Рид лежал под наркозом с подвешенным над койкой мигающим прибором для регенерации, восстанавливающим пострадавший глаз. Дьявольски повезло, что на базе нашлась оптическая машина, иначе Рид остался бы одноглазым. Повреждение тканей оказалось слишком обширным даже для нано-лекарств. Парню придется посидеть несколько сеансов под регенерирующим устройством, но он сохранит глаз и будет таким же зорким, как и прежде.
Гейб помог раненым товарищам добраться до коек, но затем исчез. Все время, проведенное им в больнице, он избегал смотреть на Эмерсон, а когда она его окликнула, проигнорировал ее. Судя по тому, что она слышала, Гейб заперся в своей комнате и никого не впускал.
Команда и прежде получала травмы, но, видит Бог, еще ни разу они не были настолько ужасающими. Возможно, Эмерсон подсознательно считала Отряд Ада неуязвимым. Но за последние несколько месяцев она сблизилась с Гейбом и заметила, что все члены команды - обычные люди, просто с жесткой репутацией. Да, они были хорошими бойцами и родились защитниками, но тоже нуждались в поддержке и тепле.
Эмерсон вздохнула.
- Не волнуйся, док. Скоро мы будем в строю.
- Надеюсь, что будете, - она повернулась к Шоу. - Иначе некоторые леди очень расстроятся.
Клодия издала неприличный звук.
- Думается мне, с королем стремительного секса они расстроятся в любом случае.
Шоу нахмурился и сжал в кулаке простынь.
- Ну, так помоги мне, Фрост. Сейчас я…
- Нетушки, - Эмерсон погладила снайпера по прикрытой простыней ноге. - Никаких драк в больнице. Вам положено отдыхать, - она бросила суровый взгляд на Клодию. - Обоим.
Эмерсон оставила их ворчать друг на друга.
Она более чем волновалась о Гейбе и теперь, вылечив остальных, собиралась его проведать.
Когда Эмерсон проходила мимо Маркуса, его внимательный взгляд остановился на ней.
- Ты хочешь его увидеть?
- Да.
- Сегодня он опять сорвался, - тон голоса не оставлял сомнений в том, что командир недоволен.
Похоже, Гейб рискнул, но поплатились за это другие. У нее сдавило грудь. Его друзья. И Эмерсон знала, что это станет для него проблемой.
- А, и он ушел, - добавил Маркус.
- Что? - замерла Эмерсон.
- Оставил команду. Больше он ничего не сказал.
Она закрыла глаза.
- Я поговорю с ним.
- Я не желаю, чтобы он уходил. Я всего лишь хочу, чтобы Гейб - уравновешенный охрененно хороший солдат - вернулся.
- Маркус, он не тот же самый человек, каким был несколько месяцев назад. Никто из нас не тот, кем был прежде, - и Эмерсон подозревала, что прежде чем удастся прогнать захватчиков, каждый ради выживания будет вынужден совершить то, о чем перед вторжением не мог и подумать.
Она направилась вглубь тоннеля. Гейб ее не впустит. Поэтому Эмерсон оказалась перед необходимостью вломиться к нему и все объяснить.
Она остановилось перед компьютерной лабораторией и, по своему обыкновению, закатила глаза при виде таблички с надписью: "Тшшш, гений работает". Внутри помещения царили хаос и беспорядок. Большую часть комнаты занимали столы с возвышающимися на них мониторами, за которыми работали члены технической команды Ноа. Оставшаяся часть пространства была завалена запчастями, инструментами, проводкой и другими электронными устройствами, назначение которых Эмерсон определить не смогла.
Ноа отвел взгляд от своего потрепанного стола. Сегодня его длинные темные волосы были распущены и ниспадали на плечи.
- Док.
- Привет, Ноа. Мне нужно одолжение, - вновь сосредоточившись на чем-то - чем бы оно ни было - он склонил голову и продолжил работать. - Гейб заперся в своей комнате и никого не впускает. Введешь мой отпечаток в электронный замок, чтобы я смогла войти?
- Слышал, Отряд Ада сильно пострадал. И Гейб привел всех домой.
Эмерсон кивнула.
- Ему сейчас нельзя оставаться одному.
- Хорошо, - Ноа постучал по своему экрану. - Готово, - он помолчал. - Ты уверена, что хочешь столкнуться с замкнутым сердитым солдатом вроде Гейба?
- Да, - она высоко подняла голову.
Ноа откинулся на спинку кресла.
- Аха, вот значит как, да? Ни за что не подумал бы про Элл с Маркусом. Круз и Санта - да, они идеально подходят друг другу, как микросхемы на материнской плате. Ты и Джексон… такого я и предположить не мог, совершенно.
- Я люблю его, - Господи, от произнесения этих слов у Эмерсон голова пошла кругом.
- Он - чертов счастливчик, - улыбнулся Ноа. - Иди к нему.
Она быстро пошагала к секции, где располагалась каюта Гейба. Остановившись у двери, Эмерсон глубоко вдохнула и вошла внутрь.
В комнате было темно. Жилая площадь Гейба представляла собой одну большую комнату - со спальной зоной у стены, крошечной мини-кухней размером с почтовую марку в дальнем углу и единственным диваном напротив телевизионного экрана.
Гейб сидел на диване, так и не сняв забрызганную кровью броню. Он даже не повернулся.
- Уходи, Эмерсон, - его голос был бесчувственным, мертвым, пустым.
Она решила разозлиться. Всколыхнуть гнев не составило труда. Эмерсон злилась на боль, злилась на то, что Гейб не позволял ей встретиться с ним, на то, что бросил Отряд Ада.
- Ты нужен своей команде, а вместо этого сидишь здесь в темноте и жалеешь себя?
На этот раз Гейб все же повернул голову и стиснул зубы.
- Я сказал тебе уйти.
Боже, Эмерсон рвалась осмотреть его. Она видела, как сильно искорежен нагрудник брони. Под доспехом наверняка раны.
- Ты должен быть в больнице, если не для себя, то для своей команды.
- Они не моя команда. Больше нет. И я им совершенно не нужен.
Сердце у нее в груди забилось тяжелее.
- Ты ушел.
- Да. Им лучше без меня.
- Гейб, ты с первого дня был ключевой фигурой в Отряде Ада…
- Я плохо им подхожу, - вырвалось у него.
Эмерсон судорожно вдохнула.
- Это не…
- Из-за меня они едва не погибли, - его крик разнесся эхом по небольшой комнате. Сжав кулаки, Гейб прижал их ко лбу. - Маркус только нашел Элл. У Круза скоро родится ребенок. А по моей вине оба чуть не стали покойниками. Глаз Рида…
- С ним все хорошо, - больше Эмерсон ничего не сказала, понимая, что ему нужно выговориться.
- Я не остался с командой, не сражался вместе с ними и не прикрыл им спины. Я позволил тому хренову хищнику заманить меня в ловушку, как желторотого юнца из академии.
- Гейб, пожалуйста, выслушай меня. Миссия пошла не так, как надо, и ты сделал неудачный выбор, но по правильным причинам. Все твои товарищи поправятся, прямо сейчас они уже выздоравливают. Ты - жизненно важная часть этого отряда.
- Уже нет, - холодный тон не оставлял сомнений, что этого мужчину с места не сдвинешь. Господи, Эмерсон добилась бы большего успеха, разговаривая с камнем. Гейб впился в нее взглядом. - Мне лучше быть одному. Так было всегда. Больше никаких чувств. Теперь я не позволю им управлять мной.
- Что ты сказал? - обмерла она.
- Я позволил этому проклятому уроду вести меня, как идиота. Я не могу допустить повторения. Армейские врачи сделали меня сильнее, но предупредили, что лучшие солдаты - те, кто не чувствует. Никогда никого не подпускает слишком близко, - его взгляд стал спокойным и прямым. - Между нами все кончено, Эмерсон. В любом случае, у нас никогда ничего бы не вышло. Тебе лучше держаться от меня подальше, - Гейб отвернулся.
Она знала, что ему больно, но все же его слова стали для нее ударом. Как и то, с какой легкостью он выбросил все, что между ними было.
- Гейб…
- Твою мать. Эмерсон, просто уйди. Я не хочу тебя здесь видеть. Я не хочу, чтобы ты давила на меня и ждала того, что я не должен тебе давать.
Она закрыла глаза. Боль была невыносимой и вызывала внутреннее оцепенение. Но разве Эмерсон никогда не боялась, что Гейб не разделяет ее чувств? Очевидно, так оно и было.
Она не проронила ни слова. Эмерсон прижала руку к груди, словно желая укрыть свое кровоточащее сердце, и, спотыкаясь, покинула комнату.
Ей не хотелось идти в свою каюту или в больницу. И не хотелось никого видеть.
Общаясь с пациентами, Эмерсон всегда выглядела веселой и храброй, но сейчас не могла притворяться, будто все в порядке.
Она просто бежала, понятия не имея, куда.
***
Обняв колени, Эмерсон сидела в гидропонных садах между цветущих грядок овощей. Обычно ей нравилось приходить сюда. Здесь пахло зеленью и свежестью, а старик Хэмиш заботился о том, чтобы посадки всегда были пышными и цветущими.
Она не позволяла себе думать или чувствовать. Сидя неподвижно, Эмерсон пыталась наслаждаться садом и не допускать в голову мысли. У нее почти получилось.
Почти.
Послышались шаги, и кто-то присел с одной стороны от нее, а кто-то еще с другой.
Эмерсон открыла глаза.
Элл и Санта.
Она вздохнула.
- Как я понимаю, с Гейбом прошло не очень? - спросила Санта.
- Не очень, - голос Эмерсон был судорожным шепотом.
- Хочешь поговорить об этом? - предложила Элл.
- Он… не хочет меня.
- Конечно же, хочет, - фыркнула Санта. - Эмерсон, Гейб просто испугался. После потери Зика он всего боится.
- Или, возможно, еще дольше. Из-за того, что армия сделала его не таким, как все, - добавила Элл.
Эмерсон потерлась щекой о колено.
- Он не хочет, чтобы я на него давила.
- Возможно, не хочет, но ему это необходимо, - Санта поерзала на месте. - Просто Гейб слишком альфа, поэтому не признается, что ему до смерти страшно. Кажется, он считает, что все время должен быть идеальным сверхсолдатом. На поле боя Отряд Ада полагается на его улучшенное восприятие, силу и способность подкрадываться к плохим парням не хуже привидения. Гейб думает, что если будет чуть меньше, чем идеальным, то тем самым подведет команду.
- С тех пор, как погиб Зик, Гейб тонет, - тихо сказала Элл. - Эмерсон, ты нужна ему.
- Это так больно, - прошептала Эмерсон.
- Такова любовь, - высказалась Санта.
Однако ни ум Эмерсон, ни ее сердце не принимали этих слов.
- Гейб - взрослый мужчина. Он сам в состоянии решить, чего хочет. Я не могу быть пластырем, чтобы быстренько прилепить и побежать дальше. Больше нет, - она выпрямилась. - Мне нужно вернуться в больницу. Меня ждет работа.
- Твоя вечная работа? - выгнула бровь Санта.
Эмерсон напряглась. Где она уже это слышала?
- Не у всех есть сердечки и радуги, как у вас, - она поднялась на ноги.
Две другие женщины тоже поднялись.
- Если ты ждала от Гейба сердечек и радуги, тогда не удивительно, что оказалась здесь с разбитым сердцем, - слова Санты были холодными и сухими.
- Он не из таких парней, - добавила Элл.
- Не из таких, - подтвердила Санта. - Док, если хочешь чего-то легкого, то оставь Гейба в покое. С ним никогда не будет просто и комфортно. Он всегда будет напряженным и опасным. Если будешь ждать легкости, просто сломаешь его.
- Сломаю его? - рявкнула Эмерсон. - Он от меня свалил!
- Он просто испугался и сглупил, - отмахнулась Санта. - И ты на самом деле так легко от него откажешься?
Вопрос вытолкнул из Эмерсон всю злость. Она задрожала.
- Я люблю его.
В светло-зеленых глазах Санты промелькнуло облегчение, а Элл засияла.
- Отлично. В таком случае, тебе нужен план наступления, чтобы привести Гейба в чувства.
Санта сжала плечо Эмерсон.
- Иногда даже бравых солдат нужно спасать от них самих.
- Смотрите, кто заговорил, - рассмеялась Элл и, проигнорировав то, как вытянулось лицо Санты, посмотрела на Эмерсон. - Заставь его немного потрудиться.
Санта осмотрела белый докторский халат.
- Гейб когда-нибудь видел тебя в чем-нибудь помимо этого?
- Он видел меня голой, - Боже, сколько времени прошло с тех пор, как она в последний раз наряжалась? Надевала что-нибудь, в чем чувствовала себя красивой? - Кроме того, мой халат его заводит.
- У меня есть идея, - сказала Элл с широкой улыбкой.
Санта похлопала себя по бедру.
- А я знаю, что сейчас мистер Угрюмость сидит в комнате отдыха и пытается напиться до потери сознания, - даже так? Получается, Гейб не остался сидеть в раздумьях у себя в комнате. Санта кивнула. - Когда мы закончим, ты поставишь его на колени.
- Как и его чувства, - добавила Элл.
Эмерсон не знала, радоваться ли ей или бояться, зато точно знала другое - если дело касается Гейба, она просто не может сдаться.
Глава 14
Опустошив очередную рюмку, Гейб с размаху поставил ее на самодельную барную стойку.
Шоу рядом с ним сделал то же самое и скривился.
- Ладно, думаю, на сегодня хватит с меня этого самогона.
Домашний ликер не был мягким. Он обжигал пищевод, но зато затуманивал разум, что стало для Гейба веской причиной выпить еще.
- Снова, - кивнул он бармену, и Шоу вздохнул. - Ты сам хотел хорошо провести время, - сказал Гейб. - Может, и мне повезет.
Шоу поперхнулся, а Гейб мрачно выпил еще одну рюмку. Его абсолютно не интересовали расхаживающие по комнате любительницы солдат. Также ему было плевать, если некоторые женщины базы прямо заявляли о своей любви к сексу, в особенности с бойцами. В какой-то степени он даже считал их позицию неплохой.
Вот только Гейба не интересовали женщины…кроме одной.
Шоу закашлялся, а когда заговорил, голос его был задушенным.
- Святой ад. Тебе стоит посмотреть, какая крошка только что сюда вошла.
С вялым интересом Гейб обернулся поглядеть на дверь. И чуть не проглотил язык. В бар вошла Эмерсон. Уперев руки в бедра, она осматривала комнату. На ней по обыкновению был надет белый халат, но на этом все обычное заканчивалось. Блестящие волосы светлым облаком обрамляли лицо; глаза, подведенные чем-то темным, казались еще больше, а губы были дикого красного цвета. Надетая на Эмерсон черная облегающая юбка скромно заканчивалась у колен, но при этом в ней не было нихрена скромного. Ткань обтягивала каждый изгиб. Кофта - если это можно так назвать - красная, без бретелек обхватывала груди, как руки любовника. Наряд завершали красные туфли на высоких каблуках, выглядевшие не хуже смертоносного оружия.
Шоу тихо присвистнул.
- Док выглядит о-о-очень здорово, - снайпер хлопнул себя кулаком в грудь. - Ну, раз ты сказал, что вы, ребята, расстались, тогда угощу ее выпивкой.
- Заткнись, Байрд, - рыкнул Гейб.
Он заметил, как большинство мужчин в баре повернулись поглазеть на доктора. Кровь ударила в голову, и Гейб не мог отвести от Эмерсон взгляда. Он без промедления вскочил на ноги и шагнул к ней.
Увидев его, она перестала хмуриться и повела бедром.
- Что ты творишь? - разъяренно спросил он.
- Пришла развлечься.
- Ты оделась, как…как…
- Как женщина, ищущая кого-то, кто не будет воспринимать ее как должное? - прищурилась Эмерсон. - Кого-то, кто держит себя в руках и не бежит от ответственности? - она пододвинулась ближе. - Кого-то, кто не трус?
Гейб стиснул зубы. Он сказал ей, что между ними все кончено, а значит, Эмерсон может трахаться с кем, черт ее дери, пожелает.
"Да гори оно все синим пламенем! Нет".
Она высоко подняла голову.
- Я собираюсь выпить. И, быть может, найду, с кем потанцевать.
- Хочешь танцевать? Мы потанцуем.
Схватив Эмерсон за руку, Гейб потащил ее на импровизированный танцпол.
Двое парней играли на гитарах, и единственная танцующая парочка тут же заметила пришедших. Один взгляд на лицо Гейба, и танцоров след простыл. Музыканты на секунду замерли, но лишь пока он не посмотрел и на них. Заиграла красивая мелодия.
Гейб притянул к себе напрягшуюся рассерженную Эмерсон. Он не танцевал. Никогда. Слегка покачиваться под музыку - максимум, что ему удалось изобразить.
- Гейб, зачем ты это делаешь? - он почувствовал, как напряглись мышцы плеч. Черт возьми, Гейб не мог найти слов, объяснявших его поведение. - Ты ясно дал понять, что не желаешь быть со мной. Ты не готов брать на себя такой риск. Но при этом не хочешь, чтобы я была с кем-то другим? - его руки на ней напряглись. Эмерсон вздохнула. Болезненный звук, располосовавший Гейба сильнее лазера. - Я влюбляюсь в тебя. Как насчет честности? - он замер и впился пальцами в ее руки. Подняв взгляд, она всмотрелась в его лицо. И тогда ожидание сменилось разочарованием. - Ты бы не выглядел таким испуганным, даже ворвись в комнату свора псовых, - Эмерсон попыталась отстраниться.
Он ей не позволил.
- Потому что я боюсь.
Она напряглась, но затем постепенно расслабилась.
- Тебе не нужно решать проблемы в одиночку, большой парень, - ее голос был тихим. Эмерсон протянула руку. - Я тоже никогда прежде не любила. Давай разбираться с этим вместе.
Гейб разглядывал ее тонкие пальцы.
- Я не… у меня плохо получается. И я не такой, как другие мужчины.
- Знаю, - улыбнулась Эмерсон. - За это и люблю.
"Твою мать". Его сердце билось под ребрами так сильно, что причиняло боль. Она любит? Доктор Эмерсон Грин любит грубого опасного бедняка?
- Я опасен. Я даже не знаю, что со мной сделали в армии. Я не хочу причинить тебе боль.
- Это как раз то, чего ты не сделаешь, я точно знаю. Ты сражаешься за всех, но за себя - никогда. Порой стоит просто поверить, открыться и прыгнуть.
Она была права. Пришло время поверить тем, кто рядом. Гейб схватил ее за руку и притянул к своей груди. У Эмерсон заблестели глаза.
Он притянул ее еще ближе.
- Если мы это сделаем, я не позволю тебе уйти. Ты будешь моей.
- Хорошо, - пробормотала она.
Гейб решил, что пришло время показать всем, кому принадлежит доктор Эмерсон Грин. Он подхватил ее на руки. Рассмеявшись, она закинула руку ему на шею. Комната вокруг них взорвалась смехом и свистом.
- Куда ты меня несешь, большой парень?
Он понизил голос: