Сказки и рассказы
Сборник
Айгуль Иксанова
© Айгуль Иксанова, 2015
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero.ru
Необучаемые
В то утро Мелвис, против обыкновения, был сумрачным и понурым: его все-таки признали необучаемым. Это не означает, что на нем поставили крест, совсем нет, они еще долго будут биться с ним, пытаясь научить, но сам-то он заранее знал, что ничего не выйдет.
Мел слышал, как один из людей, высокий и крупный самец, сказал той, что поменьше:
– Да, прекрати! Не бывает необучаемых, просто он сложный, с характером! Но увидишь – пройдет время, и он сумеет! Через меня прошли сотни, и не было ни одного, чтоб не научился хотя бы самым простым штукам. Поверь, все получится! А на сегодня все, пусть отдыхает. Ему нужно время!
Маленькая человеческая самка что-то ответила, но Мел уже не слушал. Его отпустили, и он с готовностью поплыл прочь. Большие белые ворота были убраны, и ничто не мешало ему вернуться домой, в синие океанские глубины.
Мелвис был дельфином, и он был взрослым. Поэтому ему повезло: он помнил времена, когда дельфины еще жили свободным племенем по старым порядкам, подчиняясь инстинктам и своим собственным законам, существовавшим испокон веков.
Мел до сих пор помнил законы, ведь в прошлые времена каждый даже самый маленький дельфин знал их назубок, этому обучали сразу же, как только детеныши отказывались от молока и могли поймать первую рыбину. Они были простыми эти законы.
Дельфин должен жить в своем племени. Все дельфины – братья.
Дельфин должен быть свободным.
Дельфин должен сам ловить свою рыбу и не брать пищу у людей.
Дельфин должен держаться подальше от людей и от суши.
Дельфин должен поддерживать гармонию океана и соблюдать его правила.
Дельфин убивает лишь добычу.
Дельфины – мирные существа и не причиняют зла другим.
Так было прежде, но сейчас мир словно перевернулся с ног на голову, и все изменилось до неузнаваемости. Сейчас Мел с трудом мог вспомнить, как все началось. Момент, когда происходит трансформация, когда меняется сама жизнь, зачастую ничем не выделяется, он наступает просто и буднично: мимолетная секунда среди сотен и тысяч мгновений. И лишь много лет спустя, обернувшись назад, отчетливо видишь по-прежнему светящуюся, словно непогашенный кем-то костер, точку разрыва, незамеченный роковой перекресток, где все могло бы пойти иначе.
Однажды дельфин по имени Улисс, взявший себе имя в честь человеческого героя, проплывший вокруг света, в одном из своих многочисленных путешествий нарушил закон. Он принял рыбу у человека. И ему это понравилось. Самый сильный и знающий, Улисс, как все и ожидали, со временем возглавил племя, став его вожаком. У каждой стаи должен быть вожак. И тогда – он рассказал остальным, что Великие законы устарели. Хотя бы потому, что брать рыбу у человека куда проще и приятнее, чем ловить ее самому. Другими словами, Улисс открыл более эффективный способ рыбной ловли.
Один за другим соплеменники следовали его примеру. А за этим начались и нарушения оставшихся законов. Дельфины приблизились к суше и к человеку. Они перестали быть свободными.
А потом человек научил их убивать.
На берегу располагались лаборатории, в которых люди изучали поведение дельфинов, следили за ними с помощью специально установленных приборов и пытались договориться. Это начиналось всегда, как игра. Как дружба человека и дельфина. Потом их учили не бояться вражеских кораблей.
К плавнику прикреплялся специальный прибор, подплывая к судну противника, дельфин находил позицию, позволявшую распознавать волны передаваемых сигналов и радиограмм. Таким образом, они служили подводными разведчиками.
Иногда это был другой прибор, в нем устанавливался взрыватель, и тогда вражеский корабль взлетал на воздух. Дельфин, разумеется, погибал, но умереть при подобных обстоятельствах считалось большой честью. Люди вносили имена таких героев в подводный зал славы.
Самым страшным для Мела было то, что их обучали убивать других дельфинов. Тех, кто принадлежал к племени, подчиненному противнику людей. Противник людей жил на другом континенте. Собственно, это были такие же люди, поэтому Мел не мог понять, почему они воевали, но ведь не зря его называли необучаемым. Он помнил еще из детства, что другие дельфины – его братья, и никак не мог вспомнить момент, когда и почему они перестали ими быть?
Так сказали люди. Они сказали: дельфины другого моря – не ваши братья. Они враги, вам следует убивать их. Они хотят захватить ваши воды. Кроме того, разве вы не видите, они намного слабее и уродливее вас! Да они – и не настоящие дельфины вовсе. Вы превосходите их, а значит – именно ваше племя имеет право на продолжение рода. Вы – результат эволюции и естественного отбора. Они – ошибка природы. Их культура и законы намного примитивнее ваших. (Какая разница, думал Мел, у кого какие законы, если они все равно не соблюдаются?)
Очевидно, люди, живущие на другом континенте, сказали черным дельфинам, – тем, что обитали в их морях, – то же самое. Мел лично видел представителей черных – они были озлобленны и говорили о том, что светлые дельфины медленнее плавают, хуже охотятся и соображают, представляя собой вымирающий вид, который должен быть уничтожен.
А ведь раньше так никто не думал, вспоминал Мел. Мы встречались и были, правда, как братья! Мы могли вместе плыть через океан, и сильные помогали в пути слабым. Им было неважно, кому помогать, черным ли дельфинам, светлым ли. Они просто следовали древним законам. Почему теперь мы не можем следовать тем же правилам? Об этом Мел как-то спросил Улисса, в ответ на что и получил кличку Необучаемого.
Проблема Мела была в том, что он предан старым законам и, к тому же, слишком добр. Поэтому, как люди ни старались вот уже несколько лет, он никак не мог научиться убивать.
Дельфин убивает только добычу, эта мысль прочно засела в его памяти. Он слышал однажды, что человеческий самец предлагал попробовать вставить ему в мозг какие-то электроды и исправить память, но остальные его отговорили. Этот метод слишком плохо изучен, а каждый дельфин был на счету, особенно теперь, когда вот-вот начнется подводная война.
Люди подгоняли подопечных, торопились закончить свои уроки, и вот, сегодня они тоже назвали его необучаемым. Мел печально вздохнул. Клеймо необучаемого было страшным бедствием, это означало, что ему будет доставаться меньше рыбы, если вообще достанется хоть что-то. На совете племени никто не прислушается к его мнению, хотя и сами советы теперь были лишь номинальными. Все решал один Улисс. Так думали дельфины. А на самом деле – через него управляли люди.
Мел обернулся. Мимо, изящно покачивая хвостом, проплыла Альта. Ее гладкая серая кожа была почти белой, она сверкала на солнце, и блики двигались по ней в такт плавным движениями. Мел снова вздохнул: Альта была самой красивой самкой в племени. Кто-кто, а уж она-то никогда не обратит внимание на необучаемого! Ей больше нравятся герои, такие, как Доннис, или даже Аурис!
При мысли об Аурисе Мел вздрогнул. Тот был самым свирепым и жестоким среди дельфинов, работавших с людьми. На его счету уже десяток жизней черных собратьев, которых он поклялся истреблять до конца своих дней. Аурис считался героем, люди обожали его, они при жизни внесли его имя в зал славы! Конечно, Альта для таких, как он! Мел слышал, как она, хихикая, рассказывала подругами, будто краб-отшельник предсказал, что Аурис станет ее парой. Молодые самки часто плавали к крабу-отшельнику погадать на будущее.
В тот день Мелу было очень грустно, ведь он с детства влюблен в Альту, а она остается с ним неизменно добра и приветлива, но ее взгляды, как и взмахи хвоста, всегда направлены в другую сторону. Вот и сейчас, проплывая мимо, она остановилась и ласково улыбнулась.
– Привет, Мел! – произнесла она, – Как ты? Ты кажешься не таким, как обычно! Каким-то невеселым. Что стряслось?
Ну вот, ничего от нее не утаишь! Да он бы и не смог, даже если бы захотел, врать Мел тоже так и не научился.
– Привет, Альта! – грустно кивнул он. – Да, день не удался. Люди признали меня необучаемым сегодня.
– Тебя? Необучаемым? – Альта залилась веселым смехом. – Глупость, какая! Как ты можешь быть необучаемым, я помню, когда мы еще вместе учились у Дживаса, ты был одним из самых смышленых, мы все не поспевали за тобой!
– Старые законы давались мне лучше! – он вздохнул. – У меня не получается убивать.
Альта подплыла ближе и ласково погладила его плавником.
– Ничего, еще научишься, – тепло сказала она. – Они же плохие, Мел. Они наши враги.
– Учитель Дживас говорил, они наши братья, – попытался возразить Мел.
– Учитель Дживас мертв, – резко прервала Альта. – Они убили его. Черные дельфины. А рядом с телом оставили послание, выложив буквы из ракушек. «Он учил, хоть не имел права. Светлые слишком глупы, чтобы понимать законы». А сами-то даже написали с ошибками! Выродки! Разве это не жестокость, убить учителя?
Мел согласно кивнул. Несомненно, Альта была права. И люди правы. Она поплыла дальше, он с тоской взглянул ей вслед, а потом направился разыскивать Донниса. Доннис был его лучшим другом. Он превосходил Мела во всем: сильнее, быстрее, куда способнее! Он уже плавал с прибором-разведчиком на плавнике. Скоро, возможно, он начнет убивать черных дельфинов. Он умел стрелять небольшими пиками, привязанными к спине, знал, как заманивать врага в сети и в ловушки, как распылять отравленные вещества.
И раз уж завтра выдался выходной, они вполне могут провести его вместе. Доннис сочувственно похлопал друга плавником по спине, предложил дать Мелу парочку уроков по ведению морского боя, после чего они решили пока оставить неприятные темы и подумать, что делать завтра.
Дон предложил плыть в пещеры. Они играли там, когда были детьми, но с тех пор, как неподалеку от одной из них было обнаружено тело учителя Дживаса, Мелу было неприятно там появляться. Но он решил не отказывать другу, тем более, уже и сам соскучился по пещерам. Как весело они проводили там время в детстве! Пещеры были соединены между собой лабиринтами, и в гротах вполне можно было играть в прятки, что они и делали прежде.
Наутро Дон и Мел встретились на краю лагуны и направились к пещерам. Они поднялись на поверхность, туда, где небо распахнуло над волнами свой огромный голубой веер, отчего вода стала чернильно-синей. Мел давно не видел настолько красивого моря, оно поднималось и опускалось, будто дышало, как если бы океан был живым; он напоминал бесконечные крылья гигантской бабочки, отдыхавшей на земле после долгого полета.
По дороге они оживленно болтали: Мел не помнил ни одного дня, ни одного часу, чтобы им стало скучно друг с другом. Наверное, это и имелось в виду в законе: Дельфин дельфину – брат.
– Как думаешь, Дон, в законе ведь говорилось, что дельфин дельфину – брат…
– Они не братья нам, Мел, – решительно прервал его Дон. – Ты мне брат, а они – нет. Они убивают нас, разве не знаешь? Они отца моего взорвали. Черные хотят забрать наше море, наши лагуны, наши пещеры, потому что им мало своих. В то время как на самом деле, их вид должен быть уничтожен, как более слабый! Этому учит закон эволюции.
– Но раньше нас не учили такому закону!
– Зато учат теперь. Все приплыли! – Дон остановился у пещеры, а потом последовал внутрь, и Мел отправился за ним. Они опускались все глубже и глубже, пересекая узелки подводных тоннелей, пока, наконец, не остановились у входа в совсем крошечную пещеру. Они называли ее Секретной. Так повелось еще с детства, потому что никто больше не заплывал так далеко и не подозревал о ее существовании, даже Улисс, даже учитель Дживас. Кроме того, вход в нее был загорожен зубчатыми рифами, о которые нежную кожу дельфина можно легко поранить, поэтому никто не рисковал проверять, а что же там, за зубцами? Они с Доном всегда были самыми безрассудными.
А за зубцами была круглая, темная и уютная пещера. Иногда в своих мечтах Мел представлял, как однажды приведет сюда Альту и останется с ней наедине. Тогда он мог бы сказать ей о своих чувствах, тогда, возможно, они могли бы назваться парой. Но нет, Альте предсказал краб-отшельник, что ее парой будет Аурис, а старый краб никогда не ошибается. Мел даже Доннису стеснялся сказать, что однажды и сам ходил к крабу, спросить о будущем. Обычно так делали только самки. Но ему можно, ему все можно – он ведь необучаемый! А значит – дурак. Старый отшельник смерил его взглядом огромных круглых желтых глаз, повернутых в разные стороны, выслушал и быстро сказал:
– Белая Альта? Она не для тебя! Она будет с Аурисом.
– Но как же… – Мел вздохнул. – Мы дружим с малых лет. Я надеялся, она станет моей парой и у меня будет много-много детей…
Краб-отшельник снова внимательно оглядел его, и Мел поежился под пронзительным взглядом прозрачных золотистых глаз.
– У тебя будет много-много детей, больше, чем ты можешь вообразить! А она будет с Аурисом, – отрезал краб.
Мел решил, что пророчество – глупость, а краб – обманщик и жулик, ведь если Альта не станет его парой, то не будет у него никаких детей, другая ему не нужна! Он никогда не говорил ей о своих чувствах, но наверняка, она давно знает, сама догадалась. Альта была умной и по-женски хитрой, одна ее лукавая улыбка чего стоила! Она знала, что красива и умела пользоваться своей красотой. Даже люди называли ее: лучший экземпляр, и не хотели использовать в войне, предпочитая оставить для размножения. Люди любили эволюцию и естественный отбор. Ну что ж, вполне: Альта – лучшая самка, Аурис – лучший самец, после Улисса, конечно, но ведь тот уже слишком стар. У этих двоих будет отличное потомство. А вот у Мела потомства не будет, потому что его скоро пошлют взорвать какой-нибудь корабль. А даже если и не пошлют – какая нормальная самка захочет обратить внимание на необучаемого? Разве та, у которой у самой не все дома! Вроде старой Велмы…
– Дон, как думаешь, – предположил Мел, когда они заплыли в Секретную пещеру и удобно устроились в темноте, – А может, если я не могу убивать, они могли бы использовать меня, как санитара? Чтобы оказывать первую помощь пострадавшим братьям? Это я мог бы делать…
– Не говори глупости, – возразил Дон. – С чего ты взял, что ты необучаемый? Ты должен научиться – и ты научишься! Мог бы быть не хуже Ауриса, если бы захотел! Ты всегда был самый башковитый среди нас. Но ты же не хочешь… Я думаю, раз уж ты не сможешь убивать, люди сделают тебя новым учителем. Вместо Дживаса.
Мел расхохотался.
– Скажешь тоже! Как же я могу быть учителем, если я – необучаемый? Как могу учить, если сам не умею? – со смехом спросил он.
– Люди говорят, что обычно именно так и бывает, – серьезно ответил Дон. – Учат именно те, кто не умеют. Ладно, поплыли отсюда! Я хотел еще родителей повидать.
– А, здорово, правда, что кроме нас никто не знает про эту пещеру? – мечтательно сказал Мел.
Дон согласно кивнул.
– Это – наше убежище. Может, когда-то и пригодится. Поплыли, завтра серьезная тренировка, надо хорошо отдохнуть и поесть.
Подобная новость нисколько не обрадовала Мела. Он не любил все тренировки с людьми, там всегда приходилось что-то взрывать, прокалывать, разрезать и быть жестоким, а он этого не умел. Иногда он изо всех сил пытался разозлиться, но из этих попыток ничего не выходило.
– Поесть? – переспросил он. – А давай поймаем рыбы! Сами!
– Ты что? – Дон с осуждением взглянул на него. – Нам же запрещено ловить рыбу!
– Никто не узнает! И потом, вспомни, как мы малышами сбегали в эти пещеры! Это тоже было запрещено!
– Скажешь тоже! Сбежать в пещеру в детстве – одно, нарушить правила людей – совсем другое.