Герман СкередикэтПо нам плачут гангстеры
Глава Первая. В один туманный день
Так, и Как нам поступить с тем, что Происходит сейчас? Маркус смотрел в потолок, будто обращался вовсе не к собеседнику.
Человека, что лежал рядом с Маркусом на кровати дешевого отеля, звали Хван. Хван зажал зубами дымящуюся сигарету, глядя в тот же самый потолок.
Я согласен на все. Вопрос в том, чего хочешь ты?
Не уверен, что смогу произнести вслух. Я К такому не привык.
Голова Хвана медленно повернулась. Их взгляды наконец-то встретились.
Тебе страшно?
Да. Еще как.
Не переживай. Я уверен, что все поначалу нервничают. Это нормально. Ты можешь довериться мне?
Ага.
И как мы это сделаем? Или мне самому решить? Маркус кивнул. Он не был готов к такой ответственности, предпочел переложить ее на плечи иного. Тогда, предлагаю закопать его в лесу. Но перед этим, Хван поднялся, опустив ноги вниз, нужно избавиться от улик.
Маркус последовал его примеру, оторвав спину от покрывала. Оба смотрели в середину комнаты, где на гладком полу лежало тело мужчины. Его глаза навыкате, а из макушки торчал кухонный нож. Кровь залила пространство подле него, забилась в щели между паркетом. Хван приоткрыл рот, позволяя смогу вырваться наружу.
эра крошечного ростка
Хван затормозил около дверного проема. Он запыхался, а густая черная челка спадала на глаза, закрывая обзор.
Опять опаздываешь?! преподаватель стоял в середине тренировочного зала, упираясь пястьями в бока. Быстро проходи!
Хван коротко кивнул и юркнул в студийную комнату, проползая вдоль стенки. Танцевальный зал был заполнен другими учениками. Они устроились прямо на полу, из-за чего Хвану пришлось вилять, обходя их. Нарушитель спокойствия застопорился на месте и начал крутиться, ища подходящее место.
Да сядь уже! учитель вновь повысил голос, чем до мурашек напугал его.
Хван рухнул на первый попавшийся участок. Он забился к штукатурке, словно воробей, которого гонял дворовый кот. Провел ладонью по лбу, вытирая выступивший пот. Тяжелое дыхание постепенно разглаживалось. Вдруг кто-то случайно задел его локтем, но, видимо, тот человек не заметил. Хван повернулся к нему, но встретил лишь профиль с точеным носом. Таких людей разве что рисовать, но Хван не умел, хоть и пытался когда-то научиться. Незнакомец не выглядел выдающимсяХван вообще впервые видел этого парня в студии. Возможно, у них просто до этого не совпадали смены. Ощутив на себе прожигающий взгляд, незнакомый встречно развернул голову. Они пару секунд неловко смотрели друга на друга, когда тот не спросил:
Что-то случилось?
А? Хван моментально встрепенулся, поняв, что перешел границу. Прости, я задумался. Извини.
Все нормально, парень улыбнулся, пытаясь разрядить обстановку. Он поправил темную шевелюру, которая выгорела на солнце и немного отливала медью. Не проси прощения. Как тебя зовут?
Хван, он перестал чувствовать себя скованно, когда понял, что незнакомец настроен доброжелательно.
А яМаркус, они робко пожали руки, слегка качнув ими. Все шло ровно, пока лицо нового знакомого не озарилось осознанием. Стой, ты-
Хван Лим! голос преподавателя вновь врезался в барабанные перепонки. Выходи!
Хван подпрыгнул и направился в середину зала. Теперь все зрачки были устремлены на него. Девушка, с которой он танцевал, прослыла лучшей среди женской половины. Она двигалась в нужном ритме. Где-то резко, иногда плавно, будто цапля, а иногда как цунами, способное разрушить город за один присест. Хван не отставал. Они создали превосходную команду. Настолько гармоничную, что каждый был заворожен этим танцем. Увидев воочию лучшего танцора студии, Маркус просто сидел с отвисшей челюстью, неотрывно пялясь на него.
Улицы Города-13 заполнила духота и жара. Хван припал к бутылке с водой, жадно глотая жидкость. Он жутко устал после показательного выступления и тренировки. Лим держал расстегнутый рюкзак, пока по дороге проносились автомобили. Пыль поднялась в воздух, мешаясь с кислородом.
Хван? его окликнули. Он немного растерялся, когда увидел позади Маркуса. Тот подбежал, но, остановившись, начал переминаться с ноги на ногу. Это ведь Это ведь ты летишь по обмену? Лим утвердительно кивнул, проглатывая набранную за щеки воду. Можешь помочь мне? Пожалуйста Я никогда не летал за границу. А Элизиум ну, настоящая мечта.
Мечтаиначе не описать. Возможность попасть в сердце шоу-бизнеса и ухватить удачу за хвост дорого стоила. Очевидно, что Маркусу неуютно, но причиной тому вовсе не Эго или гордыня, а стеснение. Взвесив все «за» и «против», которых оказалось не шибко много, Хван улыбнулся ему, отвечая:
Хорошо. Но что мне за это будет?
Маркус задумался, постукивая носком кед по грунту. Спустя несколько томительных секунд, все-таки заговорил:
Иногда я смешно шучу, реплика вызвала у Хвана небольшой хохот. Тебе точно не будет скучно со мной.
Они быстро нашли общий язык. Время летело незаметно. Парни оставались после закрытий, когда здание погружалось в темноту. Подошвы кед скользили по линолеуму, а в отражениях зеркал мелькали силуэты. Маркус и Хван смотрелись забавно вместе. Одного роста, достаточно высокие, из-за чего люди часто поднимали головы, разговаривая с ними. За долгий год их прозвали «два сапогапара». В танце один дополнял другого. Отточенные движения, синхронные до такой степени, что ошарашивали любого наблюдателя. Ни у кого не осталось сомнений, что эти двое отправятся покорять другую часть света.
Банки пива шикнули под пальцами, пока они затаились между двумя ресторанами, смеясь над глупыми шутейками. Впервые попробовали алкоголь, который им купил старший приятель. К сожалению, хмельное не пришлось по вкусу. Маркус и Хван морщили носы, понимая, что прогадали с выбором и попусту потратили деньги.
Хван познакомил Маркуса со своей девушкоймилой Эмили. Она была такой крохой, что буквально дышала в пузо своему парню. Однако на характер бойкая, хоть и очаровательна по своей натуре. Совместные посиделки под просмотр документальных фильмов об значимых для истории артистах часто собирали их вместе. Мэрилин Нил, Дэвид Гарди, Фрэнк Филле. Все они были золотом культуры Элизиума. Не просто певцы или актеры, а деятели искусства, озарившие мир своим талантом. Глядя на них, парни понималиим еще работать и работать. Стажировка в Элизиумелишь начало длинного пути. Как говорил отец Хвана, поступитьеще не главное, главноене вылететь с учебы. Элизиум манил своим многообразием и свободой. Вся студия, в которой проходили занятия, была построена по системам обучения творческих университетов тех земель. Амбиции хлестали через край. Хван и Маркус не чувствовали себя соперникамимест выставлялось несколько. Эмили также посещала занятия, но только факультет киномеханики.
Охренеть, Маркус плюхнулся на диван рядом с другом. Я не думал, что Филле был связан с мафией.
Это только теория, поправил его Хван, но доказательств правда полно. Не удивительно, если честно. Все знаменитости тех времен прятали скелеты в шкафах. Такой уж был мир.
В Элизиуме вообще было много громких гангстеров. Кажется, нигде в мире больше такого не встречалось. Или хотя бы не в таком объеме. Чего стоит один Барго.
Барго половину своего существования болел, а под конец жизни выдохся и обернулся жалким, Хван подчеркнул красным маркером предложение в блокноте. Все мафиозивсего лишь красивая сказка, которую продают нам, простым смертным. Не верь всему, что говорят. Истории Элизиумаэто бренд. Они умеют делать деньги из воздуха, потому и являются лидерами по всем сторонам Земли, он повернулся к Маркусу, который развалился на мягкой мебели и слушал его, пожевывая пирожок с начинкой из фасоли. Я много читал про эту страну. Как говорится: «Знай врага в лик». Мы собираемся стать частью экосистемы, так что Тебе тоже не помешает заняться просвещением, но Лим встретил лишь совершенно расслабленное и довольное лицо друга, которого, кажется, не особо волновали знания. Маркус, я серьезно. Придется ведь не только танцевать, но и учиться. Ты их язык хотя бы знаешь?
Пыоаныаоср.
Хван медленно втянул воздух. Он был готов взорваться, но держался из последних сил. Все же, в данных обстоятельствах Маркус безнадежен. Хван усмирил внутри себя эмоции и ровно произнес:
Такого языка не существует.
Маркус расхохотался, дожевав последний кусочек. Он отряхнул руки и чуть не вытер их о клетчатую рубашку, но вовремя опомнился. Маркус подполз ближе к другу и заглянул в разлинованную тетрадь:
Значит, языка Элизиума не знаю. Но это ведь не проблематы мне поможешь. Твоего мозга хватит на нас двоих. Если тебя и меня похитит МэйМонти и увезет в Зеленую Рощу, именно Хван Лим всех спасет.
Хван усмехнулся, слушая вермишель, которую вешали ему на уши.
То есть, ты не рассматриваешь вариант, что украдут кого-то одного?
Ни в коем разе, я от тебя ни на шаг не отойду. В противном случае даже кофе купить не получится. Но дай мне слово, что не поедешь в Зеленую Рощу.
Никакой Рощи, Лим благосклонно кивнул ему.
Зеленая Роща являлась отправной точкой одной из самых страшных сект миратой самой, которой правил МэйМонти. Животное, убившее беременную актрису Трей Диккенс. Маньяк лишил Элизиум блестящего таланта и невероятной красоты, а режиссер Джордж Диккенс предался скорби по покойным жене и ребенку.
«ЯМонстр! Я выполняю свою работу!» такие слова были сказаны приспешником «семьи МэйМонти» прежде, чем он начал резать людей, что оказались в том несчастном доме. А уходя, они написали на входной двери всего одно слово«свиньи», используя кровь убитой Трей Диккенс. История несомненно пугала, но, как и сказал Хван, она явно приукрашена, да и осталась в далеких годах, когда камеры еще не считывали черты физиономий, а полиция не торчала на каждом углу.
Эмили забежала в комнату, держа фиолетовое пальтоона собиралась покинуть их, чтобы пораньше вернуться домой и помочь маме с готовкой. Девушка подлетела к дивану и склонилась над Хваном, оставляя на его щеке поцелуй:
Мне пора, Лим сжал ее руку и чмокнул в тыльную сторону ладони. Увидимся завтра, кролик.
Увидимся, малышка.
Маркус еле сдерживал смех. Он плотно сжал челюсти, не давая гоготу проскользнуть мимо зубов. Когда дверь хлопнула, оповещая об ушедшей леди, парень перевел взгляд на друга и наигранно произнес:
Увидимся, малышка,он едва весомо хлопнул Хвана по щекам, не меняя тон голоса, словно сюсюкался с маленьким ребенком. Я тебя люблю, мой сладкий кролик.
Хватит выпендриваться, Лим отмахнулся от него, смущенно улыбаясь. Ты сам начнешь так делать, когда обзаведешься девушкой.
Да ни за что, Маркус отрицательно закачал черепушкой. Звучит так приторно, что мне плохо становится.
Держу парипричина в том, что ты сожрал.
Чуть позже
Меховая кисть для гуаши проехалась по коже. Она наносила на эпидермис зеленый неон. Хван старательно рисовал на лице Маркуса подобие черепа. Празднование Дня Мертвецов в Городе-13 проходило как подобаетс пугалками, вечеринками и нарядами. Только парни решили не раскошеливаться на что-то шибко дорогое, ведь это всего лишь один праздник. Обошлись простым гримом и хорошим настроением.
Получается? поинтересовался Маркус, чувствуя, как старательно второй водил ворсом.
Перестань во мне сомневаться.
Но ты не умеешь рисовать.
Замолчи, иначе криво будет.
Маркус немо согласился. Прохладный состав заставлял немного поежиться. Рисунок на лике Хвана той же формы. Его ресницы дрожали, он редко моргал. Сосредоточенность пронизывала каждый уголок, каждый изгиб. Даже в кромешной тьме от Маркуса не скрылись ноты перфекционизма, исходящие от друга. Лим был красивымпервое, что заметил Маркус, когда они встретились. Вроде, ничего такоготонкие обветренные губы, небольшие щечки и заурядные волосы, которые толком даже не блестели от солнца. Однако это не мешало Хвану пользоваться популярностью у той же Эмили. Они отлично подходили друг другу. Разница в росте делала их пару еще более умилительной.
Все хорошо? Хван замер. Так внимательно смотришь на меня. Надеюсь, это не потому, что я тебе в глаз попал?
Ты попал в мой глаз?
Немного
Они часто менялись одеждой, потому что телосложения были идентичными. Мама Маркуса постоянно удивлялась, откуда у сына такие вещи. Она надеялась, что Маркус не экономит на еде, чтобы обзаводиться новой одежкой. У нее от сердца отлегло, когда на общем ужине Хван сознался в маленькой шалости. За незначительное вранье Маркус получил подзатыльник. Его родители были верующими людьми. Они часто посещали храм Владыки Солнца. Сам Маркус не питал особого интереса к религии, а заставлять сына ходить с нимидело гиблое. Родственники позволяли ему оставаться дома во время служб, но всегда давали задания, вроде уборки ванной или мытья посуды.
На вечеринке собралось полным-полно посетителей. Красные лампы залили своим светом каждый кусочек подвального помещения. Громкая, энергичная музыка била по голове, словно молотки. Все вырядились, кто во что горазд: от детальных костюмов до элементарной простыни а-ля приведение. Зайдя в помещение, Хван, будто верный щенок, сразу же побежал к Эмили. Маркус лишь цокнул языком, провожая друга взглядом. К счастью, ему не пришлось провести ночь в полном одиночестве: его познакомили с Куаночаровательной блондинкой с лисьими глазами и кошачьими ушками на ободке. Они разговорились, держась в стороне, около стола с напитками. Куан собиралась поступать на дизайнерский факультет, любила хип-хоп и не брезговала матом в речи. Девушка действительно впечатлила его. Не каждый день такую встретишьраскрепощенную, немного хамоватую, но обладающую превосходным шармом.
Чем интересуешься? Маркус отпил из пластикового стаканчика, задавая ей вопрос.
В данный моменттобой.
Ого, парень вскинул бровь, уловив флирт прямее рельсов. И как? Затягивает?
Ты даже не представляешь, насколько, Куан хитро улыбнулась, подходя ближе. Она оперлась плечом о стену, не отрываясь от него.
Оба понимали, что между ними возникла химия. Притяжение заставляло сокращать расстояние, протягивать руки, убирая за ушки пряди волос. Внезапно красные лампы погасли. Люди зашумели, восхищенно хлопали, гудели и свистели. Неоновые составы в палочках, гриме и косметике мерцали ярче планктона на берегах Океана. Куан сделала первый шаг сама. Она приблизилась к Маркусу, накрывая его губы своими. Он охотно принял предложение, начал гладить ее по волосам, придерживая за талию. Ткань платья сминалась под пальцами. Ноготки Куан мягко водили по чужой коже.
Разворачиваясь, Маркус случайно посмотрел вперед. Он зацепился за два силуэта, что плавно танцевали в середине зала. Эмили обвила руками шею Хвана, а парень улыбался сквозь поцелуи. Забавная привычка. Невооруженным взором было заметно, насколько они дорожат друг другом. Бережные прикосновения, нежные, будто кто-то проводит пером по водной глади. Это отличалось от того, с каким напором целовала Куан. Она четко осознавала, чего хотела, и собиралась добиться своего. Маркус не знал, сколько времени пялился на друга. Видимо, почувствовав это интуитивно, Хван поднял глаза. Маркус не понимал, почему не может просто отвернуться. Взятьи прекратить глазеть. Они будто играли в гляделки, где приз оставался неизвестным до самого конца состязания. И ведь Лим тоже не рвался спрятаться: он поднял кисть вверх, показывая всем известный шкодный жест. Однако Маркус ощущал что-то, что не мог объяснить. Очень странно.
Куан вывела его на улицу, утягивая за собой. Она держала ладонь Маркуса, пока утаскивала на задний дворик, где никого не было. Остановившись, несильно толкнула в грудь, придавливая к кирпичной стене, и тут же потянулась с новым запалом. Жадная и резвая, Куан сразу показала, кто из них будет вести. Ее руки скользнули вниз, к пуговице на чужих джинсах. Указательный палец подцепил застежку молнии потянул вниз. Маркус немного переполошился, начал осматривать округу:
Ты уверена?
Да, мне интересно попробовать, девушка подмигнула ему, но следом немного притормозила. Или ты против?
Нет? Маркус перепутал интонацию, немного волнуясь от прямолинейности. Я в полном порядке. Если хочешь, то