Страна незаходящего солнца. Национальная политика Российской империи и самоназвание русского народа - Евгений Бажанов 9 стр.


Однако, если не прививать иноверцам имперский дух, то самотек при определенных условиях мог дать результат, которого не хотели. Во время Русско-турецкой войны в XIX веке наблюдатели и разведка отмечали:

"Мусульманские симпатии тянут татар не к Питеру или Москве, а к Бухаре, Мекке и Стамбулу – этим священным городам ислама".

Среди части татар отмечали настроения: "Скоро-де султан придет, русских кушать станет". Людей, пришедшихся им по душе, успокаивали: "Ты хороший человек, мы тебя тихонько резать будем".

Во время войны с Турцией в татарских домах "везде можно было встретить портреты султана и его генералов". Во время войны и деньги в пользу противника империи собирали. Турецкие подданные собрали среди туркмен более 40000 рублей на турецкий флот (ГАСО Ф. 472,оп.1, д.390, стр.490). Источник здесь указываем, но важнее суть событий, свидетельств и других много.

И между братьями бывает раздор, что же говорить о людях, еще не сроднившихся с империей. Вспомним, что по опубликованным в империи данным в неатеистическом издании о том, что в знаменитом Афонском монастыре греческие монахи вырезали большую общину русских монахов. В дальнейшем жили мирно, в том числе и в те годы, когда в афонских монастырях преобладали русские. История свидетельствует, что даже среди монахов, чей образ жизни – смиренное служение Богу, возможны всплески распри. Бывали бунты и среди бурсаков, межрусские противоречия.

Поддерживая национальную самобытность и национальную гордость, правители империи рисковали возможностью того, что свободой воспользуются враги. А враги у народов России были изощренные.

Так, в газете "Правда", 76 за 1913 год читаем трогательно-заботливое и укоризненное о правительстве в преддверии Первой мировой войны и дебатов о поддержке балканских славян: "Втравливая Россию, принесшую уже столько жертв на альтарь свободы славян… это своего рода провокаторство". По форме, может, и справедливо, но по сути, зная, как некоторые демократические организации ждали войны и желали поражения России, очень фальшиво. Достаточно привести высказывание Маркса: "Мы самым решительным образом стоим за турок и притом по двум причинам. Во-первых, потому что мы изучили турецкого крестьянина, т. е. турецкую народную массу, и убедились, что он один из самых дельных и самых нравственных представителей крестьянства в Европе. Во-вторых, потому что поражение русских весьма ускорит социальный переворот, элементы которого имеются в огромном количестве, и благодаря этому наступит перелом в Европе".

Сентенции "ученого" относительно "народных масс" комментировать не станем, но заметим, что тут о болгарских, сербских, македонских, греческих крестьянах, уничтожаемых огнем турецкой военщины, Маркс не печется. "Интернационалисту" Марксу важнее стравить людей и мечтается о поражении русского оружия. Мечты интернацоналиста о поражении русского оружия, несущего свободу балканским народам, в Русско-турецкой войне не сбылись. Но его разработки по развалу "деспотичной России" (выражение герценов и радзинских) приняты на вооружение.

И как похожи высказывания, критика сербов во время НАТОвской агрессии в конце XX века у демократов гайдаровско-явлинского телевизионного окружения с высказываниями-устремлениями демократа-коммуниста Маркса. Просто поразительно! Все перевернулось на 180 градусов.

Кто есть кто в современной политике, разобраться непросто. Много запутавшихся людей было и в XIX веке. Зато политика Российской империи данного периода в национальном вопросе проста и ясна. Можно приводить разные документы, сухие параграфы. А вот если открыть журнал "Русское судоходство" 5 за 1911 год, то его материалы убедят лучше скучных законов.

В начале века идет замена паровых двигателей на военных судах на дизели. Обратим внимание на название наливных судов и военных речных буксиров: "Эммануил Нобель", "Роберт Нобель", "Великоросс", "Малоросс", "Киргиз", "Калмык", "Остяк", "Лезгин", "Осетин", "Якут", "Самоед", "Ингуш", "Сармат" и т. д. Заметим, не "Киргизия", а "Киргиз". И неважно, что на военном флоте, может быть, еще нет представителей степных и лесных кочевых киргизов или остяков. Зато на боевых кораблях русского флота гордо выведены названия народов империи.

Что же касается свободы, демократии и терпимости в империи, то болтологам может дать ответ самарский старожил Б.С. Сергеев, оставивший нам свои мемуары. Об ученичестве в коммерческом училище находим у него следующее: "У нас в классе были сектанты и евреи, они могли не учить "Закон Божий" и не присутствовать на уроках". Комментарий нужен?

Легионы болтологов во главе с писателем Чернышевским, который с презрением говорил о нашей "стране рабов", и историком Э. Радзинским, который неделями безвылазно по телевидению вещает о "трехсотлетней деспотии в России", или профаны, или хитрые лжецы.

В России начала XX века не только полная экономическая свобода, не только большая свобода вероисповедания, но и редкая даже для наших дней политическая свобода. Большая политическая свобода стала одной из причин, приведших к слому политического устройства империи.

Посмотрим на факты, на примеры. Возьмем такой: жил-был в Самаре гражданин С.Е. Пермяков из числа вольдумцев-теоретиков… Жандармское управление завело на него три дела, в том числе о политической неблагонадежности. Тем не менее С.Е. Пермяков спокойно участвовал в выборной кампании, а после выборов городского головы города Самары был утвержден на эту высокую должность.

Это пример частный. А вот пример общероссийского масштаба. Если вы будете изучать биографии революционеров, членов разных партий, ставящих своей целью свержение существующего строя, по советским данным (лучшая гарантия достоверности в данном случае), то увидите, что большинство сосланных в другие города (от прежнего места проживания) под гласный и негласный надзор полиции трудоустраивались… Совершенно верно, в государственные органы местного самоуправления, типа городской управы. Так было и в Самаре, где сестра Ленина работала в госаппарате, как и многие "неблагонадежные". Сведения о революционерах в земствах можно найти, например, в "Самарском земском сборнике".

Искушенные НКВДэшники никогда бы не допустили в госаппарат "революционно настроенный элемент". Революционеры имели информацию о городских, земских делах, финансовых сделках, имели доступ к выдаче разного рода справок и т. д.

Кто знает аппаратные игры, тот представляет, что иногда маленькая сошка сама по себе (или по чьему-то совету в другом случае) может повлиять на решение любого вопроса не хуже большого начальника. Не зря говорится: "Жалует царь, да не жалует псарь". К тому же простой российский мастеровой по своей малограмотности и неискушенности смотрел на любого клерка как на большого туза.

Такое положение со стороны жандармерии либо заговор по свержению монархии, либо большой гуманизм. Со стороны монархии проявлялось желание трудоустройством образованных противников занять делом.

Известно, что премьер-министра Столыпина, министра внутренних дел, великих князей, губернаторов, других видных чиновников убивали, как мух, двойные агенты охранки и революционеры, в среду которых было внедрено невероятное количество агентуры… В шутку говоря, каждый второй революционер был агентом охранки. Если быть точным, только в самарской социал-демократической организации было ровно двадцать секретных сотрудников, были они и во всех остальные партиях – у эсеров, анархистов…, где 6, где 8 агентов. Выводы напрашиваются сами. Оставим это малоприятное копание другим и пойдем далее по теме.

Иногда публицисты выпячивают – вот-де царь распустил Государственную Думу. Однако реальная власть на местах была у земств и у губернаторов (у них в аппарате сплошь революционный элемент). Это сейчас власть наполовину у губернаторов, наполовину у мафии. Так что отрицать большую степень свободы в Российской империи у Явлинских и радзинских не получится.

Еще в России цензура была и вроде бы препятствовала появлению особо вызывающих статей. Полистаем дореволюционные газеты. Вот "Голос Самары", 72 за 1912 год к юбилею А.И. Герцена публикует большую статью, возвеличивающую "реформатора". Без цензуры. Газета "Волжский день" от 20.05.1914 года публикует сочувственную статью к столетию другого ярого революционера-анархиста М.А. Бакунина, немало навредившего империи своей деятельностью.

То же встречаем ив столичной прессе, откуда часты перепечатки региональными изданиями, и во всех регионах собственные материалы.

На цензуру обижались на своих страницах редакция "Самарского курьера" в 1906 году (во время первой российской революции, которая началась во время Русско-японской войны и некоторого ужесточения цензуры), но в той же газете почем зря шельмуют министра Столыпина, а о коллегах из прессы, "близкой министрам", пишут в следующих выражениях: "Хищная злость этих шакалов печати дошла до какой-то судорожной хрипоты". Эти не самые сильные выражения относительно оппонентов цензуре не подверглись.

Восторженные статьи о декабристах появились в российской печати в середине XIX века. Широко и вполне официально в России печатали и пропагандировали К. Маркса и Ф. Энгельса. Публикации их можно найти в прессе даже в 1914 году накануне Первой мировой войны. К.Маркс широко пропагандировался с восьмидесятых годов. В 1883 году солидный журнал "Всемирная иллюстрация" опубликовал фото с надписью "Карл Маркс, известный экономический писатель". Каково? Марксу стоит посвятить отдельную главу.

Думаете, охранка не читала произведения Маркса и не знала о планах по уничтожению России? Обыватель может гадать, сидели в охранке и при дворе гуманисты или враги империи, но сказать, что они были людьми неинформированными, нельзя.

Таким образом, мы подошли к утверждению, что свобода, в т. ч. свобода слова к началу Первой мировой войны в России достигла больших высот.

Относительно других свобод до Российской империи и ныне недоросла еще ни одна страна в мире. Ни одна, включая США и Швейцарию. Достаточно посмотреть тома с письмами В.И. Ленина по периоду ссылки в Шушенское. За деятельность по дестабилизации монархии Ленина выслали в сибирское село Шушенское. Здесь Ленин жил с женой и тещей на стипендию, которую ему платило правительство. Отдыхал, писал революционные труды, нигде не служил. Имел ружье, чтобы забавляться охотой. Официально выхлопотал пистолет для самозащиты. Курорт да и только, а не ссылка. На подобных условиях в ссылку в очередь писались бы миллионы рабочих, инженеров, учителей ельцинской России. Но так как бурбулисы и Чубайсы развалили страну, то и не видать гражданам такой житухи.

В столь свободной империи и народ был открытый и активный. Не понравились условия работы – забастовка, массовая демонстрация. В перестроечной и постперестроечной России заводы стоят, сельхозпредприятия ликвидированы, крестьянин с трактора и от доильного аппарата все чаще переходит к лопате и подойнику, учитель и врач получают зарплату, которой хватает только на проезд до работы и оплату жилья, но запуганный бериевской инквизицией подняться на борьбу народ не может, несмотря на призывы разных партий.

Случилась беда в XIX веке в Сербии, началась резня турками, и российская общественность пришла в движение: один лишь Всероссийский земский союз собрал добровольных пожертвований на сумму 1983423 рубля и сверх того продовольствия для 215000 жителей Сербии и Черногории. Ныне в самой России в иных местах, как в Чечне, вырезают русских, НАТО и главари албанской наркомафии уничтожают сербов в Косово, а общественность России хмурится, но молчит…

Но все не так просто. Во время натовской агрессии в Москве тысячи разъяренных людей круглосуточно митинговали у здания американского посольства. Это удивительное для современников действо, как яркий скандал, транслировалось по телевидению с утра до вечера и начало раскачивать национальное сознание так, как не смогли бы сделать тысячи артистов и журналистов. И… кремлевские и региональные столоначальники испугались собственного народа. Страх этот был почти животным и сквозил даже в высказываниях чиновников дальних регионов, российской глубинки… "Патриот" Лужков силовым ментовским решением-действием запретил митинг народного протеста против уничтожения славян. Россия опять погрузилась в хмурое молчание; да и не убивать же русским русских же ментов. Но произошло то, чего раньше не было. И все это увидели.

Такой Россия была и такой стала. Расцвет Российской империи совпал с расцветом свободы, свободомыслия, свободы действия. Только воспользоваться плодами свободы полностью россиянам не удалось, не успели. Но для исследования важно установить, что такой период имел место быть.

Глава 7. ВОЙНА ПРОТИВ ИМПЕРИИ

К началу двадцатого века Российская империя развивалась по нарастающей… Укрепились обороноспособность и финансовая система, росла промышленность (по мнению многих экономистов, Россия входила в шестерку самых развитых стран мира), прирастала численность населения до двух с половиной миллионов человек в год.

Обывателю казалось, ничто не может пошатнуть стабильность могучей империи. На самом деле в мире шли сложные процессы. Врагов у Российской империи имелось немало. Состав и направленность врагов разношерстна.

В книге уже говорилось о деятельности британских правителей, дипломатов и спецслужб, поддерживавших турецких завоевателей в Крыму, на Балканах. Они всячески содействовали резне и геноциду балканских христиан. Эту традицию продолжают и в двадцатом, и в начале двадцать первого века. Если турки начинали проигрывать войну вследствие противодействия России, то, вспомним, Англия и Франция не стеснялись прямой интервенции против России.

Британская элита стремилась к мировому господству и ревниво следила за усилением России. Сил проглотить Россию у Британии не хватало, но вредительствовать британские политики стремились везде, где успевали.

Турки со времени распада Золотой орды старались препятствовать созданию русского государства и всячески науськивали и вооружали крымских татар и другие кочевые и кавказские народы для нападения на славян.

Соединение разнородных сил против России и славян имеет тысячелетнюю историю. Ныне люди удивляются тому, что в Риге одну из улиц назвали именем чеченского сепаратиста и террориста Д. Дудаева. Но вспомним знаменитую Куликовскую битву. На помощь монгольскому хану Мамаю шли войска литовского князя Ягайло: "Собрал много литвы, варягов, жмудинов и прочих…" И захват южнорусских княжеств, Галиции и Западной Волыни начался в XIV веке, когда Русь ослаблена нашествием монгольской орды. Орда, Польша и Литва веками согласованно совершали нашествия на Русь, но особенно жестокие потери понесла Украина. Просто поразительно, как южнорусские люди выжили.

Российские политики удивляются тому, что европейские политики и европейские парламентарии вооружают Бен Ладена, принимают в качестве почетных гостей представителей чеченских сепаратистов. Чему удивляться? В 1651 году польские оккупанты разбили украинских казаков и захватили Киев. Интересна здесь реакция Ватикана, приведенная историком Голобуцким: "По приказу Ватикана в церквах Парижа, Рима и Вены были отслужены благодарственные молебны по случаю "триумфа" шляхетского оружия под Берестечком". Вот эта вражда к славянам (если не сказать прямее – стремление уничтожить) подогревается вполне определенными и хорошо организованными силами.

Если в случае с Византией можно говорить о "равнодушии" Запада во время захвата и уничтожения ее османами, то по отношению к балканским славянам и России мы имеем в наличии огромное число фактов прямой интервенции, карательных походов и самого настоящего геноцида. Даже на Камчатку приходила британская военщина, даже там посланцы масонов достали русских людей.

Мир меняется, но не так быстро, как хотелось бы. Зато рост огневой мощи оружия и число жертв крестовых походов достигло огромных размеров.

Один из самых ярких и глубоких публицистов-славянофилов Николай Яковлевич Данилевский в книге "Россия и Европа" писал так:

"Дело в том, что Европа не признает нас своими, она видит в России и в славянах вообще нечто ей чуждое, а вместе с тем такое, что не может служить для нее простым материалом, из которого она могла бы извлекать свои выгоды, как извлекает из Китая, Индии, Африки, большей части Америки и т. д., – материалом, который можно бы формировать и обделывать по образу и подобию своему, как прежде было надеялись, как особливо надеялись немцы, которые, несмотря на препрославленный космополитизм, только от единой спасительной германской цивилизации чают спасения мира. Европа видит поэтому в Руси и славянстве не чуждое только, но и враждебное начало. Как ни рыхл и ни мягок оказался верхний, наружный, выветрившийся и обратившийся в глину слой, все же Европа понимает или, точнее сказать, инстинктивно чувствует, что под этой поверхностью лежит крепкое, твердое ядро, которое не растолочь, не размолоть, не растворить, – которое, следовательно, нельзя будет себе ассимилировать, превратить в свою кровь и плоть, – которое имеет и силу, и притязание жить своею независимою, самобытною жизнью. Гордой, и справедливо гордой, своими заслугами Европе трудно – чтобы не сказать невозможно – перенести это. Итак, во что бы то ни стало, не крестом, так пестом, не мытьем, так катаньем надо не дать этому ядру еще более окрепнуть и разрастись, пустить корни и ветви вглубь и вширь… Не допустить до этого – общее дело всего, что только чувствует себя Европой. Тут можно и турка взять в союзники и даже вручить ему знамя цивилизации. Вот единственное удовлетворительное объяснение той двойственности меры и весов, которыми отмеривает и отвешивает Европа, когда дело идет о России, но вообще о славянах".

Данилевский писал свою книгу в шестидесятых годах XIX века, когда Россия ощущала себя могучей державой. Во времена Средневековья европейская элита ставила вопрос остро: подчинить себе Россию или уничтожить. В странах Запада есть немало людей разумных, сочувствующих балканским славянам, понимающих Россию. Но… была и осталась финансово-политическая элита, которая составляет программы теленовостей, формирует премиальные фонды и направляет бомбардировщики. И все нутро ее мы увидели в конце двадцатого века.

Давним противником России выступала и польская шляхта. Славянские корни сближают народы России и Польши. Но польская шляхта отличалась настроениями от российского дворянства. Российские дворяне, несмотря на частые международные браки и европейские привычки, сохранили православие. Польская шляхта в значительной части оказалась чуждой славянам и по вере, и по крови одновременно. Это уже чувствительный разрыв.

У Данилевского находим: "…Польша… приняла без борьбы западные религиозные начала и усвоила их себе, а потому и была в течение большей части своей истории не только бесполезным, но и вредным членом славянской семьи…". Польша стремилась не только к завоеваниям малороссих и великороссих территорий, но и "стремилась распространить латинство в самую глубь России".

Поляками немало пролито русской крови. Для объективности привлечем итальянского посла и иезуита П. Поссевина, свидетельствующего, что 27 августа (5 сентября по старому стилю) 1580 года польская армия напала на город Великие Луки и вырезала всех его жителей. Геноцид. Один из многих эпизодов.

Не звали поляков и в Москву в XVII веке. Не звали их русские и в 1709 г. на Полтавскую битву, где они выступили союзниками шведского короля Карла XII.

Ватикан и масонские организации стремились использовать реакционеров из числа поляков против славян везде, где только можно.

Назад Дальше