Девяносто семь процентов - "shizandra" 10 стр.


- Доктор Джотто Ильмариэ, - обронил я.

«Предатель»… - выстукивало мое сердце.

- Благодарю, - медленно и с достоинством поклонился мне Голос.

«Предатель».

Я ведь никак не могу дать знать хэймэ Джотто, что я его подвел. Что сдал. Что по его следам, куда бы он ни пошел, отправятся те, кому полагается оберегать покой. Полагается, да. Но вместо этого они этот покой тревожат одним только фактом своего существования.

- Аймэ Ларк. Хэймэ Трау, - Санторио поднялся со своего места и еще раз поклонился. Мне немедленно захотелось провалиться сквозь землю. Увы, это так и осталось несбыточной мечтою. Ибо металл и бетон затрудняли путь к природной поверхности.

- Хэймэ Санторио, - проблеял я. Все, что мне оставалось – это блеять. В идеале – зашить рот. Скобами. Чтоб впредь за языком следил.

Голос покинул нас столь же стремительно, как и внезапно. Во всяком случае – для меня. Бесконечная встреча. Удручающе, ужасно, отвратительно бесконечная встреча.

- Я убил его, - только и смог выдавить я, когда широкая спина моего мучителя скрылась из виду.

- Надеюсь что нет, - едва заметно покачал головой Санд.

- Я сказал его имя. Не мог не сказать! – отчаянно прошептал я.

- Посмотрим, аймэ, - Трау потянулся и сжал мои пальцы. Если бы только он мог вот так же защитить меня, как утешил. Просто. И без выкрутасов! – Все будет хорошо, Хэйвэн. Все будет хорошо.

- Доктор Джотто Ильмариэ, - протянул Крис. – Надо же, а я и не знал, что кто-то настолько рисковал, чтобы позволить юным омегам учиться там, где…

- Любопытно что с доктором стало потом, - Том запаузил запись и теперь рассматривал огорченного мальчика. Внимательно. Пристально. Да, малыш действовал как искушенный взрослый, но все-таки ему не хватало драгоценного опыта. Можно только догадываться каким вырастет эта конкретная омега. Что будет с ним дальше. И все же, если дать шанс юному Хэйвену Ларку он пойдет далеко. Главное, чтобы у него этот самый шанс появился.

- Ты думаешь о том же, о чем думаю я? – не глядя на карми спросил Крис.

- Возможно, - обронил Том. – Возможно…

Глава 6

Джойс Шолто. Борт ТС-1234, пассажирский транспорт, следующий до Академии Объединенного Звездного Флота

Наверное, впервые в жизни я был так доволен собственным набором генов, позволившим мне стать альфой. И не просто альфой, а таким, омегу для которого не так сразу и найдешь. Не скажу, что мне претит сама мысль стать отцом ребенка, но восемнадцать – это как-то рановато. Да и планы у меня на будущую жизнь несколько иные. Сегодня был третья попытка, и я опять, что называется, «в пролете». Очередной потенциальный омега на меня не среагировал, а это значит, что пока я свободен. Все-таки отличная вещь – эта теория вероятности. Так что я могу собирать вещички и сваливать с почти чистой совестью. Еще одна попытка, которую проведут уже без меня, и я свободен на целый год. А если поступлю, то и на пару лет после. Ура? Ура.

Наверное, если бы на Бете проводился конкурс на самого мрачного типа, я бы победил по результатам зрительского голосования. Исключительно за слишком светлую кожу при иссиня-черных волосах и темно-карих глазах. Не скажу, что мне не нравилось созерцать собственную физиономию в зеркале, но я бы предпочел, чтобы контраст был менее сильным. А то в толпе не спрячешься. И это при том, что особым красавцем я не считаюсь. Просто в глаза бросаюсь. Среди загорелых альф я как «белая ворона», спасибо неизвестному отцу-альфе, чьи внешние данные, полагаю, я и получил полным комплектом. Ибо папа у меня совсем другой. Ясноглазый, светловолосый. Он забрал меня из загона около года назад, и жизнь моя встала с ног на голову. Ну или с головы на ноги – тут как посмотреть. И сейчас ничего так сильно меня не беспокоило, как предстоящий разговор с отцом. Я знаю, что он хочет лучшего для меня, но… Но. Всегда есть подвох – эту истину я усвоил еще, когда мне стукнуло пятнадцать. Я был обычным мальчишкой со своими интересами, запоем смотрящим старые фильмы и играющим в виртуальную реальность. Любил музыку, необидно задирать остальных и мотать нервы воспитателям. Особой тяги к обучению никогда не имел, но была пара предметов, лекции по которым я никогда не пропускал. Но в целом, был крепким «середнячком», тратящим на домашнее задание от силы полчаса в день. Нет, я не был ленивым, просто всегда находились дела поинтересней.

Все самое интересное началось, когда к нам прислали нового преподавателя. Он мне сразу не понравился. Он никогда не позволял себе унижать нас, но по глазам читалось все, что он думает о нас и наших умственных способностях. Слушая очередной ответ, он кривил презрительно губы и никогда не ставил отметок выше «посредственно». В общем, меня зацепило. То ли самомнение проснулось, то ли гордость взыграла, но решил я, что утру этому типу нос. Долгая у нас с ним война шла, но я таки добился своего заслуженного «превосходно» и отблеск уважения в его глазах. Но так всем этим увлекся в процессе, что не заметил, как сдал тесты, под шумок подсунутые мне Смотрящим, результаты которых ошарашили не только меня. Меня официально признали гением, но в чем моя гениальность, так и не разъяснили. Ну, информацию быстро усваиваю, ну сознание гибкое, и что? В общем, попытки разобраться я бросил через месяц. Тем более, что начал осознавать появившиеся плюсы вроде дополнительного выходного (гениальным мозгам надо больше отдыхать!), улучшенного пайка (мозг нужно правильно питать!) и возможности рыться в тех разделах библиотеки, о которых я раньше мог только мечтать. Собственно, именно там я нашел информацию об экспериментах, которые, в конце концов, спасли нашу расу, но изменили ее до неузнаваемости, а также план по улучшению демографической ситуации в системе. Ну а руководства по декодированию, учебное пособие по обучению старым компьютерным языкам и дневники первых выходцев в космос были лишь приятным дополнением.

В общем, все это и привело к тому, что у меня появился шанс сбежать. Нет, я люблю империю, и Бету люблю, но, глядя на своего отца, понимаю, что ни ему, ни мне здесь не место. Система сломала его, и ничего на свете я так не хочу, как вырвать папу из ее лап и увезти туда, где до него никто не доберется и где у него появится шанс на нормальную жизнь. Но для этого мне нужно выбраться самому. Заставить Империю считаться со мной и моими желаниями. Это трудно, но возможно. Один раз я уже склонил чашу весов в свою пользу, и сейчас нельзя останавливаться. Академия – мой шанс и, раз уж мне так повезло с набором генов, я не имею права им не воспользоваться. Империи нужны лучшие, но я пока мальчишка, недавно прошедший мутацию. Хорошо, что мой код ДНК специфичен и подойдет не каждому омеге. И хорошо, что результаты моих тестов оказались так высоки. Я знаю, какое будущее мне прочат, знаю о «Свершении». Я уже использовал этот козырь, натравив военных на генетиков, но мне нужно спешить, пока удача на моей стороне и пока не появился омега, способный зачать от меня ребенка. Я знаю, что рано или поздно, но это случится, а это значит, что к этому моменту я должен глубоко и надолго увязнуть в Академии. Но сначала для этого мне нужно туда поступить. Мой рейс – завтра. Но сейчас меня ждет отец.

Я закрыл за собой дверь, скинул рюкзак, оставив его у порога, и пошел по комнатам. Дом у нас небольшой, да и я уже знаю, где отец, просто даю себе время, чтобы собраться с мыслями и приготовиться морально. Несмотря ни на что, я люблю этот дом, пусть и прожил в нем всего год. Дом и отца, без которого этот самый дом просто не представляю.

Скинув обувь и сняв куртку, я прошел через кухню на террасу, выходящую на задний двор. Легко коснулся светлой макушки сидящего с книгой отца и, обойдя его, опустился на пол, уткнувшись лбом в его колени. Год назад, как только он появился в моей жизни, мне показалось даже, что я в него чуть-чуть влюбился. Он красивый у меня, мой отец-омега, очень красивый даже по меркам дарков. Хотел бы я походить на него, но не судьба. А ему всего тридцать шесть, он так молод. И я у него не единственный. Помню, как меня корежило, когда я случайно увидел шрамы на его животе, самому свежему из которых было всего пара лет. Что бы ни сотворили с нами генетики, тело мужчины для родов не предназначено, поэтому на свет дарки появляются с помощью скальпеля, а по тонким шрамам на животе омеги можно определить, сколько детей он произвел на свет. Мой отец – четверых. С шестнадцати лет. Когда я думаю об этом, меня корежит от ненависти ко всей этой системе. Она сломала его. И все еще не отпустила. В любой момент его могут призвать в очередной раз «исполнить своей гражданский долг». Да, отца боготворят, сдувают с него пылинки. Этот дом подарен империей, но все это – ничтожная цена за его жизнь. Все его альфы отказались от детей. Ни с одним из них он после не захотел встречаться. Я – альфа, и мой отец – тот, кого я выбрал, чтобы опекать и заботиться. А сейчас вынужден покинуть его. Мы оба знаем, что так надо, но это ничуть не уменьшает боль. Мы вместе провели всего год, но для меня это была целая жизнь.

- Я буду скучать. И писать каждый день, - меня не научили разговаривать с родителями, и сейчас я не знаю, что сказать.

- Ты уезжаешь, - отец принялся поглаживать меня по волосам, и я зажмурился, еще сильнее вжавшись лицом в его колени. – Я рад. – Он действительно рад за меня, и от этого еще больнее. – Ты достоин самого лучшего.

Дыхание перехватило от нежности и тревоги. Как он тут останется без меня? Умом я понимал, что как-то же жил он тридцать пять лет до моего появления, но сейчас это прошлое – всего лишь неясная и зыбкая тень. Есть здесь и сейчас. Я, уже завтра покидающий планету, и он – остающийся. Без меня.

Я вскинул голову и обнял его за талию. Мне все равно, насколько странно это смотрится со стороны. Я – его сын. И иногда только так могу передать ему свои эмоции так, чтобы он их понял, почувствовал. Каждым взглядом и касанием я словно говорил ему: «Я люблю тебя, отец. Люблю и никогда не оставлю».

Он улыбнулся, и тогда я осмелился сказать то, что собирался сказать давно:

- Если я поступлю, ограничение снимется. И ты сможешь забрать еще одного, не дожидаясь моего официального совершеннолетия.

Кого-нибудь из моих сводных братьев, которых я никогда не видел, но которых отец любит не меньше, чем меня.

Произнес это и замер, ожидая его реакции. Мы никогда не разговаривали об этом, и я действовал наугад, но по прояснившемуся лицу отца и заискрившимся от слез глазам понял – я все сказал правильно. Отец тихо рассмеялся и поцеловал меня в лоб. И мне больше ничего не надо. Напряжение ушло, и я улыбнулся, глядя на отца.

- Его зовут Ниэллон. Ниэль, - тот ласково взъерошил мои волосы. – Когда ты вернешься, мы встретим тебя. Помочь тебе с вещами?

- Нет, пап, спасибо, я сам, - я встал, губами коснулся центра его ладони. – Как насчет небольшого семейного ужина?

Отец кивнул, и я вернулся в дом. Терпеть не могу составлять списки, но в этот раз придется. Вещей у меня, благодаря отцу, достаточно, но все я всё равно не потащу, так что выбор мне предстоял нелегкий.

Каюта мне досталась отличная. Даже если из всех ее достоинств было одиночное размещение, мне она все равно понравилась. Не первый класс, но «одиночки» во втором, как правило, стоят в два раза дороже обычных общих кают, а мне надо было отдохнуть и привести в порядок не столько мысли, сколько нервы. О чем я прямо и сказал моему куратору, которого ко мне приставили, как только получили результаты моих тестов. Видимо, чтобы пресекать все мои попытки свернуть с пути истинного. Для них мое будущее было предопределено и, пока оно шло согласно моим планам, я спорить не собирался. Во-первых, незачем знать высоким чинам о той ереси, что крутится в моей голове, а во-вторых, я очень уповал на эффект неожиданности, который в дальнейшем поможет мне совершить задуманное. В общем, так или иначе, но на тот момент я был благодарен своему куратору, который выбил для меня одиночную каюту, пусть и во втором классе.

Но я бы не был собой, если бы уже к вечеру по корабельному времени не попытался сунуть свой любопытный нос везде, куда только мог пробраться. Разумеется, куда-то меня не пустили, а откуда-то погнали поганой метлой с пожеланием на глаза до конца полета не показываться. Попрощавшись с мечтой заглянуть в инженерный отсек, я забрел на смотровую палубу и забился в уголок в ожидании ужина, предвкушая почти целый час праздного наблюдения за своими попутчиками. Так, например, вон тот пожилой землянин с лицом, словно покрытым слоем пыли, явно летел домой после работы по контракту. Так у нас в империи бывает, когда специалистов очень узкого профиля не хватает, а очень нужны. Так-то другим расам попасть не так уж просто. Дарки строго берегут устоявшуюся систему от внешнего влияния, но всегда есть место исключениям. Собственно, если бы не последняя межгалактическая война, когда всем гуманоидам пришлось объединиться, мы бы так и жили за «железным занавесом». Да здравствуют духи космоса за то, что я родился уже после того, как самый болезненный этап интеграции и ассимиляции уже прошел и ломка стереотипов закончилась. Хотя омег детородного возраста все равно за пределы выпускали разве что в сопровождении их альф. Хотя прецеденты все равно случались. До сих пор помню возмущенные заголовки газет, когда кто-то из омег умудрился не просто сбежать, но и вступить в Союз с инопланетянином-землянином. А уж когда он еще и ребенка от него родил, хотя наши генетики клялись и божились, что это невозможно… Тут уж был государственный скандал, и парочка голов с плеч полетела. Образно говоря. Или необразно.

Я подергал себя за волосы, рассеянно думая, что стоит-таки добраться до парикмахера и подстричься нормально, и на пол передо мной упала темная тень. Я вскинул голову, пару секунд смотрел на стоявшего рядом мужчину и открыл рот. От удивления. Бетанец. Омега. Взрослый. Я был так удивлен, что даже осознание того, насколько глупо я, должно быть, сейчас выгляжу, ничуть не помогало. Просто такие, как он, меня даже замечать не должны. Ну мелкий я еще, а он… Совсем не старый, кстати, просто… странный. Короткие волосы, красивый очень, лицо строгое, а вот глаза какие-то… непонятные. Нечитаемые.

- Хэймэ, - я наконец вспомнил о приличиях, захлопнул рот и встал, как подобает всякой мелкой альфе при встрече со взрослым омегой.

- Аймэ, - произнес он, а меня словно под горячий душ поставили. Какой же у него голос… Восхитительный, охрененный. Да я даже слов таких не знаю, чтобы его описать! Глубокий, мягкий, бархатный. Я тут же стал наркоманом. Мне захотелось услышать его еще раз. И омега не стал томить меня ожиданием. – Вы здесь одни, аймэ?

«Вы»? Он назвал меня на «вы»?! Все, я умер и явно попал в рай. Ни один из взрослых омег-дарков никогда не назовет соплюшку-альфу на «вы», разве что при исполнении служебных обязанностей, но это не считается, ибо сие регламентом предписано. Хотя есть исключения. Нерожавший омега. Но этот мужчина где-то в возрасте моего отца, и он явно прошел мутацию. Даже для еще совсем «недавней» альфы я слишком хорошо чувствовал его запах. Омега без сомнения.

Мужчина тем временем вскинул бровь в немом укоре на мою забывчивость, и я тут же спохватился:

- Да, хэймэ, я здесь один.

Омега улыбнулся уголками губ и протянул мне руку:

- Хэгира Морино.

Я сморгнул, стиснул его ладонь и представился:

- Джойс Шолто, - м-да, как-то невыразительно. Однако, интересное у этого омеги имечко. Зато отлично объясняет кошачий разрез его глаз и гриву волос медового оттенка.

- Очень приятно, аэймэ, - Хэгира отпустил мою руку и, кивнув на местечко рядом, спросил: - Я могу присесть?

Я кивнул, теряясь в догадках, и плюхнулся на свою законную, еще не успевшую остыть часть пандуса. Хотя вопрос, что же ему от меня надо мучил меня меньше, чем банальное любопытства, кто же это такой и как здесь оказался. Он явно не вышел из репродуктивного возраста, но альф, которые мерили бы меня грозным взглядом, я рядом что-то не наблюдал. Так как его выпустили?

- Я могу вам чем-то помочь, хэймэ? – храбро кинулся в разговор я. Не то, чтобы я когда-либо за словом в карман лез, но определенную робость и смущение сейчас испытывал точно.

- Составить мне приятную компанию? – Хэгира улыбнулся, аккуратно и очень изящно опускаясь рядом. Прямая спина, идеальная линия плеч… Нет, ну как его выпустили-то?!

- Боюсь, я не слишком хороший собеседник, хэймэ, - я покачал головой, ничуть не кривя душой. Меня трудно было назвать веселым человеком, и я никогда не умел рассказывать анекдоты.

- Позвольте это решить мне, - Хэгира обернулся ко мне, и под его взглядом мне внезапно перестало хватать воздуха. Да еще и я так некстати вспомнил, что с недавних пор я альфа. Я реагировал на него, на мой взгляд даже слишком сильно. Пусть я и не связан обязательствами, но если так буду на каждого омегу западать, мне предстоит очень «веселая» жизнь.

- Ну, я могу уютно помолчать, - брякнул я, и Хэгира рассмеялся.

Назад Дальше