Граница - Тихонова Татьяна Викторовна 12 стр.


Впереди лес редел, но высокая трава мешала видеть, что происходит даже в пяти шагах от меня. Нож пришел справа, и дракон ломился справа. Сбавив шаг, стараясь идти тихо и за деревьями, я перемещалась теперь навстречу Крезу. Стоп… Что-то черное мелькнуло впереди… "Крез, похоже я его вижу…"

— Да, что ты, деточка, — неожиданно тихий, шипящий, приближающийся ко мне голос раздался у меня за спиной. — Кого ты видишь? — сладкая издевочка сочилась в каждом звуке этого зловещего голоса.

Мурашки поползли по коже от этого жуткого шипения. Что-то мешало мне повернуться, будто кто-то держал меня за плечи, но быстро крутанув кольцо на руке камнем назад, я произнесла тихо заклинание. Вспышка белого огня осветила темнеющий уже лес, я вдруг почувствовала, как плечи мои освободились. Быстро оглянувшись, я увидела мечущуюся в столбе огня фигуру, не издававшую при этом ни звука, лишь — глухое мычание то ли от боли, то ли от бессильной ярости, трещали занявшиеся пожаром сучья да фыркал Крез, который был уже рядом. Наконец, живой факел рухнул на землю и через некоторое время все было кончено.

"Илия здесь… Он тебе сам все расскажет…" — сказал дракон. Он еще не остыл от погони, шкура его подергивалась, а хвост избивал полянку вместе с растущими на ней хилыми деревцами — им не повезло…

Жив… А я ведь с ним почти распрощалась… Тут, наконец, я увидела среди деревьев Илию, он очень быстро шел, но ни шороха не было слышно… Я вспомнила про разбившееся зеркало и мне стало не по себе. Что делать без него?

Высокая фигура учителя неслышно возникла около нас. Положив руку на мое плечо, он некоторое время, молча, смотрел на меня, рука его была тяжела. Через минуту он проговорил:

— Ты следуешь законам своей горячей и открытой души… Это трудный путь, и я рад, что сегодня оказался на твоем пути, если бы не вы, быть бы мне сейчас в Мрасе… Но надо убираться отсюда, пока Трагар не понял, что корона опять прошла мимо него…

Он повернулся к Крезу, который уже был готов взлететь, но я… я опять не знала, куда подевался Филимон… Он все время был у меня в кармане, и я не помню, в какой момент он исчез. Принявшись обшаривать уже в сумерках кусты и траву, я понимала, что так этого крысеныша не найти. Поднявшиеся из зарослей тучи мошкары и комаров бесили меня, но я не могла оставить эту малявку здесь, посреди леса… Ругая сама себя, я залезла в какой-то бурелом, мне показалось, что там мелькнула куртка Филимона, и поняв, что это просто пожелтевший раньше времени лист хмеля, я подняла глаза, чтобы понять, как отсюда выбраться… Нет… Он просто невозможен, этот крысеныш! Это мне что-то напоминает…

— Ася, что ты там делаешь? Я тебя умоляю… — начал он, театрально сложив на груди руки и стоя возле кучи веток, в которой копошилась я, но увидев мой взгляд, замолчал и быстро протянул мне какой-то узелок.

— Фил… я… — я уставилась в темноте на его грязный носовой платок, в котором что-то было завернуто. — Фил, что это за ерунда? Быстро на дракона!

Схватив его в одну руку, я продолжала прощупывать узелок, потому что меня насторожило то, что это, похоже, были…ох! Осколки…! Уже взобравшись на Креза и закрепившись ремнями, меня осенило.

— Филимон, — прошептала я, не веря своей догадке, — это что?

Гном обиженно молчал.

— Это зеркало мое? — опять попыталась я. — И что… неужели с ним еще можно что-то сделать?

Гном так выразительно посмотрел на меня, что мне стало неудобно за свою тупость, но все равно я не понимала, что можно сделать с этим добром…

— А гном — молодец, — Илия повернулся и услышал наш разговор.

В темноте не было видно его лица, но слышно было по голосу, что он улыбается. Крез уже взлетел над лесом, и теперь становилось все холодней.

— Прибудем на место, — посмотрим, что можно сделать с этим, — крикнул учитель, потому что шум крыльев дракона заглушал все слова.

— А куда полетим, дед Илия?

— Теперь только на север, подальше от границы… Обсудим все у Гарры, — уже тише проговорил Илия, и я еле разобрала его слова.

Темнота окутала землю. На небе давно зажглись звезды. Филимон, немного поворчав, стал рассказывать, мне на ухо, почему он подзадержался. Забежав в один заброшенный дом в поисках припасов, и ничего не найдя там, он вдруг оказался нос к носу с горбатой Давой. Тут он немного похихикал, вспомнив, как дал деру от нее…

— А дом-то случайно не из серого камня, увитый плющом…? — ни с того, ни с сего спросила я, клюя носом.

— Ну да, ну да…

Сквозь сон я еще долго слышала бормотание гнома, его шебуршание в кармане, взмахи мощных крыльев дракона, который вдруг превратился в старую Даву, уселся на метлу и принялся стряхивать нас с нее…

2

Когда я проснулась, земля еще была во власти ночи, а небо на востоке уже светлело, готовя опять безоблачный жаркий день. Холодно. Бр-р-р.

"Крез, еще далеко?" — спросила я.

"Уже, прилетели, снижаюсь…" — коротко бросил дракон.

Через несколько минут, вырвавшись из плена колючих лап елей, мы уже скатывались с теплого бока дракона в мокрую росную траву.

"Э-эй, есть здесь кто-нибудь?" — спросила я в полную темноту в надежде обнаружить Драко и второго дракона, Леха по-моему.

"Драко нет здесь" прогудел Крез, "Я, когда еще подлетал, позвал Драко, он где-то с Гаррой, скоро его привезет, а молодой здесь, ему приказано не откликаться. Эй, Лех, слышишь меня?"

С края поляны послышалось шумное кряхтение большого зверя. Тяжелым шагом направился он к нам. Фу, черт! Огромная с малюсенькими глазками голова нависла надо мной.

"Ну, здесь я, что кричать-то? " — довольный произведенным эффектом дракон зевнул всласть.

"А почему откликаешься?!" — рявкнул ему в ухо Крез. О-о, у меня голова загудела как колокол!

Малой отпрянул и в слабых утренних сумерках было видно, что он с перепугу уселся по-собачьи на задние лапы. Стало слышно, как в кармане хихикает Филимон, да и мне, чего стоило сдержать смех, но нельзя — воспитание — дело тонкое.

Пока Крез отчитывал подчиненного, совсем стало светло. И я с удивлением обнаружила, что туша убитого василиска пропала.

— Нечего не понимаю, куда он мог подеваться? — вслух проговорила я.

— Да, наверное, этот лох и стрескал змейку, башку-то хоть оторвал ей, а то до завтра не дотянешь? — Филимон, с наслаждением выговаривая каждое слово, наблюдал какой эффект призведет его речь.

Глаза молодого дракона забегали с одного лица на другое. Я услышала, как он, тяжело ворочая мыслями, думал: "А голова-то невкусная была, я ее и выплюнул, значит, правильно сделал…"

Крез в сердцах долбанул хвостом по земле, вырвав добрый пласт дерна, шумно улегся, вытянул морду и закрыл глаза, пробормотав при этом, видимо, мне: "Ждем…"

Увидев Илию на другом конце поляны, я пошла к нему. Филимон, буркнув, что-то о своих делах, рванул вниз по моей штанине и быстренько скрылся в траве. Ветви старой ели, опускаясь до самой земли, образовывали что-то на подобии шалаша около ствола. В этом укрытии старый эльф сидел, сильно выпрямившись и закрыв глаза, казалось весь погруженный в свои мысли. Однако, когда я приблизилась, он быстро произнес:

— Садись и подожди…

Осмотревшись и не найдя, куда приземлиться, я взобралась на пару веток вверх, и там и уселась. Вся поляна была как на ладони. Илия, похоже, еще долго собирается медитировать… О-о… Наступила тишина… Нет, наоборот, учитель готов к особо секретному разговору…

— Ася, где осколки зеркала? — действительно заговорил Илия.

Я, молча, достала Филимонов узелок и бросила его вниз… Поймав его и развязав, старый эльф опять обратился ко мне:

— Где оправа?

Отдав ему и оправу, я стала наблюдать за тем, что он делает. Руки его работали будто наощупь. Он сначала водил ладонью над осколками, потом вдруг быстро брал один из них и вкладывал его в лежащую перед ним на земле оправу, легонько ударял пальцем по осколку и трещины как не бывало… Скоро было собрано все зеркало, и, конечно, одного осколка не хватило, почти в середине… Подняв голову и взглянув на меня, эльф хитро подмигнул мне и подбросил зеркало вверх… Я испугалась, что сейчас зеркало разобьется вдребезги, нагнулась… и… не поймала… Илия, подставив ладонь, задержал хрупкую вещицу в воздухе, и сказал, продолжая удерживать ее в подвешенном состоянии, не касаясь ее:

— Твоя память и рука вызвала огонь, отбрось страх, ты можешь больше, тебе просто надо плыть по волнам своей памяти, в которой хранится множество заклинаний твоих предков…

Подбросив зеркало во второй раз, учитель вдруг тихо сказал:

— Я знаю, где Клим…

Мало того, что я чуть не свалилась с этой елки от неожиданности, так я ведь все-таки поймала зеркало, которое уже начинало падать… Пока я во все глаза смотрела на Илию, ожидая, что он еще что-нибудь скажет, моя ладонь непроизвольно приняла странно-манящее положение, а губы прошептали:

— Андао…

И заветное зеркало медленно поплыло ко мне в руку. Схватив его и видя, что учитель не собирается давать пояснений, я сразу позвала Клима… Ну…! Давай же…! Где же ты…? Но нет…

— Ты его не увидишь в зеркале… — произнес дед Илия.

Спустившись вниз, я присела возле старого эльфа и посмотрела на него. Тот немного помолчал и продолжил:

— Он в Мрасе… а туда путь зеркалу закрыт.

— Значит, туда все-таки можно попасть? — новость ошеломила меня, но так уж я устроена, что, чем причитать над проблемой, лучше попробовать решить ее, — продолжать сучить ножками, как сказал бы мой дед.

— Не думаю, что Клим обрадуется, если ты явишься туда!!! — сурово глянул на меня старый Илия. — Быстро окажешься в руках врага, и будешь служить наживкой… Темный Трагар славится умением вытянуть из живого существа все жилы… Кроме того, Клим всегда был очень умным и отважным воином, негоже нам сомневаться в будущем короле. — Илия с усмешкой на меня посмотрел. — Но даже не надейся, что нам будет нечего делать. Первое — и самое важное — сохранить корону… в ней заключена огромная магическая власть…

Тут я не выдержала и перебила размеренную речь учителя:

— А где сама корона, дед Илия?

— Показать тебе ее сейчас, — значило бы показать ее всем… Она следует за нами от Золотого Устья, такой же, какой я ее нашел там, невидимой… Ты можешь ее почувствовать… Помани ее, я сниму с нее заклятие неприкосновения.

Он продолжал еще говорить, а я уже манила ее изо всех сил… Тьфу ты…! Еще заклятие?! И, наконец…. в руках у меня оказался предмет, очень небольшой, тонкого металлического плетения, я насчитала семь лучей, покрытых выпуклостями, похожими на камни, которые отходили от легкого обруча… Да-а! Совершенно воздушная вещица… Еще секунда и головной убор королей Синегорья выплыл из моих рук…

— Как же вы ее нашли? — мне давно хотелось узнать, что произошло в Золотом Устье, после того, как мы расстались с Илией.

— Сначала у меня ничего не получалось… Пока я не подумал, что Светлая должна была сделать корону не только невидимой, но и ускользающей… Она наложила на нее заклятие неприкосновенности, и если не знать слово, которое она вложила в это заклятие, то корона будет ускользать…

— Выходит, если снять с нее эти два заклятия, корона сможет принадлежать любому?! — удивилась я.

— В том-то и беда… Удачнее времени завоевания власти в Синегории не придумаешь…

— А если бы, я ее надела…? — спросила я и тут же пожалела об этом.

Эльф спокойно ответил, взглянув мне жестко в глаза, и от этого его спокойствия ответ прозвучал еще ужаснее:

— Я бы убил тебя…

Я решила не застревать на этом, и обижаться было не на кого, кроме самой себя, сама затронула такие вещи, над которыми, видимо, шутки не уместны…

Не опуская глаз, я, продолжая глядеть ему прямо в лицо, выдохнула:

— Я сглупила, прости…

Он медленно кивнул головой. На секунду повисла тишина.

— Расскажи мне, учитель, кто на тебя напал? — решила я разрядить напряжение.

— Это темные эльфы… — ответил как ни в чем не бывало дед, и я порадовалась, нет не тому, что это темные эльфы, а тому, что старый Илия вернулся к тому доверительному разговору, который у нас шел до моей дурацкой выходки. — Мрасы, что ты видела на границе — это мясо, пушечное мясо… А эти, они выпущены своим хозяином на охоту, как псы… Они ждали, зная, что появится тот, кто придет за короной… Они способны учуять жертву, еще не видя ее, и выслеживать, и загонять ее в угол, раздваиваясь и растраиваясь при этом… Они вели сначала нас с тобой вместе, потом мне показалось, что я сумел от них оторваться… Когда я понял, что нашел корону и сообщил тебе об этом, они напали… Тогда-то я и разбил тебе зеркало, потому что один из них уже отправился за тобой по следам зеркальной связи. Он-то и появился у тебя за спиной, потеряв тебя на некоторое время и обнаружив снова уже возле меня… Корону я им так и не показал, оставив ее невидимой и ускользающей, а потом сделав и следующей вслед… Эти эльфы не любят открытый бой…Сначала они долго морочат жертву, кружа вокруг нее, вращая деревья, переворачивая все с ног на голову, искривляя пространство, наполняя его жуткими звуками или полной тишиной, которые невыносимы для обычного уха… Это морок… Уйди в себя, отвергая внешнее, — все пройдет… Они псы, которые травят жертву, оставляя ее хозяину… Кроме того корону они так и не увидели, остальное ты знаешь…

— А сколько их было? — спросила я.

— Двое, но их очень быстро становится больше и больше… Их питает страх…Темные, они и есть темные…

Я смотрела на Илию, слушала его тихий говор, и думала, сколько же я еще не знаю об этой стране. Этот старый эльф, сидевший задумчиво теперь передо мной, был для меня воплощением древних знаний, смелости и доброты небольшого народа, который каждый день противостоит злу, считая это чем-то само собой разумеещимся.

3

Из задумчивости меня вызвало знакомое легкое потрескивание зеркала, поверхность которого зарябила, и громкий крик ворвался в тишину леса, прежде чем появилось изображение:

— Пигалица, помнится, кто-то обещал подмогу?! Время пришло… Гони сюда драконов, а то все передохнем, спасать будет некого!!! — великан орал, не глядя в зеркало, размахивая двумя огромными мечами направо и налево, как огромная кровавая мельница… — В других крепостях не лучше!!! И еще… оповещайте народ — война так война!…А-а, куда прешь, тварь!!!

Перед зеркальной гладью мелькнула жуткая синяя плеть-нож мрасита… и экран погас.

Гарра и Драко так и не появлялись.

"Крез, на тебя надеюсь…" — с этой мыслью, обратясь к дракону, я вышла на поляну.

Дракон, все также лежавший на знойной траве, молча повернул ко мне голову, уставившись колючим взглядом из-под густой щетки бровей.

"Посылай двойки по крепостям, там плохо дело, собирай их сообщения, передавай их мне… Да! Раненных — к подземным эльфам…"

Крез ничего не ответил. Тяжело подняв свою массивную тушу, он сначала выгнул спину, как огромный кот, нежившийся на солнце, потом резко встал на дыбы и размахнул крылья, разведя их сильно назад, и, выгнув шею, искоса взглянул на молодого Леха, который, забыв от такого зрелища проглотить куст молодого лопуха, так и остался лежать с ботвой в зубах и с преданным взглядом щенка. Крез, довольный правильным состоянием бойца, посмотрел на нас с Илией и тяжело, вразвалку пробежав два шага, круто стал взлетать и вырвался из зеленого плена деревьев, бросив коротко:

"Я на границу…"

Когда шум и слоновий топот на поляне стих после отбытия Креза к своему отряду, мне пришлось снова вызвать Гарру. Зеркальная поверхность стала темнеть, потом почернела…Смутные очертания фигуры, лежащей без движения… Нет! Только не еще одна потеря!… Эльф лежал с закрытыми глазами в темноте, и только свет с нашей залитой солнцем поляны освещал его лицо… Умер? Но зеркало не показывает мертвых:

— Гарра, Гарра, очнись… — позвала его я.

Учитель, взяв у меня зеркало, посмотрел на эльфа. Потом, закрыв глаза, некоторое время молчал, бормоча непонятные слова.

— Он долгое время был оглушен… — проговорил Илия.

Вдруг Гарра слабо шевельнулся, болезненно поморщившись, и, наконец, увидел нас… и начал что-то бормотать…

— Был взрыв… Я отрезал путь… — бессвязные обрывки слов, которыми он что-то пытался нам объяснить, ничего толком не объясняли. — Я не успел…но я не могу уйти отсюда, я должен ждать… объяснить не могу… — видя, что я пытаюсь его спросить, он покачал головой. — Потом… Что на верху?

Назад Дальше