Основной сюжет одиннадцатой части фантастического детективного романа о Гарри Дрездене, чикагском чародее, разворачивается на фоне поисков предателя в высших правящих кругах.
Гарри, страж магического правительства - Белого Совета - оказывается в необычном положении, когда Морган, его бывший надзиратель и частый противник, просит его о помощи. Один из лидеров Белого Совета был убит, а на месте преступления был найден Морган с орудием убийства в руках. Если его подставили, а за убийством стоит другой член Совета Старейшин, то возможно целью предателя является разрушение Белого Совета.
При помощи оборотня и вампира Гарри проводит расследование в своем стиле. Несмотря на растянутый сюжет, как давние поклонники творчества Батчера, так и новички будут затянуты в водоворот захватывающих событий…
Содержание:
Джим Батчер - Перебежчик. 1
Примечания 83
Комментарии 83
Джим Батчер
Перебежчик.
Глава 1
Полуденное солнце плавило асфальт Чикаго, а чудовищная боль в голове не позволяла принять мне вертикальное положение, когда какого-то идиота принесло к дверям моего жилища.
Я открыл дверь, и стоявший перед дверью Морган, чье лицо наполовину было покрыто кровью, прохрипел "Стражи близко. Спрячь меня. Пожалуйста."
Его глаза закатились внутрь черепа и он свалился без сознания.
Ох.
Супер.
До этого самого момента, я-то находился в приятном заблуждении будто бы моя головная боль это худшее, что может сегодня случиться.
"Адские колокола!" выпалил я бесчувственному телу Моргана. "Ты должно быть шутишь!" Некоторое время меня очень сильно искушала мысль захлопнуть дверь, оставив его лежать на месте перед дверью. Черт, я уверен, он заслуживает это. И тем не менее, я не мог стоять ничего не делая.
"Тебе нужно проверить, все ли в порядке с твоей головой", пробурчал я себе. Затем я дезактивировал обереги - магическую систему безопасности, установленную вокруг моей квартиры - схватил Моргана под руки, и поволок внутрь. Он был здоровым, около 6 футов, довольно мускулистым - и полностью обмякшим. Так что его было довольно трудно перетаскивать, хоть я и сам не из лиги юниоров.
Я захлопнул дверь и восстановил обереги. Затем я махнул рукой в глубину квартиры, фокусируя волю, и прошептал - "Flickum bicus". Дюжина свечей расставленных по всей комнате моментально вспыхнули, стоило мне лишь произнести простенькое заклинание. Я присел на корточки возле бесчувственного Моргана, осматривая повреждения.
У него было с дюжину порезов, грязных, неприятных и вероятно болезненных, но не угрожающих жизни. Плоть на его ребрах возле левой руки вспузырилась и была сожжена, и его простая белая рубашка была прожжена насквозь. На одной ноге была глубокая рана, наскоро перетянутая чем то наподобие кухонного фартука. Я не осмелился ее развернуть. Если бы она начала кровоточить, то с учетом моих медицинских навыков жизнь могла бы оказаться под угрозой.
Пусть даже жизнь Моргана.
Ему нужен был доктор.
К сожалению, если Стражи Белого Совета преследовали его, то скорее всего они знали что он ранен. И они скорее всего будут наблюдать за больницами. Если я отвезу его в местный травмпункт, то Совет узнает об этом в течение часа.
Уолдо Баттерс осматривал травмы Моргана в молчании в течении минуты, пока я вертелся поблизости. Он был худым маленьким парнем, его черные волосы были взлохмачены как у испуганного котенка. Одет он был в зеленую больничную робу и тапочки. Его темные глаза, спрятанные за очками с черной проволочной оправой, светились интеллектом, и выглядели так, будто он не спал уже в течение двух недель.
"Я не доктор", сказал Баттерс.
Это мы уже проходили несколько раз. "Ты Великий Баттерс", сказал я, "Ты можешь сделать что-нибудь."
"Я патологоанатом. Я вскрываю трупы."
"Если это поможет, представь что ты на предварительном вскрытии."
Баттерс кинул на меня беспристрастный взгляд и сказал, "Не можешь отвезти его в больницу, а?"
"Да".
Баттерс встряхнул головой. "Это случайно не тот парень, который пытался убить тебя на Хэллоуин?"
"И еще несколько раз до этого", сказал я.
Он открыл набор с инструментами и стал копаться в нем. "Тогда мне никогда не понять…"
Я пожал плечами. "Когда я был ребенком, я убил человека с помощью магии. Я был схвачен Стражами и предстал перед Белым Советом".
"Я думал, тебя оправдали".
Я потряс головой. "Они знали что я пытался спасти свою жизнь, и возможно я заслуживаю отсрочку. Своего рода испытательный срок. А Морган был офицером по моему условному освобождению".
"Условному освобождению?" спросил Баттерс.
"Если бы я вновь нарушил закон, он бы сразу отрубил мне голову. Он везде следовал за мной, пытаясь найти зацепку, чтобы исполнить приговор."
Баттерс моргнул, удивившись.
"Первые свои несколько лет я провел оглядываясь за спину, опасаясь этого парня. Загоняемый и преследуемый им. Кошмары часто наведывались ко мне ночью и он был в них." По правде сказать, кошмары о преследовании неумолимым убийцей в сером плаще с холодным сверкающим мечом время от времени до сих пор посещали меня.
Баттерс начал осторожно снимать повязку с раны на ноге. "И ты ему помогаешь?"
Я пожал плечами. "Он думал я опасный зверь, которого нужно усмирить. Он верил в это, и действовал соответственно."
Баттерс бросил на меня короткий взгляд. "И ты помогаешь ему?"
"Он ошибался", сказал я, "это не делает его злодеем. Всего лишь жопой. Но это недостаточная причина, чтобы убивать его."
"Помирились?"
"Не особенно."
Баттерс выгнул бровь. "Тогда почему он пришел к тебе за помощью?"
"Это последнее место, где будут его искать."
"Господе Иисусе", пробормотал Баттерс. Он снял импровизированную повязку, оголив рану, около трех дюймов длиной(около 9 см), но глубокую, края которой сморщились, словно маленький рот. Стоило это сделать, как начала сочиться кровь. "Словно рана от кухонного ножа, но больше."
"Что вероятно оттого, что сделана она чем то вроде ножа, но больше."
"Меч?" сказал Баттерс. "Ты должно быть шутишь."
"Старая школа Совета", сказал я, " На самом деле старая школа."
Баттерс встряхнул головой. "Помой руки, также как и я. Тщательно - две или три минуты. Затем возьми пару перчаток и иди сюда. Мне нужна лишняя пара рук."
Я сглотнул. "Ох. Баттерс, я не знаю, тот ли я парень, чтобы…"
"О, боже мой, чародей", сказал Баттерс упрямым тоном. "У тебя нет морального права бездействовать. Если я здесь за доктора, то ты сойдешь за медбрата. Так что мой свои чертовы руки и помоги мне, пока мы его не потеряли."
С секунду я безнадежно смотрел на Баттерса. Потом пошел и помыл руки.
Для справки, хирургическая операция - не самая приятная на свете вещь. Отвратительное чувство совершенно неуместного подтверждения опасности жизни человека наполняет вас, и оно сродни встрече с голыми родителями. Только здесь больше запекшейся крови. Кусочки плоти вывернуты наружу и покрыты кровью. Это смущающе, отвратительно и выбивает из колеи.
"Так.", сказал Баттерс мгновение спустя. "Окей, начнем. Убери руки с раны."
"Задета артерия?" спросил я.
"О, черт нет," сказал Баттерс, "кто бы это ни сделал, но это всего лишь царапина. В ином случае он был бы уже мертв."
"Но это поправимо?"
"Смотря что понимать под словом 'поправимо'. Гарри, эта операция очень грубая, поэтому рана будет оставаться закрытой, только если он не будет наступать на ногу. И он должен показаться настоящему врачу как можно скорее." Он нахмурился, концентрируясь. "Дай мне пару минут, чтобы закончить."
"Сколько угодно."
Баттерс не произнес ни слова, пока работал и не заговорил до тех пор, пока он не зашил рану и не наложил бинты. Потом он обратил внимание на маленькие травмы, покрыл большинство из них пластырем, накладывая швы только на самые плохие. Он также обработал антибиотиком ожог, и осторожно покрыл его слоем мази.
"Окей,"сказал Баттерс. "Я обработал все, что я мог, но меня не удивит, если инфекция попадет внутрь все равно. У него начинается лихорадка, и если у него будет повышенная отечность, тебе придется везти его в одно из двух мест - либо в больницу, либо в морг"
"Ясно," сказал я спокойно.
"Нужно перенести его в кровать. В тепло."
"Окей"
Чтобы не повредить швы, мы подняли Моргана самым простым способом - подняли ковер, на котором он лежал, и перенесли на единственную кровать в моей крошечной спальной комнате. Я накрыл его пледом.
"Он потерял много крови.", сказал Баттерс, "Не помешало бы переливание. И ему нужны антибиотики, чел, но я не могу выписать рецепт."
"Я справлюсь", сказал я.
Баттерс нахмурился и задумчиво посмотрел на меня. Он начинал говорить и обрывался несколько раз.
"Гарри", сказал он наконец, "Ты же состоишь в Белом Совете, так?"
"Да."
"И ты Страж, так?"
"Да."
Баттерс встряхнул головой. "Получается, ваши собственные люди преследовали этого парня. Не могу представить, чтобы они были счастливы, если найдут его здесь."
Я пожал плечами. "Они всегда расстроены из-за чего-нибудь."
"Я серьезно. Это может обернуться неприятностью для тебя. Так почему ты ему помогаешь?"
Мгновение я молчал, глядя на слабое, болезненное, бесчувственное лицо Моргана.
"Потому что Морган не нарушил бы Законов Магии", сказал я тихо. "Даже ценой собственной жизни."
"Звучит довольно уверенно."
Я кивнул. "Так и есть. Я помогаю ему, потому что знаю, как это, когда тебя пытаются схватить за задницу за то, чего ты не совершал." Я отвел взгляд от бессознательного человека на моей кровати. "Я знаю это лучше чем никто другой."
Баттерс покачал головой. "Ты чокнутый."
"Спасибо."
Он тщательно осмотрел все что проделал во время импровизированной операции. "Итак. Как твои головные боли?"
Они были проблемой в течение последних нескольких месяцев- нарастающие ужасные мигрени. "Хорошо", сказал я ему.
"Да, точно," сказал Баттерс. "Я хочу, чтобы ты снова попробовал МРТ(магнитно- резонансную терапию)."
Электроника и чародеи несовместимы, и магнитные резонаторы не исключение. "Одна пожарная тревога в год- мой предел."
"Это может быть что-то серьезное," сказал Баттерс. "Что- то происходит с твоей головой или шеей, ты не можешь испытывать судьбу. Боль может прогрессировать"
"Боли уже проходят," соврал я.
"Чушь," сказал Баттерс, буравя меня взглядом. "У тебя прямо сейчас голова наверно разрывается, не так ли?"
Я перевел взгляд с Баттерса на лежащего Моргана. "Да", признался я, "Чертовски сильно."
Глава 2
Морган спал. Мое первое впечатление об этом парне глубоко засело во мне - высокий, мускулистый, с худым впалым лицом, которое ассоциировалось у меня с религиозными отшельниками и наполовину чокнутыми артистами. Его коричневые волосы имели оттенок седины, а бороду нужно было еще несколько недель не подстригать. У него были тяжелый, твердый взгляд настолько же успокаивающий и очаровательный, как и зубная дрель.
Спящим, он выглядел…. старше. Уставшим. Я заметил глубокие морщины между его бровями и в уголках рта. Его большие руки с тупоконечными пальцами говорили о его возрасте больше чем что-либо другое. Я знал, что ему чуть меньше ста лет, что было переходом к зрелости для чародеев. Шрамы пересекали обе его руки - граффити жестокости. Последние два пальца его правой руки были негнущимися и слегка скрюченными, как если бы они были сломаны и срослись без надлежащего присмотра. Глаза впали внутрь черепа, и кожа вокруг них была настолько темной, что смахивала на синяк. Может и у Моргана тоже были плохие сны.
Довольно трудно было бояться его, когда он спал.
Мыш, мой здоровый серый пес, отделился от пола кухни и приволочил лапы ко мне, девяносто кило молчаливого товарищества. Он трезво взглянул на Моргана, а затем на меня.
"Сделай мне одолжение," сказал я ему, "Приглядывай за ним. И не давай ему наступать на больную ногу. Это может убить его."
Мыш ткнулся лбом мне в бедро, коротко хмыкнул, и улёгся рядом с кроватью, прямо на пол, растянувшись во всю свою длину, и тут же опять заснул.
Я слегка прикрыл дверь и опустился в кресло возле камина, где я мог спокойно потереть виски и попробовать подумать.
Белый Совет чародеев был правительственным органом для всех практикующих магию в мире и состоял из наиболее могущественных оных. Быть членом Белого Совета все равно, что получить черный пояс в боевом искусстве - это значит, что ты можешь не только хорошо контролировать себя, но и имеешь реальные навыки, признанные другими чародеями. Совет отвечал за использование магии среди его членов в соответствии с семью Законами Магии.
Упаси бог бедного чародея, нарушившего хотя бы один из Законов. Совет посылает Стражей для свершения правосудия, которое обычно заключается в жестокой погоне, скорой поимке и быстрой казни - если нарушитель, конечно, не был убит во время сопротивления аресту.
Назовите меня сумасшедшим, но моя подозрительность подсунула мне мысль, что Морган снова пытается подставить меня перед Советом. Черт, однажды он уже пытался убить меня таким образом, несколько лет назад. Но простая логика опровергла эту идею. Если Морган на самом деле не имеет проблем с Советом, то и у меня они не возникнут за то, что я скрываю его от погони, которой не существует. Кроме того, его травмы говорили больше о его искренности, чем любое количество слов. Они не могут быть фальшивыми Этим однако, обязанности Стражей не ограничивались. Они были солдатами и защитниками Белого Совета. В нашей недавней войне с вампирскими коллегиями львиная доля сражающихся была представлена Стражами, мужчинами и женщинами с даром быстрой и беспощадной боевой магии. Дьявол, да в большинстве сражений в центре битвы были такие войны как Морган.
Я тоже участвовал в войне, но единственными чародеями, кто был счастлив сражаться со мной, были новобранцы. Те, кто был постарше, видели слишком много жизней, разбитых злоупотреблением магии, и этот опыт оставил глубокие отметины. За редким исключением, они не любили меня, они не доверяли мне, и вообще не хотели иметь дел со мной.
Что меня очень устраивало.
Несколько лет назад, Совет пришел к пониманию того, что кто-то из своих снабжает информацией вампиров. Множество людей погибло из-за предателя, но он, или она, так и не был раскрыт. Учитывая то, как любит меня в основном Совет и особенно Стражи, последующая паранойя не давала мне заскучать - особенно после того как меня принудили присоединиться к Стражам, как часть ударной силы.
Так почему Морган здесь и ищет моей помощи?
Называйте меня безумцем, но моя подозрительность подсовывала мне идею того, что Морган пытается подставить меня перед Советом снова. Черт, он уже пытался убить меня таким образом однажды, несколько лет назад. Но простая логика опровергала эту идею. Если Морган не имеет проблем с Советом, то и у меня не может их возникнуть за то что я скрываю его от погони. Кроме того, его травмы говорили больше о его искренности, чем любое количество слов. Они не могут быть фальшивыми.
Он на самом деле был в бегах.
До тех пор, пока я не получу больше информации, я вряд ли смогу кому-нибудь помочь. Я не мог спросить знакомых мне Стражей о Моргане, так как было бы очевидностью то, что я видел его, и это могло привлечь их внимание. И поскольку Совет охотился за Морганом, любой кто помогал ему автоматически становился соучастником преступления, подписывая себе приговор. Я не мог просить кого-либо помочь мне.
Кого-либо еще, подправил я себя. Я сделал выбор, позвонив Баттерсу - и откровенно, факт того, что он не принадлежал к миру сверхъестественного, мог позволить избежать множества неприятных последствий, связанных с его соучастием. Помимо этого он заслужил золотой кредит доверия Белого Совета в ночь, когда помог мне предотвратить семейный орден некромантов от превращения одного из них в бога низшей лиги. Он спас жизни по крайней мере одного Стража, двух - если считать меня - и был в далеко меньшей опасности чем был бы любой, связанный с сообществом.
Я например.
Блин- тарарам, как же разрывается голова.
До тех пор, пока я не узнаю больше о том, что происходит, я действительно не смогу принять разумных действий - и не смогу задавать вопросы без опасения привлечь ненужное внимание. Суетливое погружение в расследование было бы ошибкой, что означало, что я должен ждать пока не поговорю с Морганом.
Так что я растянулся в кресле, и начал фокусироваться на своем дыхании, пытаясь расслабиться, очистить свои мысли и прогнать головную боль. Это было так приятно, что я не двигался около шести часов, до того как поздние сумерки не спустились на город.
Я не спал. Я медитировал. Вы должны поверить мне на слово.
Я очнулся, когда Мыш выпустил низкий горловой рык, не похожий на тихий лай, но довольно короче и более внятный, чем просто ворчание. Я поднялся и пошел в спальню, где нашел Моргана проснувшимся.
Мыш стоял за кроватью, склонив широкую, тяжелую голову над грудью Моргана. Раненый лениво почесывал уши Мыша. Он бросил взгляд в сторону на меня и попытался сесть.
Мыш наклонил голову сильней и нежно толкнул Моргана опять в кровать.
Морган выдохнул с очевидным дискомфортом и произнес брюзжащим, сухим голосом, "Видимо я должен соблюдать постельный режим."
"Да," сказал я спокойно. "Тебя залатали не особо хорошо. Док сказал, что наступать на ногу будет плохой идеей."
Глаза Моргана сузились. "Док?"
"Расслабься. Это не пойдет в твою историю болезни. Я знаю этого парня."
Морган хрюкнул. Затем он облизнул потрескавшиеся губы и сказал, "Есть что-нибудь попить?"
Я принес ему немного холодной воды в бутылке с длинной соломинкой. Он знал хорошо, чем может обернуться жадное глотание, поэтому начал медленно потягивать воду из бутылки. Потом он глубоко вздохнул, и, сморщившись, будто по собственной воле засовывал руки в огонь, произнес, "Спасибо"
"Ох, заткнись," оборвал я его, содрогнувшись, "Никто из нас не хочет этого."
Может быть это мое воображение, но мне показалось, будто он слегка расслабился. Он кивнул и снова закрыл глаза.
"Не засыпай пока," сказал я ему. "Я все еще должен измерить температуру. Если уснешь, это будет сделать довольно неудобно."
"Это точно," сказал Морган, открывая глаза. Я вышел из спальни и достал из шкафчика термометр старого образца с ртутью внутри. Когда я вернулся, Морган сказал, "Ты не сдашь меня."
"Пока нет," произнес я, "Я хочу услышать, что произошло."
Морган кивнул, приняв термометр, и сказал, "Алерон ЛаФортиер мертв."
Он положил термометр в рот, по-видимому, чтобы подержать меня в тревоге. Я отгородился от хлынувших печальных мыслей.