Эрнеста Капандю называли литературным "сыном" Дюма-старшего и "братом-близнецом" Дюма-младшего. Пророчили ему небывалую славу и бессмертие его романам. "Journal pourtous", где печатались его книги, расходился в небывалом количестве экземпляров.
Если бы Капандю был столь же плодовит, как его "отец" и "брат", возможно, именно он стал бы символом французской литературы XIX века. Но, увы, в начале XX века о нем забыли. И вот теперь, спустя 100 лет, Франция опять зачитывается его таинственными и загадочными романами.
В Европе появился новый герой. Не Супермен, не Бэтмен, не Зорро, но не менее благородный и отважный - Рыцарь в черном плаше.
"Я сделался орудием правосудия судьбы, каравшего негодяев, пренебрегавших человеческими законами. Я стал разбойником, наводящим ужас на город от заката до восхода солнца, а днем - благочестивым оружейником! Если бы мои родители не пали жертвой подлых убийц, я не жил бы таким образом. Но когда я увидел, что мой отец осужден постыдно, а моя мать удавлена, я начал беспощадную войну!"
Содержание:
Часть первая - ДЕЛО ЧЕСТИ 1
Часть вторая - ФАВОРИТКА КОРОЛЯ 27
Часть третья - ГРАФ ле СЕН-ЖЕРМЕН 61
Эпилог - ПРОШЛО ТРИ МЕСЯЦА 89
Эрнест Капандю
Рыцарь в черном плаще
Часть первая
ДЕЛО ЧЕСТИ
I
Трое неизвестных
30 января 1745 года, когда часы на церкви Святого Николая пробили половину одиннадцатого, экипаж, выехавший с улицы Гренет, остановился у стен аббатства. Извозчик сошел с козел и отворил дверцу, из экипажа вышли трое.
Последний заплатил извозчику, не сказав ни слова. Извозчик поклонился с видом человека, довольного полученной суммой, потом уселся на козлы и, ударив своих худых лошадей, заставил их пойти рысью. Экипаж проехал по улице Омер и скрылся на улице Транснонен.
Три человека, по-видимому, ждали, пока экипаж удалится.
В эту ночь неожиданно похолодало: термометр показывал восемь градусов мороза. Хотя луна еще не появилась, звезды сияли так ярко, что было весьма светло.
В этом уголке Парижа было пустынно, и, когда стук колес экипажа затих вдали, опустилась глубокая тишина. Три человека неожиданно двинулись с места и приблизились вплотную друг к другу, как бы намереваясь посоветоваться между собой.
Все они были одинаково высокого роста и одеты в черное; каждый кутался в складки длинного темного плаща, закрывавшего нижнюю часть лица, тем временем шляпа прятала верхнюю.
Они беззвучно переглянулись. Затем стоявший в середине сделал движение рукой, другие наклоном головы выразили согласие, и все трое двинулись вдоль стены аббатства по направлению к заставе. На углу улицы Вербуа они повернули направо и остановились у двери небольшого двухэтажного дома.
Один из ночных странников высвободил правую руку из-под плаща и вставил ключ в замок, тем временем его спутники наблюдали за улицей. Убедившись, что за ними нет слежки, они вошли в дом. Дверь немедленно закрылась за ними. Они оказались в совершенной темноте, но, без сомнения, хорошо ориентировались, потому что уверенно направились к двери, находившейся в другом углу прихожей. Открыв эту дверь, они вошли в комнату, оказавшуюся еще темнее прихожей.
- Может, зажечь фонарь? - спросил один из незнакомцев очень тихо.
- Нет, - ответил другой, - я смогу вывести вас к крыльцу, выходящему в сад.
- Господа! - сказал третий так же тихо. - Полагаю, что для большей осторожности нам следовало бы надеть маски до того, как мы выйдем в сад, и условиться, как называть друг друга.
- - Согласен, - сказал второй властным тоном, - я буду называться А.
- Я - Б, - сказал первый.
- Если так, то я буду В.
- Хорошо. Теперь, любезный Б, не угодно ли вам взять под руку В, который возьмет мою руку, и я поведу вас совершенно бесшумно.
Этот приказ был исполнен, и все трое медленно прошли через несколько комнат без всяких приключений.
- Вот и дверь в сад, - сказал А, остановившись. Он беззвучно открыл ее. В свете звезд были видны белые ступени крыльца, спускавшиеся в сад, который кончался у стены аббатства.
Три человека сошли со ступеней. На лицах у них были черные бархатные маски.
А, который шел первым, остановился перед небольшим домиком, вошел внутрь и тут же вышел, держа в руках две кирки и лопату.
Б и В взяли кирки, А оставил себе лопату. Сад был довольно большим и имел очень запущенный вид: он зарос плющом и сорняками, повсюду были деревья с обнаженными ветвями.
А свернул в аллею, спутники следовали за ним. Они дошли до круглой площадки, в центре которой росло абрикосовое дерево.
- Здесь! - сказал А, указывая на землю под деревом.
- Вы уверены? - спросил Б.
- Уверен.
- Будем копать.
- Задача нелегкая, ведь земля промерзла, - сказал В.
- Все-таки начнем.
И трое неизвестных стали копать поддеревом. Не меньше десяти минут продолжалась эта невероятно трудная работа, вдруг В остановился.
- Я чувствую, что моя кирка встретила что-то твердое.
- Копайте осторожнее, - взволнованно сказал А, - чтобы ничего не повредить.
Они сбросили свои плащи, засучили рукава и руками разрыли яму.
Скоро они вынули слой известки, скрывавший то, что лежало под ним. В этот-то слой и врезалась кирка. С большой осторожностью, снимая покрытие кусок за куском, неизвестные вскрыли могилу. Все трое склонились над ней.
- Ничего не видно, - заметил Б.
- Следует зажечь фонарь, - сказал А, - потому что нам требуются самые точные сведения.
В подошел к месту, где лежал его плащ. Он взял фонарь, зажег его и осветил могилу.
Глубина могилы была футов пять. На дне лежал скелет с веревкой на шее. Зубы и волосы прекрасно сохранились, и на суставе одного пальца виднелось золотое кольцо. Несколько костей лежало отдельно, но по положению черепа, позвоночника и костей одной руки и одной ноги легко было понять, что тело сохранило положение, в котором погребено.
- Вы видите, что это произошло именно здесь, господа, - сказал А.
- Да, - ответил В, внимательно изучавший скелет, - но меня удивляет, как он хорошо сохранился…
- Это объясняется просто, - сказал Б, - при погребении тело засыпали негашеной известью - это очевидно, но второпях забыли залить известь водой, так что вместо того, чтобы уничтожить труп, известь, напротив, сохранила его. Ткани исчезли, но скелет не поврежден.
- Теперь внимательно осмотрим скелет, - сказал А, - соберем его и определим возраст и пол покойника, причину смерти и ее давность. Чтобы завершить наше дело, мы не должны иметь никаких сомнений, господа.
- Мы готовы, - сказал В, - соберем все кости, осмотрим их и с помощью науки узнаем то, что желаем знать.
- Но, - заметил Б, - куда же мы понесем эти кости? Где мы будем их собирать?
- Позвольте мне сообщить вам, - сказал А, - что я нахожу неблагоразумным выносить отсюда скелет. К этому саду не примыкает никаких иных зданий, значит, никто за нами следить не станет. Кости отнесем в погреб этого же дома. Чтобы даже свет луны не смог проникнуть туда, запрем двери и окна, зажжем свечи и начнем работу. Ночь длинна, времени достаточно.
- Хорошо, - сказал В.
Они осторожно собрали кости, завернули их в плащ и погасили фонарь, внимательно осмотрев могилу, чтобы убедиться, все ли кости собраны.
Все трое во главе с А вошли в погреб, зажгли свечи и, положив кости на большой дубовый стол, стоявший посреди погреба, начали собирать их.
Без сомнения, эти люди были достаточно опытные в подобных делах, потому что трудились с ловкостью и точностью, которые были достойны анатомов и хирургов. Через полчаса скелет был полностью составлен. Незнакомцы начали внимательно осматривать его.
- Скелет, несомненно, принадлежит женщине, - сказал Б, - если судить по устройству ребер и по величине костей и таза.
А измерил рост тела.
- Женщина была ростом четыре фута восемь дюймов, - сказал он.
Б изучал череп.
- Состояние костей и позвонков указывает на юный возраст, - заключил он.
- Волосы прекрасно сохранились, - прибавил В, - и их золотистый оттенок тоже подтверждает молодость умершей.
- Зубы были длинные, - заметил А.
- Рука худа и изящна.
- Да, а длинные ногти указывают на то, что эта женщина не занималась тяжелой работой.
- Очевидно.
- Она была или рыжей, или белокурой.
- Скорее рыжей, потому что желтизна имеет зеленоватый отсвет.
- Вероятно, так.
- Сколько лет было этой женщине? - спросил А.
Б и В переглянулись, будто безмолвно советуясь друг с другом.
- Этой женщине должно было быть лет тридцать, - предположил Б. - Несмотря на проглядывающую седину.
- По-моему, тоже, - подтвердил В.
- Какова причина ее смерти, - продолжал А, - убийство или самоубийство?
- Несомненно, убийство, - уверенно сказал В.
- Обратите внимание на шею, - сказал Б, - на позвонках еще виднеются шесть кругов веревки…
- Да, веревка даже врезалась в тело, потому что была сильно затянута.
- Стало быть, причина смерти - удавление?
- Очевидно.
- А самоубийство полностью исключается?
- Посмотрите на веревку: круги ее идут спереди назад и сверху вниз, это показывает постороннюю руку.
- Это неоспоримо, - сказал Б, - притом в могиле, как вы это заметили, голова лежала ниже других членов.
- Да, это так, - сказал А, слушавший с чрезвычайным вниманием.
- Ноги были согнуты, значит, тело погребли сразу же после смерти, прежде чем оно закоченело.
- И это не подлежит сомнению, - кивнул А. Последовало продолжительное молчание.
- Итак, - заговорил В, - этой женщине было от 30 до 35 лет. Она не была высока ростом, имела тонкие руки и светлые волосы, была удавлена и погребена почти тотчас после смерти, а эта смерть - мы это с уверенностью заключаем из состояния костей - случилась не более двадцати лет назад. Согласны вы с этим, любезный господин Б?
- Полностью, - ответил Б, поклонившись.
- Итак, господа, - продолжал А, - вы видите, что я не ошибся.
- Мы это признаем, - согласился В.
- Вы предоставляете мне вести это дело?
- Что касается меня - да, - сказал В.
- А вы, господин Б?
- Действуйте: я буду помогать вам и следовать вашим советам во всем.
- Мы добьемся справедливости! - сказал А, глаза которого сверкали сквозь бархатную маску.
- Да услышит вас Бог, - сказал В.
- Но мы забыли про золотое кольцо, которое может доставить нам дополнительные сведения, - продолжал Б.
А протянул ему кольцо, Б взял его и изучил с большим вниманием.
- Это обручальное кольцо, - сказал он, - и на нем, вероятно, выгравирован день свадьбы.
- Нет ли там имени или начальных букв? - спросил В.
- Нет, есть только дата. Можете прочесть. В осмотрел кольцо со всех сторон и прочел:
- "30 января 1710 года".
А стоял несколько в стороне во время этого осмотра. Б повернулся к нему:
- Вы думаете, что это число означает день свадьбы? - спросил он.
- Уверен, - отвечал А.
Он взял кольцо из рук В и спрятал в карман жилета.
- Теперь что мы должны делать?
- Мы положим кости в могилу, - ответил А, - точно так, как мы их нашли. Зароем могилу и уйдем из этого дома, уничтожив наши следы, чтобы ничто не могло обнаружить нашего посещения.
- О! - воскликнул В, открывая дверь. - Сама судьба за нас. Пошел снег: он станет нашим могущественным союзником!
- Поспешим! - сказал А.
Через три часа после своего прихода они покинули дом на улице Вербуа, и снег, покрыв землю белой пеленой, уничтожил их следы.
II
Гранж-Бательер
Около половины второго наши три незнакомца дошли до того места на улице Сен-Мартен, где улица Гран-Юрлер берет начало у улицы Жан-Робер.
Они остановились, шепотом перекинулись парой фраз, потом Б повернул налево и исчез на дороге, ведущей к кладбищу, двое же других повернули направо к улице Сен-Дени.
А и В не снимали своих черных бархатных масок и, одетые в плащи, вырисовывались, как два черных призрака, на покрывавшем землю белом ковре.
Полное безмолвие царило в этой части Парижа. А наклонился к своему спутнику:
- Ну, что? - спросил он.
- Я признаю, - ответил В, - что вы действительно мой начальник.
- Стало быть, вы полностью мне доверяете?
- Полностью, в самом широком смысле этого слова.
- Как вы думаете, могу я положиться на Б, как на вас?
- Думаю, можете, хотя он не имеет таких причин, как я, слепо вам повиноваться. Но даже если эти причины и не руководят им, он имеет горячее желание узнать истину об этой истории, которая так близко касается его.
- Я сам так же думаю. И так же, как и вы, убежден, что могу вполне довериться ему. На всякий случай следует понаблюдать за ним.
- Я берусь за это.
Они дошли до здания Итальянского театра, который находился тогда на улице Моконсель и имел выход на улицу Монт-Оргейль. А остановился.
- Мы здесь расстанемся? - спросил В.
- Да, - ответил А. - Следуйте до площади Йандом. Дальше вы знаете, что должны делать?
- Знаю. В котором часу вы придете завтра?
- Не знаю, но приду обязательно.
- Мне следует вас ждать?
- - Да, я должен найти вас в любое время. Вы можете оказаться мне полезны.
- Я буду готов.
- Наблюдайте за Б, повторяю вам.
В утвердительно кивнул.
- Кстати, - заметил он, - я должен сделать вам одно замечание. Когда мы закончили работу и положили кости в могилу, вы оставили у себя кольцо. Вы сделали это намеренно?
- Для чего вы это спрашиваете? - спросил А, у которого глаза сверкнули сквозь прорези маски.
- Вопрос, который задал я, вероятно, задаст и Б - вот почему я вас предупредил.
- Вы правы. Я не положил кольцо в могилу не по забывчивости. Я оставил его у себя, потому что это ключ к событиям, вам неизвестным, трагические последствия которых вы, вероятно, скоро узнаете. А если Б вам сделает замечание или спросит об этом, скажите ему то, что и я ему скажу: что я оставил у себя это кольцо, чтобы подробнее рассмотреть его.
- Еще одно замечание.
- Какое? Говорите, не скрывая от меня ни одной мысли.
- "30 января 1710 года", выгравированное на этом кольце, показывает, что сегодня ровно тридцать пять лет, как это кольцо было дано той, которая его носила.
- Это очевидно, - сказал А.
- Стало быть… Это просто случайное совпадение?
- Нет. Если я назначил этот день для того, чтобы действовать, то только потому, что я знал, что сегодня годовщина. Если Б задаст вам этот вопрос, скажите ему то же самое.
После краткого молчания А спросил, переменив тон:
- Имеете ли вы еще ко мне вопросы?
- Никаких, - отвечал В.
Слегка поклонившись, он собирался удалиться, но потом вернулся к своему спутнику.
- Ах, совсем забыл! - сказал он.
Он пошарил в кармане и вынул сложенную бумагу, которую подал А.
- Письмо Бине, - сказал он.
- Он согласен? - спросил А, взяв письмо.
- На все!
- Пусть хранит тайну, если хочет остаться на своем месте. Когда король охотится?
- Послезавтра.
- В Сенарском лесу?
- Да.
- Хорошо, до завтра.
В быстро удалился. Подождав, когда тень его спутника совершенно исчезнет в темноте, А повернул направо на улицу Монт-Оргейль и направился к Гранж-Бательер.
В то время эта часть Парижа была мало населена. Только несколько домов было разбросано здесь и там. С бульвара виднелась вдалеке часовня Лоретанской Богоматери. Возле этой часовни была живодерня, а между ней и Гранж-Бательер находилось кладбище.
Снег продолжал идти. Закутанный в плащ и все еще в маске А дошел до стен кладбища. Он остановился у низкой двери в стене возле ворот. Эта дверь вела и к кладбищу, и к дому сторожа.
А вставил в замок ключ, открыл дверь, вошел и опять запер ее.
Едва сделал он два шага вперед, как раздался громкий лай, и огромная собака бросилась на него.
- Молчи, Жако! - сказал А, протянув руку. Собака остановилась, виляя хвостом, и начала прыгать около А, продолжая выражать свою радость тихим визгом. Дверь сторожки отворилась, и в дверях показался человек.
- Это вы, сударь? - спросил он.
- Я, - ответил А.
- Ну, слава Богу! Как будет рада моя жена видеть вас! Она горевала, боясь, что вы не придете.
- Не приду? - удивился А. - Разве сегодня не 30 января?
- И то верно, - сказал сторож, перекрестившись. Вдруг какая-то женщина бросилась на колени перед А. Тот взял ее за руки.
- Мария! - сказал он. - Встаньте.
- Нет! Я на коленях благодарю того, кто исполняет волю Бога на земле.
- Молчите, Мария, не говорите так!
- Ваша рука помогает страдающим.
- Молчите, Мария, и встаньте.
Женщина повиновалась. А снял маску и, наклонившись, поцеловал ее в лоб.
- Идите к себе! - сказал А.
- Вы хотите остаться один на кладбище? - спросила Мария.
- Как всегда.
- Да, но я каждый раз боюсь…
- Разве вы верите в привидения? Мне хотелось бы верить в них, Мария, их существование было бы не опасностью, а надеждой! - А сделал повелительный жест и сказал: - Возвращайтесь домой!
Люди повиновались. А, закутавшись в плащ, двинулся к кладбищу, собака последовала за ним. Снег лежал толстым слоем. Над этим ослепительным снегом возвышались каменные кресты, колонны и решетки. Стояла глубокая тишина. А шел медленно, твердыми шагами, как человек, знающий дорогу, которой он должен следовать среди лабиринта могил. Эта ночная прогулка по кладбищу, покрытому снегом, таила в себе что-то зловещее, пугающее.
А остановился перед деревянным крестом и стоял неподвижно, сложив руки и склонив голову. Потом он опустился на колени и долго молился. Крупные слезы падали из его глаз на сложенные руки. Два часа пробило у часовни Лоретанской Богоматери. А вздрогнул и протянул правую руку, в которой держал кольцо.
- Отец мой, - сказал он глухим голосом, - вот обручальное кольцо, которое я нынешней ночью снял с пальца моей матери и принес на твою могилу. Тридцать лет назад в этот день вы оба были счастливы, и будущее улыбалось вам. Двадцать лет назад, в эту самую ночь, в этот самый час вы оба сделались жертвами гнусных убийц! Тебе, отец мой, я поклялся отомстить! С помощью неба я шел по пути, который должен был вести меня к истине. Сегодня ночью я нашел доказательство. Над этим кольцом, отец мой, которое ты надел на палец моей матери, я повторяю клятву и исполню ее. И это мщение будет продолжаться без пощады и без остановки до самого того часа, пока Бог не соединит меня с тобой!
А встал с колен и, протянув обе руки над могилой, повторил:
- Клянусь!