Что такое любовь?
Спросить у Омара Хайяма?
Да что знает он о любви XXI века?!
Что знает он о физиологии отношений?!
Что знает он об исступлении в любовной истерике?!
Спросите лучше у героев этой книги, которые циничны в любви на грани чувств и чувственности.
Что такое ревность?
Спросить у Отелло?
Да он ребенок по сравнению со страстями, нервами, изменами, подозрениями, наглым флиртом и местью героев этой книги.
Что такое страсть? Спросить у Захер Мазоха?
Да не знает он настоящей боли.
Боль приходит с воспоминаниями.
Поэтому спросите у героев книги - Ричарда и Варвары.
Они скажут правду.
А вы… заплачете.
Содержание:
ИСТОРИЯ ОДНОГО РАЗВОДА - (фильм основан на нереальных событиях) 32
ЭПИЗОД 1 32
ЭПИЗОД 2 33
ЭПИЗОД 3 33
ЭПИЗОД 4 34
ЭПИЗОД 5 34
ЭПИЗОД 6 35
ЭПИЗОД 7 35
ЭПИЗОД 8 36
ЭПИЗОД 9 36
ЭПИЗОД 10 37
ЭПИЗОД 11 37
ЭПИЗОД 12 37
ЭПИЗОД 13 38
ЭПИЗОД 14 38
ЭПИЗОД 15 39
ЭПИЗОД 16 39
ЭПИЗОД 17 40
Алексей Семенов
ГОЛЫЕ ЦИНИКИ
Мне опять нужно написать про себя. Я так активно и качественно живу, что биографий во мне скопилось много.
1975 год. Родился 11 сентября. Поэтому теперь друзья говорят: "11 сентября - самый страшный день планеты, потому что родился Семенов".
Я - гений телевидения будущего. Вы убедитесь, прочитав эту книгу. Найдете в ней два блестящих телепроекта "Всемирная проституция" и "Меня уже нет…". Они обязательно будут экранизированы. Я еще автор, ведущий и режиссер проекта "Детский адвокат", получившего в 1998 году премию "ТЭФИ".
Я - гений радио современного. В 2002 году я жил на Чукотке и концептуально создал радиостанцию "Пурга", которая до сих пор в эфире. Она получила 4 главные премии "Радиомания".
Я - гений социальной рекламы. У меня 43 кг призов на различных фестивалях.
Я - гений шоу-бизнеса. В 2004 году я был участником проекта "ФАБРИКА ЗВЕЗД-2" (в России).
Я - гений психологии. При абсолютном отсутствии слуха в 2004 году я был участником проекта "ФАБРИКА ЗВЕЗД-2" (в России).
Я - гений глупости. До сих пор продолжаю жить сегодняшним днем.
Я - Семенов.
~~~
Если бы не моя навязчивая любовь к этой красивой мрази, развалившей меня и наши отношения запертой дверью туалета, то я никогда бы не написал эту книгу.
Я тебя ненавижу, сука…
…и посвящаю ее тебе
Они познакомились два года назад, совершенно банально, у друга в Новый год. Несовершеннолетняя Варвара впервые напилась, провожая уходящий год, а под бой курантов уже тошнила в туалете. В дверь постучали. Ричард принес бокал шампанского, Варвара жадно сделала глоток и разревелась.
- Говорят, как Новый год встретишь, так и проведешь… Я тут пьяная, заблеванная вся, с унитазом… Блядь, я что так весь год буду… Уйди, Рич, мне стыдно… Уйди, прошу тебя.
Ричард поставил бокал, запер дверь, поднял на ноги Варвару и стал ее раздевать. Она пыталась сопротивляться, но руки не слушались. Голая стояла перед ним и, смешно прикрываясь, шептала:
- Я голая, голая… я сейчас буду кричать… я пьяная. Расплакалась и закрыла лицо руками.
- Ты очень красивая и беззащитная сейчас. Прекрати реветь, - сказал Ричард и стал наполнять ванну.
- Знаешь, на кого ты похожа? - спросил он, смывая пену с ее головы. - На котенка, который в дождь бредет… Опять ревет, да прекрати ты уже. Сейчас протрезвеешь. - Ричард включил холодную воду. Вымыл Варвару, а потом изнасиловал.
Они познакомились два года назад, а сейчас, голые, валялись на матрасе.
- Если я подавлюсь конфетой, ты знаешь, на что нужно нажать?
- Я схвачу тебя за живот и согну головой вниз.
- Так, как трахаешь?
- Ну да…
- Нет, нужно на что-то еще нажать.
- Я вставлю тебе в попу палец, нет, я войду тебе в попу. Ты закричишь и выплюнешь конфету.
- Если вставишь мне в попу палец - я точно умру.
- Тоже неплохо. Я смогу трахать тебя в попу, не опасаясь, что соседи услышат твои крики.
- Ты сможешь хранить меня на балконе. Там ветер - не будет запаха.
- Я тебя, как Ленина, забальзамирую и буду всю жизнь трахать.
- Нормально, но я же буду пустая…
- Ничего, я быстро тебя заполню.
- Фу, дурак, зажги лучше свечи, я в душ на минуту.
Ричард перевернулся на живот. Он не любил лежать на спине голым, когда рядом не было Варвары. Чувствовал себя беззащитным, если ее ладонь не прикрывала теплом его соски.
Варвара вернулась из душа мокрая и легла на него сверху:
- Я в институт опаздываю, поставь мне засос.
- Где?
- На лопатке. Сам приготовишь завтрак?
Варвара училась на вечернем журфака университета, а днем сочиняла глупые письма от читателей в самые дешевые подростковые издания "КРУТО" и "ЛОМ". Работа смешная и денежная, но трудности возникали, когда перед курсовой нужно было отчитываться проделанной журналистской практикой.
Тут Варвара не знала, что представлять в качестве выполненной работы: письмо от девочки с вопросом: "Нужно ли предохраняться, если месячные еще не наступили?" или письмо от пятнадцатилетнего мальчика, который спрашивает: нормально ли в его возрасте заниматься онанизмом по семь раз в день, не мало ли?
- Что мне сегодня надеть? - спросила она Ричарда, залезая в шкаф.
- Я там все погладил, что хочешь, то и надевай, - Ричард перевернулся на бок и следил полузакрытыми глазами за ее порочностями.
- Я надену твои старые трусы, - радостно взвизгнула она, - а ты за это наденешь мой лифчик под рубашку и проходишь в нем весь день.
- Ты больная, что ли?! Я в институте все время о нем буду думать, а не о занятиях.
- То есть ты выбираешь думать о занятиях, а не обо мне?!
- Варвара, не пизди. Ты же знаешь, что я тебя очень люблю.
- Не вижу сейчас.
- Иди сюда.
- Нет.
- Иди, сучка.
Ричард схватил ее за ногу и повалил на пол.
- Я люблю тебя, люблю тебя больше своей жизни, больше всего… Ну как мне еще тебя убедить. Скажи мне, что любишь меня, иначе я тебе все ногти на ногах обгрызу ночью…
Они катались по грязному полу и смеялись. Как дикие и тупые, как любящие и любимые.
- Че ты дрожишь?
- Замерзла немного, отпусти… Да отпусти, сказала, опаздываю уже… Все, я уехала.
Варвара ненавидела туалет журфака, ненавидела закрытой в кабинке слушать тупые разговоры студенток, самый распространенный из которых был про неожиданно начавшиеся месячные и поиски тампонов. Она открыла сумочку и достала бумажку с "крокодилом", наркота слабая ее уже не брала. Год назад она поругалась с Ричардом и впала в жутчайшую депрессию. Не разговаривала. Не ела. Подружка принесла антидепрессант "Амитриптиллин". Выпила две таблетки и запила водкой. Не действовало. Она выпила еще две и очнулась только через сутки. Встать с кровати не смогла. Упала на пол и поползла на кухню.
- Мама, мама… - Она доползла к крану. Казалось, что внутри все высохло. Пыталась встать и не смогла. - Сдохну, кажется. - Подтянулась к крану. Воды холодной не было, шли ремонтные работы, она напилась горячей и провалилась снова. Вода заполнила раковину и вывалилась на пол. Через час соседи снизу вызвали службу спасения "Ангел" и взломали входную дверь…
Варвара не помнила "скорую", хотя и пела в ней, и смеялась, и плакала. Пришла в сознание уже в палате. Рядом сидел Ричард. Так и помирились, но зависимость осталась.
Варвара вынула зеркало… Кредиткой разбила на две дорожки, взяла сторублевую купюру, свернула в трубочку, так, как видела в кино. Втянула… Все… Дрожь проходила, можно было идти на русскую литературу…
- Ты дура! Ты че делаешь, дура-а-а! - Славка Барон, вытаращив свои маленькие еврейские глаза, кричала на нее в упор.
"Говенный туалет - говенные задвижки", - подумала Варвара.
- Не ори, Слав, не ори, - сказала. - Это просто… порошок от заложенности носа.
- Ты ебнулась совсем, Варька, какой нос, блядь?! Я не буду с тобой… дружить! - Слава испуганно истерила и зачем-то прыгала на месте.
Варваре стало смешно от ее скачков и детского для ситуации слова "дружить" - она рассмеялась… нагло и жутко. Потом успокоилась и сонно сказала:
- Пойдем на зачет, подружка.
* * *
Конец девяностых для читающих людей стал настоящей революцией. Варвара вообще не понимала, почему раньше, чтобы купить Полное собрание сочинений Достоевского, нужно было сдавать по 25 килограммов макулатуры за каждый том, при этом еще и покупать дурацкие консервы или пластмассовые крышки для банок, которые шли "в нагрузку" к великой литературе. Каждый раз она ругалась с продавцами и писала сложные филологические обороты в книгу жалоб и предложений - бес толку, но при последующей покупке ругалась снова - пусть не расслабляются, думала.
Тогда же появились книги с предупреждениями: "Книга содержит в себе ненормативную лексику. Не рекомендуется для чтения лицам, не достигшим совершеннолетия".
- Тема зачетного сочинения простая, даже слишком простая для ваших извращенных современных мозгов, потому что свободная. - Молодой преподаватель Леонид Большухин очень нравился всем студенткам. Несмотря на гетеросексуальность, в его отношениях с ними не было даже намека на похоть. Это как раз и бесило студенческих красавиц. Они не знали, что три года назад Большухин сходил с ума от слушательницы подготовительных курсов десятиклассницы Веры Вороновой, которая забеременела от него и была счастлива, а поступила на "дневное" только после того, как Большухин разревелся в ногах у декана факультета.
После дня первокурсника, на котором Вере Вороновой торжественно были вручены зачетка и студенческий билет, она призналась Большухину, что никакой беременности не было, что просто пошутила. В этот день Большухин ревел второй раз.
- Так вот, тема сочинения, - продолжил он, - "Современная литература в моем восприятии". Вперед, имбициллы.
Варвара вывела на титульном листе:
"Ненормативная лексика в современной литературе,
И почему я считаю, что Анна Каренина ебнутая дура".
В кармане приятно завибрировал пейджер.
* * *
Голый Ричард в лифчике смотрел на себя в зеркале.
- Пиздец, я в лифчике, - потом поймал себя на странной мысли, что "может надеть другой, более к лицу".
Вспомнил сцену из "Молчания ягнят", где психопат зажимает себе член ногами и становится похожим на женщину, но экспериментировать не стал, отложил до прихода Варвары…
- Але-о! - Телефон наконец-то услышал Рич. - Алле, ты чего не подходишь к телефону долго, дрочишь, что ли?! - Голос Генерального директора Второго канала был недобрым.
- Послезавтра в пять утра летишь из Домодедово в Таиланд и Камбоджу, сценарий проекта я тебе по "электронке" скинул уже. Документальный сериал называется "Всемирная проституция". В каждой стране будешь исследовать на себе, как история и культура страны отложили отпечаток на порноиндустрию.
Если плохо сделаешь - порву тебя, а пока, - удачи тебе, Рич, это новый проект нашего ночного эфира. Если все будет правильно, то станешь первым среди этих бездарных журналистов, мнящих себя охуезными, блядь. Плохо сработаешь - меня подставишь, слышишь, сын?
- Что значит "исследовать на себе", отец?
- Будешь "лирическим героем", на себе будешь исследовать…
- Не понимаю… ну, интервью… герои…
- Нет, блядь, ты что - тупой? Ты будешь "лирическим героем", который будет спать со всеми проститутками на самом деле. Но не радуйся, по сценарию они не должны быть самыми красивыми, они должны быть… странными.
- Горбатыми, что ли?
- Подожди секунду… - Ричард услышал, как отец закрыл трубку рукой и сказал кому-то, - запиши, Сереж, в Амстердаме пускай редакторы найдут горбатую проститутку.
- Отец, ты что, издеваешься?!
- А ты что?! Не хочешь славы, популярности?! Только так сейчас можно стать первым. Ты уж не обосрался ли там, сын?!
- Нет, пап, я думаю, что будет с Варварой… - Рич посмотрел на лифчик, надетый на тело, попытался его расстегнуть одной, не занятой от трубки рукой, но не получилось…
- Ты ебанулся, что ли, - уже орал в телефоне отец, - ты же не думаешь свою карьеру менять на такую, каких тысячи… Да самые лучшие бабы с худыми жопами оближут тебя, если станешь телезвездой! Варя поймет, не поймет - хуй с ней!
- Хорошо, пап, я почитаю сценарий. Пока, маму целуй, - и повесил трубку.
Уже выходя из квартиры, Ричард увидел на диване лифчик, вернулся, надел его и сбросил Варваре сообщение на пейджер: "Я выбрал красный - он вкусно пахнет тобой. Очень люблю тебя, девочка".
* * *
- Че ты вылупился? - не удержалась Варвара, глядя на охранника в огромном новоотстроенном супермаркете. - Че ты на меня смотришь, как будто я че-то украла тут у тебя?
- Не волнуйтесь, все нормально… Я просто так смотрю… вы красивая…
- Варька, ну чего ты орешь? - Слава гладила Варю по руке и успокаивала.
- Че ты меня лапаешь? А ты… Сергей, - она пристально посмотрела на бейдж охранника, - тебе показать сумку?! На, смотри! - Варвара вывалила все содержимое на пол магазина перед кассой. Над кучей тетрадей и косметики гордо лежала пачка презервативов. - Все?! Нормально?! Можно идти?
Она оплатила йогурт, вернулась к охраннику, взяла его руку и, улыбаясь, что-то в нее шмякнула:
- На, пользуйся, Пинкертон.
Слава Барон догнала ее на улице:
- Ты с ума сошла сегодня?!
- Да заткнись ты, Славка, дура ты у меня такая, хоть и еврейская. - Варвара обняла обезумевшую от сегодняшних событий подружку. - Через день, когда этот же охранник выйдет на смену, я влегкую вынесу из магазина две бутылки дорогущего коньяка, да вдобавок предложу ему меня обыскать.
И нарочито пошло, облизнув свои губы, она ущипнула Славу за целлюлитную попу. В этот момент охранник Сергей отпросился у продавщиц в туалет и только там разжал успевшую вспотеть руку.
* * *
По телевизору ведущий Максим Галкин пытал какого-то недоумка в шоу-игре.
- Ты мне скажи, - Варвара с синим от черничного варенья языком плюхнулась в кровать, - скажи, они специально дебилов подбирают для таких игр, чтобы те не выигрывали много денег. Тестируют их, чтоб I.Q. был ниже 80, и только тогда берут в программу?
- Не знаю.
- Не знаешь или не хочешь разговаривать со мной? Да убери ты книгу.
Ричард отложил том Большой советской энциклопедии на букву "Т". Ему нравилась БСЭ. Он сделал ее своей настольной книгой.
- Рич, ну давай поиграем тоже.
- Давай, во что?
- Я буду задавать тебе вопросы, ты - мне. Только отвечать можно "да" или "нет". Согласен?
- Ну.
- Не "ну", а "да".
- Начинай.
- Рич, Галкин - педик?
- Не знаю, не спал… Это тебя волнует?
- Нет, шучу, ладно, вопрос: когда ты нюхаешь свои подмышки, тебе нравится запах?
- Да. Теперь мой вопрос. Когда я тебя… тогда в Новый год… изнасиловал в ванной. Тебе было все равно, кто это делает?
- Нет, конечно, нет, дурак. Фу, урод. Ты два года про меня так думал?!
- Это вопрос игры?
- Нет, это вопрос моей жизни и твоей, сука, смерти, - Варвара попыталась схватить его за горло, но Рич легко увернулся и звонко чмокнул ее в ухо. Варвара оглохла и сползла на пол. - Рич, нет, ты скажи, у вас у всех мужиков этот ебанутый прикол в уши чмокать девушек, чтоб они глохли. Это манечка у вас такая, что ли? Вас что, в яслях этому специально обучают?!
- Ну не сердись, сейчас пройдет, - Рич ненавидел себя сейчас.
- Давай я тебе сейчас по яйцам тресну - тоже пройдет.
- Ну все-все… Давай вопрос.
- Не хочу больше.
- Ну, Варька, ну, давай, ну, пожалуйста…
- Ну, ладно… Смог бы с шестидесятилетней трахнуться за тысячу долларов?
- Нет.
- А ты?
- С шестидесятилетней?
- Нет, не с бабкой… со стариком. - Рич улегся поудобнее. Игра начинала ему явно нравиться.
- Седым или лысым?
- Ах ты, сука! То есть уже выбираешь, а в принципе смогла бы, да?!
- Нет, я просто подъебываю тебя и мщу за ухо. Ну, чш-ш-ш, - и она погладила его по голове. Рич ненавидел, когда Варвара гладила его по голове.
Почему-то в такие моменты он казался себе провинившимся сиротой в руках свирепой воспитательницы, которая сначала спокойно погладит по голове, а потом, внезапно обезумев, исхлещет грязной половой тряпкой по лицу. Почему-то именно по лицу. Рич вообще не понимал, откуда у него возник этот образ и страх. В детсаду он был любимчиком, и родители его любили. Его никогда не хлестали грязной половой тряпкой, его вообще никогда не пороли. Странно.
- Ричард, а когда ты в туалете читаешь, даже если не ходишь в туалет, а просто сидишь и читаешь, то все равно снимаешь с себя трусы?
- Да.
- А зачем?
- Не знаю, на всякий случай. Варь, а ты после того, как мы потрахались, в ванной пускаешь себе на клитор тонкую струйку воды?
- Иногда, когда мне тебя не хватило.
- Договорились же, только "да" или "нет".
- Да.
- Рич, а ты подсматривал за мамой в ванной?
- Все, с меня хватит, я тебя ненавижу сейчас. Откуда в тебе столько говна?
- Я бы назвала это интеллектом, выпирающим из рамок банального, и не прикрывающимся нравственными извращениями пустоголовых самцов, забитых только семяизвержениями, и самок, которые оргазмируют только после тридцатой смены партнера. Я хочу быть только с тобой, с одним тобой и не делить тебя ни с кем. И себя не разрушать. Я бы назвала это… сексуальным интеллектом. Не находишь? В общем, я правильно поняла… сдаешься?
- Нет, просто ненавижу.
- Тогда продолжай. Ведь сам предложил такую игру… Шучу-шучу…
- Ты, когда смотришь на какого-нибудь мужика на улице, представляешь, какой у него член?