***
До начала сентября оставалась неделя. После выходных зарядил затяжной питерский дождь, то заливая улицы тропическим ливнем, то переходя в мелкую, похожую на пыль, морось. В эти дни Санька сидел дома и ждал, когда с работы вернутся отец и дядя Андрей.
***
Однажды вечером, когда Андрей и Санька в ожидании отца готовили ужин, мальчик неожиданно спросил:
– Дядя Андрей, а почему вы с папой живете вместе?
Мужчина явно был не готов к такому повороту. Он растерянно посмотрел на мальчика и неуверенно промямлил:
– Ну-у-у… так проще… веселее, что ли… мне не так скучно, да и папе твоему тоже…
– Понятно. А ты пойдёшь меня провожать первого сентября?
– Я даже не знаю. А ты хочешь?
Мальчик пожал плечами.
– А ты?
– Наверное…
Звуки шарящего в замочной скважине ключа прервали этот неловкий разговор.
– Папка! – Санька бросился отцу навстречу.
– А я вам вкусненького принёс! На, неси на кухню, – он вручил сыну шелестящий пакет.
– Привет, Андрюш, что на ужин? Я голодный как волк! – шаря по кастрюлям, Роман не смотрел на друга.
– Рома, знаешь, нам, кажется, надо будет с тобой кое-что обсудить.
– Давай обсудим. Говори, что хотел.
– Наедине, – зелёные глаза внимательно смотрели на него. Роман закусил губы и пристально вглядывался в лицо парня. – Что-то случилось?
– Пока нет. Но рано или поздно случится. И Санька к этому близок.
– М-м-м, вот оно как, – Роман понимающе хмыкнул. – Ну, тогда отложим на попозже.
***
Первого сентября Санька с отцом отправились в школу вдвоём. Андрей сказал, что неважно себя чувствует, и остался дома, чтобы подготовить торжественный обед по поводу начала нового учебного года. По возвращении все трое весело обсуждали новых Санькиных одноклассников и учителей.
Саньке школа понравилась. Просторная, с большими светлыми классами, новыми компьютерным оборудованием и огромной спортивной площадкой перед зданием. Живя в своём городке, о такой он мог только мечтать.
Школа-лицей, где Саньке предстояло теперь учиться, находилась не так далеко от дома. Каждое утро Санька вставал пораньше, завтракал, шёл вдоль набережной, мимо небольшого скверика к двухэтажному новому корпусу. Первое время всё было хорошо. Бойкий мальчик быстро нашёл друзей среди одноклассников. Особенно он подружился с Борькой, невысоким пареньком. Своим видом Борька напоминал героя «Ералаша» – хитрые озорные маленькие глазки, светлые брови вразлёт, тонкая полоска губ и задиристый нрав. Вначале они с Санькой носились на переменах наперегонки, потом стали вместе ходить домой, тем более что им было по дороге. Позже Борька стал ждать Саньку у дома перед началом занятий, чтобы успеть поболтать о разных очень важных мальчишеских делах.
– Слушай, Борька, а пойдём ко мне уроки поделаем! – как-то предложил Саня новому другу, когда они вдвоём возвращались из школы.
– Ну-у-у, – потянул мальчик, – у тебя, наверное, мать дома.
– Неа, – Санька грустно посмотрел на товарища, – у меня нет мамы.
– А где же она?
– Умерла, – прошептал парнишка. Внезапно подступившие слезы сдавили горло.
– Дела-а-а… – Борька с сочувствием покачал головой. – Ты это, держись!
Он похлопал друга по плечу.
– А с кем ты живёшь? С отцом?
– Да, с отцом. Он сейчас на работе.
– Так, получается, у тебя дома никого?
– Никого, – кивнул Саня.
– А пожрать есть? – Борька прищурился.
– Конечно! Там с вечера кастрюля макарон! И ещё бутеры можно наделать из лосося! – радовался Санька.
– Тогда пойдём!
***
Гремя ключами на весь квартирный холл, Санька открыл дверь и, пропуская друга вперёд, гостеприимно произнёс:
– Проходи!
– Ого! Ничего себе хата! – озираясь по сторонам, Борька скинул кроссовки, и зашёл в гостиную. – А кем работает твой отец?
– Кажется программист. Я точно не знаю.
– Солидно! – Борька провёл рукой по лакированной поверхности высокого белого комода.
– И вы чего, вдвоём тут живете?
– Нет, почему вдвоём. С нами ещё дядя Андрей.
– А! – Борька внимательно разглядывал широкую изогнутую панель телевизора, висящего над камином. – Можно, я включу?
– Можно. Ты макароны будешь?
– Ага.
– А лосося?
– И лосося. Короче, я ем всё! Можешь выкатывать, даже не спрашивая.
Санька на правах хозяина достал из холодильника всё съестное, не забыв вытащить любимые Андреем шоколадные конфеты с водкой.
– Ух ты, крутяк! – увидев сладости с алкоголем, Борька тут же схватил одну конфету и, освободив от бумажки, отправил её в рот.
– Э-э-э-э, ты смотри, много не ешь, а то дядя Андрей рассердится! Он не разрешает брать их! Я по чуть-чуть ем, чтобы не заметил!
– Понятно, – смакуя во рту щиплющий от алкоголя шоколад, промямлил Борька. – А дядя Андрей, он что, брат твоего отца?
– Почему брат?
– Ну как, живёт с вами. Ты его дядей называешь. Значит, брат! – коротко резюмировал Борька.
– Нет же! Никакой он не брат!
– А кто? – паренёк вытаращил глаза.
– Он просто папин друг.
– Друг?! И живёт с вами?! – удивление Борьки росло.
– Да, а что тут такого?
– Да, ничего… так подумалось… мало ли… – Санька знал эту Борькину манеру говорить загадками, если в его шкодливой голове зрели очередные шальные мысли.
– Говори уже, не томи!
– А, может, твой папка и дядя Андрей того…
– Чего того?
– Ну, как чего… – Борька многозначительно шмыгнул носом, проводя пальцем по самому кончику, – сам не догадываешься, что ли?
– Нет, – Санька растерянно помотал головой.
– Педики, вот чего…
– Это как – педики? – мальчик окончательно перестал понимать, о чём толкует ему друг.
– Ну, педики, гомосеки… Догоняешь?
– Нет…
– Слушай, ты из какой глуши приехал? Первый раз, что ли, про такое слышишь?!
– Ну, а если и первый? – обиделся Саня.
– Не, ну ты что, братан, серьёзно?! – Борькино лицо расплылось в ехидной улыбке. – Не знаешь, кто такие педики?! Ну ты вообще, даёшь!
Борька громко заржал, крутясь на высокой барной табуретке возле белой лакированной стойки, отделяющей зону гостиной от кухни.
– Ты, конечно, прости меня! Может, я чего не знаю, но если твой папка и этот… – он опять заржал так, что из глаз выступили слезы, – спят в одной постели, а ты… Ха-ха-ха! Не-е-е-е, Санёк, с тобой и в цирк ходить не нужно…
– Да скажи ты толком! – Санька начинал злиться.
– Не, ну а вдруг я ошибаюсь… зря людей оговариваю, – красное Борькино лицо вдруг стало серьёзным. – Они где спят?
– Там, – мальчик, хмуро глядя исподлобья, кивнул гостю в сторону комнаты, откуда по утрам выходили дядя Андрей и его отец.
– А ну, пошли! – Борька ринулся в указанном направлении. Санька неуверенно засеменил следом.
Паренёк одним движением руки открыл дверь в комнату отца.
– Ну, ёлы-палы! Чего и требовалось доказать! – задиристо хохотнул Борька, увидев в комнате широкую двуспальную кровать. – Тут и к гадалке не ходи! Гомосеки они! Что, до сих пор не догоняешь?
Саньке отчего-то стало очень стыдно за отца. Он опустил голову и густо покраснел, отрицательно качая головой.
– Да-а, братан! Попал ты… – сочувственные речи, заставляли ещё больше стыдиться, словно Санька сделал что-то очень-очень плохое. – Трахают они тут друг друга…
– Я не понимаю… – шептал Санька себе под нос, едва не плача.
– Чего, правда, не понимаешь? Ну, это когда мужики запихивают писюн друг другу в жопу, – пытался просветить друга Борька.
– Нет! – Саньку внезапно охватила такая злость, что он с силой толкнул гостя и заорал. – Врёшь ты всё! Понял?! Мой папка не такой! Понял?!
– Ах ты! – Борька кинулся на него с кулаками. Мальчишки сцепились, пытаясь ударить побольнее. Их ноги переплелись, и оба рухнули на пол. Они в порыве ярости кряхтели и перекатывались по светлому ламинату.
– Эй! Пацаны, брейк! – вошедший в квартиру Андрей подскочил к дерущимся мальчишкам. Стараясь расцепить натужно пыхтящий комок, он с силой схватил обоих за шкирку и, слегка придушив, как котят, растащил в разные стороны.
– Почто бьёмся?! – весело спросил он. Но оба мальчика молчали, зло сверкая друг на друга глазами.
– Пустите меня! – Борька дёрнулся из рук.
Подхватив рюкзак с тетрадками, он молча всунул ноги в кроссовки и, не глядя ни на Андрея, ни на Саньку, недовольно буркнул: «До свиданья!» – громко хлопнув за собой дверью.
– Может, расскажешь, что тут у вас произошло? – парень посмотрел на мальчика.
Санька до синевы стиснул губы, чтобы не разрыдаться перед этим… этим… он даже не находил слов хоть как-то назвать в эту минуту друга отца. Крупные капли предательски сорвались с ресниц. Подросток со всех ног кинулся в свою комнату.
– Саня! – мужчина хотел было ринуться за ним следом, но громкий хлопок межкомнатной двери остановил его.
***
На пороге квартиры Романа встречал озадаченный Андрей.
– Что-то случилось?
Парень пожал плечами.
– Я пришёл, а тут Санька и какой-то мальчишка катаются по полу. Мутузят друг друга. Попытался поговорить с Сашкой, но он закрылся в комнате. Попытки разговора через дверь ни к чему не привели, – перейдя на шёпот, он добавил: – Кажется, он плачет.
– Плачет? – лицо Романа стало тревожным.
Он подошёл к двери, отделявшей Санькину комнату от гостиной.
– Саня, сын! Это я. Открой, пожалуйста, – из комнаты слышались всхлипывания. – Сын. Ну, открой же. Надо поговорить.
– Не хочу я с тобой разговаривать! – глухо прозвучал голос. – Уходи!
– Сань, ну ты можешь толком рассказать, что произошло? Мы с Андреем волнуемся.
– Не буду я ничего рассказывать! Тем более ему!
Андрей молча показал на себя руками и, удивлённо вскинув брови, в полном непонимании замотал головой. Роман, глядя на него, округлил глаза и пожал плечами. Эта пантомима была красноречивей всяких слов. Оба не понимали, что происходит с Санькой.
– Санечка, ну выйди, пожалуйста, я очень беспокоюсь за тебя! – Роман снова посмотрел на Андрея и тихо спросил: – И давно он там сидит?
– Два часа как!
Мужчина с силой ударил в дверь плечом.
– Санька, если ты сейчас же не откроешь, я выломаю дверь!
– Не надо! Я открою, но только пусть он уйдёт!
– Кто он?
– Твой этот… Андрей! – отец услышал, как Санька зарыдал с новой силой.
– Андрюша, я прошу тебя! Я умоляю, погуляй минут двадцать, пока я тут не разберусь.
– Ладно, если что, я на трубе, – парень накинул куртку и вышел из квартиры.
– Всё! Андрей ушёл! Открывай!
Дверной замок щёлкнул. В дверях стоял зарёванный Санька.
– Ну, сын! – Роман, прижимая к себе, обнял его за плечи. – Что у тебя стряслось? Ты же мне расскажешь? Будешь чай?
– Да, – едва шевеля губами, прошептал Саня.
Мужчина подошёл к кухонному столу и включил чайник. Затем, открыв дверцу шкафа, достал две белые кружки. Чайник зашумел, зашкворчал и через минуту, отзываясь коротким звонком, оповестил, что вода вскипела. Налив в кружки кипяток, Роман бросил в каждую по пакетику заварки и поставил одну из них на стол перед Санькой.
– Спасибо, – пробубнил тот, вытирая распухший нос тыльной стороной ладони.
– Так что тут произошло? Андрей сказал что…
– Папочка, миленький! – Роман вздрогнул от резкого звонкого голоса. – Давай выгоним его! Не нужен он тебе! Давай будем вдвоём жить, только ты и я! Ведь он же не нужен тебе, правда, не нужен?!
В детских глазах было столько боли и отчаяния, что Роману вдруг стало не по себе.
– Что на тебя нашло? Тебе что-то сказал тот мальчик?! Да?! – мужчина был взволнован. – Скажи мне, Саня, что он тебе сказал?!