Уютный европейский городок потрясла серия убийств русских бизнесменов. Детектив Анна Светлова и дочь сибирского олигарха Дези живут здесь в одном отеле. Дези узнает в убитых друзей своего отца. А он сам не спешит увидеться с ней, лишь его голос как наваждение звучит по телефону. Дези начинает подозревать отца в причастности к этим убийствам. Она делится сомнениями со Свегловой, но та скептически относится к ее рассказам. Зато их общий знакомый - сыщик Интерпола не разделяет мнения Ани. Он летит в Сибирь, в таежный поселок-призрак Пелым, где с риском для жизни открывает страшную тайну гения и злодея…
Содержание:
-
Часть первая 1
-
Часть вторая 31
-
Эпилог 48
Ирина АРБЕНИНА
НОЧЬ ЛУННОГО СТРАХА
Часть первая
Глава 1
Когда охотник Аулен услышал шум вертолетных винтов и человеческие голоса, он сначала подумал, что таблетки, которые дал ему заезжий торгаш в обмен на соболиные шкурки, воистину творят чудо. И сами они, эти таблетки, видно, настоящее чудо в сравнении с тем кайфом и забытьем, что могут дать грибы.
Поселок-призрак сиял электрическим светом, которого Аулен не видел здесь уже очень-очень давно…
А ведь когда-то он был оживленным и людным местом. Сюда ежегодно завозили продукты, постоянно приезжали на работу новые - в погоне за длинным северным рублем - люди… Но потом, с перестройкой, эти места обезлюдели. Уж несколько лет поселок-призрак зиял окнами пустых оставленных домов.
И вот вдруг снова ожил…
В то время как охотник дивился чуду, в самом поселке разговаривали двое мужчин.
- Ну как наш друг? - интересовался тот, что постарше.
- Идет на поправку. В общем, он вполне уже готов к транспортировке.
- Отлично… Тогда не будем ждать. Сегодня и покинем этот гостеприимный край. Это возможно?
- Вполне.
- Ну и о'кей…
- А что с этим делать?
Тот, что помоложе, кивнул на пластиковый мешок.
- Эх, жаль, мы не дома… - задумался первый. - Это хорошо было бы смешать… Как раз на, этой неделе будут хоронить за муниципальный счет… Так я обычно - в общую могилу! Вместе с бомжами. Труднее всего найти лист в лесу… А мертвое тело лучше всего прятать, знаете ли, среди десятков других мертвецов. Самый надежный способ. Все равно что концы в воду.
- Это вы сами придумали?
- Не я, один англичанин.., писатель.., детективы писал!
- Да тут такой лес… - усмехнулся его собеседник. - Тайга! Куда вашим муниципальным могилам… Никто никогда не отыщет.
- Не скажите… Мертвецы обладают странным свойством появляться, когда их никто уже не ждет.
Так что в таком деле на авось лучше не полагаться.
Все надо сделать в высшей степени аккуратно.
Он взглянул на охранников.
- Эй, ты! - окликнул он высокого с бычьей внешностью парня. - Лепорелло! Ну-ка быстро сюда!
Иди-ка за мной…
Парень подошел. Нехотя, не торопясь, вразвалку.
Он не понимал, что означает прозвище Лепорелло, которым его наградили, но ему казалось, что это что-то обидное, унизительное. Однако не подчиниться он не мог.
- А вот это лучше всего сжечь. - Человек указал на пластиковый мешок с мертвым телом. - А еще лучше бы - в серную кислоту, чтобы без отходов…
- Откуда я вам ее тут возьму? - хмуро буркнул парень. - По телефону заказать?
- Ты прав, голубчик. Заказать не получится! Ни пиццу тут не закажешь, ни серную кислоту. - Человек усмехнулся. - Тогда сожги. Но так, чтобы дотла.
Никаких следов! Керосина у вертолетчиков возьми побольше.
Парень поплотней завернул тело в пленку, легко поднял на руки и направился к выходу.
Тайга начиналась почти от самых дверей небольшой поселковой больнички. И, выйдя из ее дверей, охранник пошел прямо к плотной кромке деревьев.
Шагал он легко - как будто и вовсе не нес никакого груза.
Но когда лесные деревья наконец скрыли его от людей, то остановился, словно обессилел.
И вдруг крепко прижал завернутое в пленку и страшно изувеченное тело, которое нес бережно, как ребенка, у самой груди, словно хотел уберечь его от новых несчастий.
Но мертвому человеку было уже все равно. Главное несчастье с ним уже случилось.
Теперь, когда его никто не видел, парень смог дать волю чувствам. Теперь можно было даже заплакать. Хотя он уже и не помнил, когда это случалось с ним последний раз.
"Щас, как же… Умный какой… - пробормотал он, глотая слезы. - Сожги! Лучше уж мне самому сдохнуть а вам чтоб самим сгореть… Дотла!"
Когда проклятия иссякли, парень стал готовиться к похоронам.
Это были первые настоящие в его жизни похороны. Ведь он вырос совсем один. Отца никогда не видел, мать неизвестно где, ни родных, ни… Нудружбанов, допустим, он хоронил, и немало… Жизнь такая, что приходилось, и часто.
Но вот так, чтобы хоронить единственного родного человека… Родного человека.., который как отец…
Да почему "как"? Просто отец.
В лесу Лепорелло долго выбирал место. Наконец выбрал. Под большим неохватным кедром. Настоящий великан. Таких больше вокруг и не было.
Он положил тело под кедром и стал складывать костер. Огонь получился огромный. Он развел такой, чтобы было видно и тем, кто остался у вертолетов…
Он и сам долго стоял и смотрел на этот огонь.
Потом он немного отодвинул пленку с лица погибшего. Хотел попрощаться. Наклонился, чтобы поцеловать по обычаю в лоб. И на секунду ему показалось, что мертвец словно ожил - в огненных бликах от костра краски холодного мертвого лица стали живыми, словно теплыми.
- Выполню все, что обещал! - поклялся он мертвецу.
Когда костер немного прогорел, парень раскидал головни и стал копать на прогоревшем месте. Но земля и под костром, уже на глубине полуметра, все равно была промерзлой и поддавалась с трудом.
Наконец Лепорелло опустил тело в ледяную могилу.
Ножом он вырубил на стволе огромного кедра крест.
Когда он вернулся, все уже были готовы к отлету.
Полевой госпиталь свернут, вертолеты стояли наготове. Он огляделся… Они хорошо поработали, заметая за собой следы.
Вокруг все обрело прежний вид: если кто когда и заглянет сюда - ни за что не догадаться, что здесь случилось.
Он еще раз оглянулся, стараясь, чтобы все увиденное осталось в памяти, как на фотографии.
- Ну быстро… - скомандовали ему. - Нечего тянуть… Все по местам… Улетаем.
Тот, что отдавал Лепорелло приказ, вдруг повернулся к парню:
- А ты где был так долго?
- Пиво пил… - мрачно пошутил тот и отвернулся.
- Что-то ты много шутить стал… - нахмурился его новый хозяин. - И в глаза не смотришь, все отворачиваешься… Смотри, Лепорелло, дошутишься!
Не видимый теми, кто находился в поселке-призраке, охотник Аулен продолжал наблюдать.
Поначалу он никак не мог понять, что происходит. Хорошие это люди или плохие?
Но потом понял…
Под утро он увидел, как один из них что-то копает в лесу. И Аулен ужасно разволновался. Ведь все в здешних местах знали, что случилось рядом с этим поселком три года назад.
Недаром все последние годы охотники обходили это место стороной. Дело было, конечно, не в том, что они боялись опустевших домов - хотя все знают, что место, которое оставлено людьми, очень быстро заполняют злые духи.
Тогда, три года назад, приезжие люди, называвшие себя археологами, потревожили могилу великой жрицы Шуркэн-Хум.
Конечно, это не могло сойти им с рук. Все они тогда же и погибли.
Никому, и самому Аулену в том числе, не было жаль этих археологов. Ведь это были совсем глупые люди. Видно, они не знали, что дух непогребенного тела никогда не может успокоиться и всегда бродит вокруг могилы. Он может, например, как птица, сидеть рядом на дереве.
Или, как зверь, бродить рядом в чаще.
Даже, как змея, скользить рядом в траве.
Глупые люди потревожили могилу, и дух женщины-волшебницы лишился пристанища. Все знали, что она превратилась в большую бурую медведицу.
Многие даже видели этого волшебного зверя. На косматой шерсти у него блестел серебряный ободок обруча, как у самой великой Шуркэн-Хум, скелет которой археологи еще до гибели переслали вертолетом в музей.
Но дух Шуркэн-Хум остался дома.
Сам Аулен его не боялся. Волшебная медведица не трогала местных людей, ведь это были потомки ее племени.
И вот, с тех пор как погибли те глупые люди, археологи, а останки Шуркэн-Хум забрали в музей, прошло уже несколько лет. И ничто больше не тревожило тишину этих мест и поселка-призрака.
А теперь вот поселок-призрак снова ожил.
И Аулен увидел, как какой-то человек снова копает в лесу.
И он поторопился поскорее убраться восвояси…
От греха подальше.
Ведь всех мертвецов в этих местах охраняла теперь Великая Шуркэн-Хум. И мстила тем, кто трогает могилы.
Глава 2
- Ну вот. Кит, тут мы и будем жить…
Огромная ель за окном покачала тяжелой веткой, словно соглашаясь с этим утверждением и приветствуя новых постояльцев отеля "Королевский сад".
Впрочем, если без лирики, то это просто налетел ветер - раскачал тяжелую еловую ветку, раскрыл настежь приотворенное окно. И был его порыв хоть и сильным, но не холодным, не зябким. Был этот ветер теплым, почти нежным - и с запахом весны.
Здесь, в самой середине Европы, до зеленой листвы было не так далеко, из почек на ветвях уже высунулись зеленые клювики, лужайки изумрудно зеленели а на склоне горы несколько отважных невысоких деревьев покрылись белыми и розовыми цветами.
Зато в Москве, откуда Аня и ее сын только что прибыли, в марте зима, казалось, началась снова. И бесконечное засилье слякоти, холода и непроходимых тротуаров, покрытых льдом и лужами, нагоняло великую тоску даже на такого великого оптимиста, как Кит. Однажды Аня заметила, как ее веселый ребенок, хмуро сведя светлые брови, смотрит в окно на ковыляющих по ледяному тротуару прохожих….
И Светлова засобиралась: ей не хотелось, чтобы сын с детства приобрел кислое обреченное выражение лица и пополнил армию хмурых людей, которые, выходя из дома, первым делом смотрят вверх: не упадет ли на них сосулька? - а потом сразу вниз: не сломаешь ли ногу в очередной ледяной колдобине?
Светловой не хотелось ни моря, ни жаркого солнца, тем более что маленькому сыну такая резкая перемена климата была бы ни к чему. Просто хотелось на пару месяцев приблизить весну. Хотелось ровных, чистых тротуаров, чтобы именно ходить, а не пробираться, рискуя сломать себе шею или поскользнуться.
По Аниному скромному мнению, зима в Москве длилась ровно на три лишних месяца больше, чем следовало бы.
Так они и оказались в этом уютном городке, главной достопримечательностью которого была его старинная готическая архитектура и "Высока гора". Попросту гора, на склонах которой были разбиты парки, а на макушку забирался фуникулер.
Чистый воздух, хорошие, недорогие ресторанчики - по московским меркам, просто даром, - тишина и покой…
Собственно, ничего королевского ни в садике, окружающем отель "Королевский сад", ни в самом отеле не было. Немного деревьев - Ане и ее сыну досталась ель - и зеленых лужаек: таких аккуратных, как будто за ними следил парикмахер, а не садовник: так они были тщательно подстрижены и расчесаны.
Это был даже не отель, а небольшой пансион со вполне семейным домашним укладом жизни.
Владелица "Королевского сада" пани Черникова жила здесь же. Немногословная, незаметная, аккуратная женщина, она сама накрывала столы утром, сервировала завтраки и принимала посетителей. Очевидно, все это позволяло ей держать цены невысокими.
Жизнь в отеле штука дорогая. Но в "Королевском саду" расценки были щадящими…
Из-за Кита, который просто обожал залезать на подоконники, Аня выбрала номер на первом этаже отеля "Королевский сад".
Вообще-то полное имя двухгодовалого и светловолосого Петиного наследника было Никита.
Никита Стариков… Это был выбор мужа, которому Анна не противоречила. Но почему-то полным именем Аня никогда сына не называла. Возможно, из-за обычного человеческого стремления сокращать длинные имена. Возможно, из-за странной путаницы с этим именем: во всех других, кроме России, странах имя Никита считалось женским. Может, и по другой причине…
Накануне рождения сына Светлова как раз смотрела замечательный американский фильм с Томом Хэнксом, о человеке, попавшем из-за авиакатастрофы на необитаемый остров. И был там кадр, который не слишком восприимчивую к искусству Светлову просто потряс. В тот момент, когда герой фильма ночью плывет в океане, рядом с его плотиком вдруг вздымается гора океанской воды, и оттуда на человека смотрит кит. Просто смотрит, и все. Поглядел и уплыл.
С таким же осмысленным и загадочным взглядом, как у этого изучающего человека из глубины Мирового океана существа, казалось Анне, и появляются на свет младенцы.
Как будто они знают что-то важное об этом мире.
А потом взрослеют, глупеют и забывают это важное.
И становятся такими же обыкновенными, суетливыми и скучными, как их родители.
Так или иначе, но маленького светловолосого Аниного сына и она сама, и все остальные звали Кит.
- Собирайся, Кит! - позвала сына Аня. - Натягивай башмаки… Нам пора обедать. Давай-ка навестим с тобой "Черного слона".
Это был уже не первый их выход в свет…
Разумеется, выбор ресторанчика был сделан неспроста, а с умыслом: Аня выбрала "Черного слона" из-за Кита, который обладал каким-то редкостным умением подпрыгивать вместе со стулом и вообще раскачиваться на стульях, как на качелях. А в "Черном слоне" были самые массивные и тяжелые стулья в округе - с высоченными резными спинками, - не стул, а мини-трон из средневекового замка.
Увы… Светлова в очередной раз поразилась тому, сколько же в маленьких детях разрушительной силы.
Во время первого же обеда Кит умудрился раскачать и эту средневековую мебель. Поэтому Аня решила больше не искать не поддающуюся раскачиванию мебель - так ведь можно и до привинченных ножек докатиться.
С величайшим терпением в голосе она попросила Кита оставить стул в покое.
Удивительно, но это подействовало. Сын больше не качался. Вряд ли, конечно, это случилось потому, что Светлова обладала великой силой родительского убеждения.
Просто церемонная атмосфера "Черного слона" и витающая здесь в воздухе благовоспитанность исподволь подействовали чудодейственным образом и на Кита. Удивительно, но он почувствовал, как здесь нужно себе вести. Не понял, а именно почувствовал.
Поскольку в "Черном слоне" никому даже в голову не приходило качаться на стульях, то и Кит, по-видимому, решил этого не делать. В конце концов подтвердилась давно известная истина - воспитывает среда.
Кроме массивной мебели, у "Черного слона" были и другие плюсы: например, очень вкусные и вполне детские куриные супчики с мелко покрошенным белым мясом. Ну просто как на заказ - для двухгодовалого ребенка.
Колокольчик звякнул - очевидно, в "Черном слоне" появился еще один посетитель…
- Вам будет очень противно, если я к вам присоединюсь?
Светлова оторвалась от изучения меню и подняла голову.
Оказалось, это была посетительница. И эту девушку Светлова уже видела в их отеле.
Кажется, ее звали Дэзи. Не запомнить ее было сложно из-за прически. Одна прядка на голове была изумрудная, другая - оранжевая, потом опять изумрудная и снова оранжевая. Вот такая вот прическа…
Очень миниатюрная и совсем юная девушка. Мальчишеские повадки и мальчишеская манера одеваться.
Ловкая, спортивная…. Вообще тот тип девочек, про которых так и тянет сказать: "Какой хорошенький мальчик!"
Вопрос требовал ответа, и Аня улыбнулась:
- Ну что вы! Присоединяйтесь.
- Вот спасибо… А то мне что-то грустно сегодня одной. Не хочется сидеть одиноко за соседним столом и завидовать.
- Чему?
- Ну, так…
- О'кей… Постараемся развеять вашу грусть.
Правда, Кит?
Ребенок лаконично кивнул, очень занятый верчением суповой ложки.
- А что же вы без спутника? - постаралась поддержать разговор Светлова.
- Да как-то все не везет мне со спутниками. - Девушка вздохнула. - Увы… Никого, кто соответствовал бы моему идеалу.
- А есть идеал?
- Ага!
- Интересно…
- Ну, он должен быть… Длинный, довольно симпатичный, обязательно с голубыми глазами…
- Даже "обязательно"?
- Непременно! Понимаете… Так бывает иногда, что человек пропустил свое время. Родился не тогда, когда ему следовало родиться, в свое время. Со мной именно так, кажется, и случилось. Мне, например, нравятся шестидесятые годы…
- Какого века, Дэзи?
- Двадцатого.
- Ага… Одри Хепберн? Питер О'Тул? "Как украсть миллион?" Угадала?
- Точно… Кинематограф ужасная вещь.
- Вот как?
- Ну да… Влюбляешься в актеров, которые давно уже умерли или стали стариками.
- Ах, вот вы о чем…
- Ну да!
- Какая мечтательная девочка!
- Папа тоже так говорит. "Как ты будешь жить?"
Это его любимая фраза.
- Он сам не пытался ответить на этот вопрос?
- О, вы не знаете моего папу! Он никогда не задает бессмысленных вопросов.
- Что такое "бессмысленные вопросы"?
- То есть такие вопросы, на которые он не знает ответов. Это его фирменное: "Есть вопросы? Должны быть и ответы!"
- Любопытно… И как же он сам отвечает на этот извечный родительский вопрос: "Как же ты будешь жить?"
- Обычно он тут же добавляет: "Придется мне об этом позаботиться!"
- Любопытно, любопытно… Мне кажется, я уже очень хорошо представлю себе вашего папу.
- Не обольщайтесь… Все, кому кажется, что они понимают моего папу, ошибаются.
- Не буду спорить…
В "Черном слоне" была самая вкусная форель в городе. Более мастерски зажаренной рыбы Светловой видеть не приходилось. И хвост, и голова, и форелья кожа были столь золотисты и хрустящи, что съедалось все до скелета. Кроме того, зажаренная форель была в меру присыпана зеленью и свежерубленным чесноком.
Это было так вкусно, что, когда Анна - ребенку рыбы не полагалось из-за костей - закончила трапезу, на продолговатом блюде остался лишь чистенький, без хвоста и головы, хребетик и огромный одинокий рыбий глаз.
- Уф-ф!
Эту красоту следовало запить небольшим бокальчиком холодного белого вина.