Только это странное ощущение больше похоже на предчувствие. Конечно, план хороший, но он не отрицал возможность поражения. И теперь уже окончательного. «Ну, что ж… Даже если придется умереть… Будет только обидно за поломанную жизнь девушки и за не исполнившуюся мечту брата». Но мысли тотчас рассеял голос Даши, которая уже забралась на крышу и стояла рядом:
– Тимур!
Он обернулся и оглядел ее. Арбалет при ней, это все, что требуется. Но глаза... В них пустота. И крылья напряжены до дрожи...
– Готова?
– Да, – ответила Даша и отвела взгляд куда-то вдаль.
Начал моросить дождь. Внизу стали собираться ара. Из окон выглядывали любопытные жители.
– Это что здесь за собрание? – крикнул кто-то из них.
– Восстание ара. Неужели, не слышал? – не поворачиваясь на голос, ответил Тимур.
– Хана убьете? – поинтересовался голос.
– Убьем.
– А народу-то что с того?.. Все вы одинаковые…
– Свобода от клановой системы!
Послышалось невнятное ворчание старого воина… Но уже через несколько секунд он выкрикнул:
– К черту все! – и вместе с толпой ара пошел к дому Калипсо.
После этого жители Кошкино все увереннее и увереннее присоединялись к повстанцам.
Тут только Даша задумалась о причине, по которой Кошкино назначалось местом встречи. А Тимур, так же как и его отец, имел привычку читать мысли, поэтому тут же дал ей ответ:
– Эти сихэ сами не знали, что являются стратегическим запасом. Это было очевидно, что они пойдут за нами, увидев такую толпу желающих смерти Хана.
Тимур оглядел сверху четыре тысячи оставшихся ара из всех трех Ханств и еще тысячу «свежих» и сказал:
– Всем из Кошкино присоединяться к первому полку. Второй полк, – он взглянул на Дашу и продолжил: – выступает через полчаса после первого. Стрела будет пущена через девять секунд, после того, как я выведу Нацхи на крышу. Ровно девять, Даша! Если по какой-то причине выстрел не удастся, мы отступаем. Всем задача ясна?
– Всем, – послышался ответ толпы.
– Тогда вперед!!! Во имя Свободы!!! – крикнул он, поднявшись и обнажив меч.
– ВО ИМЯ СВОБОДЫ!!!!! – отозвались ара.
«Вот так у него всегда все получается», – подумала Даша и тоже подхватила.
Тимур с мечом наготове слетел с крыши и последний раз оглядел дом, в котором оставлял свою любовь. Даша все еще стояла на крыше, она хотела что-то сказать.
– Удачи! – крикнул Тимур.
Она улыбнулась, смотря на него с надеждой и искренней радостью. В ее глазах ясно читались просящие мысли: «И вам! И вам удачи, Тимур! Я так хочу, чтобы у вас все получилось! Только не умирайте в свой день рождения! Не умирайте!»
Первой полк беспрепятственно ворвался в деревню. По небу разнесся раскат грома, и ливень обрушился на землю мощной стеной. В это время в кабинете Хана была Хелен.
– Письма в деревни сихэ не отсылать, по радиусу деревни организовать засаду резервных войск и действовать по обстоятельствам! В случае их отступления использовать любой несильный яд. Пленные особо ценны, – хладнокровно и быстро проговорил Нацхи.
– Есть! – выкрикнула она и выбежала из дворца.
Почти одновременно с этим стекло выбил поток чакры Огня, и в кабинете оказался Тимур. Мощная чакра врезалась в стену и расползлась по ней красноватым пламенем. Кабинет наполнился дымом и жаром. Нацхи сосредоточил чакру, вызвал своего белого сокола и, объединившись с ним[18], вылетел в окно. Тимур за ним. И вот они оба на крыше, как он и обещал Даше.
Раз... Хан начал ближний бой.
Два... Тимур дал отпор, но только для того, чтобы не быть преждевременно убитым.
Три... Предвкушение победы.
Четыре... Внезапная абсолютная уверенность в каждом своем воине.
Пять... И в точности выстрела.
Шесть... Ощущение власти.
Семь... Смак.
Восемь... Даша, только не подведи, моя умница.
Девять... Сейчас!
Время словно на мгновение замерло...
…
…
Моментный крик отчаяния вырвался у Тимура. Стрела Даши была сбита кем-то! Он отстранился от Нацхи и кинул гневный взгляд в толпу. Ему помахала улыбающаяся Хелен. Ара отступали, но ксэ уже метили отравленные стрелы в незащищенные спины.
«Шенад!!!»
А позади Нацхи уже стояли Юрий и еще какие-то двое ксэ, объединенные с птицами. Тимур, не замечая своего гневного бессилия, смотрел на них затуманенными злостью глазами. Во время этой паузы ему в спину вонзилось несколько стрел. Нетвердый шаг назад. Дальше обрывается крыша. Кровь теплыми струями бежала по спине. Вошли глубоко. Что там? Печень. Легкое. Кажется, задето какое-то предсердие. Посмотрел через забор с высоты ханского дворца на второй полк с надеждой, что успеют отступить хоть они. Нет – все уничтожены резервным войском ксэ. Между Ханом и Тимуром с ревом обвалилась прогоревшая крыша, и наружу вырвался огонь, кинув на их лица красные блики. Яд разносился по телу быстро стучащим сердцем.
И тут раздался крик:
– Не умирайте! – Даша, не скрываясь, бежала к нему.
Воспоминания Даши: «Не умирайте!.. Не умирайте», – только и остается шептать сквозь слезы. Не понимаю, не верю! Этого просто не может быть! Я в полной растерянности... Как мои родители могли умереть! «Им сейчас хорошо», – сказал кто-то рядом. Я подняла голову и посмотрела на него заплаканными глазами. Что ему здесь нужно? Сколько тут уже проходило людей, и всем было все равно. Зачем он остановился? Им хорошо? Да что он вообще знает! «Эти Най и представить себе не могут, сколько боли они причиняют совершенно не причастным к их семейным распрям...» – продолжал он. Что он говорит! Шел бы лучше своей дорогой! «Не плачь. Они хотели, чтобы ты была счастлива», – сказал он, смотря на меня с какой-то странной улыбкой. Почему он так искренне улыбается? Почему он так верит в это? «Счастливой?» – проговорила я и стала смотреть в его глаза. Такие черные, такие глубокие. В них можно утонуть. В них хочется утонуть. В них так отчетливо выражено сочувствие Он странный. «Да, будь счастливой ради них. Они ведь отдали за это жизни». Он издевается? «А можно быть счастливой, когда вытащили... Выдернули ее... Эту... Такую тяжелую... И разорвали на тысячи мелких кусочков... Душу! Разве можно быть счастливой без нее?» А он ответил: «У тебя есть душа... Живи. Будь сильной!» / «Если даже она есть, она уже не будет такой, какой она должна быть...» А мое темное где-то внутри иронично напевало свои гадкими стишками: Душа умерла, оставив тело без воли, теперь она не знает ни страха, ни боли... Но его голос прервал это: «Постарайся! Ты, знаешь, я тоже переживал, когда мать умерла. Но я живу!» Он тоже потерял близкого... «Твоя мама?» – переспросила я и поникла. «Да. Отец умер семь лет назад, мать – через четыре года после него...» / «Ты говоришь, им хорошо? Я очень хочу этого!.. Значит, они так хотели, чтобы я жила!» – я улыбнулась. «Конечно. Ты должна. Уныние – не лучшая благодарность им!» Я смахнула уже высыхающую слезу и улыбнулась. А потом он ушел. Жаль, я не спросила, как его зовут.
Тимур. Метнул свой меч ей под ноги, запрещая продвинуться дальше. Но она вынула меч из земли и, отбив им уже летящую в нее стрелу, взлетела на крышу. Тут же вытащила первую стрелу, пустила в руку недавно освоенную исцеляющую чакру и приложила к спине.
– Это Даша, – проговорил Юрий, узнав девчонку с фотографии, которую ему показывал Игорь и крикнул: – Не стреляйте! Я знаю ее!
Тимур воспользовался моментом и, мгновенно схватив ее за руку, быстро проговорил:
– Твоя победа, Нацхи Най!
Они перенеслись на первый Уровень, перед самыми воротами. Он, тяжело дыша, облокотился на огромную витую створу и снял облик Хвоста.
– Спасибо, Даша, – не сразу смог сказать Тимур.
– Ваш меч, – она протянула ему арату, когда-то отобранную у убитого им ксэ.
Он снял со спины ножны, вставил в них благородное оружие и сказал:
– Он твой.
– Учитель? – удивилась она, но благодарно кивнула и приняла меч.
– Куда ты теперь? – продолжил он, не обращая внимания на это тихое восхищение.
– На Землю, – с ее мокрых пепелеватых волос стекали капли дождя.
– Хорошо, только не попадись ксэ. Советую тебе переночевать где-нибудь в крестьянской деревне. И в Кошкино не возвращайся. Нацхи там, скорее всего, теперь наведет порядок, – он вздохнул, снова подумав о Калипсо.
– Поняла. А вы?
– Я еще останусь тут. Олег просил рассказать, чем все это окончится, – он попытался улыбнуться.
Вышло как-то нелепо. И даже не ясно уже самому, зачем пытался.
А на Земле яркий солнечный свет разорвал тучи и вскоре залил все небо.
***
Он проводил Дашу взглядом до самого выхода. Действительно, неплохо было бы переместиться на Землю с помощью чакры, но она ни разу не была в крестьянских деревнях, а без представления того, куда ты попадешь или без посторонней помощи это невозможно…
«Олег, наверняка, в своем кабинете. На крайний случай у Роксаны», – решил Тимур. Он пошел в Азур и очень надеялся не встретиться с ним. Не то, чтобы он боялся рассказывать ему о своем грандиозном поражении. Нет, просто это странное ощущение, донимавшее его с самого утра, невероятно усилилось и угнетало. «Не видеть бы сейчас никого. Кроме Калипсо и нашей маленькой жизни... Нет, и ее не надо. Боюсь обидеть ее в таком состоянии... Надеюсь, Нацхи ничего не сделает с ними. Зачем я только просил ее оставаться там, чтобы не случилось. Ведь она так и сделает – не уйдет... Как я люблю их! Макс, прошу, подумай хоть немного. Ведь ты все сразу поймешь! Я не могу оставить их!»
Но, как говорится, вспомнишь шенад – он тебе рад. Макс уже шел за ним. «Эта кровь на спине! Он ранен! И сильно ранен! Тимур... Я убью тебя сегодня!!!» Найшу в руке. Медленно опустил на лицо Мешер. Темная чакра обжигала тело, но какая разница, если это поможет убить его.
Тимур остановился – заметил. Развернулся к Максу – он все шел. Меча у Тимура теперь не было. Чакра еще есть, но яд уже действует. Желание упасть прямо тут, про все забыть и отдаться своей боли и изнеможению. Макс подошел вплотную. Он был почти на голову ниже, но стоящие дыбом лохматые волосы сглаживали впечатление. Он из-за маски смотрел в глаза Тимуру. Он ждал, пока его напряжение достигнет предела, чтобы сделать этот момент еще более желанным. И вот резкое движение руки, сжимающей найшу... Макса отбросила вспышка фиолетовой чакры Тимура.
– Прошу, подожди, брат, – начал он.
– Я ждал шесть лет!!! – выкрикнул Макс, – И не смей называть меня братом!!! – он ринулся на Тимура снова и следующую вспышку его чакры просто сшиб потоком своей Тьмы.
Тимур взлетел, увернувшись от атаки, бросился на Макса и схватил его за плечи.
– Выслушай меня! Я совершил ошибку, что не сказал раньше!
– Уйди!!! – Макс вырвался и вплотную нанес удар чакрой Тьмы в живот. Невероятно сильная концентрированная чакра, благодаря Мешер.
Тимура отнесло назад. Он уже не мог подняться. По бледным губам стекала кровь. Он дышал все тише, и каждый вздох выжигал его изнутри.
Глаза его так и остались полуприкрытыми. Напряжение медленно сползло с лица. Все три начала, представшие на Инквизиторский Суд[19], не боялись приговора. Светлое в любом случае попадет в Рай, с Тимуром или без него. Темное обречено на Ад, но он ему не страшен. А свое... Свое слишком устало, чтобы что-то доказывать, поэтому он просто ждал.
– Темная душа... Отчаяние... Гордыня... Да ты еще и предатель... Ад. Восьмой Уровень, – вынес приговор Инквизитор.
А в это время Макс один за другим вонзал найшу в уже бесчувственное тело, истекающее кровью.
– Нет! – кричал он, – Не надейся, что я отдам твою душу Мешер!!! Я хочу, чтобы ты мучился!!! Умри в Аду!!!!!!!!! – это уже переходило в истерику.
Мешер пыталась ухватиться за его душу своим длинным языком (хотя было уже, конечно поздно), но Макс не давал. Она пыталась снова и снова. Поняв, наконец, что она упустила душу, она зарядила в сердце Максу чакру такой силы, что он едва не лишился своей души, замерев с широко распахнутыми от боли глазами, и уже не в состоянии даже кричать. Только через полчаса он смог немного прийти в себя и подняться. Он медленно побрел прочь от мертвого тела Тимура. Пошатнулся и грохнулся на землю, не пройдя и десяти метров.
***
Дашу под конвоем вели в деревню ксэ. Она не смогла избежать встречи с людьми Хана. Четверо воинов, каждый из которых в совершенстве владел одной, а то и двумя природными чакрами, напали на нее по пути в крестьянское поселение. Правда, вернулись в деревню только трое из них – единственный из команды обладатель чакры Молнии погиб в бою с ней.
Как только они пересекли ворота деревни, навстречу выбежал Сирроу и, имея ранг выше, приказал отпустить ее и сказал, что сопроводит ее к Хану самостоятельно. Даша удивилась такому его поступку. «Зачем тебе это?» – подумала она и заносчиво фыркнула. Он пустил ее вперед и, поднимаясь по лестнице дворца, стал шептать:
– Постарайся подыграть мне. Я сам не знаю, что будет. Но не отрицай того, что я буду говорить Хану.
– Все равно. Расскажи, как есть. Вот и все.
– Обещай не мешать мне, – сказал он, уже держа руку на дверной ручке кабинета.
Она снова так хмыкнула, но кивнула. Сирроу улыбнулся, и они прошли внутрь. Нацхи сидел за столом, напротив него спиной к двери сидел ара.
– Все это я уже слышал, – вздохнул Хан, – Мне не столь важно, каким образом была устроена ваша система. Мне важна ваша цель.
– Я дрался за Свободу! – отвечал разбойник.
– А что тебе конкретно мешает?
– Я – ара, – усмехнулся он, – Разве не ясно, что мне мешаете вы!
– Все понятно… Увести его! – он кивнул двум ксэ.
– Казните, господин Най? – с иронией в голосе осведомился ара.
Нацхи смерил его взглядом и ничего не ответил. Подвинувшись, чтобы дать дорогу выходящим, Сирроу начал:
– Господин, четырьмя нашими воинами... – тут он собрался уже назвать их имена, но Нацхи пресек его резким кивком, – Простите... Четырьмя нашими воинами была задержана эта девушка.
– Узнаю. Спасибо за работу. Можешь сам сопроводить ее в камеру...
А Даша тем временем разъедала его взглядом.
– Нет, – неожиданно ответил Сирроу, – Я намерен доказать, что она невиновна!
Последовала секундная пауза, предназначавшаяся Сирроу для того, чтобы свершить хотя бы попытку изменить решение. Но шанс не был использован, и на Хана продолжали смотреть уверенные глаза его верного ксэ. «Вряд ли так все хорошо выйдет, – подумала Даша, – Он полоумный, не понимает, как это безнадежно...» Она выглядела абсолютно спокойной.
– Каким образом ты собираешься это сделать? Ее выстрел был, можно сказать, венцом всего восстания, а ты вздумал мне доказывать, что она не виновна... Что ж, мне интересен ход твоих мыслей, я слушаю.
– Я утверждаю, что она действовала под влиянием какой-то гипнотической техники!..
– Сирроу, единственная подвластная человеку иллюзорная техника это Кровавый Глаз. Принадлежит он деревне Тапочкино и держится под строгим секретом. Хочешь сказать, что кто-то, освоивший технику такого уровня, стал бы ара?
– Я не знаю, какого уровня Кровавый Глаз, но психологическое давление на нее точно было оказано!
– Впрочем, это возможно, – решил Най, взглянув на Дашу, – Я хочу послушать ее. Как вас зовут, девушка?
– Даша, – кинула она.
– Скажите, Даша, вы участвовали в этом восстании по собственной воле?
– Конечно да! – ответила Даша, смотря прямо в зеркально-серые глаза Нацхи, а светлое кричало: «Нет, нет, замолчи!!!». Но Даша только еще раз повторила: – Да.
Нацхи вопросительно посмотрел на Сирроу, что, мол, скажешь, адвокат. Но он только пожал плечами и не без сомнения предположил:
– Такое сильное внушение?..
Нацхи недоверчиво покачал головой, а сам подумал: «Я знаю, что Кровавый Глаз обладает такой властью над человеческим сознанием, что способен не только внушить какую-то мысль на многие годы. С помощью этой техники можно приказать человеку умереть, и он умрет. Но этого мало, Сирроу. Докажи мне, а я готов поверить».