- Даже зная, что отец и Мартин все подстроили в своих интересах? - спросила свекровь, глядя Сюзанне в глаза. - Мартин потом ужасно жалел о своем поступке, о том, что участвовал в изгнании Ника Конрадса из города. Не заблуждайся насчет отца: он действительно намеревался запрятать невиновного парня в тюрьму, если бы тот не принял его ультиматум. Конечно, ты любила своего отца, но тебе уже давно следовало признать, что он был деспотом. И прекрасно понимал, что потеряет над тобой контроль, если ты выйдешь замуж за такого человека, как Ник Конрадс. А вот мой бедный Мартин был слабым и полностью подчинялся твоему отцу. Чем тот и пользовался.
- Все это так грустно, - сказала Сюзанна, сердце ее сжималось в груди.
- От грустных историй следует избавляться, твердо произнесла Валерия, но в ее голосе не было, ни назидательности, ни мстительности. - Ведь это не может оставаться тайной, правда, Сюзанна? Такой человек, как Ник Конрадс, непременно заявит свои права на ребенка. Конечно, тебе следовало выйти за него замуж. Я никогда не понимала, почему ты не сделала этого.
Сюзанна начала всхлипывать, и Валерия обняла ее.
- Миссис Конрадс отказалась сообщить, где он, - объяснила Сюзанна, пытаясь взять себя в руки. - Я причинила Нику достаточно боли. Может, поэтому и не сказала его матери, что беременна. Признаюсь тебе, Валерия, в то время я начала бояться отца. Он стал очень резок со мной, повторял, что на Ника нельзя положиться. А я плохо себя чувствовала и не могла сопротивляться.
- Так он вынудил вас с Мартином пожениться. О, я была ужасно рада, но потом увидела истинное положение вещей. Я знаю, Сюзанна, что ты старалась спасти ваш брак, но Мартин со временем убедился в безнадежности этого и запил. Он обожал тебя, но ты, как, ни старалась, никогда не смогла бы полюбить его. Так, как ему хотелось. Так, как ты любила Ника Конрадса.
По дороге домой Шарли не спускала с матери глаз.
- О чем вы разговаривали с бабушкой? - наконец спросила она с тревогой.
- Это семейные дела, дорогая, - ответила Сюзанна, силясь улыбнуться.
- Не думала, что семейные дела могут заставить тебя плакать, - произнесла Шарли с сомнением в голосе.
- Мы говорили о… папе, дорогая, - объяснила Сюзанна.
- Мамочка, ты по нему тоскуешь? - спросила девочка.
- Он был мне не только мужем, дорогая, - сказала Сюзанна и ласково посмотрела на нее. - Я знала его всю жизнь. Мы были близки с ним и его сестрами, как ты близка с Люси и Лаурой.
Девочка залилась краской.
- Не думаю, что папа любил меня, - проговорила она.
Просто удивительно, насколько чутко воспринимает действительность Шарли!
- Мы уже обсудили это раньше, любимая. Maртин не умел показывать своих чувств. - Вот уж "Мартин", а не "папа"!
- Хотя он любил тебя, - напрямую сказала Шарли. - Может, ему не хватало любви на всех? Ему было все равно, что я так хорошо учусь в школе. Он не обращал внимания на то, что я играю на пианино или люблю и понимаю лошадей. Почему я смотрю на Ника и чувствую, что люблю его, если никогда не чувствовала такого с папой?
"Потому что он твой настоящий отец, - подумала Сюзанна. - Но, как и когда сказать тебе об этом?"
Не сомневаясь, что Адрианна Аллеман не отступится от своих планов мести, она попросила Валерию сразу же уничтожить письмо.
- Ника очень легко полюбить, - тихо произнесла Сюзанна.
Он позвонил ночью, и Сюзанна рассказала ему о визите Адрианны и ее планах.
- Ник, она твердо намерена все испортить.
- Обещаю, она не сделает этого, - в его голосе смешались гнев и решительность.
- В любом случае я все выложила матери Мартина, - призналась Сюзи, стиснув телефонную трубку.
- Боже! - выдохнул Ник. - Разве ты не могла позвонить мне прежде, чем решить, как поступить, Сюзанна? Мы бы все обсудили, включая меры, которые следует предпринять, чтобы оградить Шарлотту от проблем.
- Валерия знала, - продолжила Сюзанна. - Она говорит, что всегда это чувствовала, но все равно ее любовь к Шарли остается прежней.
Какое-то время Ник не мог ничего сказать.
- Она, наверное, добрая женщина.
- Так и есть, - вздохнула Сюзанна. - Она сняла огромный груз с моих плеч.
- У тебя был тяжелый день.
- Все рассказать Валерии было трудно. Но я получила истинное удовольствие, выставив миссис Аллеман из имения.
- Как же сильно оно тебе нужно? - спросил он отчужденно.
- Что ты имеешь в виду, Ник?
- Видишь ли, порой любовь к дому бывает сильнее, чем любовь к мужчине. "Беллемонт" очень важен для тебя.
- И ты тоже, Ник, - поторопилась добавить она, чувствуя, что отчаянно хочет видеть Ника, снова утонуть в его объятиях.
После секундной паузы Ник произнес:
- Я не люблю быть вторым, Сюзанна. Мне нужна ты вся. Целиком и безраздельно.
- И как долго все продолжалось бы? До вашей женитьбы с Адрианной Аллеман? - вырвалось у Сюзанны.
Последовала еще одна пауза.
- Я никогда не собирался жениться на ней. И она знала это.
- Тогда в чем причина такой жгучей ревности с ее стороны? - вызывающе спросила Сюзи.
- Полагаю, в ней самой. Между мной и Адрианной существовало соглашение. Я полагал, что она все понимала правильно. Теперь ясно: я ошибался. Она надеялась на большее.
- И все? - Вопрос Сюзи прозвучал более скептически, чем ей того хотелось.
- Сюзанна, ты единственная женщина, на которой я когда-либо хотел жениться, - серьезно ответил Ник. - Женщина, на которой я собираюсь жениться, - добавил он. - Что же касается хамского поведения Адрианны, можешь спокойно предоставить это дело мне. Я уверен, что смогу убедить ее в том, что она не права.
- Надеюсь, это не значит лечь с ней в постель? - поинтересовалась Сюзанна с оттенком горечи.
Ответ Ника последовал незамедлительно:
- Занятия любовью с тобой исключают любую возможность даже взглянуть на другую женщину. Разве ты можешь сомневаться в этом, после того как мы провели ночь вместе?
Все тело Сюзи вспыхнуло при воспоминании. Взлет за взлетом, сила, тайна, страсть, иллюзия того, что они единое целое…
- Сюзанна, мир реален для меня только тогда, когда в нем присутствуешь ты, - заявил Ник.
Она закрыла глаза и мечтательно произнесла:
- Шарли полюбила тебя с первого взгляда. В этом есть что-то необычное.
- Почему? Дети воспринимают вещи так, как взрослые уже не умеют. Я ее отец. Наверняка нам будет непросто, когда все станет известно, но мы справимся с этим. Обещаю, что в пятницу буду с вами. И ничто не сможет помешать мне.
ГЛАВА ДЕВЯТАЯ
На залитых солнцем лугах паслись лошади с жеребятами - одно из самых прекрасных зрелищ в мире.
- Выглядят сошедшими с картины, не правда ли? - заметил Ник, оглядывая сочные пастбища, огороженные новым белым забором.
- Сколько лошадей мы здесь собираемся купить, Ник? - взволнованно спросила Шарли с заднего сиденья "ягуара". - Я люблю запах конных ферм. А ты? - Ее глаза блестели от восторга.
- Конечно, - поддержал дочку Ник. - Мы с мамой решили остановиться на двадцати. Конечно, это не столько, сколько обычно находилось в конюшнях "Беллемонта". Еще хотим купить тихих, послушных лошадок для детей, но где-нибудь в другом месте. Этим заводом владеет Макгаверн. Когда-то он был известным наездником.
- Да, я знаю, - ответила Шарли, пододвигаясь ближе к окну, чтобы можно было выглянуть. - Место называется "Гринфилдз". Мама говорила, что балконные двери выкрашены в те цвета, что и форма Макгаверна во время скачек. Темно-синие.
Пока она рассказывала, одна лошадь вместе с жеребенком отделилась от табуна и они помчались к белой ограде. Кобыла положила красивую морду на ограду и приветственно заржала.
- Как же это здорово! - радостно выпалила Шарли. - Яркая, как драгоценный камень. Скажи, ведь это еще одна прекрасная кличка для пони, Жемчужина? Мы с Люси соревнуемся, кто больше придумает красивых кличек.
- И вот она, победительница, - улыбка озарила красивое лицо Ника.
- Я предупредила Тома, что мы приедем в одиннадцать. Сейчас без пяти минут, - произнесла Сюзанна, взглянув на часы на приборной доске.
- Прекрасно. - Ник машинально провел рукой по щеке Сюзанны, совершенно забыв о присутствии дочери.
Молодая женщина была одета в узкие розовые слаксы и обтягивающий белый топ, который не скрывал красивых грудей под ним. Достаточно скромный наряд, но он делал Сюзанну сексуальной и придавал ей шик. Она уловила блеск в глазах Ника и отвернулась, на ее щеках проступил румянец.
Том Макгаверн встретил их во внутреннем дворе. На нем была синяя рубашка поло, модная в шестидесятых, брюки для верховой езды и поношенная жокейская шапочка, натянутая на лысеющую голову. Возле его ног терлась кошка, которая жила на конюшне. Том приветливо улыбнулся, когда "ягуар" остановился.
- Доброе утро. - Он коснулся пальцами шапочки. - Привет, юная леди, - обратился он к Шарли. - Боже, как вы выросли с тех пор, когда я видел вас в последний раз. Вам, кажется, было…
- Около полутора лет, Том, - улыбнулась Сюзанна. - Шарли, поздоровайся.
Шарлотта повиновалась, одарив Тома лучезарной улыбкой.
- Путешествие сюда было очень приятным, заверила она его звонким голоском. - Кобыла с жеребенком выбежали поприветствовать нас. Шкура лошади такая яркая, словно золотая.
- Должно быть, это Принцесса Солар, кобыла от Солар Голд и Кинг Дариум, - кивнул Том. Прекрасная родословная, и к тому же лошадь очень дорогая. - Он повернулся к Сюзанне и подмигнул.
- Ты ведь помнишь Ника? - спросила Сюзанна.
Мужчины пожали друг другу руки.
- Конечно. Ты теперь суперзвезда, сынок, - восхищенно заметил Том. - Я слежу за твоим взлетом по газетам. Компьютеры? Завтрашний день.
- Так оно и есть, Том, - улыбнулся Ник. - Ты хорошо выглядишь.
- Жизнь была ко мне добра.
- По тебе можно сказать, что даже слишком, - произнес Ник, оглядывая прекрасное имение. Что ты можешь показать нам? Шарлотта просто не может дождаться, когда увидит лошадей.
- Некоторые из них настоящие красотки. - Том взъерошил пышные волосы Шарли. - Правда, один жеребчик, по кличке Дьявол, очень упрямый. Для такой клички были все основания. Он мог бы добиться огромных успехов в верных руках. В твоих, Сюзанна. Ты прекрасно держишься в седле, и у тебя особый подход к норовистым лошадям. Если вы подождете с минутку, я позову Падди и молодого Невилла, чтобы они провели лошадей по кругу. Ник, Сюзанна говорила, что вы планируете купить около двадцати лошадей?
- Мы решили, что на первое время этого будет достаточно, - ответил Ник.
- Все лошади, кроме Дьявола, как раз то, что вам нужно. Конечно, с лошадьми не может быть никаких гарантий. Знаю парня, который потратил миллион долларов на годовалую кобылу, и хуже этой чертовки никто в мире не берет барьеры. Правда, покупал он ее не у меня.
Они прекрасно провели время. Одна лошадь за другой проходили по манежу, некоторые шли степенно, другие - пружинистой рысью, чтобы их можно было рассмотреть и оценить. У Шарли о каждой имелось свое мнение, она далеко не робко выражала его, стоя во весь рост на перилах. Ник страховал ее крепкой рукой.
Сюзанна, радуясь за дочь, думала о том, как прекрасно с ней обходится Ник. Мартин никогда не вел себя как настоящий отец. Нику без всякого труда удалось покорить сердце Шарли.
В конечном счете, они выбрали восемнадцать животных: пяти-и шестилеток, бывших скаковых лошадей, трех бывших цирковых лошадок и одного чистокровного вороного жеребенка, в которого Сюзанна просто влюбилась с первого взгляда.
На обратном пути в "Беллемонт" Шарли весело напевала в машине. Ее прекрасное расположение духа передалось Сюзанне и Нику, и они не сразу заметили, что поют вместе с ней рождественские песенки. Закончив "Рождественскую елку", девочка спросила:
- А кто первым нарядил рождественскую елку? Святой Николай?
- Вообще-то это был Мартин Лютер, - сказал ей Ник. - Ты знаешь про него?
- Наверняка он был американцем, - ответила Шарли. - У них всегда возникают потрясающие идеи.
Ник, смеясь, отрицательно покачал головой.
- Это, конечно, так, но человек, о котором я говорю, был великим проповедником и родился в Германии более пятисот лет назад. Лютер был лидером религиозного движения реформаторов и переводчиком Библии на немецкий язык. А еще он считается создателем современного немецкого языка.
- И он придумал такую прекрасную вещь, как рождественская елка? - восхитилась Шарли. - Какой милый человек!
- И музыкант, как ты. В одной легенде говорится, что однажды, возвращаясь, домой, Лютер взглянул на небо и увидел блестящее скопление звезд, которое приняло форму пирамидального дерева. Дома он попытался воссоздать то, что видел, для своей семьи, и ему пришла мысль украсить дерево свечами.
- Гениально! - захлопала в ладоши Шарли.
Ник согласно кивнул.
- Идея Лютера прижилась в Англии более ста лет спустя. Муж королевы Виктории, принц Альберт, устанавливал рождественскую елку каждый год в память о родной Германии. После этого ритуал как пожар перекинулся в Америку и другие страны Запада.
- Твои истории такие замечательные, Ник, - проговорила Шарли под впечатлением от услышанного.
- Просто мне приятно рассказывать их тебе. А у меня для тебя есть сюрприз.
- Правда? - красивые брови девочки взметнулись вверх.
- Только тебе придется проявить терпение.
Они узнали о "сюрпризе" Ника, когда подъезжали к окраинам Эшбери. "Ягуар" плавно съехал по утрамбованному, выжженному солнцем участку земли и остановился напротив выкрашенного в белый цвет бунгало с зелеными ставнями. Деревянные перила веранды окутывал мерцающий свет, словно сказочный занавес, у поверхности которого танцевали фиолетовые и изумрудно-зеленые бабочки.
Дом был заброшен. Листья папоротника цеплялись за ступеньки коротенькой лестницы, бурно разросшийся виноград переплетался с кружевными ветвями высокого дерева.
Вокруг стояла такая тишина, такое спокойствие, что можно было подумать, будто они попали в сказку.
- Этот дом ничей, - хриплым голосом сообщила Шарли. - Но мне кажется, что кто-то наблюдает за нами.
Дрожь пробежала по телу Сюзанны: ей померещилась женская фигура, машущая рукой на веранде.
- Не говори глупостей, дорогая. Мы что, собираемся войти, Ник?
Сюзи всем телом повернулась к Нику. Чувства ее рвались наружу при воспоминании об их прошлой жизни.
- Давайте войдем! - воскликнула девочка. - Ведь ты здесь жил, Ник? Мне так нравится, что ты привез меня сюда.
- Останови ее, Ник, - умоляла Сюзанна, прижав ладони к щекам.
Но Шарли уже помчалась к сломанной, висящей на петлях калитке.
- Все в порядке, дорогая. Мы будем держаться вместе. - Ник выпрыгнул из машины и помог выбраться Сюзанне. - Шарлотта, подожди нас! - крикнул он.
Слегка дрожа, Сюзанна взяла Ника за руку.
- Назад, к истокам, - прошептала она. - Назад туда, где все начиналось.
- Не в наших силах перечеркнуть прошлое, Сюзанна, - тихо ответил Ник. - А теперь иди со мной и ничего не бойся. Здесь нет никого, кроме добрых привидений.
Шарли стояла, оглядываясь, вдыхая аромат густо цветущих розовых кустов, которые выжили, несмотря на время и заброшенность. Золотистый свет озарял ее маленькую фигурку.
- Как здесь прекрасно! - воскликнула она. - Прекрасно и таинственно. И такой маленький дом. Как ты здесь умещался, Ник?
- Просто. - Он улыбнулся, подойдя к ней и потрепав ее по волосам. - Не все вырастают в таких имениях, как "Беллемонт".
- А мы можем зайти внутрь? - спросила девочка.
Волосы выбились из косы, и длинные вьющиеся пряди упали по обеим сторонам лица.
Сюзанна вдруг обнаружила, что стоит, прислонившись к Нику, а он держит ее рукой за талию. Шарли во все глаза смотрела на них, глубоко потрясенная тем, что мать прижалась к Нику, словно собиралась простоять так вечность. Потрясенная, но очень довольная таким зрелищем.
- Разве дом не заперт, Ник?
- Почему бы нам не посмотреть? - Ник повел Сюзанну на веранду, а Шарли пробежала вперед. - Ты все время стоишь передо мной. - Ник коснулся волос Сюзанны губами. - Красивая маленькая девочка в симпатичных платьицах и с бантиками в волосах. Такая очаровательная, такая вежливая, такая прилежная на уроках, ты заставляла улыбаться моих родителей, когда они смотрели на тебя.
- Они были необыкновенными людьми, - проговорила Сюзанна. - Я буду помнить их всю свою жизнь.
- Ник, мама, идите сюда, - послышался взволнованный голос Шарли.
- Подожди нас, - сказал Ник и обратился к Сюзанне: - Можешь не заходить внутрь, если не хочешь.
- Я буду сильной и смелой девочкой. - Сюзи подняла голову и последовала за ним.
- Здесь так здорово! - Шарли хлопала в ладоши, ее необыкновенные глаза искрились. - Когда вернусь домой, напишу рассказ обо всем этом. Может, когда-нибудь я стану знаменитой писательницей?
- У тебя достаточно воображения, - сказала ей Сюзанна, наблюдая, как Ник толкнул большие двери и те распахнулись.
Сюзанна так часто бывала в маленькой гостиной, что прекрасно помнила, где находился каждый предмет мебели. Пианино у стены. Над ним картина с романтическим пейзажем. А вот особое кресло, где обычно отдыхал отец Ника; его красивое лицо было искажено болью, но он ни разу не пожаловался.
Сюзанна помнила, как Ник сидел в кресле-качалке на веранде в ожидании конца урока, чтобы они могли пойти на реку. Удивительно, но сохранились и кресло-качалка, и еще несколько плетеных предметов мебели, перенесенных с веранды, - старая кушетка и два кресла.
Шарли стрелой метнулась к креслу-качалке.
- Дорогая, оно может быть пыльным, - попыталась удержать девочку мать.
- Оставь ее, Сюзанна, - сказал Ник, чувствуя, как память о родителях сжимает сердце. - Оно как раз для нее.
Шарли подняла голову и улыбнулась им, ее глаза светились.
- Его только нужно покрасить.
- Необходимо, - согласился Ник.
- Можем мы взять его с собой?
Сюзанна не могла говорить, опасаясь, что голос сорвется. За нее ответил Ник:
- Полагаю, раз кресло принадлежит нам, мы можем его забрать. Но лучше я пришлю за ним кого-нибудь, кто сможет отреставрировать его.
- Ник, ты так добр к нам. Что здесь есть еще? - поинтересовалась Шарли, вскочив с кресла.
- Все самое обычное, - сказал Ник и, понимая любопытство девочки, начал перечислять: - Естественно, спальни. Кухня, ванная, маленькая комнатка для рукоделия, комната моей матери, заднее крыльцо.
- Могу я все осмотреть? - спросила Шарли, чувствуя, что за каждой дверью ее ждут чудеса.
- Давай, - разрешил он и бросил быстрый взгляд на Сюзанну. - Там нет ничего опасного для нее.
- Я только могу немного выпачкаться, - ликуя, сообщила Шарли. - Однажды я застряла на чердаке в "Беллемонте", и мама не могла найти меня несколько часов.
- Не говори мне об этом. - Сюзанна вздрогнула, вспомнив тот случай.
Они с отцом чуть не сошли с ума от волнения. Отец начал поднимать вопрос о похищении. Даже Мартин серьезно встревожился из-за пропавшей девочки. Такое случалось с ним редко.
- Она заинтригована, - прервал воспоминания Сюзанны Ник. - Можно подумать, что здесь пещера Аладдина.