Они остались вдвоем.
Юра повертел головой, оглядывая дом и территорию вокруг, после чего цокнул языком.
- Неплохой домик. Не сравнить с квартиркой моего деда. Богатые такие, что ли?
- Я бы так не сказал, - осторожно отозвался Отабек. Сам он к своему дому уже привык и не видел в нем ничего необычного. - Дом как дом, у нас постоянно тусуются в гостях разные родственники, надо же их где-то селить?
- Оу, звучит стремно. Вечно толпа левого народу, да?
- Не всегда, но достаточно часто.
- Не круто.
- Точно.
Они помолчали пару мгновений, после чего рассмеялись. Неловкость была сглажена и исчезла без следа.
- Пойдем внутрь, - наконец, Отабек вспомнил, что они все еще стоят на улице, и потянул Юру за руку за собой к крыльцу. – Познакомлю тебя с родителями… и с ней.
========== II ==========
Мать Отабека была красивой женщиной с красивым именем. Звали ее Медина, и Юре она понравилась сразу – улыбчивая, легкая в общении и смешливая, в отличие от сына, она тут же начала хлопотать вокруг, интересоваться, хорошо ли он долетел и не хочет ли кушать. Отец Отабека подошел позже, молча приветственно кивнул Юре, и тут же стало понятно, что они с сыном одной крови – похожие внешне и характером, они даже улыбались и хмурились одинаково.
- А это Санжар, - представила его Медина. - Прямо как Санжар Мадиев. Знаешь, кто это?
- Понятия не имею, - честно отозвался Юра.
- Актер такой, - пояснил ее муж. – Не забивай гостю голову.
Огромным плюсом в их копилочку был особенно приятный факт – родители Отабека знали о том, какого на самом деле пола Юра, и вполне спокойно относились к их отношениям. Это было…странно, если учесть, что они исповедовали ислам, а Казахстан нельзя было назвать толерантной к ЛГБТ-сообществу страной. Юра куда больше поверил бы, если бы они его даже на порог не пустили. Но, видимо, эта пара любила своего сына больше чего-либо иного, и это не могло не радовать.
И, разумеется, они собирались подыгрывать в этом небольшом домашнем спектакле «Наш сын привел девочку».
- Прости, - легко улыбнулась Медина. – Мы очень рады с тобой познакомиться, наконец. Отабек много о тебе говорил.
Тот лишь вздохнул, но ничего не сказал.
– Ты такой симпатичный, да еще и вежливый – мечта, а не невестка.
Невестка? Что?
- Мама… - протянул Отабек. – Какая невестка? Он парень, если ты забыла.
- Я не знаю, как его назвать в таком случае, так что пускай будет невесткой, - оправдалась та.
- Не торопись, - тормознул ее муж. – Они еще молодые совсем, какая невестка? Напугаешь еще.
Юра чувствовал, как начинает краснеть от подобных разговоров. Все это было… как-то странно. Да. Он уже говорил это, кажется.
- Ладно, мы пойдем, бабушке покажемся, - очнулся, наконец, бравый сын и, привычно взяв Юру за руку, потянул за собой – больше это было похоже на бегство с поле боя, но Юра совершенно не противился.
Невестка.
Ну надо же.
Гостиная, освещаемая светом из большого окна, была выполнена в светлых тонах. Небольшой электрический камин и висящий над ним плазменный телевизор занимали одну из стен, а у другой стоял диван, два кресла по бокам и стеклянный столик, на котором небрежно были брошены какие-то журналы с яркими обложками. На диване, утопая в подушках, подложенных под спину, восседала худенькая женщина лет пятидесяти-шестидесяти с темными, наверняка крашеными волосами, заплетенными в толстую косу, перекинутую на грудь через плечо. Несмотря на хрупкий вид и субтильное телосложение, взгляд она имела какой-то опасный, властный, цепкий и пронзительный.
Это и была та самая она, ради которой все это затевалось.
Бабушка в этой семье была человеком очень уважаемым и играла большую роль. Вот уже несколько лет она постоянно дергала Отабека по поводу отношений с кем-либо, поэтому, случайно узнав, что у внука есть любимый человек, о котором она понятия не имела, тут же прилетела в гости - уже событие, на самом деле, к ее приезду обычно готовились как к приходу президента, - и потребовала представить ей ту самую девушку, которая сумела заполучить сердце ее внука. Родители лишь развели руками и предложили небольшой обман - и овцы, то бишь сам Отабек, будут целы, и волки сыты. Говорить же ей о настоящем положении дел, то есть о том, что Юра, вообще-то, мальчик, никто не решался, зная, что реакция будет страшной, а то и вовсе опасной для жизни, если помнить о ее больном сердце - бабушка семьи Алтын однополые отношения не жаловала от слова совсем.
- Так-так, неужели я, наконец-то, вижу избранницу моего внука? – голос у нее был глубокий и тягучий, словно патока, обволакивающий и подавляющий.
Жутковатая женщина, признался себе Юра.
- Это моя бабушка, Айзере Алтын. Бабушка, это…
- Думаю, она сама вполне способна представиться. Верно, дорогая? – прервала его та. Отабек вздохнул, но послушно замолчал. – Итак, меня зовут Айзере. Как же зовут тебя?
Юра вдруг понял, что со всеми этими подготовками они с Милой совершенно забыли о кое-чем важном – они не придумали ему нормального имени! Теперь он почти в панике стремительно прокручивал в голове все женские имена, что мог вспомнить, пытаясь найти какое-нибудь похожее на его и легко запоминающееся, однако не мог вспомнить ничего нормального. Секунды текли, а Юра мысленно давал себе подзатыльники за подобную неподготовленность.
Имя, имя, имя… Что-нибудь на Ю? Может, вообще назваться, как Кацудон, Юри, типа Юрий на иностранный манер? Хотя нет, он же русский, это будет звучать странно… Соврать, что кто-то из родителей – иностранец? А если прознают, что это ложь?
- Я Ю… - начал было он медленно – и тут его осенило! Имя это, если честно, ему не очень нравилось, но, в принципе, сейчас вполне могло подойти. Коротко, похоже, и ничего лишнего.
– Меня зовут Юля. Мне тоже очень приятно познакомиться.
- Юля? Что ж, действительно приятно познакомиться. Подойди ближе, девочка моя, - повелела женщина, устремляя на него пристальный взгляд. – Ну же, смелее, не люблю копуш.
Кинув на Отабека напряженный взгляд, Юра послушно сделал несколько шагов вперед. Тот последовал за ним и встал рядом, успокаивая одним своим присутствием.
Чем-то она напоминала ему Барановскую – не то взглядом, не то интонациями и манерами. Поймав себя на этой мысли, Юра непроизвольно выпрямил спину, однако старшей Алтын это, кажется, не слишком пришлось по душе.
- Стой так, как стояла, когда зашла, нечего передо мной хвост пушить, - цокнула она языком и поднялась с дивана. Двигалась она удивительно ловко для пожилой женщины. Подойдя к Юре, она обошла его кругом, разглядывая. – Хм, да, хороша. Вижу, мой внук не преувеличил, когда называл тебя красавицей.
Юра вновь кинул на Отабека взгляд – тот, кусая губы, тут же посмотрел куда-то на стену, не встречаясь с ним взглядом. Это неожиданно развеселило.
- Спасибо, - отозвался Юра, улыбаясь уголком губ.
- Присядь-ка рядом, девочка моя. Поговорим, - это «поговорим» прозвучало довольно зловеще, тут же стирая улыбку с губ. – Дорогой, ты тоже садись. Я не забыла про тебя, мы с тобой поболтаем позже, хорошо?
- Конечно, бабушка, - согласился Отабек, утягивая Юру за собой на диван и легко сжимая его пальцы. – Не дави на нее, пожалуйста, дай ей немного прийти в себя. Я знаю, какой ты иногда бываешь… дотошной.
- Ох, да разве я давлю? – изумилась женщина, поправляя складки на платье и вновь устремляя на устроившуюся рядом с ней парочку пристальный взгляд. – Я давлю на тебя, дорогая? Я тебя пугаю?
- Н…нет, - пробормотал Плисецкий, окончательно теряя смысл всего происходящего. О чем они, черт возьми, говорят вообще?
- Вот видишь, твоя девушка в полном порядке. А теперь расскажи-ка бабушке, девочка моя, как у тебя со здоровьем?
А вот это было неожиданно. Отабек чем-то, кажется, подавился сзади.
- Все в порядке, - уверенно отозвался Юра, вспоминая результаты последнего медицинского обследования.
- Хронические заболевания?
- Нет.
- С зубами все в порядке?
- Да, вроде бы… - заметив хищный блеск в чужих глазах, он тут же исправился: - Да, все в порядке.
- С половой системой? У тебя узкие бедра, не будет ли проблемы с родами?
Теперь подавиться чем-нибудь захотел Юра. Что за допрос вообще, хотел заорать он – но, разумеется, промолчал.
- Понятия не имею. Ну, про роды.
- Нехорошо для девушки не озаботиться такими вещами, - зацокала языком женщина. – Так что с половой системой? Не увиливай от ответа, девочка моя, иначе я могу решить, что ты пытаешься что-то скрыть. Это ведь не так, верно?
- Не так, - уныло согласился Юра, как никогда жалеющий, что вообще согласился на все это. Мог бы сейчас отдыхать дома с ноутом, а не выслушивать дурацкие вопросы и подозрения, притворяясь скромной девочкой-припевочкой. – С моим здоровьем все полностью в порядке – и с половыми органами тоже.
- Отлично. Я слышала, у тебя есть дедушка… Не возражаешь, если я немного поговорю с ним вечером? Ничего личного, девочка моя, но я должна убедиться, что мой внук выбрал достойную девушку. Ты мне нравишься, и, надеюсь, это не изменится через какое-то время. Не. Так. Ли?
Теперь уже не Отабек держал Юру за руку, а сам Юра вцепился в ладонь Отабека, желая лишь свалить из этой комнаты и предупредить деда, который ни сном ни духом об афере, в которой участвует его внучок. «Потерпи еще немного» - успокаивающе шепнули ему на ухо. Но Юра не хотел терпеть еще немного – эта женщина его просто вымораживала.
В коридоре послышались шаги. Дверь приоткрылась – внутрь комнаты заглянула мама Отабека.
- Спускайтесь на ужин, стол накрыли, - сказала она, улыбаясь Юре, кажется, сочувственно. А ведь и правда, подумал тот, она тоже прошла через этот допрос, когда собиралась выходить за своего тогда еще не мужа. Кому, как не ей, его сейчас понять?
- Дай нам несколько минут, - попросила Айзере. Ее невестка без слов кивнула и закрыла дверь – шаги зазвучали в обратном направлении. – Отабек, иди в столовую, мы с Юлей хотим поговорить… как бы это сказать… по-женски.
- Мама же просила спуститься.
- Всего несколько минут, еда никуда не убежит, даже остыть не успеет. Ну же, малыш, не смущай лишний раз свою избранницу и подожди ее за столом.
«Не оставляй меня с ней!» - мысленно вопил Юра, глазами показывая Отабеку, что он с ним сделает, если тот сейчас уйдет. Тот, кажется, застрял на перепутье – не хотелось ни с бабушкой спорить, ни его, Юру, тут с ней оставлять. Старшая Алтын, кажется, поняла его терзания.
- Отабек, выйди, - сурово отчеканила она, хмурясь. – Юля, объясни ему, раз он меня слушать не хочет.
Что ж, умирать – так с песней. Юра кивнул, подтверждая, что все нормально.
- Иди.
Отабек кинул на него последний взгляд, еле заметно ободряюще улыбнулся и вышел, прикрыв за собой дверь. Они остались одни.
Чисто женская компания, чтоб ее.
- О чем вы хотели со мной поговорить? – поинтересовался Юра, незаметно ковыряя ногтем мягкое покрытие дивана и разглядывая стоящие на камине вещи – фоторамки, какие-то награды, декоративный подсвечник и всякие мелкие вещицы.
- Какие у тебя планы на моего внука?
Вау, вот так сразу.
Впрочем, она оказалась права – если бы при этом присутствовал ее внук, Юре было бы немного неудобно говорить об этом. Особенно если учесть, что он сам понятия не имел, какие у него планы. Ну… Чтобы эти отношения никогда не закончились?
- Что вы имеете в виду? – уточнил он. Айзере вздохнула и пошевелилась.
- Серьезно ли это – или так, развлечение, неплохой мальчик и только? Свадьба, дети, семья до гроба – что из этого?
Юра сжал ткань юбки в кулаке, пытаясь не вспылить. Стал бы он творить такую херню, если бы это было лишь развлечением?
- Мне нравится Отабек, - заявил он с вызовом. – И я не собираюсь его бросать.
- Нравится?
- Разумеется, я же сказал…а, - спохватившись, он успел добавить эту необходимую «а» вовремя, так, чтобы было почти незаметно.
- Только нравится? Или ты, все же, любишь его? – уточнила бабушка, поглаживая свою косу. – Или любовь - слишком сильное слово? Говори со мной откровенно, девочка моя.
Это снисходительно-ласковое «девочка моя» начинало бесить.
- Я. Люблю. Его, - отчеканил Юра почти тем же тоном, которым сама женщина не так давно отсылала Отабека за дверь. – И это самые серьезные отношения, которые я вообще могу себе пожелать.
Ну, не считая того, что они до сих пор не переспали. И не живут вместе. И вообще видятся вживую не так часто, как хотелось бы. И пока не говорят о каких-то совместных планах. А так да, все очень серьезно.
- Понятно, - кажется, ему не слишком-то поверили. – Сколько тебе, шестнадцать?
- Семнадцать.
- Ты слишком молода, чтобы говорить об этом с такой уверенностью. Я знаю, ты простой семьи, если дело в деньгах, то я могу заплатить тебе – уйдешь? Деньги многое решают, в том числе и в серьезных отношениях, не так ли?
А вот это было уже слишком.
- Если вы собираетесь говорить об этом, то я действительно сваливаю. Но не от вашего внука, а из этой комнаты, - вскочил Юра и, не дожидаясь ответа на свои слова, решительным шагом вылетел в коридор, от души хлопая дверью и понимая, что этим, судя по всему, запорол все, что только можно было запороть в этом разговоре. Говорил же дедушка – учись управлять своими эмоциями в любой ситуации.
Начали за здравие – закончили за упокой, что тут еще сказать.
========== III ==========
Это был пиздец.
Юра действительно был уверен, что умрет в конце ужина.
Подавится едой. Ну… Или швырнет ее кое-кому в лицо – еще неизвестно, что хуже.
Весь ужин бабушка Отабека не спускала с него глаз.
И это совсем не преувеличение – она смотрела, как он садится, как берет столовые приборы, как режет, как сует куски в рот, как жует, как пьет… Умудряясь при этом с изяществом королевы управляться с вилкой и ножом совершенно вслепую, не глядя на свою собственную тарелку и чашку, она внимательно следила за Юрой, поджимая губы, когда тот совершал какую-то только ей понятную ошибку, и тот готов был поклясться, что в ее голове список «за что можно вышвырнуть эту девицу вон» пополнялся и пополнялся даже тогда, когда он просто дышал рядом с ней. Самым любопытным было то, что она умудрялась делать это так, что никто, кроме Плисецкого, ничего не мог заметить.
Наверное, не стоит и упоминать, что, какой бы потрясной не была еда, через несколько минут такой пытки Юра совершенно потерял всяческий аппетит?
- Что такое, Юля? – расстроено спросила мама Отабека, заметив, как тот отодвигает от себя тарелку с недоконченным ужином. – Невкусно? Или ты не ешь такое? Мне стоило спросить…
- Нет-нет, все прекрасно! – торопливо заверил ее Юра, кинув косой взгляд на старшую Алтын. Та неодобрительно глядела в его тарелку. Что опять тебе не нравится? - хотел заорать он. – Вы очень вкусно готовите. Просто я уже наелась.
- Но ты даже половины не съел…
- Я на диете, - попробовал он зайти с другой стороны.
- Вам с Отабеком я сделала отдельно подходящие для диеты порции, - отбила удар Медина. Юра замолчал, пытаясь придумать что-то еще.
- Она просто застенчивая, - внезапно пришел на помощь Отабек. – Еще не слишком привыкла к вам и чувствует себя неуютно, вот и…
- Понимаю, – ахнула его мать. – Прости, дорогая, мы только встретились – а уже тащим тебя в такую толпу малознакомых людей. Если хочешь, я могу накрывать тебе отдельно или приносить еду в комнату.
Ну вот еще этого не хватало, мрачно подумал Юра. Возможность отделаться от взгляда чокнутой бабульки была очень заманчивой, но он не хотел выставлять себя какой-то царевной-фифой, которая даже со всеми поесть за столом не может.