Содержание:
-
Часть первая 1
-
Часть вторая 7
-
Часть третья 14
-
Часть четвертая 19
-
Часть пятая 27
Хью Лофтинг
Цирк доктора Дулиттла
Часть первая
Глава 1. У очага
А теперь настало время рассказать, что приключилось с доктором медицины Джоном Дулиттлом, когда он ездил из города в город с бродячим цирком.
По чести говоря, доктор вовсе не собирался становиться бродягой навсегда. Он только хотел показать публике невиданного двухголового зверя тяни-толкая и выручить на этом денег, чтобы расплатиться с моряком за одолженный корабль. Как вы знаете, корабль наскочил на скалы и пошел ко дну у берегов Африки. Однако мудрая сова Бу-Бу не раз говаривала - и была совершенно права, - что доктору разбогатеть так же легко, как утром умыться. Доктор не был жаден, на себя почти ничего не тратил и был счастлив даже без гроша в кармане. Наверное, поэтому, как только у Джона Дулиттла начинали водиться деньги, он тут же тратил их. Утка Крякки рассказывала, что уже раз пять-шесть на ее памяти доктор зарабатывал кучу денег, но чем больше становилась эта куча, тем скорее деньги уплывали неизвестно куда. Конечно, Джон Дулиттл никогда не был настоящим богачом, и даже когда он выступал в цирке со своими зверями, к концу каждого месяца в его карманах становилось пусто, словно деньги оттуда выдувало ветром.
Но давайте вернемся к тому времени, когда доктор Джон Дулиттл, пес О’Скалли, утка Крякки, сова Бу-Бу, поросенок Хрюкки, белая мышь и тяни-толкай вернулись из Африки в свой маленький домик на окраине Паддлеби-на-Марше. Надо было думать, как прокормить такую большую звериную семью, а доктор, как на грех, снопа остался без гроша.
К счастью, хозяйственная Крякки прихватила с собой припасы из кладовой пиратского корабля. Она долго считала, прикидывала и так и этак и в конце концов сказала, что пищи им хватит на два дня, от силы - на три. Но остальные так радовались возвращению домой, что пропустили слова Крякки мимо ушей.
Утка не могла сидеть без дела и тут же отправилась на кухню чистить кастрюли, драить сковородки и готовить обед. А доктор, и другие звери побежали в сад сказать "Привет!" своим любимым уголкам. Они все еще бродили по садовым дорожкам и вздыхали от чувств, когда послышался звон - это Крякки, ударив ложкой по сковородке, возвестила о том, что обед готов. Все помчались наперегонки, чтобы занять места за столом на кухне, где было так приятно коротать вечера.
- Не пора ли нам зажечь огонь в очаге? - спросил О’Скалли. - Что-то похолодало. Этот сентябрьский ветерок продувает меня насквозь. Мы так давно не сидели вместе у огня.
- А доктор расскажет нам что-нибудь занятное! - обрадованно воскликнул поросенок. - Историю про лису, которая хотела украсть гуся!
- Может быть, может быть, - промычал в ответ доктор с набитым ртом. - До чего же вкусны эти пиратские сардины! Просто объеденье!
Но до занятных историй дело не дошло. Как всегда, к доктору пришли пациенты. Сначала ласка - она сломала коготок. Не успел доктор перевязать ей лапку, как прилетел соседский петух. У него разболелось горло, он хрипел и кукарекал шепотом, настолько тихо, что утром даже не смог никого разбудить своим пением. Потом пара фазанов принесла своего птенца. Он был слабый, болезненный и отказывался клевать пшено.
Жители Паддлеби еще не знали о возвращении доктора, а среди зверей и птиц новость разлетелась в мгновение ока. До самого ужина Джону Дулиттлу пришлось перевязывать лапы и крылья, давать микстуры и порошки, ставить компрессы.
- Ничего не изменилось! - ворчала Крякки. - Ни минуты покоя!
К вечеру сильно похолодало. К счастью, в подвале нашлась охапка дров, и после ужина звери расселись вокруг очага и принялись наперебой просить доктора рассказать им что-нибудь или почитать книгу.
- Нет-нет, - отказался наотрез доктор. - Лучше подумайте о том, где нам найти подходящий бродячий цирк. Если мы должны заработать денег, чтобы расплатиться с моряком, то это дело нельзя откладывать. До сих пор мне не встречался ни один цирк, к которому мы могли бы присоединиться. С чего же начать? Насколько я понимаю, бродячие цирки потому так и называют, что они не стоят на месте. Где же нам их искать?
- Тсс! - вдруг зашикала на них сова. - Кто-то стучится к нам в дверь.
- Странно! - удивился доктор, выбираясь из кресла, где ему было так уютно. - Кто бы это мог быть?
- Вы помните ту даму, что села на ежа? - пропищала мышь. - Наверное, другой доктор плохо лечит ее ревматизм, и она снова вспомнила о Джоне Дулиттле. Надо бы ее отвадить раз и навсегда. Позовите из подвала ежа, пусть встретит гостью.
- Как ты можешь?! - воскликнул доктор и пошел открывать дверь.
На пороге стоял торговец едой для кошек Мэтьюз Магг по прозвищу "кошачий кормилец".
- Мэтьюз?! - удивился Джон Дулиттл. - Входите, милости прошу. Как вы узнали, что я вернулся?
- Как узнал? - переспросил "кошачий кормилец". - Мне о том донесли мои старые кости. Сегодня поутру у меня прихватило поясницу, и я сказал жене: "Что-то у меня спина побаливает, никак доктор вернулся. Загляну-ка на всякий случай я к нему вечерком".
Хотя Мэтьюз Магг и пришел на всякий случай, но именно на этот всякий случай он принес баранью косточку для О’Скалли, кусочек сыра для мышки, морковку для Хрюкки и цветок в горшке для доктора. А когда гость уселся возле очага, доктор протянул ему трубку и кисет с табаком. Душистый дым поплыл по кухне.
- Ну уж теперь-то вы наверняка посидите дома месяц-другой, - сказал Мэтьюз Магг.
- Боюсь, что мне не суждено стать домоседом, - ответил доктор. - Конечно, надо бы привести в порядок сад - уж больно он зарос и одичал, пока меня не было. Но мне срочно нужны деньги.
- Да, - задумчиво протянул Мэтьюз, - мне они всегда нужны и всегда - срочно. Скажу вам по секрету, я сумел кое-что поднакопить - целых двадцать пять шиллингов. Если они вас выручат.
- Не выручат, - остановил его доктор. - Меня не выручат и сто шиллингов. У меня слишком много долгов. Но я знаю, что делать. В Африке я вылечил от ужасной болезни племя обезьян, и они подарили мне редкое животное. У него две головы.
- Две головы? - поразился "кошачий кормилец". - Где оно? Я хочу на него посмотреть!
- Его зовут тяни-толкаем, и он сейчас щиплет травку в саду. Но учтите, что он очень застенчивый и не любит, когда его разглядывают. Давайте лучше возьмем ведро воды и сделаем вид, что пришли напоить его.
Когда Мэтьюз и доктор вернулись на кухню с пустым ведром, "кошачий кормилец" сиял от восторга.
- Я никогда не видел ничего подобного! - приговаривал он. - Вы заработаете кучу денег, если будете показывать его в цирке. На днях в Гримблдон приехал цирк. Давайте завтра утром отправимся туда и поговорим с хозяином.
- Так и быть, - согласился доктор. - Но пожалуйста, никому ни слова о тяни-толкае, пока он не выступит в цирке перед публикой. Иначе зеваки нас замучают.
Глава 2. Как доктора Дулиттла приняли за Шальая-Болтая
Мэтьюз Магг слыл чудаком. Он что ни день брался за новое дело, и, наверное, поэтому деньги у него не задерживались. Как только очередное занятие надоедало ему, он бросал его и снова торговал вразнос мясом для кошек и собак и ссужал за пару грошей своего терьера окрестным мельникам и крестьянам, в чьих амбарах не было житья от крыс.
Неугомонный Мэтьюз уже попытался пристроиться на работу в цирк, но ему отказали. Теперь, когда он узнал, что доктор Дулиттл хочет выступать на арене с необыкновенным зверем, он снова загорелся и уже видел себя и своего друга доктора хозяевами самого большого в мире цирка.
Ранним утром следующего дня Мэтьюз снова постучал в дверь доктора. Заботливая Крякки сунула им в карман сверток с булочками и сардинами, и друзья двинулись в путь.
Идти было далеко. Доктор и Мэтьюз молча шагали по дороге и вдруг услышали за спиной цокот копыт - их догоняла повозка. На повозке восседал крестьянин с женой.
- Не стоит и просить их подвезти нас, - проворчал Мэтьюз Магг. - Это Исидор Стайлз, богач и скряга. Я хорошо знаю его, не раз ловил с моим псом крыс в его амбарах. Его жена - вон то старое огородное пугало - ни за какие коврижки не согласится сидеть рядом с крысоловом.
Но все произошло совсем не так, как думал "кошачий кормилец". Запряженная в повозку лошадь много слышала о докторе и сразу же узнала его - маленького, толстенького звериного доктора. Как хозяин ни понукал ее, она остановилась возле путников и заржала.
- Здравствуйте, доктор. Куда путь держите?
- В Гримблдон, на ярмарку, - ответил доктор.
- Нам с вами по пути, - сказала лошадь. - Садитесь, я вас подвезу. Места всем хватит.
- Спасибо, но, похоже, мы твоему хозяину не приглянулись. Так что не зли его и беги в Гримблдон. Мы уж как-нибудь и пешком дойдем.
Лошадь нехотя подчинилась и потащила повозку дальше по дороге. Она бежала и говорила сама себе: "Как стыдно! Доктор, наш любимый доктор идет пешком, а грубиян и невежа едет себе и в ус не дует. Стыдно! Да если лошади в нашей деревне узнают, что я не помогла доктору, они знаться со мной не захотят!"
И лошадь закусила удила, встала на дыбы, взбрыкнула и помчалась назад к доктору. Хозяин повис на вожжах, его жена завизжала т страха, но лошадь не обращала на них внимания.
- Садитесь, доктор, садитесь, - сказала она, останавливаясь рядом с путниками. - А если хозяева не захотят потесниться, я сброшу их в придорожную канаву.
И она снова стала брыкаться. Доктор испугался, что лошадь действительно покалечит хозяев, и схватил ее под уздцы. Лошадь тотчас же успокоилась и присмирела.
- Ума не приложу, что с ней случилось, - охал крестьянин. - Как взбесилась! И как это вам удалось совладать с ней? Даже не знаю, довезет она нас до Гримблдона или нет.
- Довезет, - обнадежил его доктор, - непременно довезет, если я сяду на козлы.
- Уж и не знаю, как вас отбагодарить, - затараторила жена крестьянина. - Я так испугалась, так испугалась, когда она понесла!
Доктор сел рядом с хозяином и принял из его рук вожжи. Мэтьюз Магг с довольной улыбкой пристроился рядом с бледной хозяйкой.
- Прекрасная погода, госпожа Стайлз, - заметил он, приподымая видавшую виды шляпу. - Крысы в амбаре не беспокоят?
К полудню они приехали в Гримблдон. В городе было шумно, празднично одетые горожане тянулись на ярмарку. Чего там только не было! Свирепого вида быки с крутыми рогами, вымытые розовые свиньи, лошади с вплетенными в гриву лентами. Доктор и Мэтьюз Магг протиснулись сквозь толпу, поблуждали среди длинных рядов с корзинами, мешками и просто охапками всякой снеди и наконец-то выбрались к балагану, где давал представление бродячий цирк.
У входа стоял небольшой деревянный помост. Рядом в маленькой будке располагалась касса. Хозяин цирка, розовощекий здоровяк с большими черными усами, представлял публике циркачей. Они поднимались на помост, кувыркались, жонглировали и чего только не делали, а хозяин кричал:
- Только у нас! Только у нас вы увидите лучших акробатов, лучших укротителей, лучших заклинателей змей!
Артисты сменяли друг друга на помосте. По словам хозяина, все они были лучшие в мире, и даже пожиратель огня и тот мог за выступление съесть пламени больше, чем его было на великом лондонском пожаре. Дела явно шли на лад, потому что публика бойко раскупала билеты.
- Я должен поговорить с хозяином, - шепнул доктор на ухо Мэтьюзу Маггу. - Как его зовут?
- Александр Блоссом. Его цирк - один из лучших, - также шепотом ответил Мэтьюз. - Я уже побывал у него на представлении и хлопал в ладоши так, что они болят до сих пор.
Доктор протолкался к помосту, но как он ни пытался знаками привлечь к себе внимание хозяина цирка, тот не замечал его и продолжал нахваливать своих артистов. И тогда доктор тоже вскарабкался на помост, подошел к Блоссому и дернул его за рукав.
Хозяин цирка онемел, когда увидел вместо жонглера или фокусника маленького толстенького человечка. Но, как и большинство циркачей, он не привык лазить за словом в карман, и пока доктор раздумывал, с чего бы начать, Александр Блоссом закричал в толпу:
- А вот и лучший в мире Шалтай-Болтай! Он будет кувыркаться по арене, да так, что вы животы надорвете от смеха! Покупайте билеты! Шалтай-Болтай только у нас!
Публика хохотала, а доктор краснел и уже не знал, как выйти из неловкого положения. Он снова открыл рот, Чтобы объяснить хозяину, кто он такой и чего хочет, но тут из толпы долетел громкий возглас:
- Джон!
Доктор повернул голову и нашел глазами звавшего его. Посреди толпы стояла женщина и размахивала зеленым зонтиком. Доктора как ветром сдуло с помоста.
- Кто это? - спросил его Мэтьюз Магг.
- Боже! - бормотал еще больше смутившийся доктор. - Что же мне делать? Ведь это моя сестра Сара!
Глава 3. Да здравствует цирк!
- Здравствуй, Сара, - сказал Джон Дулиттл, когда наконец протиснулся к сестре. - Ты прекрасно выглядишь.
- Что все это значит, Джон? - набросилась на него сестра. - Будь добр, объясни мне, что все это значит! Ты действительно кувыркаешься на арене? Неужели ты, доктор медицины, превратился в бездомного фигляра по кличке Шалтай-Болтай? Тебе было мало, что ты потерял всех пациентов из-за мышей, жаб и прочей гадости? Как тебе не стыдно! Что ты здесь делаешь?
- Я хочу поработать в цирке, - промямлил доктор.
Сара открыла рот, как выброшенная на берег щука, закатила глаза, и казалось, вот-вот упадет в обморок. Стоявший рядом с ней высокий мужчина в одежде священника взял ее под руку.
- Что с тобой, дорогая? - спросил он.
- Ах, Ланселот, - вымолвила Сара слабым голосом, - это мой брат Джон, врач из Паддлеби. Джон, знакомься, это мой супруг, его преподобие Ланселот Дигли, настоятель церкви в Гримблдоне. - Она вроде бы поуспокоилась, пока, гордясь, представляла брату своего преподобного супруга. И вдруг снова взорвалась: - Какой позор, Джон! Шут! Циркач! А это еще кто с тобой?
- Неужели ты забыла? Это Мэтьюз Магг, ты же должна его помнить по Паддлеби.
- Крысолов! - И Сара снова закатила глаза.
- Не вижу ничего плохого, - пытался успокоить ее доктор, - весьма почтенное занятие. К тому же теперь Мэтьюз торгует мясом. Господин Магг, позвольте вам представить его преподобие Ланселота Дигли, - пронзит: он так торжественно, словно знакомил пастора не с потрепанным "кошачьим кормильцем", а с самим королем, облаченным в пурпурную мантию. - Господин Магг - мой лучший пациент.
- Скажи лучше, Последний пациент, - не унималась Сара. - Если ты и в самом деле решил податься в цирк, обещай мне, что не будешь выступать под своим именем. Подумать страшно, что будет, если вдруг все узнают, что шурин пастора Дигли - циркач!
Доктор задумался на минуту, затем улыбнулся и примирительно сказал:
- Так и быть, Сара, я назовусь Джоном Смитом. Но если меня узнают, я не виноват.
С этими словами доктор попрощался с Сарой, поклонился его преподобию Ланселоту Дигли и поспешил к хозяину цирка. Представление уже началось, и Александр Блоссом сидел у входа и считал деньги. Доктор рассказал ему, кто такой тяни-толкай и как он выглядит, и попросил взять их в цирковую труппу.
- Не может бьть! - самоуверенно заявил Блоссом. - Таких зверей не бывает.
- Они бывают, еще как бывают! - вставил свое слово и Мэтьюз Магг.
- Покажите мне вашего тяни-пихая, - потребовал кониин цирка. - Приведите его сюда!
- Тысяча извинений, - вежливо ответил доктор, - но зверь этот очень застенчив, и лучше будет, если вы заглянете ко мне в Паддлеби.
- Ладно, так уж и быть! Ждите меня сегодня вечером, - согласился Блоссом. - Если у вашего тащи-толкая и вправду две головы, я возьму его к себе в цирк.
Доктор Дулиттл объяснил хозяину цирка, как найти маленький домик на окраине Паддлеби, и вместе с Мэтьюзом Маггом отправился в обратный путь. Оба они были очень довольны началом.