Ребёнок опять пищал и был мокрый. Вынув его из корзинки и сунув обратно намоченный комок, Эмпифиэль безуспешно пыталась снова завернуть его кулёчком. За этим занятием и застала её тётя Гаша. И пришла она не одна, а с миловидной женщиной.
- Вот Софа полюбуйся, как неразумные дети пытаются казаться взрослыми, - не поздоровавшись тётя Гаша отодвинула Эмпифиэль в сторону и сама занялась младенцем. - А мы тебе молочка принесли крошка. Сейчас кушать будешь, - Засюсюкала она над младенцем. - Это Софа, она заберёт у тебя ребёнка. Только дай клятву, что никто никогда об этом не узнает.
- Даю, то есть я обещаю, что никогда никому не скажу, что отдала ребёнка Софе, - тётя Гаша постоянно заставляла Эмпифиэль чувствовать себя неразумным ребёнком.
- Да, никому не интересно, куда ты дела ребёнка. Главное, чтобы никто не узнал, откуда ребёнок у Софы. Ты поняла?
- Да, поняла. А зачем вам ребёнок? - Эмпифиэль обращалась к Софе, забравшей ребёнка у тёти Гаши и прижавшей его к своей обширной груди.
- Иди Софа, иди. Мы тут сами разберёмся, - выпроводила женщину за дверь тётя Гаша. - Бездетная она. Как ты не понимаешь. Тебе вот дитё не нужно, а ей необходимо. Десять лет замужем, а деток нет, так глядишь муж то и найдёт себе другую, плодовитую.
- Так он же будет знать, что ребёнок не его.
- Да откуда же он узнает? В море он, вот уж полгода как в море. Домой придёт, а там ребёнок. Вот радости то у него будет.
- А если девочка не будет на него похожа? Волосики там рыжие, глазки зелёные и что, будет она в семье чужой, изгоем?
- Да, какая разница какие у неё волосики? Главное рожек на голове нет? Нет. На эльфёнка не похожа? Не похожа. И кожа у неё не зелёная. Хороший, человеческий ребёнок. Или может ты сама решила растить девочку?
- Нет. Что вы. Спасибо вам большое. Я уже не знала, что и делать.
- Вот так вот. Ладно, отдыхай. Завтра зайду разберёмся со всеми вопросами. А то и так полдня занимаюсь тобой. Дети дома одни без пригляда.
***
ГЛАВА 6
Соблазны большого города
Эмпифиэль не могла припомнить, когда так хорошо высыпалась. Проснувшись от птичьего пения, сладко потянулась, и ещё не открыв глаза, улыбнулась. Вставать не хотелось, валялась бы так и валялась, но от неё зависело два живых существа, если у Агата корм ещё был, то Веся утром опять на хлебе, надо идти на рынок за покупками, да и самой уже надоело питаться одним чаем с бутербродами.
На терассе стоял старенький диван и круглый стол. Эмпифиэль подумала и принесла с кухни стул, накрыла стол найденной в шкафу скатертью и решила завтракать здесь. Лёгкий ветерок трепал волосы и пах морем. Солнце заметно пригревало, хотя ещё было только утро, да и весна на дворе. Как же тут жарко летом? Надо что-то ещё и из одежды купить, в своих вещах ей будет жарко, да их и нет почти. Веся лежащая прямо у ступенек подняла голову, прислушалась и перескакивая через две ступеньке помчалась вниз. В калитку вошла тётя Гаша, притормозила, увидев мчащуюся на неё собаку, потом недовольно махнула рукой в её сторону и пошла дальше.
- Светлого дня, - перевесившись через перила, поздоровалась Эмпифиэль.
- Вот именно дня, - тётя Гаша стала подниматься по ступенькам, в руках у неё была сумка, которую она старалась спрятать от крутившейся рядом Веси. - Ну и горазда же ты спать девка. Второй раз прихожу. Первый раз твой волкодав меня за калитку не пустил, я так и поняла, что хозяйка ещё спит.
- Она у меня умница, - улыбнулась Эмпифиэль и потрепала собаку по голове. - Веся гулять.
- Умница то умница, - провожая взглядом убегающую собаку, согласилась тётя Гаша. - Но когда такая махина мчится на тебя, то и гляди сердце в груди встанет. Чаёвничаешь?
- Да вот, могу предложить только чай. Извините, на рынок ещё не ходила, плохая из меня хозяйка.
- Да я уже поняла это. На вот, держи, - тётя Гаша достала из сумки свёрток из льняного полотенца, положила на стол и развернула, в нём оказались странные булки. - Пекла дома пироги, решила тебе занести, а то отощала в бегах то, вон одни глаза и остались.
- Пироги? А что это такое? - Эмпифиэль крутила в руках странные булки и принюхивалась, запах шёл такой, что живот сразу заурчал, и заболел желудок.
- Ты что пирогов никогда не ела? - удивилась тётя Гаша.
- Нет. У нас только булки пекут или пирожные.
- У вас это где?
- Далеко.
- Ну не хочешь говорить, не говори. Ты ешь пироги то пока тёплые.
- Вкусно, - Эмпифиэль съела первый пирог и потянулась за вторым. - Мне на рынок надо сходить. Это далеко?
- Да не так чтобы очень, но ты лучше на коне своём поезжай, а собаку не бери. Не дело это по городу народ пугать.
- Не возьму, - Эмпифиэль наелась и отставила чашку с чаем. - Нам надо насчёт дома определиться. Может я у вас его куплю?
- Дом не продаётся, старший сын жениться, будет в нём жить, а ты пока живи. Зачем тебе дом покупать, если ты сегодня здесь, а завтра там?
- Мне здесь нравиться, может, я хочу остаться здесь жить?
- Вот сначала поживи, обвыкнись, присмотрись, а потом и решай. Больно вы молодые скоры делать выводы. Вот чем тебе было дома плохо? Посмотрел кто-то не так или сказал не то? Молчишь? Потому что я права, вот и молчишь. Ну не моё это дело чужих детей учить, у меня свои дети для этого есть. Вернёмся к оплате. Я смотрю деньгу у тебя и правда есть и девка ты на ногу скорая, так что будешь платить вперёд за неделю, а то новая вожжа под хвост ударит и опять в бега. А мне потом убирайся тут и за тобой и за собакой и за конём твоим. В общем, я подумала и решила - пять серебряников в неделю, и живи здесь пока не надоест.
- Я согласна. Схожу на рынок разменяю золотой и с вами рассчитаюсь.
- Золотой лучше менять не на рынке, а в банке. Вот навязалась на мою голову, - бурчала тётя Гаша. - Сейчас всё тебе объясню, как куда добраться и где чего покупать. Запоминай, город у нас большой, потеряешься, будешь плутать до самой ночи.
Город и правда казался бесконечным, дома стояли везде куда хватало глаз, он был вытянут вдоль моря и забирался в самые горы. Шумные улочки разбегались в разные стороны от центральной дороги, Эмпифиэль пыталась запомнить ориентиры и названия. Весь город напоминал большую шумную ярмарку, поражал разнообразием красок, количеством лавочек и маленьких рынков. Эмпифиэль направлялась в центр на главную площадь, где располагался банк, театр, мэрия и библиотека. Ей было интересно всё, поэтому ехала шагом, рассматривая людей, одежду, которую здесь носили, слушала разнообразную речь и не уставала удивляться. Это было похоже на необычный сон, сон в котором все известные ей расы перемешались, собрались в одном месте и жили своей странной, пока не понятной ей жизнью. Желание стать здесь своей было самым большим её желанием на данный момент. Чтобы спокойно гулять по улочкам, набережной, ходить в театр и библиотеку, влиться в этот поток, стать частью этого города и этой жизни.
Банк поражал своими размерами и величием, у дверей стояли мощные невозмутимые гоблины, на фасаде блистала золотом вывеска "Центральный банк города Раздольный". И так это название подходило данному городу, что Эмпифиэль улыбнулась и стараясь во все глаза не рассматривать затянутых в кожу гоблинов, направилась внутрь. Весь центральный зал занимали конторки, за которыми сидели маленькие, и не смотря на их серьёзный вид, такие смешные гномы в строгих костюмах. Банк был полом людьми, стоял равномерный негромкий гул голосов, Эмпифиэль покрутила головой, увидела отходящего от конторки человека и поспешила к освободившемуся гному. Так хотелось его поближе рассмотреть, что Эмпифиэль еле сдерживаясь, сделала серьёзный вид, села на стул и стала ждать, когда обратят на неё внимание. Почтенный гном с окладистой бородой и завитыми бакенбардами, что-то дописав и закрыв большую тетрадь, поднял свои круглые, тёмно-карие глаза и учтиво наклоняя голову, обратился к Эмпифиэль:
- Мадмуазель, какие дела привели вас в наш банк? - его речь удивляла. Как в таком маленьком теле помещался такой мощный грудной бас? Казалось, что ему там тесно, и он рвётся наружу.
- Мне надо поменять два золотых на серебряные монеты и медь. Как я могу это сделать?
- Вам ничего не надо делать. Тагарт всё сделает сам. Давайте ваши деньги, - гном взял два золотых, посмотрел на них через лупу, удовлетворённо кивнул, убрал в железный ящичек, из другого ящичка вынул мелкие деньги, тщательно пересчитал, шевеля губами, и опять посмотрел на Эмпифиэль. - Вот, пожалуйста, 180 серебряных монет и 200 медных. Пересчитайте и положите в отдельные кошельки. У вас есть с собой кошельки?
- Ой, я совсем об этом не подумала. Дома у меня есть кошель, но 2 монеты и в кармане хорошо помещались, и я совсем не ожидала, что получу такую кучу монет. Что же делать?
- Не беда. Вы можете купить кошельки у нас, самые простые по медной монете, но есть и более дорогие варианты, - гном говорил и одновременно доставал из ящичка стола самые разные кошельки.
- Мне самые простые. Вот эти, - Эмпифиэль показала на тряпичные кошельки синего и жёлтого цвета.
- Хорошо. Значит, смотрите за мной, в синий кошель мы складываем серебро. Я считаю, вы меня проверяете, - и гном стал опускать по одной монете в кошель, тщательно пересчитывая смешно шевеля губами. Убрав всё серебро, гном завязал тесёмочки, вручил его Эмпифиэль и повторил туже процедуру с медью. - Мы надеемся, что вы станете постоянным клиентом нашего банка. У нас можно открыть счёт, делать накопительные вложения и брать кредиты. Ждём вас у нас снова.
- Спасибо, до свиданье, - Эмпифиэль поднялась, мешочки с монетами существенно оттягивали карманы, и пошла на выход. Она первый раз была в таком месте и её всё поражало.
Теперь на рынок. Так хотелось остаться в центре и прогуляться по набережной, спуститься к морю, пройтись по торговым рядам, но Эмпифиэль боялась гулять с такой большой суммой и без Веси. Это когда деньги спрятаны на шее у Веси, Эмпифиэль за них не переживала, правда там осталось всего несколько монет, но об этом она подумает после. Сегодня займётся хозяйственными делами, а завтра гулять и наконец-то она спуститься на берег, увидит море близко, близко и потрогает его руками.
Рынок раскинулся как само бурлящее море. Проходя каждый ряд, Эмпифиэль возвращалась к Агату и вешала на седло очередную сумку, товаров было столько и столько нового и необычного, что хотелось купить и попробовать всё, запастись продуктами, чтобы больше времени уделять изучению города и окрестностей. Также Эмпифиэль купила себе платье, большую соломенную шляпу и дамскую сумочку, с какими ходило большинство виденных ей девушек. Посмотрев на обвешанное со всех сторон седло, Эмпифиэль взяла Агата за повод и пошла в сторону своего нового, временного дома. Она устала и была переполнена эмоциями, не хотелось думать о том, что будет дальше, как и на что она будет жить, что делать, просто хотелось наслаждаться каждым прожитым днём и чувствовать себя свободной. Свободной от условностей, этикета, традиций и семьи.
Веся соскучилась и крутилась как заведённая, мешая переносить сумки в дом. Разобрав продукты и сварив Весе кашу, Эмпифиэль улеглась на диван, вытянула гудевшие ноги и закрыла глаза. Близился вечер, день пролетел незаметно, завтра будет новый день и новые открытия.
- Да сколько можно! Эта собака доведёт меня до инфаркта! - раздался разгневанный голос тёти Гаши.
Эмпифиэль поднялась с дивана и стала спускаться вниз по лестнице навстречу недовольной хозяйке.
- Выскочила как чёрт из кустов. Чуть сердце от страха не встало, - ворчала тётя Гаша.
- Она не специально, просто вам обрадовалась, вот и бросилась встречать.
- Такая огромная, а ведёт себя как щенок. Вы с ней славная пара, обе ростом вымахали, а умом не разжились.
- И я тоже рада вас видеть, - Эмпифиэль попыталась перевести разговор на другую тему. - Я сегодня столько вкусного накупила. Попьёте со мной чая?
- Попью, а чего не попить. Целый день на ногах, хоть посижу, отдохну в тишине.
- Тогда я сейчас накрою на терассе. Я умею принимать гостей. Вот увидите.
- Ну, удиви меня. Покажи, какая ты хозяйка, - тётя Гаша стала подниматься по лестнице, а Веся крутилась и крутилась вокруг её ног. - Вот что тебе от меня надо скажи? Погладить? Сказать какая ты хорошая собака? Может, тогда ты от меня отстанешь? - Разговаривала она с собакой и украдкой чесала за ухом, как будто боялась, что кто-то заметит её слабость. - Хорошая собака, красивая. Только не надо каждый раз мчаться ко мне навстречу с открытой пастью. Ну, хорошо, принесу тебе в следующий раз косточку. Может, тогда ты не будешь ходить за мной как хвост.
- Вы ей очень понравились, - улыбнулась Эмпифиэль, расставляя угощение на столе. - Веся чувствует людей. Иногда смотришь, человек вроде хороший, со всеми вежлив, улыбается, старается угодить, а Веся на него рычит и близко ко мне не подпускает, значит недобрый человек, может быть от него опасность. А на вид бука и ворчун вызывает у неё полное доверие. Так что тётя Гаша, раз Веся вас признала, сколько вы не ругайтесь, а я уверена, что вам можно доверять.
- Ни когда за всю свою жизнь не слышала такой чудной похвалы, - смутилась тётя Гаша. - Может и конь у тебя особенный, волшебный, заколдованный?
- Агат очень умный, считаем меня своим ребёнком, и если мои команды ему кажутся не правильными, делает по-своему. Не знаю уж особенный он или нет, но он самый лучший конь на свете.
- Любишь ты свою живность. Вон и в бега с собой взяла. Ладно, конь понятно, а от собаки в бегах одна морока.
- Я без Веси никуда, а Агат сам с нами пошёл, я не хотела его брать.
- Вон оно как. Так чего ты в бега то ударилась? Жених не приглянулся или отец через чур суров?
- Там я считаюсь совсем ребёнком, рано мне по тем нормам замуж. Никто меня не обижал, защищали и оберегали. Я только недавно поняла, что жила как под куполом, в клетке. Вроде и есть всё, а дышать нечем. Чужая я там понимаете? Чужая, не такая как все. Мама меня стесняется, боится, что высший свет узнает о моём существовании. Теперь она будет счастлива, я уверена.
- Глупая ты. Стесняется, не значит, что не любит. И я не понимаю чего тебя стесняться? Красивая девка. Может она тебя на стороне нагуляла? Нет? Вот откуда ты знаешь, что у неё в душе твориться. Ты с ней говорила об этом?
- Нет. Она всё время такая неприступная, всегда спокойная, никогда не поймёшь что у неё на душе. Честно? Я даже не пыталась завоевать её любовь. Мне почему-то это никогда не было нужно. Я знала, что меня любит папа, моя нянюшка, Агат, Веся и мне этого было достаточно.
- Взяла и отца поставила на одну доску с собакой. Ну, ты совсем уже. Раз ты говоришь, что отец тебя любит, так чего же ты о нём не подумала? Ведь весь уже извёлся человек от беспокойства за тебя непутёвую.
- Он так любит маму, что никогда не пойдёт против её желаний и раз она будет счастлива, значит и папа тоже будет счастлив.
- Ладно, я уже поняла, что ты убежала для того чтобы все были счастливы. И что дальше? Как ты собираешься жить дальше?
- Не знаю. Я так хотела не быть обузой, чужой, что когда это произошло, не знаю о чём и мечтать. Я никогда не была одна, не думала о том, что поесть или что одеть или как тратить деньги. Да и деньги у меня первый раз появились только недавно. Я хочу жить самостоятельно, на данный момент только в этом уверена. А как жить и что делать дальше не знаю.
- Не вернёшься домой?
- Нет.
- Тогда давай деньги за постой и я пойду. Поздно уже, смеркается, надо девчонок домой загнать.
- Да, я сейчас принесу, - Эмпифиэль побежала в спальню за деньгами.
- Чего-то там твоя собака у калитки беснуется! - крикнула тётя Гаша с терассы.
Эмпифиэль вылетела на лестницу и застыла. За калиткой верхом на своём жеребце был отец.
- Папа? - растерянно, не веря своим глазам, прошептала Эмпифиэль.