Бойтесь своих желаний - Мила Серебрякова 4 стр.


– А как она попала к вам?

Прежде чем ответить, мужчина долго смотрел на тлеющую сигарету.

– А зачем столько вопросов, Катарина?

– Просто мне стало интересно.

– Гм, забавно. Но согласитесь, интерес не возникает на пустом месте.

– Вы правы.

– Тогда что сподвигло вас интересоваться жизнью Жучковской?

– Наша встреча. – Ката выдержала паузу и добавила: – Произошедшая три недели назад.

– Вы опять будете настаивать, что видели в салоне красоты Татьяну? Но, Катарина, это же глупо, Таня погибла.

– Вы присутствовали на похоронах? – ошарашила его вопросом Копейкина.

Сергей стряхнул пепел.

– Нет. О смерти Жучковской мне сообщила Рита уже спустя неделю после похорон.

– Рита?

– Ритка – модель, именно она привела ко мне Таню прошлым летом.

– Они подруги?

– Скорее, хорошие приятельницы. – Сергей встал и приблизился к стеллажу, заваленному постерами.

Минут пять он искал нужный плакат, а потом возвестил:

– Любуйтесь, Ритка собственной персоной.

С плаката белозубой улыбкой улыбалась рыжеволосая красотка, при виде которой у Катки почему-то возникли ассоциации с Золушкой.

– Симпатичная девушка.

– Не спорю, но Ритка не шла ни в какое сравнение с Танюхой. Не знаю, как сказать, но было что-то в Таньке эдакое, изюминка, шарм, обаяние, называйте, как хотите, суть в том, что Жучковская обладала удивительной способностью очаровывать человека сразу, как только он видел ее прекрасное лицо. Она притягивала к себе, ее взгляд, жесты, иногда мне казалось, Танька – ведьма. Не смейтесь, но в ней определенно было что-то колдовское.

– Вы меня пугаете.

– Нет, нет, не поймите меня неправильно, – быстро заговорил Сергей. – Не воспринимайте мои слова буквально. Татьяна была добрейшим человеком, она из тех, кто, не задумываясь, бросит все и придет на помощь другу.

– А о ее семье вам что-нибудь известно?

– Только с ее слов. Родители вроде умерли, Таня жила с бабушкой.

Катка сделала пару глотков из чашки и непроизвольно сморщилась.

– Горький.

Сергей смутился.

– Простите, я забыл положить сахар.

– У вас есть координаты Жучковской?

– Есть номер мобильного и домашний.

– Не поделитесь?

Мужчина усмехнулся.

– Н-да, а ведь вы что-то замышляете, Катарина, я по глазам вижу, вы задумали какую-то игру.

– Это не игра, а скорее рассле… – Она вовремя остановилась. – Просто хочу быть до конца уверена в своей неправоте.

– То есть моего слова вам недостаточно. Вы по-прежнему считаете, что видели в салоне Таню?

Ката промолчала.

Продиктовав телефон Жучковской, Сергей предпринял очередную попытку уговорить Копейкину выступить в качестве фотомодели.

– В качестве альтернативы могу предложить вам мою свекровь. Она спит и видит, где бы засветиться. Подойдет вам такая модель?

– Мне нужны только вы. – Он с мольбой взирал на глаза собеседницы.

– Увы и ах.

– Хорошо, сдаюсь, но лелеять надежду, что вы позвоните мне снова и дадите согласие на съемку, я буду до последнего.

– Надежда – это своего рода стимул, посему не буду у вас ее отнимать.

Уже стоя в дверях, Катка попросила:

– Сергей, еще одна просьба, продиктуйте телефончик Маргариты.

– Вы не перестаете меня удивлять, а Ритка вам зачем понадобилась?

– Имею я право на маленькую женскую тайну? – Ката улыбнулась и смахнула с лица прядь волос.

– По-моему, вы вся окутаны тайной и, – Сергей хмыкнул, – если бы не обручальное кольцо на вашем пальце, я бы с большим удовольствием начал вас разгадывать.

– Вы опоздали. Так как насчет телефона?

– Пишите.

На улицу Катарина вышла в приподнятом настроении, которое упало сразу, как только она, не доходя трех метров до «Фиата», умудрилась наступить в лужу.

Вот так всегда, стоит только начать радоваться жизни, как обязательно во что-нибудь вляпаешься.

ГЛАВА З

Дозвониться до Маргариты Климовой оказалось делом непростым. Весь день Катка слышала механический голос, который упорно долдонил, что абонент временно недоступен.

В пятницу днем, уже отчаявшись связаться с подругой Жучковской, Катарина услышала в трубке голос Риты. Надо заметить, девушка оказалась на редкость дотошной, прежде чем согласиться на встречу, она забросала Катку десятком вопросов и, лишь узнав, что речь пойдет о Татьяне, смилостивилась и прочеканила:

– Встретимся завтра в полдень. – Она назвала адрес кафе и добавила: – Только прошу, не опаздывайте. Терпеть не могу непунктуальных людей.

Заверив Климову, что прибудет на встречу ровно в назначенный час, Ката отсоединилась. Свое слово она сдержала и утром следующего дня сидела в кафетерии без двадцати двенадцать.

Ожидая появления Маргариты, Катарина лениво смотрела по сторонам, гадая, правильно ли поступила, проглотив два пирожных, от которых теперь нестерпимо разболелся живот?

Стрелки часов медленно подошли к отметке двенадцать, после чего минутная продолжила свой ход. Однако Рита совсем не торопилась порадовать Копейкину своим присутствием. Это называется, она любит пунктуальность! Интересно, девушка помнит о вчерашнем разговоре или благополучно его забыла?

В половине первого Ката не выдержала. Потыкав по клавишам, она приложила телефон к уху и, услышав после десятого гудка сонное «Алло», зачастила:

– Рита, ты где?

– Я? Дома. А кто говорит?

– Катарина.

– Не знаю таких.

– Мы вчера договорились встретиться в кафе, ты что, забыла?

Климова причмокнула языком, а потом довольно резко бросила:

– Я ничего не забыла, а вот ты перепутала все на свете. Сегодня у нас какой день недели?

– Суббота, – произнесла Катка, чувствуя себя облапошенной.

– Ну правильно, а мы с тобой в воскресенье встретиться должны.

– В субботу!

– В воскресенье, – взвизгнула Рита. – И не в полдень, а в три часа дня. А если ты такая нервная, да к тому же страдаешь провалами в памяти, я вообще никуда не приеду.

Понимая, что Рита готова швырнуть трубку, Ката виновато залебезила:

– Извини меня, наверное, ты права, я действительно все перепутала. Но если уж мы вышли на связь, может, все-таки увидимся сегодня, а?

– Я спала, ты меня разбудила. А на сборы мне потребуется минимум часа два, плюс дорога до кафе, ты согласна столько ждать?

– А к тебе домой я могу подъехать?

Климова на секунду задумалась.

– В принципе можешь, но только подваливай не раньше двух, мне необходимо привести себя в порядок.

Бросив сотик в сумочку, Копейкина откинулась на спинку стула.

– Малолетняя нахалка, – буркнула она, наблюдая, как пожилая супружеская пара, наслаждаясь вкусом эклеров и крепким кофе, ведет непринужденную беседу за соседним столиком.

Без четверти три Катарина с силой давила на кнопку звонка. Климова и на этот раз умудрилась отличиться. Ну чем, спрашивается, занята Ритка, если не слышит непрестанной трели? Устав терзать звонок, Ката стукнула по двери кулаком.

– Рита, ты дома? Это Катарина! Открой!

В квартире послышались торопливые шаги. Дверь распахнулась.

Маргарита предстала перед гостьей во всей своей красе. Положив правую руку на бедро, она удивленно молвила:

– Ты так быстро примчалась, я толком причесаться-то не успела.

– Почему так долго не открывала дверь?

– Была занята, – последовал ответ. – А вообще-то ты на редкость назойливая особа. Ведь тебе ясно было сказано, приезжай к шести часам, так нет, она в три нарисовалась.

Ката остолбенела.

– Рита, из нас двоих у кого-то точно не все в порядке с головкой. И знаешь, мне даже кажется, я знаю, у кого именно. Ты либо плохая актриса, либо нуждаешься в помощи специалиста. Ни о каких шести часах не было речи, и не надо уверять меня в обратном.

Климова хмыкнула.

– А чего ты сразу заводишься, с цепи, что ли, сорвалась с утра пораньше? Не видишь, не в форме я, вчера на презентации зависали, до трех часов колбасились, домой еле живая приехала, а тут ты со своими звонками. Думаешь, приятно, когда тебя будят, а ты едва соображаешь, что происходит?

– Но сейчас ты в норме?

– Почти. Проходи в столовую, только туфли сними, у меня не принято в уличной обуви по квартире расхаживать.

– А тапки есть?

– Поверни голову влево и посмотри под ноги.

Столовая оказалась очень даже уютным, со вкусом обставленным помещением.

– Мило, – пробормотала Катка, отодвигая стул.

Маргарита с гордостью взирала на Копейкину.

– Фишку со столовой я сама придумала. Ты, наверное, заметила, что раньше это была обычная комната?

Катка замотала головой.

– Нет.

– Значит, плохо смотрела. Пару лет назад здесь была моя спальня, и вход в нее был в коридоре. Но потом я подумала и решила, что из двадцатиметровой гостиной может получиться отличная спаленка, а двенадцатиметровую комнатушку можно запросто приспособить под столовку. Сказано – сделано. Вход из коридора замуровали, а из кухонки сделали арку сюда. Вот теперь у меня есть столовая. Прикольно?

Катка замотала головой.

– Нет.

– Значит, плохо смотрела. Пару лет назад здесь была моя спальня, и вход в нее был в коридоре. Но потом я подумала и решила, что из двадцатиметровой гостиной может получиться отличная спаленка, а двенадцатиметровую комнатушку можно запросто приспособить под столовку. Сказано – сделано. Вход из коридора замуровали, а из кухонки сделали арку сюда. Вот теперь у меня есть столовая. Прикольно?

– Скорее, изобретательно.

– А чего, – продолжала Рита, – я одна живу, мне спальни позарез хватает, а столовая придает моему жилищу своеобразный шик.

– Рит, ты сама-то присядь, и давай уже перейдем к сути.

– Переходи, разве я тебя останавливаю.

Ката собралась с мыслями и начала:

– Насколько мне известно, вы с Татьяной Жучковской были подругами, так?

– Почти.

– То есть?

– До недавнего времени мы действительно считались подругами, но за семь месяцев до аварии разругались. С тех пор не созванивались, не встречались и вообще постепенно забывали о существовании друг друга.

– Подожди, но Сергей меня уверял, что именно ты сообщила ему о смерти Тани.

– Правильно, но о гибели Жучковской я узнала совершенно случайно. У Татьяны день рождения был, и я… Не знаю, наверное, была в тот день в ударе и решила ей звякнуть. Честно говоря, сначала звонить не планировала, тем более что она меня не поздравила, но в итоге все же подняла трубку и позвонила. Минуту спустя от ее бабушки и узнала о несчастье. Виктория Алексеевна была настолько подавлена, что едва могла говорить. А меня словно кирпичом по голове саданули. Веришь, я целых три дня ходила как зомби, потом в церковь пошла, свечку за упокой Таниной души поставила, – Рита смахнула с лица слезинку. – Нет больше Татьяны, погибла… Ой, мамочки, как все ужасно.

– Рит, на выставке у Сергея я видела фотографии Татьяны.

– И чего?

– А незадолго до этого встречалась с Таней. Уже после того, как ее похоронили.

– Ты дура или как?

– Я не дура, и я со всей ответственностью заявляю, что видела Таню Жучковскую три недели назад.

– Нет, ты точно ненормальная. Слушай, – Маргарита подскочила, – я поняла, ты, наверное, сбежала из психбольницы.

– Можешь мне не верить, в конце концов, это сути не изменит. Лучше расскажи мне о Татьяне. Как давно вы знакомы, какие у нее были интересы, чем она жила, ну и так далее.

– Мы около полугода не общались.

– Помню. И об этом, кстати, расскажи тоже. Из-за чего произошла ссора двух подруг?

– Ты мне весь день испортила, – надув губки, прошелестела Рита. – Сначала разбудила, потом домой прискакала, теперь вопросы всякие задаешь. Слишком многого хочешь. Ты вообще с какой стати Танькой интересуешься? Детектив, что ли?

– Вроде того.

– Вроде того, – передразнила Климова. – Из тебя детектив, как из меня нобелевский лауреат.

– Рит…

– Да ладно, не боись, расскажу, что знаю. Мне скрывать нечего, секретов никаких не имею.

* * *

Ровесницы Таня и Марго познакомились два года назад. Пятикурсница Татьяна училась на психолога, а двадцатиоднолетняя Рита уже на протяжении трех лет работала моделью. Общий язык девушки нашли на удивление быстро и вопреки ожиданиям за рекордно короткие сроки сделались подругами.

Впоследствии Рита частенько повторяла:

– Я не думала, что мы с тобой сможем подружиться, у меня никогда не было настоящих подруг. Приятельницы имелись, знакомые тоже, а вот с подругами всегда была напряженка.

– Аналогичная ситуация, и я рада, что теперь появился человек, которому можно доверить все свои сокровенные тайны.

– А у тебя много тайн?

– Пока их нет, но в будущем они обязательно появятся. Я так думаю, – добавила Таня.

Жучковская делилась с Маргаритой абсолютно всеми радостями и тревогами. Единственная тема, которая всегда была закрыта, это родители Татьяны.

– Я живу с бабушкой, матери и отца у меня нет, – сразу заявила девушка. – И давай договоримся, ты никогда не станешь спрашивать меня про моих предков. Идет?

– Как скажешь.

Вскоре Маргарита познакомилась с пятидесятидвухлетним бизнесменом Ильей Кореневым. Мимолетная интрижка предпринимателя и модели очень быстро трансформировалась в полноценный роман. Илья Витальевич был вдовцом и имел двух сыновей. Старшему, Олегу, на момент встречи отца и Риты исполнилось двадцать семь лет, младшему, Владимиру – пятнадцать. Жили все в просторной пятикомнатной квартире недалеко от центра.

Полгода спустя, когда Илья Витальевич вознамерился познакомить Риту со своими отпрысками, девушка не на шутку перепугалась. Она практически не сомневалась, что как только переступит порог дома Кореневых, в нее полетит множество упреков и оскорблений. Ведь наверняка дети Ильи воспримут молодую любовницу отца в штыки. Начнут требовать, чтобы он немедленно бросил модель и вспомнил, в каком году появился на свет.

Но стоило Рите появиться в апартаментах бизнесмена, как все ее страхи мгновенно приказали долго жить.

Олег принял обоже отца весьма радушно, то же самое можно сказать и о Владимире. Никто никого не оскорблял, не бросал косых взглядов и не предпринимал попыток испортить вечер знакомства едким словцом или ироничной фразой.

– Тань, я сначала не поверила, – делилась позже Рита с подругой. – Прикинь, сыновья Ильи оказались нормальными ребятами. Мы поужинали, потом долго разговаривали, и у меня сложилось впечатление, что я знаю их всю свою жизнь.

– А может, это такой хитрый ход?

– Не думаю. Вряд ли они притворялись, мне кажется, я наконец вытащила свой счастливый билетик. Ты только представь, сколько девушек, оказавшись в моем положении, вынуждены довольствоваться ролью любовницы, которая встречается с любимым человеком украдкой на съемных квартирах. Они стараются не афишировать свои отношения, боятся быть кем-то замеченными, шифруются, врут и изворачиваются. А у нас с Илюшей все по-другому. Он представил меня сыновьям. Поверь – это дорогого стоит. Не каждый мужчина пойдет на подобный шаг. Из чего следует: у Ильи в отношении меня довольно серьезные намерения. Ты согласна?

– Похоже на то.

– В субботу мы вчетвером едем на дачу. – Рита закружилась по комнате. – Вчетвером, Танька, понимаешь? Мы словно одна семья. Он, я и наши дети.

Жучковская засмеялась.

– Не перегибай палку. Насчет семьи ты, пожалуй, загнула. Во-первых, для того чтобы почувствовать себя семейным человеком, тебе не хватает маленького штампика в паспорте, а во-вторых, извини, но дети Ильи ни при каком раскладе не годятся тебе в сыновья.

– Да дело не в том, годятся или нет, главное, они меня приняли. А Илья меня любит. Не сомневаюсь, пройдет совсем немного времени, и мы с ним обязательно поженимся.

– Буду за тебя только рада, – заверила Жучковская. – Хотя…

– Что такое? Только вот не надо мне сейчас своими психологическими примочками все портить. Я уже по глазам вижу, ты начнешь занудствовать и нести всякую ахинею.

– Ошибаешься. Я просто хотела сказать, что у вас слишком большая разница в возрасте.

– Ерунда, любви все возрасты покорны.

Таня пожала плечами.

– А я бы так не смогла. Связать жизнь с человеком, который на три десятилетия старше меня. Нет, увольте.

– Даже по любви?

– Я не влюблюсь в пятидесятилетнего.

– Ой, Танька, не зарекайся. Любовь зла, полюбишь и козла.

– Рит, а ты его любишь?

– Конечно.

– Его или…

– Замолчи! Как ты можешь сомневаться? Мне нужен Илюша, а не его деньги.

– Ну прости, прости меня.

– Иногда ты бываешь жутко подозрительной. Тебе самой необходимо обзавестись парнем.

– Где их взять?

– Оглядись вокруг, присмотрись, и обязательно найдешь.

– Рит, после того как я устроилась в школу, у меня напрочь отпало желание заводить романы.

– Что так, много работы?

– Не в этом дело, просто… Понимаешь, мне нужен человек, стоящий выше меня по статусу, тот, у кого есть стабильный доход. Причем доход не маленький. Я не смогу жить с парнем, у которого нет денег и высокооплачиваемой работы. Конечно, начать встречаться с каким-нибудь симпатичным парнем я могу, но возникает вопрос, а надо ли мне это? Я не хочу размениваться, Ритка.

– Тогда у тебя один-единственный выход.

– Какой?

– Сиди и жди. Может, когда-нибудь из окна своего лимузина тебя увидит шикарный мужик. Увидит, обалдеет и окосеет одновременно. Выскочит из тачки, подбежит к тебе, упадет на колени и дрожащим голосом скажет: «Девушка, я брошу к вашим ногам все сокровища мира. Выходите за меня замуж».


– Хватит издеваться.

– Я не издеваюсь, я смотрю в будущее.

– Лучше в свое будущее загляни.

Марго оскорбилась.

– О’кей, если ты у нас такая обидчивая, я лучше помолчу.

Назад Дальше