Джейсон безучастно смотрел на Вернера. Сэм знал, что индеец надеется на пугающий эффект холодного взгляда. Будучи преисполненным решимости не реагировать на это, Сэм тоже безотрывно смотрел на индейца, пока движение в хвосте салона не отвлекло его внимание. Какой-то мужчина поднялся со своего места, поднял правую руку. В ладони сверкнул блестящий ствол пистолета.
Джейсон увидел его то ли периферийным зрением, то ли увидел отображение в зрачках Сэма, быстро убрал того с дороги, развернулся и выскочил на дорожку между пассажирскими креслами. Тот человек был быстр, но Джейсон двигался быстрее. Сэм не услышал выстрела, но почувствовал тепло пролетевшей над головой пули, врезавшейся в переборку, отделяющую кабину пилотов от пассажирского салона.
Стрелок пригнулся и попытался спрятаться за спинкой пассажирского кресла. Джейсон качнулся в другую сторону, направив оружие в сторону стрелка. Его движение выглядело обманчиво неловким, почти случайным. Сэм знал, что это не так. «Сандлер ТМР» был подсоединен коммуникационным шнуром к вживленной киберсистеме индейца. Тот, пользуясь этой возможностью, уже наводил ствол на противника. Как только перекрестье прицела в глазном киберимпланте найдет противника, можно не сомневаться — индеец не промахнется.
«Сандлер» пронзительно чихнул несколько раз. Пули, насквозь прошили спинку кресла, за которым прятался неизвестный, и попали в цель. Кровь и куски пластика и кожи взвились в воздух. Неизвестный вскрикнул от ранения в плечо.
Отработанные гильзы посыпались на Сэма. Закричали женщины, присоединившись к звукам стрельбы и крику раненного. Пассажиры, до этого настороженно наблюдавшие за индейцами, поспешили спрятаться за подголовниками впереди стоящих кресел. Спрятавшись там, они молились и надеялись, что по ним стрелять не будут.
Сэм среагировал медленнее. В какой-то момент он понял, что кроме него больше никто не стоит, как истукан. Рука потянулась к кобуре, ладонь легла на рукоятку пистолета, стреляющего шприцами со снотворным. Сэм знал, что действует недостаточно быстро. Пусть и раненный, неизвестный был быстрее. Выбрав такую заманчивую цель, он уже собирался стрелять в Вернера.
И на этот раз Джейсон оказался быстрее. «Сандлер» выплюнул две короткие очереди. Сэму осталось лишь наблюдать, как пули прошивают пиджак стрелка и врезаются в бронежилет, что и спас, по сути, того от первых выстрелов индейца. Пули не могли пробить бронежилет, но сбили неизвестному прицел, да к тому же, сила ударов отбрасывала того назад. Тем не менее, он стрелял, только пули уходили в потолок.
Стрельба прекратилась, как только человек упал. Предупредив всех, чтобы не двигались, Джейсон осторожно подошел к стрелку и быстро его обыскал. Вытащив из кармана пиджака удостоверение, индеец коротко взглянул на него и бросил на грудь мужчины, сплюнул на труп.
— Сотрудник корпорации Азтехнолоджи.
Сэм немного расслабился. Это неожиданное нападение не было ловушкой. Стрелок, наверное, исполнял функции воздушного маршала, дежурившего на линиях. Он просто пытался сделать свою работу и не дать опасным «теневикам» начать убивать невинных сотрудников корпораций. Наверняка он воспринял противостояние между Сэмом и Джейсоном как шанс. Он поставил на кон свои навыки и проиграл.
— Все нормально, Твист, — сказал Джейсон. — Мы не можем позволить себе тащить мертвый груз.
Сэм не успел ответить, как почувствовал, что за его пиджак кто-то схватился словно за спасительную соломинку.
— Сеньоры, вы не можете оставить меня сейчас.
Это и был Санчес, испуганный стрельбой и дважды испуганный нестандартной для него ситуацией.
— Еще как можем, — рыкнул Джейсон и толкнул того обратно в кресло.
Санчес сморщился. Его взгляд нервно метнулся к выходу, перекрытому Греем, потом заметался по салону. Наконец, в панике, он посмотрел на Сэма.
— Вы приговорили меня.
— Здесь куча свидетелей, — ответил Сэм. — Все видели, что вы ни при чем. Твои корпоративные начальники смогут понять, что все это было недоразумением.
— Они не поверят, — яростно затряс головой Санчес.
— Все видели, кто начал перестрелку. Они скажут свое слово.
— Нет, сеньор, они не поверят.
— Почему же нет? Здесь пятьдесят свидетелей.
— Нет, сеньор. Посмотрите на них.
Сэм осмотрел салон и появляющиеся над креслами лица. Все чужие, ни одного знакомого. Вернер знал эту мрачную решимость и страх, что жил в каждом из них. Эти люди будут отрицать, что Санчес не имеет ничего общего с теми, кто убил воздушного охранника. Сэм помнил драконовскую методику еще со времен, когда работал в Японии. Там за действие одного человека отвечала вся семья или организация. Единственный способ избежать поголовного наказания — отрицать свою связь с проштрафившимся. Страх Санчеса показывал, что нечто подобное практикуется и в Азтехнолоджи.
По кабине распространился запах смерти. Санчес прав, если его оставить, тому придется худо. Убит охранник и два пассажира. Сколько раненых, неизвестно. Теперь ни один из этих пятидесяти людей не будет защищать Санчеса. Начальство решит, что за все отвечает Санчес, несмотря на доказательства и, если примет такое решение, то все, кто встанет на его защиту, окажутся под подозрением и разделят его судьбу. В Азтехнолоджи не знали слов «понимание» и «прощение». Ни кто не захочет рисковать.
Сэм посмотрел на Санчеса. Тот буквально трясся в страхе от мысли, что ждет его в корпорации. Он боялся не меньше и того, что придется из нее уйти, но это было, все-таки, лучше. Его страхи явно читались на лице. Вернер его хорошо понимал. Сэм положил ладонь на плечо Санчеса.
— Ладно, — сказал он. — Пойдешь с нами.
Облечение, появившееся на лице мужчины, было ни с чем не сравнимо.
Глава 3
В библиотеке было тихо, но Додгер знал, что он здесь не один. В этом знании не было ничего мистического: в заклинаниях, астральных путешествиях и прочих колдовских штучках эльф ничего не соображал. Он даже не слышал никого, не ощущал запахов или как-то еще, не видел доказательств присутствия. Его знание основывалось на некой комбинации физических чувств, работающих на подсознании. Ему не нужно было знать, как это работает — того факта, что оно работает вполне достаточно. Тем не менее, чувства опасности не возникло. По крайней мере, сейчас тот, кто наблюдал за эльфом, нападения не планировал.
— Я же говорил, что он сразу полезет в киберсеть.
В глубоком голосе говорившего пульсировало оправдание. Додгер этот голос знал слишком хорошо. Эстайос ему никогда не нравился и никогда не понравится. С первой минуты знакомства черноволосый эльф противостоял Додгеру. Как и цвет волос обоих эльфов, их личности были противоположными. Не было никакого дружеского расположения, просто сохранялось своего рода военное перемирие.
Выходить из киберсети Додгер не спешил. Прежде, чем сделать это, он, не спеша, запустил несколько команд, после чего, так же, не спеша, отсоединил шнур от нейроадаптера и медленно свернул его в кольцо. Только когда положил шнур в специальную коробочку, Додгер соизволил повернуться к остальным.
Эстайос глядел на эльфа хмуро, как и ожидалось. Рядом с ним стоял профессор Шон Лэверти. Его Додгер тоже ожидал увидеть, основываясь на тоне, которым говорил Эстайос. Рядом с профессором обнаружился Четтерджи. Додгер не ожидал увидеть этого чернокожего эльфа из Азии, но ничуть не удивился его присутствию — он частый гость в этом особняке. А вот персонаж у двери оказался настоящим сюрпризом. Тереза О’Коннор. Дорогая, милая Тереза. Знать бы, что она в особняке, Додгер сюда и не подумал бы сунуться.
Профессор дождался, пока Додгер отведет взгляд от Терезы, и только после этого заметил:
— Додгер, вы же в курсе правил.
Додгер их знал, но когда это было, чтобы эльф не нарушил их, если должно быть сделано нечто важное? Во всяких правилах и законах есть лазейки, позволяющие делать свое дело. Правда, иногда нужно быть поосторожнее.
— Я делал копии своих программ, профессор, и не нарушил ни одного из правил, — сказал Додгер.
— Ты вошел в киберсеть без разрешения, — голосом обвинителя заявил Эстайос.
— Люди моей профессии всегда работают без разрешения, — Додгер пожал плечами. — Это ни о чем не говорит.
— Не гони пургу, — глаза Эстайоса сузились. — Ты был здесь достаточно долго, чтобы знать — никому нельзя подключаться к киберсети, не уведомив при этом меня.
— Эстайос, если ты найдешь хоть одно доказательство моего выхода в международную киберсеть, я приму любое наказание, которое наш дорогой профессор посчитает надлежащим.
— Ты уж, конечно, постарался слепить доказательства своих слов, «теневик». Тебе здесь больше не рады. Уходи.
Эстайос шагнул вперед с целью воплотить свои слова в жизнь, но профессор Лэверти поднял руку, останавливая его.
— Додгер может оставаться здесь столько, сколько хочет, — сказал он.
— Но это неразумно! — Эстайос повернулся к профессору и посмотрел в его глаза. — Технически Додгер злоупотребляет вашим гостеприимством.
— Профессор, — вклинился в разговор Четтерджи. — Это устанавливает нежелательный прецедент.
— Додгеру необходимо запретить появляться здесь, — согласился Эстайос.
— Додгер волен приходить сюда и уходить тогда, когда ему заблагорассудится, господин Эстайос, — твердо сказал Лэверти.
Четтерджи, принимая решение профессора, склонил голову, Эстайос же нахмурился и вернулся на свое место за спиной Лэверти. Тот только покачал головой, видя недовольную физиономию высокого эльфа.
— Ну-ну, господин Эстайос, я уверен, Додгер никогда не предаст этот дом. Он труден в общении, менее учтив в большинстве случаев, но его сердце велико. Я уверен, что есть серьезная причина, по которой Додгер делал то, что делал.
— Воистину, — согласился Додгер. — Можете быть уверены, что я не собирался проявлять к вашему гостеприимству неуважение. Но обстоятельства, к сожалению, сложились так, что меня сейчас легко во всем обвинить.
— Разве не всегда так бывает? — усмехнулся Лэверти. — Кажется, обстоятельства постоянно складываются не в твою пользу.
— Время в лесу течет по-другому, — пожал плечами Додгер. — Я немного засиделся и решил позаниматься своими делами. Не имея других мест, где я бы был в безопасности, пока бродил бы по киберсети, пришел сюда.
— Ты мог бы воспользоваться возможностями твоего драгоценного леса, — сказал Эстайос. — Ты проделывал такое достаточно часто.
— Увы, у меня нет в наличии переносного передатчика. Я не собирался находиться в киберсети так долго и, когда узнал, что времени прошло больше, чем рассчитывал, оказался в неловком положении. Если бы не обязательства перед моими деловыми партнерами, я бы никогда не сделал этого.
— Что ты знаешь об обязательствах, «теневик»?
— Я знаю, что честный человек обязан следовать своей совести, а не букве правил, навязанных сверху. Надеюсь, даже такой великий боец, как ты, можешь понять эту нехитрую истину?
— Хватит! — твердо сказал Лэверти. — Уже было достаточно нарушений в этом доме. И мне не нужно, чтобы вы двое грызлись друг с другом. Додгер, это твое дело каким-то образом связано с Сэмюелем Вернером, не так ли?
Не видя вреда в признании, Додгер ответил:
— По правде сказать, так и есть.
На мгновение профессор задумался. Остальные молча ждали — они знали, что не стоит мешать, когда Лэверти о чем-то задумался.
— Вы демонстрируете замечательную верность этому человеку, — наконец, сказал профессор.
— У любой верности есть своя цена, — фыркнул Эстайос.
— Достаточно, я сказал! — резко сказал Лэверти и лицо эльфа скривилось, словно его ужалила оса. Внимание же профессора снова было обращено к Додгеру:
— Он все еще ищет свою сестру?
— Он постоянно ее ищет, — ответил Додгер. Проявившийся интерес профессора к этому вопросу поставил эльфа в неудобное положение. — Сегодняшнее дело к этому не имеет никакого отношения. Даже странствующим рыцарям нужно на что-то жить.
— Иначе, занимаетесь воровством, — прокомментировал Эстайос.
— Это дело не замешано с воровством.
— Да как скажешь, — фыркнул Эстайос, проигнорировав предупреждающий взгляд Лэверти. — Ты не можешь изменить свою природу.
Поднявшееся было раздражение после слов Эстайоса, мигом улеглось, когда взгляд Додгера уловил реакцию профессора. Эстайос стремительно терял очки, являясь зачинщиком ссоры после предупреждения Лэверти о перемирии. Не в силах сопротивляться, Додгер вздохнул:
— Некоторые люди никогда не меняются.
Небольшое движение у двери привлекло его внимание, и он тут же пожалел о своих словах. Пререкаясь с Эстайосом, Додгер забыл, что здесь была еще и Тереза. Она вела себя тихо. Эльф сразу понял, что профессора не стоит обманывать, чтобы не огорчать его гостей и сразу же пустился в объяснения происходящего:
— Я помогал ему в простом извлечении. Замечу, дружественном. Парень заключил контракт с другой корпорацией, но не смог добиться освобождения от обязанностей на нынешнем месте работы. Наниматель заверил нас, что это обыкновенное, ни с чем не связанное дело. Кого-то в чем-то обвинили, но парень не в курсе дел. Никто не знал, что этим делом займется Сэм.
— И все же это могла быть ловушка, чтобы поймать Вернера, — предположил Четтерджи.
Что и сколько знает Четтерджи? Темнокожего эльфа не было в прошлом году в особняке, когда Додгер привел сюда Сэма, так что он не должен быть информирован о старом деле Вернера. Наверняка, он просто озвучил первое попавшееся предположение.
— Если это ловушка, то кое у кого есть шанс закрыть это дело, — продолжил Четтерджи.
— Намекаете на месть Ренраку?
Упоминание корпорации, из которой Вернер сбежал когда-то и стал там персоной нон-грата было знаком того, что профессор до сих пор сохранил интерес к Сэму.
— Вряд ли, — задумчиво ответил Додгер.
— Мы сможем все понять, если выясним личность нанимателя, — кивнул Лэверти.
— Клиент рассчитывает на то, что мы сохраним его личность в секрете, — Додгер изо всех сил постарался продемонстрировать обиженный вид. — Расследование таких вопросов, весьма щекотливое дело.
— Додгер? — улыбнулся Лэверти и эльф понял, что его уловка здесь не сработает.
— Заказчик — Эндрю Гловер, вице-президент "Амальгамированных Технологий и Коммуникаций". Его фирма основана в Европе и имеет историю, — вздохнув, ответил Додгер и, хитро улыбнувшись, продолжил: — И ни намека на влияние из Ренраку, конечно же. Там, похоже, заправляет Сидер-Крупп.
Лэверти удивленно поднял бровь, но ничего не сказал. Эстайос же отреагировал более бурно:
— Сидер-Крупп! Это марионетки Лофвира. Если этот зверь что-то задумал в Сиэтле...
— Господин Эстайос! — жестко сказал профессор и Эстайос резко замолчал. — Вы сегодня самый недоверчивый тип среди нас. Планы дракона не имеют значения в этом вопросе. Простое владение акциями компании не является достаточным доказательством вмешательства самого дракона. Несмотря на то, что АТК принадлежит Сидер-Крупп, корпорация остается независимым предприятием, и я думаю, мало шансов на то, что Лофвир знает об этой операции. Додгер, ты говорил, что вашим заказчиком был Гловер?
— Эндрю.
— Сомневаюсь, что твоя команда снова попала в сети какого-то дракона, — кивнул Лэверти, но, скорее, отвечая самому себе на не озвученный вопрос. — Но если так, то ему придется вскорости применять свои новоявленные колдовские способности.
Додгер понял невысказанный вопрос и быстро рассказал о колдовских достижениях Вернера.
— Так что он вряд ли появится здесь, — закончил эльф.
— Я понимаю, — кивнул профессор. — Его строгое логическое обучение и шаманское направление весьма убедительный аргумент того, на что он ориентируется. Твой рассказ о видении тотема Собаки нечто поразительное. Я даже не задумывался о такой возможности. Он, вероятно, не лучшего мнения обо мне из-за того, что я поставил неправильный диагноз.
«Эх, если б вы знали», — подумал Додгер, а вслух сказал:
— Причина не в этом. Несмотря на то, что он выжил в драконовском огне, Сэм до сих пор не верит в свои колдовские силы. Маловероятно, что он обвинил бы вас в этом, пока сам не верит в свое шаманское призвание. Он отчаянно цепляется за научный взгляд на мир.
— Так он отказался изучать колдовство?
— Как раз наоборот, изо всех сил пытается его изучить. Это сводит Салли Цзун с ума.
— Госпожа Цзун пытается его учить? — удивился Лэверти.
— Вы правильно сказали, пытается. Если б Сэм не был таким упрямым, он давно бы увидел, что у него и у леди Цзун несовместимые колдовские ориентации.
— Учитывая все, что вы сказали, его упрямство просто удивительно. Постарайтесь сделать так, чтобы он пришел сюда еще раз.
— Он не придет. Он хочет сначала найти сестру.
— Такая преданность достойна восхищения. Это ценное качество. Но нужно сделать все возможное, чтобы привести его сюда.
Закончив разговор, Лэверти вышел из библиотеки. Эстайос и Четтерджи последовали за ним. Тереза же осталась у двери, не сделав ни единого движения, чтобы покинуть помещение. Эстайос обменялся с Терезой парой предложений, говоря так тихо, что Додгер не услышал ничего. Через пару мгновений Эстайос обернулся и бросил на Додгера убийственный взгляд. В ответ эльф только улыбнулся, чем разозлил оппонента еще больше. Он что-то сказал Терезе и, хлопнув дверью, сердито вышел из библиотеки. Додгер остался один на один с Терезой. Он ждал. Тереза прошла, мягко ступая по ворсистому ковру к столу, где расположился ноутбук эльфа. Додгер встал.
Она протянула руку мимо него и подхватила со стола чип, с которым до этого работал Додгер. Взвесив его на ладони, она сказала:
— Ты привязался к этому Сэмюелю Вернеру.
— Я пообещал ему помочь найти сестру.
— Благородный квест. Мы узнали, что ее отправили на остров Йоми. На этот остров японцы отправляют всех, кому не повезло подхватить метачеловеческие гены. Мы могли бы избавить ее из этого мерзкого заточения.