Рубка.
Рубка ракеты была невелика / 2 х 3 м/.
Машков и Гедеван сидели у стальной стены на ржавых динамиках возле овальной двери, на которой была нарисована рука с указательным пальцем вниз.
Клетка стояла в нише. На ней лежал футляр со скрипкой и портфель.
Лысый, в ушанке Гедевана, в пальто и шарфе Машкова и Бородатый сидели в железных вращающихся креслах лицом к пассажирам.
За спиной у них была засаленная медная панель, с рычажками, кнопками, датчиками и переключателями.
Над панелью был квадратный иллюминатор из толстого мутного стекла. Такой же иллюминатор был у ног в гофрированном керамическом полу. К потолку рубки был прикреплен маленький трехколесный трактор.
Бородатый, не отрываясь, смотрел в лоб Машкова. Лысый - на Гедевана.
- Ни одной буквочки, ни одной "мейд ин", - проворчал Машков.
- Ку? - спросил Лысый.
Машков не ответил.
Лысый достал из кармана прозрачный коробочек и посмотрел на свет, в коробочке лежали крошки серы от спички. Перевел взгляд на Бородатого, тот пожал плечами. Лысый вздохнул, отодвинул на панели черную шторку, вынул из маленького ящика тщательно очищенную от серы палочку и лизнул кончик, где раньше была головка.
Задумчиво почмокал, поднес палочку к лицу Бородатого. Бородатый тоже лизнул, вздохнул, вернул палочку Лысому и раздраженно спросил Гедавана.
-Кц?
- Извините, что?
-Ку!, - заорал Лысый и постучал кулаком по панели.
- Что он хочет? - спросил Гедеван Машкова.
- Ку он хочет,- прорычал Машков.
Лысый положил палочку от спички в коробочек и стал напряженно смотреть в лоб Машкова.
- Ну, чего уставился? - не выдержал Машков.
- Ку - поднял брови Лысый.
Машков скрипнул зубами.
- Владимир Николаевич, а может все-таки это не Земля? - прошептал Гедеван.
- Владимир Николаевич, цистерна! - Гедеваа показал на нижний иллюминатор.
Внизу, утонув наполовину в песке, валялся большой ржавый цилиндр.
Лысый посмотрел на цистерну, развернулся к панели вместе с креслом, взялся за штурвал и повел ракету на посадку.
Бородатый встал, достал из кармана, колокольчик, прикрепил его как клипсу к носу между ноздрей. Потом вытащил из-под кресла жестяную банку с железками, пошарил в ней, вытащил два колокольчика, протер их полой куртки и протянул Машкову и Гедевану,
- Спасибо, - поблагодарил Гедеван и спрятал колокольчик в карман куртки.
Бородатый укоризненно покачал головой, залез в карман Гедевана, вынул колокольчик и поднес к его носу.
- Что делать? - спросил Гедеван Машкова. - Он хочет, чтобы мы колокольчики надели.
- Перебьется, - процедил Машков.
Бородатый, кряхтя, стал на колени, вытянул руку, позвенел колокольчиком перед лицом Гедевана и жалобно спросил:
- Ку, - и глаза его увлажнились.
- Я одену, Владимир Николаевич, пожилой человек, неудобно, - Гедеван прицепил колокольчик к носу, потряс головой. Колокольчик серебристо зазвенел.
Бородатый повернулся к Машкову и позвенел вторым колокольчиком.
Машков отрицательно покачал головой.
- Кю, пацак! - крикнул Лысый, стукнув кулаком по панелям.
- Ку-у-у! - взмолился Бородатый и зарыдал. Он распластался на полу и попытался поставить сапог Машкова себе на лицо.
- Ну, ладно! Ладно! Уговорил…
Машков нацепил колокольчик.
Цистерна.
Ракета опустилась метрах в двадцати от цистерны.
Лысый поплевал на палочку от спички, осторожно опустил ее в коробочек так, чтобы к ней прилип микроскопический кусочек серы. Спрятал коробочек в карман брюк. Встал. Снял шарф, спрятал его под панель, застегнул пуговицы машковского пальто, натянул поглубже ушанку, открыл дверь, выпрыгнул из ракеты и быстро зашагал к цистерне.
Бородатый встал в дверях.
Машков и Гедеван с колокольчиками в носах сидели на динамиках.
Лысый подошел к цистерне и потер по ней ладонью.
Рядом с цистерной, в песке открылась крышка люка.
Лыснй похлопал себя по ушанке, показал кому-то в люке палочку и залез в люк.
Машков вынул из кармана сигареты и спички, отодвинув колокольчик, закусил сигарету зубами, встал и похлопал Бородатого по плечу.
- Пусти, я покурю.
Тут раздался взрыв. Метрах в десяти за цистерной взлетел песок,и из образовавшейся воронки всплыла облачко оранжевого дыма.
- Кю! - воскликнул Бородатый, и вцепившись в руку Машкова, попытался вырвать у него спички.
- Спокойно! - Машков вырвал руку и спрятал спички в карман.
Из люка вылез однорукий маленький мужчина в ушанке Гедевана и пальто Машкова и пошел к ракете. Полы пальто волочились по песку.
За ним вылез Лысый.
- Кц! - счастливо улыбаясь, крикнул он Бородатому.
Пустыня
…Ракета летела над пустыней.
Рубка.
Лысый и Однорукий сидели в креслах. Бородатый - на полу у ног Лысого.
Машков и Гедеван с колокольчиками в носах - сидели на динамиках.
Под ними плыл песок.
- Который час? - спросил Гедеван Машкова.
- Четверть десятого.
- Мои не работают. Вода попала, морская, - объяснил Гедеван.
Помолчали.
- Неудобно получилось, Я уже позвонил, сказал, что через час буду, а сам вот… Я скрипку привез. Профессору Рогозину. Скрипач есть такой очень знаменитый. Слышали?
-Хоть бы воды предложили, хамы, - проворчал Машков.
- Он вчера у нас в Батуми выступал. Потом был банкет, потом скрипку забыли положить в самолет. А мне велели передать. Думал, передам и еще на электричку успею… Машков стукнул себя кулаком по колену:
- Сорок лет дураку! Первый раз видишь прибор. Чего трогаешь? Балда!
Машков достал сигарету, покрутил, понюхал.
Однорукий толкнул локтем Лысого и показал ему два пальца,
Лысый посмотрел на Машкова, на Гедевана и устало вздохнул.
- Ку? - оказал он Бородатому, кивнул на гостей.
- Ку! - воскликнул Бородатый и постучал себя по лбу кулаком.
- Странный язык, - сказал Гедеван.
- Прикидываются…
Пауза.
- Вы москвич, - спросил Гедеван Машкова.
- Угу…
- А я в Ярославле учусь. В текстильном институте.
- Молодец…
- Нет. Я сначала с МИМО сдавал. В Институт международных отношений… Но…
- В МИМО без блата не попадешь, - вдруг произнес Бородатый,
- Нет, почему? - не согласился Гедеван. - Со мной один родной сын посла сдавал и он тоже… Вах! - Гедеван вытаращил глаза на Бородатого. - Это кто сказал?!
- Мы, - сказал Лысый.
Пауза.
- Так! - Спокойно! - тихо проговорил Машков, побледнев.
- Значит русский язык знаем? Вопрос; зачем понадобилось это скрывать? А?! - Машков тряхнул головой. Колокольчик в носу
звякнул. Машков содрал его и бросил на пол.
- Небо! - воскликнул Бородатый.
- Что небо? - Машков сверлил глазами Бородатого.
- Небо свидетель, мы не скрывали! Очень трудно в язык проникать, когда вы на двух языках думаете.
- Этот пацак, - Лысый показал на Гедевана. - Все время еще на других языках, продолжения которых не знает, спрашивает. Я себе все мозги поломал! Маймуно! - выругался он по грузински.
- Цак, - тихо сказал Однорукий, оглянувшись.
Бородатый подобрал колокольчик Машкова, подполз к нему и попросил:
- Одень, родной.
Машков встал:
- Ну вот что, господа хорошие. Кончайте ваньку валять! Мы из Советского Союза. Прибыли в составе делегации, по приглашению вашего правительства, в порядке культурного обмена!
И если вы немедленно не предоставите нам возможность связаться с нашим посольством, у вас будут крупные неприятности! Ясно?!
Гедеван тоже содрал колокольчик, но не кинул, а спрятал в карман.
- Посольство мы понимать. Не мочь! Цак вставляй! - потребовал Лысый.
- Значит, блат - вы понимать мочь! МИМО - вы мочь! А что такое посольство, бедненькие, не знаете? Хватит мозги пудрить. Ясно?! - повысил голос Машков.
- МИМО ты подумал, а я только сказал, - объяснил Бородатый.
- Ты еще такую фигуру думал, - Лысин показал Машкову кукиш.
Трансляция мысли, - шепнул Гедеван и вынул колокольчик из кармана.
- Цак, - тихо повторил Однорукий.
- Одень колокольчик, - взмолился Бородатый. - Ну хочешь, наступи на меня, родной, Бородатый лег на пол.
Машков молчал.
- Это не Африка, родной. Это Галактика Лямда в спирали, планета Плюк 213 в тентуре, - сообщал Бородатый с пола.
- Тот тоже про тентуру говорил, - шепнул Гедеван и прицепил колокольчик к носу.
- Привет, приехали, - сказал Машков и медленно опустился на динамик.
- Цак! - снова повторил Однорукий.
Бородатый протянул колокольчик к лицу Машкова. Машков сидел неподвижно.
Бородатый деликатно прикрепил колокольчик к его носу, попятился назад и сел у ног Лысого.
Однорукий успокоился, развернул кресло и взялся за штурвал.
Ракета пошла на снижение.
Дом в пустыне.
В переднем иллюминаторе показался одиноко стоящий посреди пустыни квадратный одноэтажный дом с плоской крышей и одним окном.
Рубка.
- Дом, - шепнул Гедеван.
- Дом, - подтвердил Бородатый.
В космос переместились… - шепнул Гедеван Машкову.
Тот сидел, обхватив голову руками.
Гедеван встал, поправил очки и сказал срывающимся от волнения голосом:
- Господа. Мы - Земляне. Мы переместились к вам с планеты Земля. Мы переместились к вам…
- Номер галактики скажи, - сказал Однорукий.
- Галактики?… Извините, не знаем… Земля, это, знаете, где? Это, где вращаются такие планеты, как Марс, Венера, Сатурн, Юпитер… Большая Медведица. - Гедеван замолк.
- Сколько кц вы привезли? - поинтересовался Однорукий.
- Кп это спички? У меня нет. Я не курю, - извинился Гедеван.
- Кц у них нет! - горячо подтвердил Лысый.
Дом в пустыне
Ракета села.
Дверь открылась. Однорукий выпрыгнул на песок и быстро пошел к обшарпанному дому, окно которого было забито медными листами.
- Извините, куда мы прилетели? - спросил Гедеван.
- Молчи! - Лысый показал на шагающего по песку Однорукого, сообщил шепотом: - Он очень тонкие уши имеет.
Однорукий подошел к окну, потер ладонью по меди. Окно отворилось. Однорукий шагнул в темный проем и окно захлопнулось.
Лысый тотчас спросил шепотом Гедевана:
- У тебя на Земле еще спички имеются?
- Имеются…
- Сколько ты лам дашь, если мы тебя на Землю положим?
- А сколько надо? - вяло спросил Машков, доставая спички.
- Два таких полных коробок, - прошептал Бородатый, жадно глядя на спички.
- Семь! - шепотом поправил Лысый, строго посмотрев на Бородатого. - И все, что у тебя есть, сейчас. Я буду Гравицаппу покупать!
- Какую гравицаппу?
- Новую! - начал раздражаться Лысый.
- Ку, - Бородатый попросил Лысого, чтобы он помолчал и объяснил:
- Гравицаппа, родные, это то, без чего пепелац, - он постучал по полу ракеты, - может только так летать, - он изобразил рукой горизонтальный полет. - А с гравицаппой мы на любую планету - пять минут.
- Извините, а машинок перемещения в пространстве у вас нет? - спросил Гедаван.
- Есть! Давай спички, пацак!
- А зачем нам гравицаппа, если у нас машинка есть? Давайте на машинке полетим, - усмехнулся Машков.
- Родной, машинок перемещения в галактике Кин-дза-дза нет, - мягко сказал Бородатый. Когда мы сюда прилетели, у нас плюкане гравицаппу отняли. И теперь если мы гравицаппу не купим, будем до последнего выдоха над Плюком волочиться, понимаешь?
- А вот этот друг, - Машков кивнул на Лысого, - говорит, что у вас есть машинки. Неувязка.
- Я пошутил, - улыбнулся Лысый.
- Дайте нам воды, - сказал Машков и чиркнув спичкой, прикурил.
Кю! - заорал Лысый на Машкова.
Бородатый укоризненно постучал по лбу и дунул на ладонь.
- Лысый извлек из-под кресла жестянку, покопался, достал кусок напильника, кремень и фитиль. Положил фитиль на кремень и стал что есть силы лупить напильником по камню:
- Это вот так надо делать! Вот так! Вот так!
Бородатый схватил его за руку, забрал все хозяйство и положил на колени Машкову.
- Это твое, родной. Ты вот этим теперь кури.
Машков выпустил дым колечком.
- Так, - усмехнулся Машков. - Значит, ребята, вы русский язык только что выучили, да?
- Да, родной. Ты думаешь, а сопоставляем в развитии. Это просто.
- Ну, а что я сейчас думаю?
- Думаешь: Люська, зараза, сдались тебе макароны, - сказал Лысый. - И другие слова думаешь. Сказать какие?
- Ку! -донесся голос.
В проеме окна дома появился Однорукий. Он махнул рукой и скрылся.
- Говорят, есть гравицаппа! - Лнсый открыл крышку прозрачного коробка, где лежала сера: - Клади спички, пацак!
Машков отрицательно покачал головой. Колокольчик в носу зазвенел. Машков снял его и выбросил в дверь.
Такое предложение, дай-ка, - он взял у Лысого прозрачный коробок, положил его в карман. Это пусть лежит здесь. А когда вы нас на Землю-матушку положите, то получите.
- Родной, ты ж сказал, что если мы вас вывезем, ты нам все отдашь? Это некрасиво, упрекнул Бородатый.
- Я говорил: до города.
- А это что?! - взревел Лысый, показывая на дом.
- Это сарай.
Лысый выпрыгнул из ракеты, стал бегать и топать ногой по песку: - А это что?! - орал он при каждом ударе. -А это?! А это?! А это?! А?!
- Ладно. Кончай орать! - сказал Машков. - Неси сюда гравицаппу эту. Мы на нее посмотрим и если стоящая вещь может и купим.
Лысый поднял руку и пощекотал себя под мышкой:
- Ха-ха-ха! - издевательски захихикал он. - Какие балды мне сюда гравицаппу дадут, когда за контрабандный КЦ пожизненно в эцих с гвоздями кладут? У тебя, друг, в голове мозги или кю?
- Ладно. - Машков встал. - Мы сами купим. Пошли, скрипач, в открытый космос, - позвал он Гедевана и выпрыгнул из ракеты.
Гедзван подхватил скрипку и последовал за Машковым.
- Стойте! - Бородатый выскочил из ракеты, обогнал землян и распластался на земле перед Машковым. - Наступи на меня, родной! - взмолился он.
- Извини, родной, некогда. Ты полежи тут, я вернусь и мы займемся этим делом.
Машков перешагнул через Бородатого, пошел.
- Извините, - извинился Гедеван перед инопланетянином, и перепрыгнул через него.
Бородатый поднялся.
- Ку, - крикнул он Лысому.
- Стойте! Вместе пойдем! - крикнул Лысый. - Он подобрал колокольчик Машкова и побежал к землянам. - На одень! – он протянул колокольчик Машкову.
- Сам одень. Тебе больше пойдет.
- Что?! - Лысый захлебнулся от бешенства. - Ты кто?! Кто?!
- Я пришелец, родной.
- Нет! Ты пацак! Ясно?! А ты кто?! - повернулся он к Гедевану.
- Я грузин. - Гедеван содрал колокольчик со своего носа.
- Нет! И ты пацак! А я чатланин! И они чатлане! - он показал на дом. - Ясно, балды!
- Но, но, - с угрозой сказал Машков. - Ты подбирай выражения, чатлан.
- Секундочку! - к ним подбежал Бородатый. - На! Посмотри на меня! - он поднес к глазу Машкова прибор с окуляром. - Какая точка отвечает?! Зеленая?
- Ну?
- На него посмотри, - он нацелил прибор на Гедевана.
- Тоже зеленая! И у тебя зеленая. А теперь на Уэфа посмотри! Какая?
В окуляре замигала оранжевая точка.
- Оранжевая! Так?
- Ну?
- Теперь понимаешь?
- Что?
- А то, что без цака тебя первый же эцилоп треклюкирует на хрен и "ха-ха-ха" скажет! - прорычал Лысый.
- Почему? - спросил Еедеван.
- А потому, что Плюк чатланская планета, балда! Здесь пацаки должны цаки носить и делать так: - Лысый пошлепал себя по щекам, присел и выпрямился. - Ясно?!
- Не очень. Еще раз покажи, - попросил Машков.
- Вот так! - Лысый снова пошлепал себя по щекам и присел и встал.
- Еще разок, пожалуйста. И постарайся четко выполнять.
Лысый тяжело вздохнул и опять пошлепал себя по щекам и присел.
- Владимир Николаевич, родной, - прищурившись, сказал Бородатый. - У тебя дома жена, сын двоечник, за кооперативную квартиру не заплачено, а ты тут ваньку валяешь. Кончай, родной! Плохо кончится.
Гедеван взглянул на Машкова.
Тот задумался.
- Соглашайся, родной, - мягко сказал Бородатый.
- Ладно, - Машков затянулся, бросил сигарету, притушил ее ногой. - Поиграем в игры.
- Давай, - он взял у Лысого колокольчик, прикрепил его к носу.
Гедеван тоже прикрепил колокольчик.
- Вот и молодец, - похвалил Бородатый. - Теперь вы идите, а я покараулю. А то плюкане чужие вещи любят больше, чем свои.
- Пошли, - позвал Лысый.
- На четвереньках? Или можно на двоих? - спросил Машков.
- Здесь можно на двоих.
- Ну, на двоих, так на двоих, - и Машков широко зашагал к дому.
Гедеван за ним.
Лысый догнал их и зашептал на ухо Машкову:
- Ты свои спички им не показывай и про них не думай. Ты только кц в моей коробке показывай.
- Ладно.
- И больше, чем полспички, им не давай. Гравицаппа полспички стоит.
- Ты ж говорил, что все надо.
- Я пошутил.
Они подошли к дому.
Лысый вошел в окно.
Машков отколупнул от стены кусочек штукатурки, потер в пальца
- Пошли, пошли, - позвал Лысый.
Чердак.
- Цемент, марки триста, - сказал Машков Гедевану и они зашли в полутемное помещение, пол которого был засыпан песком.
На массивных квадратных столбах лежали бетонные плиты с ржавой арматурой. В конце помещения, над железной дверью светился оранжевый плафон.
Они пошли к двери.
- Извините, чатлане и пацаки это национальность? - спросил Гедеван Лысого.
- Нет.
- Лица с других планет?
- Нет.
- Классовая принадлежность?
- Нет.
- Биологический фактор?
- Нет.
- А что?
- Чатлане это чатлане, а пацаки - это пацаки.
- Извините, а чем они друг от друга отличаются?
- Скрипач, ты что дальтоник?! Зараза! - взорвался Лысый.
- Зеленый цвет от оранжевого не можешь отличить?