- Супер. Я…
Дин не успел закончить фразу, как Кастиэль щелкнул пальцами и экзотический сон Винчестера-старшего прервался. Парень открыл глаза и тупо уставился в голубой потолок их гостиничного номера.
- Вот так всегда, - пробормотал он и привстал с кровати, - даже во сне не дают расслабиться. Эй, Сэм! Вставай, дело есть!
Дин швырнул в сладко дремлющего брата завалявшийся в кармане лимонный леденец, принуждая парня проснуться.
Сэм, который закрыл глаза всего пять минут назад, мысленно назвал Дина козлом, но все-таки встал с кровати.
Уже сидя в машине, Дин коротко объяснил брату цель их поездки в Чикаго.
- Чистая душа? – переспросил Сэм. – Это что-то новенькое. Никогда раньше не слышал о подобном.
- Чувак, еще два года назад мы не подозревали о существовании ангелов. И тут – бац! - один из этих пернатых сваливается к нам, как снег на голову.
- Я не могу взять в толк, почему Розалин отправили именно к нам?
- Может потому, что мы милашки? – Дин сделал губки бантиком и посмотрел на себя в зеркало заднего вида.
*
Я проснулась на рассвете. Проведя почти бессонную ночь на жесткой скамейке и вздрагивая во сне от ночного холода, я все равно умудрилась увидеть кошмар. Мне снилось, что я бегу по темной улице, мои ноги утопают в грязи, легкие разрываются от нехватки воздуха, а тот, кто бежит за мной буквально дышит мне в спину гнилым дыханием. Ужас парализовывал меня, но я заставляла себя бежать дальше, чтобы спасти себя от неминуемой гибели. Однако мой путь преградила высокая каменная стена. Я прижалась спиной к холодному камню, храбро глядя в лицо опасности. Из темноты передо мной возникла Маргарет, глядя на меня бездонными черными глазами. Она протянула руку к моей шее и спросила:
- Ты где прячешься, малышка Рози? Знай, я все равно тебя найду, рано или поздно, где бы ты ни скрывалась…
На меня дохнуло могильным холодом, и я зажмурилась. А когда я открыла глаза, то увидела, что лежу на скамейке возле кафе, а на востоке загорается алая заря. Я провела рукой по волосам и машинально проверила, есть ли деньги в кармане. Хрустящие бумажки были на месте, и я с облегчением вздохнула. Это был всего лишь сон. Маргарет мертва, а я сейчас в двадцать первом веке, сижу на скамье и, (тут у меня заурчал желудок), видимо, хочу есть. Я встала и огляделась. Неподалеку от меня располагался небольшой домик, похожий на охотничью сторожку. Надпись на нем гласила: «ХОТ-ДОГИ КРУГЛОСУТОЧНО!». Стоп. Горячие собаки?! Какой кошмар! Чем только не питаются эти современные люди! Неужели у них нет нормального мяса? Телятины, крольчатины или дичи, на худой конец? Но голод не тетка, и я, скрепя зубы, подошла к домику и постучала в окошко. Парень, дремлющий внутри, проснулся и пробормотал:
- Что хотите?
- Горячую собаку, - произнесла я громко и четко, выдавливая из себя каждое слово.
- Момент, - промямлил парень и загремел посудой.
Я поежилась. Не знаю, что было тому причиной: утренняя свежесть или то, что парень в домике сейчас готовит для меня горячую собаку. Я призадумалась. А как он ее готовит? Жарит на вертеле? Запекает в печи? Уф, даже представить страшно.
В этот момент из домика до меня донесся ужасно вкусный запах, да такой, что даже слюнки потекли. Ого, а я даже и представить себе не могла, что горячая собака так вкусно пахнет. Хотя… Может, на вкус не очень?
Парень высунулся в окошко и сказал:
-С вас один доллар и двадцать центов, мисс.
Недолго думая, я сунула парню одну из купюр. Парень отдал мне сдачу и вручил горячую собаку. М-м-м… как вкусно пахнет! И на собаку не похоже. Просто булочка с сосиской и овощами внутри. Я вернулась на свою лавочку, в одно мгновение проглотила эту булочку и успокоилась. Желудок больше не донимал меня.
Через пару минут к кафе подошла та самая женщина, с которой я вчера разговаривала. Я подскочила со скамейки и подошла к ней.
- Здравствуйте. Я по поводу работы.
Женщина окинула меня оценивающим взглядом и ответила:
- А ты прыткая, я смотрю. Пришла еще раньше меня. Как будто ночевала под дверью.
Я улыбнулась ей, а про себя подумала, как же недалеко она ушла от истины.
- Это достойно уважения, девочка. Ты мне нравишься. Я принимаю тебя в штат.
- Это значит, я буду работать?
- Ну да, - ответила женщина, - пара лишних рук будет как раз кстати. Итак, как тебя зовут?
- Розалин Марвелл. А вас?
- А я Глория Митчум.
- Рада знакомству.
- Ну что ж, проходи.
Глория распахнула дверь, и колокольчики над дверью поприветствовали нас своим мелодичным звоном. Я подняла голову и уставилась на это чудо. Глория махнула рукой:
- Нравится? Музыка ветра. Китаец, который продал ее мне, уверял меня, что она отгоняет злых духов. Пошли дальше, нечего смотреть на нее, как на чудо света.
Я подчинилась и внимательно рассмотрела внутреннее убранство кафе. Стены были обшиты красными деревянными панелями, на пол и на стены помещения падал косой солнечный свет. Столы были покрыты красно-белыми скатертями. А вокруг – идеальная чистота.
- Замечательно! – вырвалось у меня.
- Спасибо! – довольно произнесла Глория. - Ну, мне некогда, пора готовить еду, скоро придут клиенты. А ты пока переоденься в форму.
- В форму? – переспросила я, не имея понятия, о чем говорит Глория Митчум.
- Ну да, в сменную одежду для работы. Да поторапливайся, скоро Мара придет, поможете мне с приготовлением еды. Одежда в шкафу, в комнате для персонала.
Глория провела меня в эту комнату, и я достала из шкафа красную юбку и белую рубашку. Юбка едва прикрывала мои колени, и я почувствовала себя голой. Я нервно потеребила воротник рубашки, приводя себя в порядок. Глория вплыла в комнату, снова бросила на меня оценивающий взгляд, и, удовлетворившись увиденным, прицепила к моей рубашке карточку с моим именем.
- А это зачем? – поинтересовалась я.
- Для клиентов. Должны же они как-то тебя называть!
Хлопнула входная дверь, зазвенела музыка ветра.
- Миссис Митчум! – раздался звонкий девичий голос. - Я пришла!
- Иди сюда, Мара, я тебя кое с кем хочу познакомить! – крикнула Глория.
Дверь распахнулась, и я увидела перед собой очень красивую девушку. Она была румяна, светлокожа, с прямыми темно-русыми волосами до плеч, разделенными на ровный прямой пробор. Глаза были красивого серо-зеленого цвета, окаймленные пушистыми ресницами. Лицо было идеальной формы, с заостренным подбородком. Сама она была невысокого роста, худенькая, и производила впечатление сорванца.
- Мара, знакомься, это Розалин Марвелл. С сегодняшнего дня она работает с тобой.
- Очень приятно! Я – Мара Сингер, - девушка протянула мне руку. Я неловко пожала ее, и Мара, заметив мое смущение, задорно улыбнулась мне.
- Ну, надеюсь, вы поладите! – сказала Глория, обращаясь к нам. – А сейчас, бегом на кухню, чистить картофель!
С этими словами Глория выплыла из комнаты. Мара скорчила ей вслед гримаску и стала переодеваться. Попутно она задавала мне вопросы, чем быстро завоевала мое расположение.
- Ты давно в Чикаго? – спросила Мара, натягивая юбку.
- Со вчерашнего дня.
- Ого! А где ты остановилась? Ты надолго здесь?
- Пока не знаю. У меня пока нет жилища.
- О-о-о, печально. А знаешь что? – спросила девушка с огоньком в глазах. - Я снимаю квартиру в двух кварталах отсюда. Мне напряжно платить за нее самой, понимаешь, о чем я? Было бы классно, если бы ты поселилась ко мне. Ты, я вижу, спокойная, да и Глория кого попало на работу не берет. Ну, как идея?
- Идея замечательная, но…
- Что «но»? – нахмурилась Мара.
- Мне как-то неловко…
- Да брось ты! Ты меня не стеснишь. Наоборот, будет с кем поболтать одинокими вечерами.
- Ну, раз так…
- Отлично! – возликовала Мара. - Сегодня же ты едешь ко мне. Сколько у тебя вещей?
Я молча указала на свои джинсы и топик.
- Вот и все.
Мара не поверила мне:
- Да ну!
Я покачала головой.
- Ты сбежала из дома, да, Роз?
Меня передернула от того, как она меня назвала. Так меня называли только Винчестеры.
- Вроде того, - ответила я, пряча глаза от Мары.
- Ладно, не буду докучать. Потом сама расскажешь, если хочешь. Пошли, поможем Глории.
Я покорно поднялась со своего места и пошла следом за Марой.
*
- Черт! Только не это!
Дин в отчаянии взъерошил волосы и снова уставился на дымящийся мотор.
Импала забарахлила среди пустынного шоссе где-то в Иллинойсе. Дин то и дело хмурился, выказывая надежду, что все не так уж и серьезно, и его малышка дотянет до ближайшего городка. Но когда из-под капота повалил дым, все пошло прахом.
- И что теперь делать? – спросил Сэм, подходя к брату.
Дин выпрямился:
- Без понятия, чувак. У нас два выхода: либо ждать попутную машину, и молить, чтобы нас взяли на буксир, либо звонить Бобби, чтобы он нас подтянул. В любом случае, я Импалу не оставлю.
- А как насчет небольшого ремонта? – предложил Сэм.
- Не катит. Инструментов маловато.
- Значит, ждем.
Сэм залез на заднее сиденье машины и устроился там поудобнее. Пусть Дин как хочет, но он, Сэм, наверстает упущенный сон.
========== Негодование ==========
К концу дня я так набегалась, разнося заказы, что уже к концу вечера не чувствовала ног от усталости. Моей радости не было конца, когда Глория, наконец, дала отбой. Мы переоделись обратно в свою одежду, и Мара сказала:
- Ну, что, пойдем?
Я кивнула головой в знак согласия и поплелась за своей новой подругой.
Если быть до конца честной, у меня никогда не было друзей. Моими ровесниками были лишь слуги, и отец запрещал мне общаться с ними. Конечно, к нам заезжали графини Гленморширские, Кэтрин и Мэри, но они вели себя довольно высокомерно. Возможно, причиной этого был тот факт, что они были старше меня и не хотели водиться со столь скучной персоной, какой они меня считали.
Мара была старше меня, но вела себя очень дружелюбно. Она сразу располагала людей к себе. В кафе у нее даже были постоянные клиенты. Сегодня один мужчина отказался от моих услуг, требуя, чтобы его обслужила мисс Сингер. Меня это поначалу задело, но я не стала долго дуться, ведь на это совершенно не было времени.
Наверное, мне сегодня ночью будут сниться томатный суп и лазанья (какое странное слово, еле запомнила, чтобы не оплошать перед Глорией) – столько порций я сегодня разнесла посетителям кафе. Пускай мои ноги гудели, словно я за весь день обошла половину Англии, зато я была счастлива.
Мара трещала без умолку. Наверное, ей действительно было очень одиноко в последнее время. Вот теперь она нашла свободные уши. Но я не жалуюсь. Ни капельки.
Мы подошли к трехэтажному дому из желтого кирпича и поднялись на второй этаж. Мара открыла дверь и произнесла:
- Добро пожаловать в наше скромное жилище!
Я вошла и осмотрелась. Квартира была небольшая, зато очень уютная. А главное, в ней было тепло и сухо, чего мне не хватало в родовом замке.
Мара скинула у порога обувь. Я последовала ее примеру. Девушка повела меня по всем комнатам, указав на диван, где мне предстояло спать.
- Ну, вот так и живем, - Мара плюхнулась в соседнее кресло. – Тебе нравится?
Я кивнула.
- Вот и здорово. Пошли ужинать.
Мара накормила меня грибным супом с гренками, а потом мы пошли смотреть телевизор. Я изо всех сил старалась выглядеть спокойной, но когда Мара включила этот ящик, я немного испугалась. Глядя на мои круглые глаза, она заподозрила что-то неладное:
- Эй, что с тобой?
- Ничего! – соврала я. – Просто интересно.
Мара покосилась на ящик:
- И давно тебя волнует поездка президента в Гваделупу?
Я бросила взгляд на Мару, пытаясь понять весь тот бред, что она на меня вывалила.
- Да нет, просто, - я сделала равнодушное лицо и снова уставилась в так называемый телевизор. Вскоре я убедилась, что это великолепное изобретение современного человечества. В него помещались и ораторы, и глашатаи, и трубадуры – в общем, куча народу. Я могла бы смотреть его вечно, но Мара, зевнув пару раз, дала отбой.
Я удобно устроилась на диване и подождала, когда в доме все утихнет. Тогда я снова отдала себя во власть размышлений. Сколько еще сюрпризов готовит мне этот мир? Мне еще крупно повезло, что я столько раз встречала хороших людей. Мару или Винчестеров, например. Винчестеры.
Я заерзала в своей постели. Почему я всякий раз вспоминаю их перед сном? Надо уже самой себе признаться, что меня мучает совесть. Они ведь столько для меня сделали, а я взяла и сбежала. Интересно, они меня искали? Что я несу, конечно же да! А как Сэм отреагировал?
Вот нелегкая! Задела самую больную струнку. Это из-за него я сбежала из Гринвилла. Это он хотел вернуть меня в Средние века. Надеюсь, наши дороги больше не пересекутся. Я просто не смогу заглянуть ему в глаза…
Мои мысли постепенно путались, и я даже сама не заметила, как погрузилась в сон без сновидений.
*
Дин все-таки дождался попутной машины. Угрюмый худощавый старик молча выслушал просьбу парня и без лишних слов взял Импалу на буксир. Указатель с краю сообщил братьям, что они сейчас въезжают в городок Бун-Крик, штат Северная Каролина. Худо-бедно Импала все-таки добралась до станции техобслуживания, где Дин попросил у персонала необходимый набор инструментов и принялся за починку своей малышки. Тем временем Сэм отправился в ближайший магазинчик и прикупил там кое-что пожевать.
- Эй, Дин, отвлекись ненадолго. Давай перекусим.
Дин на секунду отвлекся от увлекательной починки мотора и удовлетворенно улыбнулся, увидел пакет с продуктами.
- А пирог есть?
- Есть.
Сэм кинул брату требуемое, а сам принялся за холодную пиццу. Дин откусил кусок пирога и проговорил, набив рот:
- Щегодня поедем в Щикаго.
- Так скоро? – удивился Сэм.
- Нет времени тянуть, - Дин прожевал кусок, - Чикаго – большой город, там дофига белокурых цыпочек. А Розалин надо найти быстро. Тем более, Кас не дал нам конкретных координат. Выезжаем на закате.
Дин стряхнул с себя крошки и снова принялся копаться в моторе.
*
Прошел ровно месяц с того самого момента, как я попала в двадцать первый век. Это так много и так мало, что я даже не могу сказать наверняка. Но одно я поняла точно: Мара никогда не оставит меня в покое.
Каждое утро она поднимала меня в семь утра и заставляла меня заниматься вместе с ней так называемой аэробикой.
- Выше! Выше! Резче! Не отлынивай, Роз!
Поначалу я покорно тянула носок, как она и просила, но вскоре начала получать просто неописуемое удовольствие, занимаясь физическими упражнениями. Я даже заметила некоторые изменения в своей и без того идеальной фигуре, что крайне порадовало нас с Марой.
- Я же говорила! Я плохого не посоветую!
Естественно, я соглашалась с ней. Маре нельзя говорить что-то против. Пускай считает, что она права, иначе разразится буря.
А еще я узнала о такой вещи, как шоппинг. На первые же деньги, полученные от Глории, мы с Марой купили немного одежды, среди которой было и маленькое черное платьице. Его-то я категорически не хотела покупать.
- Мара, зачем оно мне? Это же траурный цвет! У нас же никто не умер, верно ведь?
Мара покрутила пальцем у виска:
- Роз, глупенькая, это же классика! Эта вещица никогда не выйдет из моды, даже через сто лет! Перестань спорить и примерь его!
Вздохнув, я отправилась в тесную комнатушку, именовавшуюся примерочной, и натянула платье на себя. Когда я вышла из-за ширмы, Мара ахнула.
- Я же говорила! Ты только взгляни на себя!
Я посмотрела в зеркало и не узнала себя. Кто бы мог подумать, что я из пятнадцатого века! Если бы родители увидели меня в таком виде, они бы без раздумий отправили меня на эшафот, посчитав блудницей дьявола. Платье было немыслимо коротким, обнажая мои ноги выше колен, и обтягивало меня, словно вторая кожа. Полукруглый вырез выставлял напоказ чуть ли не всю грудь, и мне хотелось прикрыться, дабы не светить своим сокровенным местом.