В доме лжи - Иэн Рэнкин 2 стр.


 Да, наручники стоящие,  согласился Сазерленд.

 То есть полицейские?

 Пока неизвестно.

 Но на лодыжках  Рид покачал головой.  Бессмыслица.

 Нет, если надо не дать кому-нибудь сбежать,  заметил Йейтс.

Сазерленд провел пальцем по носу.

 Шивон, можете что-нибудь добавить?

Кларк откашлялась.

 Один из моих источников считает, что может подсказать нам имя.

Собравшиеся оживились. Рид забыл про свою карту и направился к Кларк.

 Продолжайте!  потребовал он.

 По телефону он не захотел сказать.

 Тогда давайте встретимся с ним!  Рид взглянул на Сазерленда, дожидаясь одобрения, но тот смотрел на Кларк.

 Шивон, можете уточнить, о ком вы?

 Бывший полицейский. Несколько лет как в отставке. И если я в нем не ошибаюсь, появится он здесь минут через десять-пятнадцать.

 Так расскажите о нем что-нибудь, пока не пришел.

 Минут за десять-пятнадцать?  Кларк фыркнула.  У него столько заслуг, что минут в десять-пятнадцать я вряд ли уложусь.

Сазерленд откинулся на спинку стула и скрестил руки на груди.

 Хотя бы попробуйте.

 Дежурный отказывался меня пропускать,  пожаловался Ребус, когда Кларк вела его вверх по лестнице.  А ведь было время

Кларк остановилась и повернулась к нему.

 Джон, с тобой все в порядке? Я серьезно.

 Болячки все еще со мной, если ты о них. Никуда не делись.

 Знаю. И стали запущенней.

 И все-таки я снова здесь.  Ребус простер руки.  Знаешь пословицу

 Фальшивая монета всегда возвращается? Слон в посудной лавке?

 Я имел в виду бог из машины, только вспомнил, что это не совсем пословица.  Ребус помолчал, огляделся.  Как в старые добрые времена

 От которых ничего не осталось,  буркнула Кларк и снова зашагала вверх.

К тому времени, как они добрались до лестничной площадки, Ребус уже еле дышал. Он постоял, собираясь с силами, и похлопал себя по карману, проверяя, там ли ингалятор.

 С сигаретами я покончил раз и навсегда.

 А с выпивкой?

 Употребляю только особую микстуру, ваша честь.

Расправив плечи и придав лицу выражение, которое Шивон Кларк помнила по прежним временам, Ребус прошествовал мимо нее. Сазерленд, ждавший Ребуса посреди кабинета, крепко пожал ему руку:

 Не каждый день можно встретить легенду.

 Это вы про себя или про меня?  ответил Ребус.

Сазерленд, улыбнувшись уголком рта, предложил Ребусу стул. Фил Йейтс стоял, привалившись к стене; именно его стул достался Ребусу. Сазерленд сел за стол и сцепил пальцы.

 Шивон говорит, что у вас вроде бы есть какая-то информация. Мы очень благодарны вам за то, что пришли.

 Благодарности у вас может поубавиться, когда вы услышите имя. Дело было в две тысячи шестом.  Ребус посмотрел на Рида:  Вот вы еще под стол пешком ходили.  Потом повернулся к Сазерленду:  Ваш малец тут что, на практике?

 Инспектор Рид старше, чем кажется.  Сазерленд пытался сохранять легкий тон, но Кларк понимала, что он долго не продержится.

Ребус настороженно оглядел собравшихся.

 Я Шивон уже сказал, что у нынешнего поколения короткая память. Если я прав, то ваша машина вполне может принадлежать Стюарту Блуму.  Он подождал, глядя, как нахмурился Сазерленд.

 В две тысячи шестом я еще служил в Инвернессе,  сказал наконец старший инспектор.

 А ты, Шивон?  Ребус наставил на нее палец.  Даю подсказку: тебя тогда откомандировали в Файф. По-моему, на три месяца. Твой отъезд по времени почти совпал с тем случаем.

 Дело частного детектива?  Кларк кивнула.  Мы обсуждали, я помню. Он тогда пропал с концами.

 Именно. Улавливаете намек?  Ребус мельком взглянул на каждого, но лица собравшихся ничего не выражали.

Кэллам Рид быстренько достал телефон и вбил имя в поисковик. Остальные, поняв, что он делает, тоже приступили к поискам в интернете. Примеру Рида не последовал только Сазерленд у него завибрировал телефон.

 Старший инспектор Сазерленд,  сказал он и стал слушать, не сводя глаз с Ребуса. Закончив, показал Ребусу экран:  Общественность на связи. Другая общественность, должен сказать. Три человека назвали то же имя, что и вы.

 Имя частного детектива из Эдинбурга,  со значением заметил Ребус, изучая информацию на экране телефона.  Который пропал без вести в марте 2006 года. Его партнеру задавали вопросы

 Деловому партнеру?  перебил Сазерленд.

 Любовнику,  поправил Ребус.  Стюарт Блум был геем. Так получилось, что его парень сын следователя из убойного отдела в Глазго, Алекса Шенкли.

 Парня подозревали?  спросил Сазерленд.

 Еще как. Но если шума никто не поднимает, а тела нет

Сазерленд подошел к стене и принялся изучать карту. Ребус присоединился к нему.

 Лес прочесали?

Ребус медленно кивнул:

 Думаю, не один раз.

 Почему?  Сазерленд полуобернулся к нему.

 Причина владелец рощи.

 Говорите же, Джон, не тяните,  рявкнул Сазерленд. Его терпение было на исходе.

 Стюарт Блум работал на кинопродюсера по имени Джеки Несс. Дом Несса расположен в дальнем конце рощи, если смотреть от дороги.  Ребус вгляделся в карту и ткнул пальцем в какую-то точку.  Более или менее здесь. И пусть слово дом не вводит вас в заблуждение. Больше тянет на особняк.

 Этот Несс все еще живет там?

Ребус пожал плечами. Сазерленд повернулся к подчиненным.

 Мне нужна информация,  потребовал он у всех сразу и ни у кого конкретно.

 Нам бы компьютер,  сказал Йейтс.  У меня в машине ноутбук. Могу принести.

Сазерленд кивнул и сказал ради Ребуса:

 Так теперь называются лэптопы.

 Знаю,  огрызнулся Джон Ребус.  Что дальше?

Сазерленд задумался.

 Вы были в группе, которая вела первичное расследование. Может, расскажете, что вам известно? Нам бы это помогло.

 Предположим,  добавила Тесс Лейтон,  что это и правда машина того самого Блума, а в багажнике он сам.

 Давайте мыслить шире,  согласился Сазерленд.  А Джон, может быть, пока даст показания просто чтобы все прояснить. Архив ведь остался?

 Наверное, почти все забрал ОБК,  как бы вскользь заметил Ребус, делая вид, что изучает карту.

 ОБК?

 Я знаю, что теперь они называются АКО, но в две тысячи шестом это был отдел по борьбе с коррупцией. Кое-кому из вас небольшая лекция по истории пошла бы на пользу. Тогда полиции Шотландии еще не существовало. Были восемь региональных подразделений

 Простите, Джон, а при чем здесь ОБК?  перебил Сазерленд.

Ребус сделал вид, что задумался.

 Ну,  сказал он наконец,  мы каким-то образом умудрились устроить черт знает что. ОБК был, так сказать, вишенкой на торте, не более.

 И верно.  Взгляд Рида был прикован к экрану телефона, большой палец работал без устали.  Во время расследования и после него семья Блума подала с десяток жалоб. А в прошлом году снова взялись за старое.

Ребус медленно кивнул, не сводя глаз с Сазерленда.

 Дело сильно бы упростилось, если бы в машине оказался кто угодно, только не Блум. Есть шанс, что это самоубийство?

 Думаю, самоубийство можно смело исключить. Кто-то загнал машину в заросли папоротников и прикрыл ветками.

 Он сам мог это сделать, а потом залезть в багажник. Если действительно хотел, чтобы его не нашли.

Джордж Гэмбл сипло усмехнулся.

 Вы когда-нибудь видели, чтобы самоубийцы сковывали себе лодыжки наручниками?

 Наручники?  Ребус перевел взгляд с Сазерленда на Шивон, после чего снова посмотрел на Сазерленда.

 Мне кажется, на этом этапе еще рано афишировать подробности.  Сазерленд сердито глянул на Гэмбла.

 Полицейские наручники?  нажал на него Ребус.

Сазерленд вскинул ладонь:

 Давайте пока притормозим. Лучше присядем, и вы расскажете нам эту историю.

 Чашка чая была бы очень кстати.

Сазерленд кивнул и взглянул на Кларк:

 Шивон, вы тут лучше всех ориентируетесь

 Через дорогу есть кафе. Самый подходящий вариант.

Сазерленд извлек из кармана двадцатифунтовую банкноту и протянул ей.

 Погодите-ка!  возмутилась Кларк.  Вы что, хотите меня туда отправить?

 Я просто делегирую задачу,  с хитрым видом сказал Сазерленд.

Кларк выдернула купюру у него из пальцев и подошла к Эмили Краутер:

 Тогда отправляйтесь вы, констебль Краутер.

Краутер нахмурилась, но Кларк положила купюру на стол и подтолкнула к ней.

 Да уж, делегировали.  Ребус натянуто улыбнулся и спросил у Сазерленда:  Итак, с чего мне начать?

3

Улица в Блэкхолле, застроенная одноэтажными жилыми домами, была бы тихим уголком, если б не водители, страстно желавшие избежать соседней и более оживленной Куинсферри-роуд. Ребус толкнул кованую калитку. Смазанные петли, ухоженный сад по обеим сторонам выложенной плиткой дорожки. Два мусорных бака один с бытовыми отходами, другой со всяким садовым мусором уже выставлены на тротуар за воротами. Ребус позвонил в дверь и подождал. Наконец дверь открылась. Стоявший на пороге человек был ровесником Ребуса, но выглядел лет на пять моложе, Билл Ролстон и на пенсии следил за собой, а в глазах за полукруглыми стеклами очков по-прежнему светился острый ум.

 Здравствуй, Ребус,  мрачно произнес он и внимательно оглядел Ребуса с ног до головы.

 Ты уже слышал?

Ролстон скривил рот:

 Конечно, слышал. Но никто пока не говорит, что это он.

 Это вопрос времени.

 Да, вероятно.  Ролстон вздохнул и отступил в прихожую:  Тогда лучше зайди. Чай или что покрепче?

 Чай в самый раз.

Направляясь на кухню, Ролстон бросил взгляд через плечо:

 Первый раз вижу, чтобы ты отказался.

 Я, похоже, подхватил ХОБЛ.

 И что это значит на человеческом языке?

 Хроническая обструктивная болезнь легких. Если по-нормальному эмфизема.

 На тебя похоже заболеть чем-то, в названии чего есть л, как в легавый.

 Да, повезло так повезло.

 Как бы то ни было сочувствую. Хроническая, обструктивная паршиво звучит. Что одно, что другое.

 Ну а ты как?  спросил Ребус.

 Бет умерла в прошлом году. Всю жизнь курила по пачке в день. Споткнулась, упала, ударилась головой оторвался тромб. Представляешь?

Кухня была безупречна. Обе обеденные тарелки и глубокая, и мелкая вымыты и уже в сушилке. Отмытую пластиковую посудину из-под супа ожидал за дверью черного хода контейнер для сбора перерабатываемого мусора.

 Сахар?  спросил Ролстон.  Забыл что-то.

 Только молоко. Спасибо.

Не то чтобы Ребусу сильно хотелось чая. После поездки в Лит он был сыт чаем по горло. Но пока Билл Ролстон заваривал чай, Ребус присматривался к нему. К тому же он знал, что Ролстону нужно время, чтобы подумать.

 Вот сюда.  Ролстон вручил гостю кружку и показал дорогу. Гостиная маленькая, столовой нет вовсе. Семейные фотографии, безделушки, стеллаж, набитый книгами в мягкой обложке и DVD-дисками. Ребус внимательно изучил полки.

 Не часто в наши дни увидишь Алистера Маклина,  заметил он.

 Наверное, тому есть причины. Садись и рассказывай, что у тебя на уме.

Рядом с любимым креслом Ролстона стоял журнальный столик. Два пульта, телефон и запасные очки. Яркие картины на стенах отражали вкусы скорее Бет, чем ее мужа. Ребус устроился на краю дивана, держа кружку в ладонях.

 Если в машине и правда он, то это, скорее всего, убийство. Судя по описанию тела, он был мертв, уже когда мы его искали.

 Тело нашли в Портаун-Вудз?

Ребус кивнул.

 Джон, ты же знаешь, как мы прочесывали этот лес. Десятки людей сотни часов

 Я помню.

Квартира Стюарта Блума находилась в Камили-бэнк, к северу от центра города. Ближайшим к его дому полицейским участком была штаб-квартира полиции Лотиана и пограничных территорий на Феттс-авеню, в просторечии известная как Большой дом, так что предыдущая следовательская группа базировалась именно там, в двух кабинетах, где обычно собиралось начальство. Расследованием руководил старший инспектор Билл Ролстон, под началом которого служили Ребус и еще с десяток следователей угрозыска. На первом же совещании Ролстон объявил группе, что это его последний год в полиции.

 Да и мой тоже,  прервал его тогда Ребус.

Ролстон впился в него взглядом.

 Поэтому мне нужны результаты. Не тянуть резину. Не сливать информацию СМИ. Никаких ударов в спину. Кто желает играть в политику вас ждет парламент, он на этой же улице, только ниже. Это понятно?

Однако в группе и резину тянули, и шептались с избранными журналистами, и били под дых, раз уж в спину бить запрещено. Следователи так и не нашли общий язык, не стали семьей.

Ролстон поставил кружку на столик рядом с собой.

 Предположим, это он

 Значит, будет расследование убийства,  констатировал Ребус.  Журналисты начнут раскапывать всякие старые истории, и нам придется заниматься ими заново. Тут-то его семья и выступит единым фронтом.

 В прошлом году его родственники меня уже атаковали. Ты слышал?  Ролстон посмотрел на Ребуса, тот кивнул.  Они считают, что все с самого начала было тайным сговором, а мы его движущая сила. В итоге они добились официальных извинений от Главного.

 И его сразу после этого выкинули на заслуженный отдых.

 Он сказал, что мы проявили ведомственное высокомерие по отношению к их сволочным жалобам. Какая наглость

 Однако никто так и не доказал, что следствие велось неправильно,  счел нужным заметить Ребус и, не дождавшись ответа, добавил:  Мать Блума описывали как вздорную особу, припоминаю.

Ролстон присвистнул.

 Мы просто наизнанку выворачивались и ни слова благодарности.

 Скорее, наоборот.

 Я любил свою работу, но уходил все-таки с облегчением.  Ролстон помолчал.  А ты, Джон?

 Меня пришлось выволакивать силой. Но и потом я периодически возвращался, работал с висяками.

 А сейчас?

Ребус шумно выдохнул.

 Вышел в тираж. Похоже, таково общее мнение.

 Так зачем ты пришел?

 Просто группа в полной боевой готовности, я уже поговорил со следователями, и теперь они хоть немного, но знакомы с этой историей. Будут поднимать материалы дела и в какой-то момент упрутся в необходимость допросить семью а также первую следовательскую группу.  Голос Ребуса увял.

 Мы снова будем защищаться.  Ролстон как будто рассматривал что-то за стенами комнаты.  Мне с самого начала казалось, что это дело из тех, которые рано или поздно унесешь с собой в могилу. В моем случае рано.

Ребус не сразу, но все же спросил:

 Сколько тебе осталось?

 От шести месяцев до года. Говорят, я хорошо выгляжу, как раньше. Занимаюсь спортом, овощи ем таблетки всякие принимаю.  Ролстон криво улыбнулся.  В жизни не курил, но тридцать лет был женат на курильщице. Представляешь? И вот чем все кончилось: вся эта срань явилась по мою душу.  Он взглянул на Ребуса:  Будешь держать меня в курсе? Дашь знать, как обстоят дела?

Ребус кивнул:

 Надеюсь, смогу.

 Они хотят похоронить нас. Такие, как мы, им не нужны. От нас несет старыми временами и старыми порядками.

 Ты упомянул о тайном заговоре с нами во главе  Ребус поставил нетронутую кружку с чаем на ковер и поднялся.  На трупе, найденном в машине, были наручники. Что скажешь?

 Наручники?

 Экспертиза скоро установит, полицейские они или нет. Но если и полицейские, это не значит, что их на Блума надел именно полицейский.

 Чаггабуги?[2]

Ребус пожал плечами.

 Они с тобой уже связались?

 Были на похоронах Бет. Хотя на поминки не остались.

 Они еще служат?

 Ну, мы не особо разговаривали.

Ролстон встал, расправил плечи, вскинул подбородок. Но Ребус понимал, он просто знал: это все для вида. Человек, стоявший перед ним, страдал от боли, и боли этой явно не было конца.

 Я добросовестно делал свое дело, Джон. Я выкладывался по максимуму. Может быть, кое-кому этого показалось недостаточно, но если ты хоть как-то можешь не дать им втоптать в грязь мою репутацию

Ребус кивнул. Оба смотрели друг другу в глаза, и оба не знали, до конца ли они честны сейчас.

 Не только твою репутацию, Билл,  сказал Ребус.

Ролстон шагнул к Ребусу, и тот начал опасаться, что объятия неизбежны. Но вместо объятий последовало только похлопывание по плечу.

Назад Дальше