Да, надо отходить. Пусть выговор, пусть разжалуют, пусть выгонят из армии, к чертовой матери, - он, в конце концов, не обучался войне с ходячими покойниками! Доложить все командованию, пусть Мезенцев запрашивает Москву, а та присылает побольше патронов и огнеметов (если они еще остались на складах). И "шмелей" - вот самое оно. А еще лучше - те страшилища, которые он видел на Реутовском полигоне, выжигавшие за один залп полгектара. Как их, "буратино", что ли? (Надо же выдумать такое название!) Пусть пригонят сюда еще тысячу танков - давить нечисть, пусть выжгут все топливными бомбами, пусть, если этот Аргуэрлайл так важен, везут сюда боеприпасы особого назначения и жарят зомби с их хозяевами атомным огнем. Но без него!
С трудом майор взял себя в руки.
Похоже, отступать все-таки придется. Другого выхода не было. Еще одна - от силы две атаки, и придется отступать. Или принимать героический конец. Устав и традиции велели умереть на отстаиваемой позиции. Но позади не было ни Москвы, ни даже тех пыльных афганских кишлаков, из которых его сюда выдернули.
Как он уже успел понять, мертвеца нужно было буквально начинить свинцом, чтобы тот не смог двигаться. А боезапас был расстрелян почти наполовину. Не рассчитали в штабе, прикидывая, сколько и чего потребуется для марш-броска. Тамошние умники уже успели просчитать, что одна пуля пробивает двух-трех одоспешенных. Ошиблись, выходит… Тут помогли бы огнеметы, но оружие это в последние годы не было в почете в Советской армии.
Тем более сочли ненужным выдавать их тем, кто должен сражаться в мире, где три четверти построек и половина крепостей из дерева. Начальство можно понять, ведь у землян и без того хватало средств для превращения дел рук людских в руины, чтобы еще оставлять за собой и пепел.
И вот теперь за эту ошибку предстояло, похоже, расплатиться его сводному дивизиону.
Но вот как отступишь? Его солдат привезли на грузовиках и высадили в голой степи. Даже если он соберет все машины, если бросит тут артиллерию и посадит солдат на сколоченные из подручных средств волокуши, даже если разместит людей на броне - столько, сколько поместится, все равно больше половины ему не увезти.
Остальным придется уходить пешком, на своих двоих, - как его отцу в сорок первом.
С какой скоростью могут бегать мертвяки, Макеев не знал, но подозрения на этот счет были самые печальные.
- Товарищ командир, - послышалось за спиной.
Обернувшись, Макеев увидел молоденького (видно, еще первого года) бойца, на бледном лице которого выделялись детские веснушки.
- Товарищ командир… тут… тут священника надо… Передайте, пусть батюшку пришлют, со святой водой… И икону… чудотворную…
Боец явно был не в себе.
- Святой воды надо…
Солдат перекрестился.
Вспыхнула было злость на перетрусившего пацана, захотелось изо всех сил ударить по этому белому лицу с огромными наполненными страхом глазами. Но тут майор словно увидел все со стороны - измученный, потрясенный мальчишка лет восемнадцати, пришедший к командиру, потому что больше не к кому было. К тому, кто для него сейчас второй после Бога.
- Ну что ты, сынок, - почти ласково встряхнул он подчиненного за плечи, - что ты… Не бойся, главное. Они ведь чуют страх! И не поможет тут святая вода - это черти не нашего Бога. Тут здешние разве что помогут.
Так, а ведь и в самом деле нужно потрясти "союзничков".
Оставив потрясенного бойца, Макеев побежал к шатру, где обретались приданные его части волшебники.
Первым, кого он увидел, был растянувшийся ничком у шатра шаман, тело его раздирал кашель. Когда Кросс-хван встал на четвереньки, Александр увидел, что лицо и борода степняка залиты кровью.
Напоследок прокашлявшись и выплюнув последние сгустки крови, шаман принялся что-то кричать, указывая то в ту сторону, куда ушло войско покойников, то назад. Понять его можно было и без переводчика. Дескать, кирдык пришел, надо поскорей уносить ноги.
Сунувшись в палатку, Макеев увидел магичку, бестолково, как ему показалось, размахивавшую руками над бьющимся в начертанной на земле гексограмме синеватым светом.
- Ну сделай что-нибудь …ная ведьма! - взвыл майор.
Происходящее все же доконало его.
- Не могу!! - истерически закричала в ответ Алтен, сжав голову руками. - Там пятеро семиступенчатых, один - десятой ступени и… кажется, кто-то… из Теней.
Если бы Макеев знал, кто такие Тени, то, вполне возможно, вынул бы табельный "Макаров" и пустил себе пулю в лоб. Или, что вернее, подорвал бы себя гранатой, чтобы избежать участи пополнить мертвое войско.
- Тьфу на вас! - только и нашелся Александр и, сплюнув, вышел вон.
Вокруг Кросс-хвана столпилось четверо бойцов, среди которых был и давешний богобоязненный солдатик. Сердобольные парни, как видно, хотели помочь ослабевшему от кровопотери шаману. На ходу кивнув солдатам, одобряя их действия, Макеев направился в сторону дислокации бронетехники, решив посоветоваться с офицерами и в случае чего таки связаться со штабом и запросить подкрепления. Хотя бы парочку вертолетов.
Однако что-то словно пригвоздило майора к земле. Он почувствовал, что не может сделать и шагу.
- Что за х…? - выматерился смачно и громко.
И тут же бросил быстрый взгляд на подчиненных. Не слышали ль? Да и распахнул глаза и рот от удивления. Ребятня вповалку лежала у ног степного колдуна, а тот, поставив ногу на грудь богомольного солдатика, протянул руки вперед и в упор глядел на Макеева.
- Ты чего, придурок, со страху умом тронулся? - покрутил пальцем у виска Александр. - Прекрати свои штучки-дрючки. Лучше делом займись, помоги коллегам.
В ответ раздался жуткий замогильный хохот.
Рука майора непроизвольно потянулась к оружию.
Проклятье!! Его пальцы, ставшие вдруг какими-то неживыми, соскальзывают с такой привычной рукояти "Макарова". Ну еще, ну…
- Что же ты? - с издевкой молвил шаман, пощелкивая пальцами. - Почему ты не стреляешь в меня из этого своего пи-сто-лета?
Странно, говорит по-русски совсем без акцента. А ведь недавно приданный его подразделению Кросс-хван без переводчика двух слов связать не мог на земном наречии. Да и голос не его, а какой-то зловещий, похожий на шипение змеи.
- Кстати, эти ваши штучки намного слабей наших метателей, - сказал чародей, ткнув пальцем в макеевское оружие. - Но, впрочем, скоро те из вас, кто останется жив, будут делать их для нас. Мы не будем всех убивать - рабы никогда не бывают лишними…
Майору все-таки удалось совладать с непослушным "макаровым" и произвести выстрел. Хотя отдача выбила тяжелый ствол из руки, но пуля почти достигла цели, оцарапав колдуну висок.
- Да, из тебя получится плохой раб, - констатировал колдун, даже не изменившись в лице. - Слишком горячий и непокорный. Да и вообще ты меня рассердил. Так бы я, может, подарил вам легкую смерть, а теперь…
Он вновь защелкал пальцами.
Словно мягкая, но тяжелая лапа навалилась на плечи Александра - так исполинская кошка придавливает к земле жалкую мышь - не убить, а поиграть… Перехватило дыхание, и мир вокруг поплыл. Макеев инстинктивно зажмурился, и в закрытых глазах заплясали оранжевые блики. Тяжесть собралась внизу живота, а потом ринулась вверх. Горячими струйками хлынула кровь из носа и рта. Каким-то чудом удержавшись на ногах, майор захрипел. Дальше не было уже ничего.
Ничего, ничего, кроме боли и мучений, выжигающих дотла саму душу.
- А-а-а-а-а-а-а-а-а!!!!
Ничего, кроме огня, пожирающего каждый атом тела.
- А-а-а-а-а-а-а-а-а-а!!!
Боль внезапно отпустила, словно вытекла, да, именно вытекла, куда-то через его руки. Потихоньку начало возвращаться и зрение.
Все было видно сквозь багровую дымку - шагов на пять-шесть, не больше.
Но ублюдка в черном балахоне Макеев различал хорошо.
Тот больше не ухмылялся. Беззвучно вопил, извиваясь, а пульсирующая огненная змея сдавливала его в своих объятиях. Он уже не щелкал перстами - его пальцы на глазах превращались в обугленные костяшки. Вылезшие из орбит глаза смотрели в сторону.
Теперь и Макеев видел, на кого уставился чародей.
Артем Серегин.
Бледный как полотно парень тряс выставленными вперед руками, с которых стекали оранжевые огненные змейки и ползли, ползли к Кросс-хвану, оплетая его смертоносной сетью.
Шаман кричал. И в его крике были различимы только слова - "смерть", "вечность" и "раб".
Майор догадывается, что кудесник просит пощадить его, соглашаясь быть его, Серегина, вечным рабом.
- Держись, брат по Силе, мы идем на помощь!
Рядом с бойцом появились две фигуры в темном. Аор и Алтен. Они также делали пассы руками, рождавшими огненных змей. Только у Мак Арса они получались алого цвета, а у девушки - темно-синего.
- А-а-а-а!!! - вопил теперь уже шаман. - А-а-а-а!!!
Вот он, связанный огненными лентами по рукам и ногам, повалился на землю и стал кататься по ней, точно припадочный. Пара конвульсий - и его тело вспыхнуло черным, чадящим и зловонным пламенем, всего за пару мгновений превратившим плоть Кросс-хвана в кучку золы…
Странная скованность тела тут же пропала, и Макеев в изнеможении опустился на пятую точку.
Рядом уселся Серегин.
- Спасибо! - только и смог выдавить ефрейтор, обращаясь к магу и магичке.
- Не за что, брат по Силе! - улыбнулась Алтен. - Ты славно сражался. Не думала, что среди вас есть способные на такое.
- У меня был хороший наставник, - кивнул Артем в сторону Мак Арса.
Между тем Аор принялся хлопотать вокруг четверки бойцов, сраженных шаманом.
- Живы? - встревожился майор.
- Да, - успокоил его маг. - Он не успел выпить их жизненные соки.
- А чего он вдруг взбесился? - поинтересовался Александр. - Или казачок был засланным?
Последнюю фразу Аор не совсем понял, но общий смысл до него дошел.
- Это не Кросс-хван. Вернее, уже не Кросс-хван. В его тело вселился более могущественный маг.
- Да, - подтвердила Алтен. - Это тот самый, десятиступенчатый. Они и не на такое способны…
"Что же тогда собой представляют пресловутые Тени?" - подумал Макеев.
- Ладно, кудесники, - махнул рукой. - Вы тут разбирайтесь, а я свяжусь со ставкой. Надо просить подкрепления. Пусть пришлют всех магов, каких смогут, побольше боеприпасов со всеми имеющимися бортами, а еще лучше: команду на отход. Правда, даже в этом случае вертолеты на прикрытие лишними не будут.
- Погоди, - остановил его Мак Арс.
- Что-нибудь можно сделать? - живо осведомился Александр.
- Чтобы быстро упокоить столько поднятых, сардар, даже истинному некроманту высших степеней потребовалось бы не менее двух десятков помощников и не менее двух тысяч жертвенных людей, - отстраненно констатировал старший маг ОГВ. - Хотел бы я знать, как они так быстро подняли столько навья?
Макеев с каким-то холодком в сердце понял, что чародею и в самом деле интересно.
- Можно было бы сотворить Эфирный Меч и разрубить связь между ними и некромантами. Но я придумал кое-что получше. Мне потребуется три летающие машины… и полное повиновение их всадников! - сказал, как припечатал, чародей.
Через две минуты он уже был на импровизированной вертолетной площадке, где сидели готовые к вылету пилоты Ми-24 дежурного звена. Еще через пару минут начали раскручиваться винты рыже-пятнистых - пустынного камуфляжа - "крокодилов", а Мак Арс, устроившись в кресле штурмана, неловко примерял шлем, осваиваясь с ларингофоном.
- Слушай меня, летчик, - изрек Аор, когда земля уже привычно ушла вниз.
Капитан Демьянов молча кивнул.
- Возьми вот это, - протянул маг небольшое кольцо, - надень на средний палец правой руки. Передай своим, пусть стреляют без команды - туда, куда пустишь свои стрелы ты. И ничего не бойся, не обращай внимания, если почувствуешь что-то странное, - так надо…
Пилот молча надел кольцо и передал приказ на подчиненные машины.
А Мак Арс уже начал молча, даже не шевеля губами, творить чары, ибо чутье подсказывало ему, что враг уже недалеко. Осторожно активировав свое кольцо, точнее, амулет Звена Повиновения, он вошел в сознание капитана.
На миг маг ощутил то, что чувствовал, может, даже не осознавая этого, пилот.
И на это самое мгновение чародей задохнулся от восторга.
Его руки уверенно держали штурвал стремительно несущегося в пустоте воздушного корабля, его глаза были устремлены к сапфирно-синему горизонту, его пальцам повиновались десятки готовых к неотразимому удару рукотворных молний…
Не без труда Аор ввел себя в должное состояние, ибо невозможно повелевать магической стихией, не повелевая собой!
Он закрыл глаза, произнес несколько коротких слов - и опять увидел мир.
Привычный магу мир, видимый сверху. Зелено-синие тона жизни, серебристые потоки аэра-воздуха, нутряная тяжелая, темная сила земли далеко внизу, огонь, бьющийся над головой в коконе из металла, эфир, текущий по медным жилам, искристые проблески маны…
И среди всего этого колышущееся, слизистое, серое марево нежизни. Пронзенное бурыми тяжами сил, управляющих мертвой армией и стягивающихся к центру.
Странно, неужели слуги Танцующей Смерти действительно думали справиться с пришельцами таким жутким, но в общем-то не очень надежным способом?
Впрочем, сейчас не до праздных мыслей.
Еще заклинание - и картина, видимая сейчас Демьяновым, наложилась на магическую, - серая масса на рыжем, выгоревшем покрывале степи, даже на вид весьма неприятная.
Теперь осталось лишь навести пилота и машину на цель.
- Левее… левее… Прямо… Насчет пять… Раз… два… три… четыре…
И в этот момент произошло нечто страшное, что заставило Аора забыть обо всем.
Он ощутил направленный на него конус смерть-чар.
Как он мог про это забыть?!
Мак Арс колебался ровно миг - пока не понял, что не успевает в любом случае. И мгновенным рывком разорвал связь с пилотом. Вовремя - даже по остаточной Нити Единства в его мозги ворвалась леденящая судорога жуткой магии, не просто убивающей, а выпивающей жизнь. Коротким изумрудным пламенем засияли и рассыпались в пыль три талисмана на поясе мага. И Аор лишний раз успел благословить своего учителя, старого Ксанха, внушившего ему склонность таскать на себе как можно больше магических инструментов.
Себя он спас, а это главное. Теперь нужно позаботиться о некромантах. Не хотелось, но придется ударить по ним их же оружием.
В бинокль Александр хорошо различил, как плавно заходящие на цель "вертушки" вдруг завиляли из стороны в сторону, разворачиваясь на месте, словно пьяные.
Вот одна машина, неловко завалившись на бок, опрокинулась и стремительно понеслась к земле; вот взбрыкнула вторая, став на попа, и нелепо закувыркалась на месте… А затем обе машины разом врезались в землю. Рванулось к небу белесое пламя, вздрогнула земля, взмыли вверх куски гниющей плоти и комья земли.
- Эх-х-х!! - горько и зло выдохнул майор…
Но что это? Последний вертолет, уже начавший уходить в пике, вдруг резко выпрямился и вернулся на боевой курс.
Действовал Мак Арс, как сказали бы его нынешние соратники из ОГВ, на автомате - жизнь изрядно потрепала вольного мага, кидая его в самые разные переделки - и некромантия тоже была ему неплохо знакома.
Нашарив в кармане пояса Ключ Могилы ("Не ждали, господа слуги Сына Бездны?! То ли еще будет!"), он раздавил амулет в обретшей железную силу ладони и изогнулся в мучительных корчах.
А затем обвисший в кресле командир машины вдруг поднялся, уставив остекленевшие глаза в приближающуюся землю, и положил еще секунду назад мертвые руки на штурвал…
Хотя то, что составляет суть каждого человека, уже покинуло бренное тело пилота, но клетки мозга еще жили и химические соединения, слагающие память, еще не распались обрывками молекул.
И сейчас магия пробуждала их.
Человек был полностью и безнадежно мертв, но пилота и воина еще можно было вернуть с того света.
Воля чародея сейчас направляла машину и наполняла Силой остывающее тело. И пусть сердце не билось, однако мертвый командир мертвого экипажа сделал то, что был должен. Палец нажал на гашетку, и два десятка огненных стрел унеслись вниз, к холмам, где таились невидимые поводыри войска неупокоенных.
Мертвец схватился с хозяевами мертвецов - и победил.
На краю сознания Аора вспыхнул и опал блик черного пламени самых изысканных оттенков мрака.
Дело сделано.
Он послал пару мысленных команд пилоту ("Бр-р, и как некроманты могут спокойно общаться с поднятыми?!"), и тот направил машину обратно.
Макеев первым подбежал к тяжело плюхнувшемуся наземь вертолету и, глядя на выбирающегося из кабины Мак Арса, почему-то сразу понял, что больше никого в живых не осталось - даже до того как увидел обвисшего за рычагами пилота.
Вдруг сквозь свист останавливающихся винтов до майора донесся жуткий вой.
Мак Арс усмехнулся:
- Слышишь, сардар? Так воют неупокоенные, когда пропадает воля, поднявшая их. Теперь они безопасны. Если не подходить к ним близко, конечно. День-два - и они вновь упокоятся. Кстати, мертвецов можно больше не страшиться. Судя по всему, там были самые сильные некроманты страны Шеонакаллу. Не нужно, - остановил он подбежавших к вертолету санитаров с брезентовыми носилками.
- Ну не оставлять же их гнить прямо тут?! - глядя ему в глаза, процедил Макеев.
- Не злись, сардар. Я не смог их спасти, да никто не смог бы. Это война…
Александр молча обнажил голову, когда из вертолета вынесли первое тело, и, развернувшись, пошел прочь.
Перед его внутренним взором стояли леденяще спокойные глаза Мак Арса.
"Это война, сардар, - говорили они. - Здесь она именно такая. Привыкай, потому что теперь это твоя война!"
Сарнагар. Запретный город
- Этого не может быть! - строго произнес верховный имперский жрец-маг. - Среди пришельцев неоткуда взяться чародею. Во всяком случае, такой силы, чтобы повергнуть мага десятой ступени.
- Может быть, это был кто-то из примкнувших к ним колдунов, переодетый в платье чужого воина? - вкрадчиво предположил секретарь Сульху.
- Маг не станет рядиться в одежду воина, - раздраженно бросил Ксанх. - Кроме того, среди вольных магов редко встретишь даже четвертую ступень. А тут не ниже девятой! Выясни все и не являйся, пока не сделаешь этого!
Оставшись один, потомок Змеи бессильно откинулся на спинку кресла.
Если бы кто увидел сейчас его лицо, то понял бы - один из главных чародеев Сарнагарасахала напуган. И неспроста. Ибо то, что он услышал только что, было не просто плохо. Это было очень плохо. Отвратительно.
Значит, в мире, откуда пришли эти странные воины, также распространена магия. И никто не помешает чужакам нагнать сюда столько людей, владеющих Силой, сколько потребуется для завоевания Аргуэрлайла.
Выходит, изгнать их вон нужно как можно быстрее.
Тяжелые думы одолели Ксанха. Неподвижно сидел жрец-чародей в древнем кресле из каменного дуба, украшенном инкрустацией.
Бледный лунный свет скупо проникал в окно, еле освещая изогнутый нос и пергаментное безбородое лицо.
Дым курильницы, лениво клубясь, поднимался к сводам палаты.