И что с ним сделают? спросила деловито Ольга.
Не знаю, развел руками Олег. Прецедентов пока не было. Но точно не отпустят.
Это нас не устраивает, заявила она в своей обычной категорической манере. Где он?
В изоляторе службы охраны Бибилиотеки.
Его можно увидеть?
Наверное. Тут все-таки не совсем средневековые нравы, может разрешат свидание.
Свидание нам, не без скрипа, но разрешили. Мы заявили, что являемся ближайшими родственниками, и даже не стали уточнять, насколько близкими. Противостоять напору Ольги сложно, проще сделать, как она хочет. По себе знаю.
Привет, сказал я валяющемуся на топчане Зеленому.
Между нами решетка и даже табуреток не дали. Беседуйте стоя.
А вы не спешили, буркнул он, Ну что, костер уже сложили?
Костер?
А что, меня повесят? Или тут в ходу гильотина?
О, наш Зелёный по-прежнему верен свой мизантропии! констатировала Ольга.
У тебя есть другие версии, рыжая? Включи логику удержать меня сложно, я проводник. Если только в клетке вот так но зачем? Это ж меня кормить придется. Отпустить? Тем более глупо, зачем тогда задерживать. Выходит, придется пристукнуть. Вопрос только публично или по-тихому. Ты на что ставишь? Я на публичность. В кризисные моменты публичные казни сплачивают электорат.
Мы тебя вытащим! сказал я, пытаясь изобразить голосом уверенность.
Охраняли его серьезно даже сейчас в конце коридора стояли люди с автоматами, а снаружи ходили патрули. Разве что Ольга что-то придумает, она на хитрости горазда.
Да ладно, усомнился Зелёный, если бы вы могли меня освободить, то не приперлись бы сюда с официальным визитом, сдав на входе оружие и УИНы. Так?
Увы, признала Ольга, они предусмотрели попытку силового освобождения. Мы с Артемом не потянем. Сюда бы Македонца с его группой но это слишком долго. Приговор приведут в исполнение раньше.
И каков он?
К сожалению, нам не сказали. Но ты прав отпускать тебя точно не собираются.
То есть, вы пришли просто морально поддержать смертника? мрачно усмехнулся Зелёный, Могли бы потратить время с большей пользой, я не сентиментален. Позаботиться о семье вы и так сообразите, а рыдать у вас на плечах я не собираюсь. Лучше подумайте, куда они дели то, что я успел открутить от мораториума.
В смысле? удивился я.
Не тупи, Артём. Я успел демонтировать нужную деталь. С оси не спрессовал, но ее и с осью унести несложно, не такая она большая. Вряд ли церковники собрали все обратно это сложный механизм, а они не руками работать привыкли. На месте тоже наверняка не бросили. Значит куда-то унесли и положили. Олег наверняка может предположить, куда. Сомневаюсь, что это место охраняют так же хорошо, как меня. Хватайте железку это такая полупрозрачная мандула, типа погрызенной тарелки, надетая на длинную хренотень с цапфами на концах.
С чем?
Неважно, узнаете. Хватайте ее и тащите в Центр. Иван сообразит, как ее на место приладить.
А ты как?
Кверху каком. Вы не поняли тут не во мне дело вообще. Это здешние кафолики послали стрелка, который повредил мораториум. Это они натравили Комспас на Центр. Черт, да они этот Комспас чуть ли не сиськой выкормили!
Это они тебе сказали? удивилась Ольга.
Это мои мозги мне сказали. Я давно вычислил, не хватало буквально нескольких деталей. Так вот, они называются «Кафедра», если вам интересно. Сидят на древних технологиях и дозированно выдают их разным анклавам. Они Черт, не время для лекций. Поспешите, иначе возвращаться вам будет некуда. Они не могут не воспользоваться случаем. Доберитесь, восстановите мораториум. Протупите найдете там руины. Ультиматум скорее всего выдвинули для маскировки, просто не успевали подтянуть боевые группы. Это не точно, но расчетная вероятность очень высока. Нападут внезапно, собьют дирижабль и оппаньки. Давайте, давайте, валите к херам. Потом пришлете спасательную экспедицию, если захотите. Вдруг меня не совсем убьют?
Но начал я.
Пошли, дернула меня за рукав Ольга, Он прав.
Так нельзя!
Артем, сказал Зеленый твердо, там наши семьи. Я ненавижу всякий пафос, но вот представь, что мы вернулись а там одни трупы.
Я представил. Мы с Ольгой как-то раз видели последствия нападения Комспаса на мирный город. Гора мертвых тел и контрольные в голову детям. Очень хорошо представил.
Прости. Мы правда пойдем
Поспешите.
Я ждал какого-нибудь эпичного приключения похищение таинственного артефакта, подземелье, сейф, охрана, перестрелки Ничего подобного. Олег вошел в неприметную дверь большого мрачноватого дома, через пять минут вынес оттуда длинный тяжелый сверток и отдал нам.
Как я и думал его еще не оприходовали и не поставили на баланс, сообщил он смущенно, а значит, в число охраняемых он не попал, так и валялся среди входящих на рассмотрение. Бюрократия и кадровый дефицит.
Не боишься попасть под раздачу? спросил его я.
Не думаю, что до меня есть кому-то дело. Кроме того, я ничего не нарушил. Пока артефакт не оприходован, это просто мусор. Идите, спасайте мир, или чем вы там собирались заниматься. Я послежу за судьбой вашего товарища, но на многое не рассчитывайте у меня нет никакого влияния, я тут гость.
Мы понимаем, кивнула Ольга, спасибо вам.
Вы вернуться? Передумай? обрадовалась нам горянка.
За время нашего отсутствия она стала богаче на целых две козы видимо, курс мымбаручатины вырос. Козы на длинных витых поводках следовали на за ней как собаки, изредка отвлекаясь на придорожные кусты и срывая с них листочек другой. Однако она явно не отказалась бы пополнить стадо.
Я думал, ты уже ушла к сестре, удивился я, застав ее на площади.
Нет, быть караван, я зубы мымбарук продай, коза купи! Порох ружье купи!
Повезло тебе.
Хорошо! Вы мне удача принести! А сладкий еда у вас есть?
Мы специально закупились в кондитерской в Библиотеке перед выходом, так что торжественно вручили ей пирожное. Она немедля счастливо перемазалась до ушей кремом.
Какой сладкий еда! Наверное, на небо такой еда есть, когда умирай!
Можешь отвести нас обратно на берег, где мы встретились и найти лодку?
А дадите еще такой еды? Для сестра?
Дадим. И такой и другой, тоже сладкой.
Я найти лодка для вас!
Лодка оказалась полная дрянь пересохшие козьи шкуры на каркасе из ветвей. Течет немилосердно и не управляется, по причине почти круглой формы, совсем. Но сестры не желали с ней расстаться. С нами отправилась младшая, как более легкая троих взрослых, боюсь, это плавсредство не выдержало бы. Она и гребла тонким деревянным веслом, ловко перекидывая его с борта на борт, потому что сами мы не смогли даже отойти от берега так и крутились на одном месте. Нам было неловко, но девочка прекрасно справлялась, демонстрируя удивительную выносливость и силу рук. Еще и болтала, не останавливаясь:
А у вас много такой сладкий еда?
Много, мрачно ответила Ольга.
Любой может есть такой еда когда хоти?
Да.
Вы, наверное, только такой еда и есть, да? завистливо вздохнула девочка.
Нет, мы разную еду едим, разочаровал ее я.
Зачем есть другой еда, если есть сладкий? удивилась она.
Если есть только сладкую еду, можно заболеть.
Она уставилась на меня так, как будто я ей в душу плюнул. Потом покачала недоверчиво головой:
Зачем неправда говори? Это хороший еда. От нее не болей. От вонючий мясо болей, от кукуруза с жучок болей, от молоко больной коза болей. От такой еда не болей! От такой еда хорошо в живот!
Я только плечами пожал. Вряд ли у нее будет возможность проверить это на себе. Хотя, как знать может ее еще купят за полторы козы. Впрочем, отчего-то мне кажется, что, если и купят, то не для того, чтобы шоколадом кормить.
Сюда греби, указал я.
Репер уже чувствовался из-под неглубокой воды залива. Еще несколько метров Все, дотянусь, хватит.
Сейчас мы уйдем, сама вернешься?
Куда уходи? она оглянулась вокруг удивленно.
Неважно. Мы так умеем. Вот тебе много сладкой еды, я положил пакет с пирожными на банку, все сразу не съедай. С сестрой поделись, это вам на двоих. Догребешь до берега?
Я хорошо грести, покивала она.
Ну и прекрасно. Рад был знакомству, удачи вам и коз побольше.
Эй, сказала она нерешительно, а бери меня? Без коза, так. Не смотри, что маленький, я умей коза дои, лепешки пеки, сыр умей, все делать умей! Я вырасти потом, жена тебе стать.
Ох, какая неловкая и знакомая ситуация. Но я больше не подбираю бездомных котят. Своих полон дом.
Извини, сказал я и потянулся к реперу.
Секундный соблазн включить девочку в группу «свои» и захватить переносом преодолел почти без труда. Сами не знаем, что нас там ждет. Вдруг уже опоздали?
Опасения не оправдались в Центре было тихо и спокойно. И все же то ли Зеленый так на меня повлиял своей убежденностью, то ли во мне наконец просыпается знаменитая интуиция глойти, но внутри поселилось нервное, как тикающий таймер, нетерпение. Что-то будет. Что-то случится. Что-то надвигается.
Или это просто паранойя, тоже вариант. Говорят, она заразная.
Поэтому, отдав трофейную железяку Ольге, чтобы она передала ее Ивану, отправился к семье. Убедиться, что с ними все в порядке и организовать переезд. Пусть сидят за дверью, которую чужой не откроет. Мне так спокойнее будет. Починят там мораториум, или нет а они в домике. Эгоистично, да, но что поделать. Я теперь человек семейный, мне о детях думать надо. Даже если я к этому никак не привыкну.
В домике нашем теперь пахнет младенцами. Странный такой запах, не то чтобы неприятный, но непривычный. Кисловатый и животный, слегка больничный и чуть тревожный. Они не орут, во всяком случае громко, но их присутствие заполнило весь жилой объем доверху. Все так или иначе соразмеряют свои траектории с их существованием. Только Настя сидит в крохотной здешней гостиной, забравшись с ногами в кресло и выглядит немного потеряной.
Мне обрадовалась:
Пап! Ты вернулся!
Привет, синеглазка! Как ты?
Ну Так. Странно. Как будто давит что-то, и снится всякая дичь.
Ничего, сейчас мораториум починят, и станет легче. Говорят, он защищает вас.
Так вы справились, нашли Что вы там искали? Все хорошо?
И да, и нет. Мы справились и нашли, но наш товарищ остался там, и он, похоже, в большой беде.
Сергей? всплеснула худыми руками Настя.
Да.
Надо же его спасать!
Мы обязательно постараемся.
Все плохо? уловила что-то в моем голосе девочка.
Может быть, уже поздно. У нас был выбор спасать Центр или его. Он сам сказал, чтобы его оставили, и мы не могли поступить иначе.
Это ужасно!
Ты правильно сделать, Гхарртём, внезапно вмешалась стоявшая в дверях Таира. Люди умирать постоянно, это жизнь. Важно умирать не зря. Ты отомстить за друга, я знаю.
Я же принес тебе подарок, ойко! вспомнил я.
И только тут сообразил, какого дал маху. Черт, у меня же три жены, надо всегда три подарка! Эх, неопытный я пока многоженец и султан начинающий. Но назад сдавать поздно, и я вытащил из рюкзака завернутый в тряпочку клык.
Зуб мымбарука! восхитилась жена. Ты его убивать! Ты настоящий мужчина!
Я скромно не стал упоминать, что убивали мы его толпой. В конце концов, я действительно нанес финальный удар, так что, формально, именно от моей руки он и пал. Я герой?
Похоже, что да. Таира смотрит на меня как-то по-новому. Иначе как-то. Как будто что-то для себя решила. Черт, почему меня все это пугает? Султаны не должны рефлексировать, это неправильно. Проблемы гарема султана не В общем, там отношения в другую сторону работают.
Барышни, надо собираться, мы переезжаем в новый дом, заявил я, собрав свой гарем.
Новое место! Класс! Это весело! оптимистично заявила Меланта.
Она без малейшего смущения сидит голая по пояс, скинув верхнюю часть мягкого халата на бедра и кормит с разом двух младенцев с двух сисек. Рыжие волнистые волосы падают на веснушчатые плечи, зеленые глаза искрятся, грудь выросла размера на два, лицо округлилось. Аллегория материнства, я прям залюбовался. Рядом свернулась клубочком Эли, положив голову ей на бедра. Они не расстаются теперь.
Младенцев я, к стыду своему, все еще не различаю. И, к еще большему стыду, они все еще безымянны. У меня просто какой-то экзистенциальный ступор на эту тему. Три имени! Разом! Это же не просто так, в этом же должен быть какой-то замысел, гармония какая-то Им потом всю жизнь с этим жить!
Ей-богу, лучше бы каждая назвала своего на свой вкус. Я бы принял как факт и успокоился. Слишком серьезный вызов моей творческой фантазии.
Алистелия приняла идею переезда безропотно, как принимает все, исходящее от меня, а Таира сразу принялась распоряжаться. Началась хлопотная женская суета по сбору вещей, обещающая затянуться надолго, в которой я чувствую себя совершенно лишним. У меня и вещей-то почти нет, не обжился.
Пойдем, сказал я Насте, мы тут только мешаться будем, а у нас еще важное дело есть.
Школа? понимающе вздохнула она.
Школа, подтвердил я, и не вздыхай, это хорошее место.
От одной ушла, в другую пришла сказала она грустно. Опять буду видеть тебя через кафедру?
Ну-ну, тут тебе не Коммуна, все по-другому. Жить в интернате не обязательно. Привыкай, что у тебя семья. Это на всю жизнь, кстати, еще надоест.
Да ну тебя! фыркнула девочка, выходя за мной на улицу, ладно, пойдем. Надоело видеть мир как переплетение нитей и пересечение арматур. Очень утомляет.
Надень это, дитя, ректор протянул ей очень темные круглые очки с металлическими боковушками.
Как странно Настя покрутила головой, вроде бы темно, но что-то видно даже отчётливее. Как будто не очки, а фильтр
Привыкнешь, уверенно сказал ректор. Артём, вы знаете, из-за мораториума занятия приостановлены. Защиты пала, дети расстроены и дезориентированы. Тем не менее, я бы попросил вас провести внеплановую лекцию.
О чем? удивился я.
О Комспасе. Боюсь, это становится самой актуальной проблемой для них сейчас. Одной из своих целей Комспас ставит уничтожение Школы и корректоров, прекращение нашей деятельности.
Почему?
Вам виднее. Вы с ними встречались. И знаете что, Артем он смущенно отвел глаза, ваша спутница Ольга. Вы не могли бы пригласить ее? Я слышал, она больше других знает о Комспасе.
Попробую, но ничего не обещаю.
Разумеется, но все же попытайтесь. Если мы не можем защитить детей от этой угрозы, то должны хотя бы дать им максимум информации.
Я надеюсь, мораториум заработает уже сегодня, поделился я с ним свежей информацией.
Да, я слышал, что вы достали деталь. Но они не могут все время сидеть в Центре, они корректоры, их работа в Мультиверсуме. Раньше проблема Комспаса не стояла так остро, но
Я понимаю. Сделаю, что могу. Пойдем Насть, навестим друзей и поищем транспорт для переезда.
Ивана и Ольгу нашли на площади. Рядом слонялась, задумчиво вытирая руки ветошью, дочь Ивана, Василиса. Они, вместе с руководителем Конгрегации и еще несколькими незнакомыми церковниками рассматривали мораториум. На вид он казался целым, но отчего-то не работал.
Что-то не так? -спросил я Ивана.
Да вот черт его знает ответил он, почесав в затылке, вроде, все так. Но не тикает.
Не та деталь? мне стало нехорошо от мысли, что все зря.
Деталь та самая. Встала, как тут и росло. Но Инструкции к нему нету, сам понимаешь.
Мы ищем все упоминания о мораториуме в архивах, сказал церковник, но большая их часть в Библиотеке, а там, увы, не горят желанием с нами сотрудничать.
Хреново, сказал я, но я тут с личным вопросом. Иван, я возьму УАЗик? У меня переезд и все такое.
На УАЗике ты опухнешь перевозить, не согласился капитан. В нем места мало, а семья у тебя большая. Может дирижаблем перекинем?
Да ладно, удивился я, такую дуру ради пары сумок гонять?