатываешь...

- Откуда я мог про облаву знать? - оправдывался Заозерный. - Мартынов этот сам мне потом признался, что все спонтанно вышло. Ты его этой кассетой спровоцировал. Он решил, что ты его от дела отвлечь хочешь, вот и поторопился... Обошлось ведь?

- "Обошлось", - передразнил его Руслан, - наше счастье, что Север опоздал с этой кассетой. Кто мог подумать, что этот майор такой прыткий. А уж то, что они тайник не нашли, - так просто чудо господне. Был бы там сыскарь из угро... ОМОН и "полиция нравов" - службы специфичные, это нас и спасло... Сидел в этой норе, как крыса! - ударил он кулаком по столу и сам устыдился: - Черт, совсем нервы расшатались... После этой "гастроли" - на Кипр. На месяц, не меньше...

- Сейчас уезжать надо, - в который раз за эти дни сказал ему капитан, - обложили нас! Со всех сторон обложили! Неужели сам не видишь? Одно дело, когда втихаря. Приехали - сделали дело - уехали... А так разве работают? Уезжать надо, Руслан. Кожей чую: не кончится это добром! Ну что ты упрямишься? Ведь сколько уже "бабла" подняли - куда тебе еще? Всех денег не заработаешь. Не жадничай...

- Я не жадничаю, - отвернулся Руслан, - не в деньгах дело... Северу помочь надо...

- Что, кроме нас, и некому? - не поверил Заозерный. - На нас что, свет клином сошелся? Найдут, кому тему дать...

Руслан промолчал. Он не мог и не хотел говорить капитану, что дело не в деньгах и даже не в помощи Северу. Дело было в нем... И в Тане. После того случая в сауне она избегала его, отказывалась от встреч и не желала говорить даже по телефону. Удивленному таким поворотом в отношениях Северу Руслан наплел что-то про нервный стресс, полученный во время милицейской облавы (он понял, что Таня ничего не рассказала вору о случившемся той ночью). Север сам настаивал на окончании "гастроли", ссылаясь на излишний риск, которому не хотел подвергать нужных ему людей.

Руслан возражал настойчиво и неаргументированно. Сошлись на том, что "антиквар" будет последним делом бригады Руслана в Питере. Операция была подготовлена на сегодня, двадцать первое июля, в полдень. Вечером должен был состояться расчет с Севером, а на двадцать два часа уже были куплены билеты до Головца. Оставались считаные часы, а разговор, столь важный для Руслана, так и не состоялся. Он с большим трудом смог убедить Севера дать ему для помощи в операции девушку. Оставался последний шанс поговорить с ней перед отъездом... Впрочем, про себя он знал, что не уедет, пока не получит ответ... Положительный ответ. Другого быть не могло. Он с ужасающей ясностью понимал, что это уже даже не страсть. Это - болезнь, сумасшествие, проклятие... любовь!

- С ребятами все нормально? - спросил Заозерный, прерывая ход его мыслей. - Выпустили?

- Ты же знаешь, - нехотя вернулся к разговору Руслан, - чего спрашивать? Ты нагадил, а я - суетись? Да, нанял адвокатов, написал жалобы куда надо... Следака подмазал... Половина заработанного ушла... Вчера всех выпустили...

- Уезжать надо, Руслан, - вновь завел старую песню Заозерный, - послушай меня! Сколько мы с тобой лет работаем - я тебя часто подводил? А теперь чувствую: все, не могу больше. Слишком опасно стало... Не узнаю тебя, Руслан. Всегда восхищался твоим умом, интуицией, а сейчас... Словно подменили...

- Не учи меня жить, - отмахнулся Руслан, - и перестань ныть... Уедем. Сегодня уедем. Только доделаем одно дело напоследок. Так сказать: "дембельский аккорд"... Ты вот что... Поедешь сегодня по этому адресу, - он протянул Заозерному заранее приготовленный клочок бумаги с адресом "антиквара", - там живет один барыга... Проверишь, все ли чисто... Мне тоже не нравится возня, которую твои кореша в погонах затеяли... Ох, была бы моя воля, я бы быстро того говнюка из "полиции нравов" угомонил... Может, тебе поручить, а? Да не шарахайся ты так! Шучу я, шучу... Не двадцатые годы... Ажаль... Одним словом, проверишь там все, отзвонишься, со своими му-сорскими коллегами чин-чинарем простишься и можешь ехать домой. Там встретимся. Билеты сам возьмешь...

- А... Доля моя? - облизнул нервно губы Заозерный. - У меня деньги кончились...

- Твои проблемы, - пожал плечами Руслан, - я тебе два дня назад пятьсот баксов отдал... Ты их что, жрешь?

- Расходы большие, - невнятно пояснил капитан, - ты бы мою долю сейчас мне отдал, а? Тебе-то какая разница? Все равно сегодня уезжаем...

- Перебьешься, - жестко осадил его Руслан, поняв, что капитан попросту трусит, - договор был: после прибытия домой! Ты свою работу еще до конца не доделал. А то ишь какой шустрый: боится, что нас заметут и он свою пайку не получит... деньги будут, только если все вернутся обратно. Целыми и невредимыми. Все, базар окончен.

- Ну, хоть сто баксов... На обратную дорогу...

- Нет! И не забудь, что я тебе сказал... Проваливай.

Заозерный ушел, а Руслан после короткого раздумья

заказал у бармена сто пятьдесят грамм коньяку Он впервые пил перед делом, но чувствовал, что иначе сорвется, не выдержит, сделает где-нибудь ошибку - столь велико было напряжение... Нет, дело его не пугало, и в благоприятном исходе он был уверен - на то были свои причины, - его томило и страшило совсем иное. Он должен был получить ЕЕ. Он всегда получал то, что хотел. Любым путем. Любой ценой...

Они уже мчались на дело, когда в кармане Руслана запищал телефон.

- Слушаю, - поднес он трубку к уху, - так... так... Я это знал. Не волнуйся, все в порядке, все по плану. Делаем, как договорились. До встречи дома...

- Проблемы? - спросил сидевший за рулев Нечаев.

- Все нормально, - сухо ответил Руслан, - ты за дорогой следи.

- Кстати, а куда мы едем? - не обиделся он. - Ты мне сейчас адрес дал, а насколько я помню, "антиквар" этот в другом конце города живет... Ничего не путаешь?

- Поучи бабку щи варить, - огрызнулся Руслан, - тебе дали адрес - вот и едь, любопытный ты наш...

Когда они остановились у нужного адреса, из второй машины выскочила разъяренная Таня и бросилась к Руслану:

- Что это значит? Ты куда приехал? Мы планировали "антиквара", а это адрес "ювелира".

- Я знаю, - спокойно признал Руслан и хотел было ограничиться этим сообщением, но, разглядев встревоженные лица друзей, все же решился сказать: - У "антиквара" засада. Менты нас ждут. Кто-то сдал... Или "наводка" изначально "паленая" была...

Новость повергла всех в шок. Первым оправился Нечаев:

- Тогда какого черта? Сматываться надо! Веришь: никакого кайфа на тюремных нарах сидеть нет. Хватит уже, насиделись... Ты совсем рамсы попутал, Руслан: нас менты пасут, а ты такую информацию тихаришь. Дело-то общее... Ты не прав!

- Тихо-тихо! - остановил начавшийся ропот Руслан. - Все идет как задумано. По плану.

- Руслан, мы тебя уважаем, - мрачно сказал Нечаев, - и шли за тобой всегда потому, что ты... прав. Но сейчас ты что-то не то говоришь. И уж прости меня, но сдается мне, что... ты пьян.

- Я трезв, как никогда, - твердо заявил Руслан, - пахнет от меня кофе с коньяком... А что касается дела... Я знал, что на квартире "антиквара" нас пасут менты - меня предупредил мой человек по телефону десять минут назад. Но я это и раньше подозревал, так что Америку он для меня не открыл. Я его для того туда и послал, чтоб убедиться... Были у меня по этому поводу кое-какие мысли... Нам это на руку, ребята. Если менты нас ждут там - здесь они нас точно не ждут. Мы сможем работать спокойно. Пари держу: их и так мучает вопрос - будем ли мы работать сразу после того, как вышли из КПЗ. Пусть думают, что мы струсили. Билеты у нас уже в кармане - вы это знаете, - дело сделаем и уедем. Натянем мусоров... Эта хата чистая - я проверял. Или не верите мне?

Руслан обманывал их: квартиру "ювелира" он не проверял - не было времени. Но отступать было не в его правилах.

- Если где-то рядом с Севером есть стукач, - продолжал убеждать Руслан, - он уверен, что мы будем брать "антиквара". Ведь даже вы до последней минуты ничего не знали... Нет, уж вам-то я доверяю, но... береженого бог бережет. Фиг знает, какая там у ментов спецтехника имеется... Так что не трусьте: бог не выдаст, свинья не съест.

- Я отказываюсь участвовать в этой авантюре, - решительно заявила Таня, - мы обязаны в случае изменения планов сразу оповестить Севера. Это его тема. Мы не можем ничего предпринимать без его согласия. Я сейчас же звоню ему...

- Никто никуда звонить не будет, - решительно заявил Руслан, силой отбирая у нее сотовый телефон, - и на дело с нами пойдешь как миленькая... Мы сделаем это, ясно? Мы возьмем "ювелира" и уедем победителями! Не будет такого, чтоб менты меня обломали! Я сам кого хочешь обломаю! Все, за дело!

Они поднялись на второй этаж, к квартире "ювелира". По команде Руслана надели шапочки с прорезями для глаз. К немалому удивлению бригады, Руслан решительно нажал звонок соседней от "ювелира" квартиры.

- Что ты делаешь, - прошипел Нечаев, - это же...

- Заткнись! - так же шепотом ответил ему Руслан. - Там тетка живет, одинокая... Все нормально... Так надо...

- Кто? - послышалось из-за двери.

- Из ЖЖ, счетчик проверить надо, - ответил Руслан.

Дверь открылась, и он моментально приставил ствол пистолета ко лбу опешившей женщины:

- Тихо, мамаша! Пикнешь - убью! Мы не по твою душу, так что веди себя спокойно, и все будет путем... Не вздумай в обморок падать - пощечин надаю, быстро в себя придешь! Дома кто есть?

- Нет, - едва слышно отозвалась она, белая как мел.

- Звони соседу, - приказал Руслан, - скажешь, телефон отключили, а надо срочно позвонить... Сделаешь - отпустим. Ты нам не нужна. Все поняла?

- Да, - покорно ответила она, и Руслан нажал кнопку звонка "ювелира".

- Что вам, Надежда Георгиевна? - раздался через пару минут густой бас из-за двери - видимо, "клиент" рассматривал соседку в дверной "глазок".

- Телефон, - прерывающимся голосом сказала она, - позвонить... отключили...

- Не понял? - удивились из-за двери. - Сейчас, подождите минутку...

Дверь распахнулась, и Руслан мощнейшим ударом в челюсть опрокинул хозяина квартиры на пол. Краем глаза он заметил, как рухнула потерявшая сознание соседка.

- Быстро ее в квартиру! - скомандовал он Нечаеву. Дождался, пока бесчувственные тела оттащат, настороженно прислушался к происходящему на лестничной площадке, удовлетворенно кивнул:

- Нормально. Теперь, парни, быстро за дело. Все драгоценности в сумки - там разберемся, что ценно, а что нет. Искать тайники. На все про все даю вам двадцать минут. Таня, ты присмотри за этой мымрой - как бы с перепугу ласты не склеила. Нам только жмурика не хватало... Ну, быстро, быстро, не стоим на месте!

Им повезло и на этот раз. Набранное в квартире едва уместилось в двух спортивных сумках. Даже на первый взгляд было ясно, что среди добычи попадались и весьма ценные вещи. Пришедших в себя мужчину и женщину связали, оставив в дальней комнате. Из квартиры последним, аккуратно прикрыв за собой входную дверь, выходил Руслан. Уже выбегая из парадной, он буквально налетел на грузную пожилую женщину в экстравагантной, старомодной шляпке. Старуха неторопливо поправила съехавшую набок шляпку и басом, с сильным одесским акцентом посоветовала:

- Юноша, раз уж вы так страстно на меня легли, то по крайней мере не разочаровывайте: не спите!

- Слишком умная, как я погляжу! - выпалил раздосадованный этой задержкой Руслан.

- Что вы, что вы, - замахала руками женщина, - такое же необразованное быдло, как и вы!

- Врезать бы тебе, ведьма старая, - сквозь зубы пожелал Руслан, - да времени нет...

Добравшись до машины, упал на сиденье рядом с Нечаевым, скомандовав:

- Вперед! - и не утерпел, пожаловался: - Совсем народ страх потерял. Сейчас на такое чучело налетел - будь другое настроение, от смеха бы помер... Хамит еще, жаба слюнявая... Вот бы встретить ее еще разок, в другой обстановке, вместе бы посмеялись...

Он не мог догадываться, что это его случайное пожелание сбудется быстрее, чем он мог рассчитывать...

За пару кварталов до сауны, ставшей их новым убежищем, Руслан приказал Нечаеву остановить машину.

- Я вернусь через полчаса, - сказал он друзьям, - надо с Таней поговорить тет-а-тет... Шмотки пока в помещение занесите, я их позже Северу переправлю. И... осторожней там... всего несколько часов осталось - грех на мелочовке погореть...

Подошел ко второй машине, притормозившей следом, поманил девушку:

- Выйди, поговорить надо.

- Не о чем нам с тобой разговаривать, - отвернулась она.

- Я через несколько часов уезжаю, так что это последний разговор. Это важно... Не будем пререкаться - люди слушают...

Она неохотно выбралась из машины.

- Я люблю тебя, Таня, - решительно сказал он, - надо было давно тебе это сказать... Я ведь помнил о тебе каждый день, каждый час... все, что делал, все, чему учился, - для тебя.

- Поздно, Руслан, - сухо сказала она, - слишком поздно.

- Ты о том случае... в сауне? Прости...

- Я даже не об этом, - сказала она нехотя, - впрочем, этого я тоже тебе простить не смогу... Все кончилось давно. Через несколько лет, после твоего отъезда...

- Но у тебя же нет никого, - удивился он, - или... есть?

Она промолчала, отвернувшись в сторону.

- Кто он?! - Руслан схватил ее за плечи, она вырвалась. - Та-ак... Уж не дядюшка ли мой? Не господин ли Бочаров собственной персоной? Молчишь? А я-то дурак! Хорош "законничек", ай хорош! Сплавил племянника в глубинку, чтобы его девушку без помех пользовать...

- Перестань, - поморщилась она, - ты как бык - прешь на цель, ничего вокруг не видя... Не он меня добивался. Я - его. Я люблю его, Руслан. А он даже об этом не знает... Нет, наверное, все же знает, но...

- Он же "твердый, идейный вор", - иронично продолжил Руслан, - ему нельзя жениться... а вот любовницу содержать можно...

- Мы с тобой уже говорили об этом, - напомнила она, - я думала, одного раза будет достаточно, чтобы ты понял.

- А я вот тупой! Я не хочу отдавать счастье, которое у меня украли! Я не желаю быть обманутым идиотом, над которым посмеялись, - понятно? Он же не женится на тебе никогда! Неужели ты этого не понимаешь?!

- Мне это безразлично, - ответила она.

- Но что... Что я должен сделать, чтобы ты осталась со мной?! Скажи, я сделаю все! Ведь не может же быть так, чтобы... Чтобы все закончилось?!

- Руслан... Тебе надо отдохнуть, - сказала она, - ты слишком возбужден. У всех были тяжелые дни... Давай прекратим этот разговор.

- Нет, мы его продолжим!

- Что ты еще хочешь услышать? - устало спросила она. - Я тебе сказала: нет.

- Не хочешь по доброй воле, - угрожающе шагнул к ней Руслан, - так я тебя заставлю.

- Как? - спокойно посмотрела она на него. - Увезешь силой? Будешь держать в квартире на цепи? Я не люблю тебя - понимаешь? Не люблю.

- А что, если... Если я все брошу? - заглядывая ей в лицо, говорил Руслан. - Завяжу с криминалом раз и навсегда? У меня достаточно денег, чтобы уехать и начать все сначала... Ты ни в чем не будешь нуждаться! Ты никогда не пожалеешь!

- Прости, - сказала она и, прощальным жестом коснувшись его щеки, пошла прочь.

- Ты не уйдешь так! - крикнул он. - Я тебя заставлю! Ты все равно будешь моей!

Раздраженно вырвал из кармана запищавший телефон, рявкнул:

Назад Дальше